Глава 66

Яркая вспышка ослепила. На миг я зажмурилась и тут же распахнула глаза. Над тропическим лесом и рекой раздался оглушительный рев. В безоблачном небе летел коричневый дракон с золотыми подпалинами. Взмах мощных кожистых крыльев, рывок, и гигантский ящер взмыл ввысь, превращаясь в точку.

Я смотрела вверх и не могла поверить, что Эмилиану удалось вернуть внутреннего зверя. Неужели Коша теперь связан с моим мужем? Они очень подходили друг другу. Эмилиан серьезный и собранный. Он сумеет обуздать ветряного и своевольного дракончика. Коша в надежных руках.

Не успела я прийти в себя после неожиданного перевоплощения мужа, как коричнево-золотистый дракон вернулся. Он описал круг над рекой и ринулся в мою сторону. Внутри все сжалось, но не от страха, а от предвкушения. Почему-то бояться совсем не получалось. Ведь и Коша, и Эмилиан были мне дороги.

Дракон спикировал на берег реки, приземлился возле меня и издал ликующий рык. Уши заложило. Я потрясла головой и погрозила ящеру пальцем. Не хватало ещё оглохнуть. Дракон раскрыл пасть и дохнул мне в лицо.

Поток золотистых искр окутал, согрел и подарил ощущение безопасности. Вокруг меня кружили сверкающие частички. Они впитывались в кожу и придавали ей волшебное сияние. Я засмеялась, ощущая себя по-настоящему счастливой.

«Цветик!» — раздался в голове голос Коши.

Только на этот раз он звучал иначе: словно мой дракончик вырос и стал взрослым. Я протянула руку, и гигантский ящер уткнулся носом в мою ладонь.

— Ты такой большой и красивый, — выдавила я и погладила чешуйчатого. — Эмилиан очень хороший. Он позаботится о тебе.

В золотых глазах дракона отразилась признательность.

«Цветик, спасибо. Ты выходила меня, помогла укрепиться и соединила с изначальным носителем. Я в долгу перед тобой и всегда буду рядом».

Слёзы навернулись на глаза. Я всхлипнула и снова принялась поглаживать дракона.

— Ну что ты! Ты же знаешь, что я бы тебя ни за что не бросила. Ты для меня навсегда останешься любимым чешуйчатым малышом.

Глухое порыкивание дракона я приняла за смех и тоже развеселилась. Яркая вспышка света озарила ящера, и вот передо мной уже стоит Эмилиан в бриджах и с обнаженным торсом. От мужа веяло силой и могуществом. Но это не пугало, а наоборот, влекло и будоражило.

Темные волосы струились мягкой волной. Карие глаза стали золотистыми. Зрачки вытянулись в вертикальные линии. Литые мускулы под загорелой кожей бугрились и манили, внушая неконтролируемое желание прикоснуться. На чувственных губах играла довольная улыбка.

Сердце застучало быстрее. Я качнулась вперёд в неосознанном стремлении прижаться к любимому. Он шумно втянул носом воздух. Вертикальные зрачки мгновенно расширились. От мужа повеяло жаром. Эмилиан шагнул ко мне, заключил в бережные объятия и шепнул:

— Лилия, мой ароматный цветок. Моё наваждение, моя сладкая девочка. Ты снова спасла меня. Снова исцелила безграничной добротой своего сердца. Ты сумела вернуть мне зверя и подарила небо. Я твой вечный должник.

Близость мужа волновала и ощущалась особенно остро. Сквозь невесомую ткань сорочки я чувствовала каждый рельефный изгиб его тренированной фигуры. Замотав головой, я выдавила:

— Ты ничего мне не должен. Я помогла тебе без задней мысли, без расчета на благодарность. Просто береги себя и будь счастлив. Это лучшая награда для меня.

Эмилиан широко и открыто улыбнулся, погладил по спине и сказал:

— Ты вся в этом, моя драгоценная. В тебе столько благородства, света и душевного тепла, что внутри все переворачивается. Позволишь ли ты мне быть рядом с тобой?

Он пытливо заглянул в глаза, будто силясь прочесть в них ответ. А я вдруг поняла, что прошлое и будущее перестали иметь для меня такое важное значение, как прежде. Что было, уже не изменить, а грядущее еще неизвестно и зависит только от моих действий. Единственное, что по-настоящему важно, — текущий момент.

Жар, исходящий от моего дракона, согревал, дурманил разум и обострял чувства. Я чуть не потеряла любимого мужа из-за происков врагов. И никто не даст гарантий, что не потеряю его в будущем. Так зачем мучить себя и его? Как бы что ни сложилось, что бы ни приготовила судьба, здесь и сейчас он принадлежит мне, а я ему. Все остальное не имеет значения. Банальная шелуха прошлых обид и горестных сомнений. Она мешает мне быть счастливой и дарить радость любимому.

— Да, — ответила я и обвила шею мужа руками. — Будь со мной.

Глаза Эмилиана засияли. Он прижал меня к себе и принялся целовать с таким упоением, что я моментально потерялась в сладостных ощущениях. Желание накатывало волнами. Сильные руки ласкали мою фигуру, будили притаившуюся внутри страсть и умоляли откликнуться.

И я ответила со всем жаром, что так долго сдерживала. Выплеснула на мужа все свои чувства, устремляясь на его зов. Я сжимала его широкие плечи, скользила ладонями по мускулистому торсу, гладила напряженный живот, истово откликалась на жадные поцелуи. Муж подрагивал и дарил все более и более откровенные ласки.

Когда я покачнулась от головокружительных ощущений, Эмилиан подхватил меня на руки и перенес под кроны исполинских деревьев. Мы устроились на шелковистой траве и продолжили упиваться друг другом. Сорочка и бриджи полетели в сторону, и я добралась, наконец, до главного, заставив мужа застонать в голос.

Эмилиан не остался в долгу. Развел мои бедра и запорхал пальцами, вынуждая выгибаться и нетерпеливо елозить. Огонь желания накатывал, отзывался дрожью и закручивался внизу живота, переворачивая все внутри. Казалось, я вот-вот взорвусь. Но мне не хотелось распадаться на части в одиночку.

— Сейчас! — выдохнула я мужу в губы. — Иди ко мне.

Золотистые глаза вспыхнули дикой жаждой. Эмилиан укрыл меня собой, и мы соединились, образуя единое целое и деля одни ощущения на двоих. Боль первой близости быстро испарилась, благодаря искре целебного дара. Запас магии возрос и укрепился. И уже ничто не мешало нам вкусить общее упоение, наслаждение и счастье взаимной любви.

Только на закате мы смогли оторваться друг от друга и дать себе передышку. Муж обнимал меня со спины, вдыхал запах платиновых волос и покрывал плечи нежными поцелуями.

— Лилия, Цветик, я люблю тебя, — прошептал он, крепче сжимая в надежных объятиях. — Это чувство оглушает, дезориентирует и заставляет внутренне трястись от ужаса при мысли, что могу тебя потерять. Любовь моя, ты для меня высшая радость.

Я застыла, не в силах пошевелиться. Эмилиан продолжал целовать каждый сантиметр моего тела, даря бескрайнюю нежность. Он не требовал от меня ответа, ни на чем не настаивал и даже не ждал признания. Я могла бы утаить свои чувства, оставить лазейку на будущее, сохранить тень дистанции между нами. И раньше я бы так и сделала, чтобы не сближаться с договорным мужем окончательно и бесповоротно.

Но теперь я хотела иного. Хотела врасти в Эмилиана как можно глубже, навсегда обосноваться в его сердце, разуме, душе. Хотела присвоить его себе и больше не отпускать. Я повернулась к нему, заглянула в привычные карие глаза, положила ладонь на широкую грудь туда, где чувствовала пальцами биение жизни, и сказала:

— Я люблю тебя, Эмилиан Моралис. Люблю со всеми достоинствами и недостатками и готова принять свою судьбу.

Изумленный взгляд мужа совпал с возгласом ликования. Он провел подрагивающими пальцами по моей щеке, словно убеждаясь, что я реальна, коснулся губ и выговорил:

— Благодарю, моя единственная. Я не подведу.

Я поцеловала любимого и выбросила из головы все тревоги. Грядущая ночь принадлежала только нам, а остальное… Остальное будет потом, но не сейчас.