Глава 68

Эмилиан с рассвета и до поздней ночи занимался делами рода. Пост главы накладывал множество обязательств. Вынужденная смена власти требовала скорейшего приведения всех дел в порядок. Джил повсюду сопровождал своего господина, а я снова пропадала в казарме. Эксперименты с новыми возможностями дара помогали отвлечься от беспокойства за мужа.

Но как я ни старалась забыть о плохом, тревожные мысли то и дело не давали покоя. Не все члены рода Моралис благосклонно восприняли внезапное возвышение Эмилиана. Многие поддерживали решения сьера Карлоса и надеялись на выгодную торговлю редкой рудой. С приходом Эмилиана им пришлось забыть о таких заманчивых преступных планах. Влиятельным драконам это не понравилось, и они начали искать, как бы досадить новому главе.

На острове установилась пасмурная ветреная погода. В один из дней я задержалась в лаборатории, пропустила обед и вышла на крыльцо уже ближе к вечеру. Появление на тренировочной площадке Фабии стало неприятным сюрпризом. Эмилиан уволил экономку, как только отослал из поместья сьера Карлоса и кузенов. Так зачем она снова сюда пожаловала?

— Что ты здесь делаешь? — нахмурилась я, замерев на траве у ступенек.

По бледному лицу бывшей экономки скользнула кривая ухмылка. Она одернула серый плащ и расправила плечи.

— Сопровождаю свою госпожу. Что же еще?

— Даниэла в поместье? — вырвался у меня невольный вопрос.

Голос дрогнул, что не укрылось от Фабии. В ее невыразительных глазах вспыхнуло торжество.

— Для тебя, выскочка, сьерра Сантес, и никак иначе. Разумеется, моя госпожа здесь. Новому главе рода Моралис позарез необходим наследник, чтобы укрепить свои позиции. Сьерра Сантес — идеальная кандидатура на место главной жены. А твой удел — быть жалкой постельной грелкой. Как только пройдет венчание, госпожа тут же вышвырнет тебя за порог.

Сердце болезненно сжалось. Перед глазами поплыло, но я приказала себе успокоиться. Нельзя показывать слабость. Только не перед этой змеей. Вдохнув глубже, я растянула губы в нарочитой улыбке.

— Какие занятные вещи ты говоришь. Сьер Моралис в курсе ваших далеко идущих планов?

Фабия зло усмехнулась и мотнула головой в сторону особняка.

— А ты пойди и сама убедись. Господин пригласил сьерру Сантес в свои покои. Как раз сейчас они решают вопрос с датой свадьбы.

Как бы я ни храбрилась, а ядовитые слова шпионки Даниэлы достигли цели. Внутри все заледенело. Душевная боль не шла ни в какое сравнение с физическими страданиями. Да и целебная магия оказалась здесь бессильна.

Много раз я гнала от себя мысли о том, что не смогу подарить Эмилиану ребенка. Однако я снова и снова думала о невозможности зачатия. Ведь мы решили быть вместе, а значит, сделали осознанный выбор и несем за него ответственность. Так неужели Эмилиан передумал?

— Ну чего стоишь, время теряешь? — фыркнула Фабия, издевательски скалясь. — Пропустишь самое интересное.

Как бы я ни хотела послать бывшую экономку в далекую даль, но все же не сумела справиться с искушением. Подобрав подол длинного платья, я поспешила в особняк. Корила себя за слабость, за малодушие, за недоверие, но ничего не могла с собой поделать. Лучше знать горькую правду, чем жить во лжи наивных фантазий о великой любви.

В холле Густав подтвердил, что сьерра Сантес находится в покоях Эмилиана. Пожилой дворецкий собирался еще что-то добавить, но я уже не слушала. Побежала наверх, ворвалась в свои комнаты, пронеслась в спальню и замерла возле смежной двери. Кровь стучала в висках. Уши заложило. Я чудом держалась на подгибающихся ногах. Если сейчас увижу мужа с этой роскошной брюнеткой на постели, клянусь, прикончу обоих.

Тряхнув головой, прогнала сомнения. Вперед и только вперед. Я нажала на ручку, отворила дверь и скользнула по проходу. Войдя в спальню мужа, в недоумении огляделась. Ни Эмилиана, ни Даниэлы здесь не было. Царившие в знакомой комнате тишина и порядок пролились бальзамом на кровоточащую израненную душу.

— Пусто, — выдавила я и покачнулась.

Схватилась за комод, прислонилась спиной к стене. От облегчения голова пошла кругом. Но тут до меня донеслись отзвуки женского голоса. Собрав волю в кулак, я направилась дальше. Пройдя чередой комнат, остановилась возле приоткрытой двери в кабинет мужа.

— Ты обязан меня выслушать! — настаивала Даниэла, вышагивая перед письменным столом взад-вперед. — Ты не можешь меня игнорировать.

Эмилиан сидел в кресле и тер переносицу. Я отметила темные тени под карими глазами. Муж, должно быть, ужасно устал. Спал ли он сегодня после того, как убаюкал меня в своих объятиях? Я не знала. Когда пробудилась утром, дракона уже не было рядом.

— Чего ты хочешь? Зачем снова меня беспокоишь? Я неоднократно отвечал на твои письма, что нам нечего обсуждать. Помолвка давно расторгнута. Причем, заметь, по твоей инициативе. Мы чужие друг другу. Нас больше ничего не связывает. Так зачем ты снова и снова лезешь в мою жизнь?

Даниэла застыла посреди комнаты, стиснула ладони в кулаки и прошипела:

— Ошибаешься, дорогой. Мы крепко связаны, и ты сам об этом прекрасно знаешь. Я идеальная мать для твоих детей. Даже боги это подтвердили. Неужели ты думаешь, что твоя никчемная человечка способна от тебя понести? Она жалкая отступница с крохами презренного дара. Все на что ее хватит, это раздвинуть перед тобой ноги, чтобы потешился. А когда увлечение пройдет, ты сам ее первым и выбросишь, как надоевшую игрушку.

Смазанная тень скользнула по кабинету.

— Молчать! — рявкнул Эмилиан, подлетая к бывшей невесте и сжимая ее горло стальной рукой.

Даниэла захрипела, судорожно пытаясь разжать пальцы дракона. Глаза мужа затопило золото. Зрачки стали вертикальными. На скулах показались чешуйки. Из глубин мощного тренированного тела проступил опасный и кровожадный зверь.

— Не смей упоминать мою жену. Ты недостойна даже воздухом одним с ней дышать.

Лицо красавицы с идеальными чертами побагровело. Темные глаза начали закатываться. Эмилиан ослабил хватку, но лишь немного.

— Кхе-кхе, п-прости, п-пожалуйста, умоляю, — заблеяла Даниэла, стоило ей слегка отдышаться. — Я больше слова о ней не скажу, обещаю. Только выслушай меня.

Муж сверлил бывшую невесту злым взглядом, продолжая удерживать.

— Почему ты помогла Рафаэлю заманить меня в ловушку на том острове?

— Я не…

— Не лги! Я все знаю. У меня было достаточно времени, чтобы провести доскональное расследование. Да и архив рода теперь в моем распоряжении. Ты удивишься, если узнаешь, какие записи в нем хранятся.

Даниэла резко побледнела. Взгляд заметался, будто в поисках выхода.

— Говори! Чего тебе не хватало? Да, между нами никогда не было неземной любви. Но ведь ты ни в чем не знала отказа. Я мог дать тебе все что угодно и даже больше. Так зачем?

— Ребенок, — выдавила Даниэла.

— Что? — опешил Эмилиан и убрал руку от ее горла. — Но у нас и так бы родились дети после свадьбы. Я не понимаю.

Даниэлу перекосило от злости. Она скривилась и выплюнула:

— Вот именно! Тебе от меня нужен был только ребенок. Да и любому другому дракону тоже. Только и слышала с детства: «Дани, будь умницей. Дани, расти крепкой, чтобы родить как можно больше сильных драконят. Дани, за тебя дают огромный выкуп».

Слезы брызнули из темных с поволокой глаз. Но Даниэла задрала подбородок и резким движением смахнула влагу.

— Думаешь, приятно чувствовать тебя дорогой свиноматкой, которую ценят исключительно за здоровый приплод? А, может, я так не хочу? Вы все даже не подумали о том, что я чувствую!

Эмилиан стоял перед бывшей невестой в растерянности и не находил слов, а Даниэлу уже несло дальше.

— С малых лет я видела перед собой пример матери. Отец купил ее за баснословную сумму. Ждал, что она родит ему наследника, но вместо этого получил меня. Он терзал мать изо дня в день. Требовал, чтобы она снова понесла. Вот только у нее ничего не получалось. До самой смерти она пыталась забеременеть. Каждые кровавые дни встречала истерикой. А когда женская сила в ней угасла, она просто приняла яд и больше не проснулась. Посчитала себя ни на что не годной.

Даниэла запрокинула голову и надрывно расхохоталась, но это был не смех радости, а форма выхода терзавшей душу, застарелой боли.

— Самый мой большой страх с тех пор — это не родить наследника, а то и вовсе не забеременеть. Твой дядя пообещал отцу выкуп больше, чем остальные. Сьер Карлос все уши мне прожужжал, что я обязана родить тебе сына. Я перестала спать по ночам. Тряслась от ужаса, не желая повторить судьбу матери. Но я не могла отказаться от помолвки. Отец бы меня скорее убил, чем позволил не выходить замуж. Тогда то и поступило предложение Рафаэля.

Она усмехнулась и обхватила себя за плечи.

— Он пообещал передать мне в собственность ценный рудник, если я помогу тебя уничтожить. Я увидела в этом знак свыше. Погибший жених, который уже оплатил выкуп. Что может быть лучше? Не нужно выходить замуж, не нужно возвращать деньги. Рудник обеспечил бы мое безбедное будущее даже без поддержки семьи. Ради свободы я готова была на все.

Эмилиан сжал пальцами виски.

— Ты могла со мной поговорить, объяснить. Я бы…

— Что? Чтобы ты сделал? Это сейчас ты какой-то другой. Стал мягче что ли. Но тогда ты и слышать ничего не хотел. Я ведь просила дать мне время, подождать со свадьбой. Но ты уперся. Хотел побыстрее заделать наследника и выслужиться перед дядей, чтобы уж точно место главы рода от тебя не ушло. Уж прости, что предала. Но у меня не было другого выхода. Ты сам виноват.

Муж покачал головой и сказал:

— Выход есть всегда, Даниэла. Всегда. Теперь я это точно знаю. Поэтому не ищи себе оправданий. Ты пошла самой простой и короткой дорогой. Но я тебя не виню за это. Я и сам так поступал долгие годы. Но теперь… Теперь все изменилось. Прошу тебя, уходи. Нам не о чем больше говорить. Я не стану тебя преследовать за совершенное злодеяние.

— Нет уж, дорогой женишок. Я так просто не уйду. Затея Рафаэля провалилась. Ты выжил и даже сумел силой присвоить место главы. А я так и не получила обещанные бумаги, ведь сделка не выгорела.

— И чего ты от меня хочешь?

Даниэла шагнула к моему мужу и с коварной улыбкой искусительницы предложила:

— Женись на мне. Я рожу тебе ребенка, но только одного, а потом исчезну из твоей жизни навсегда. Ты будешь растить его со своей человечкой, как собственного. Все равно других детей у тебя не будет. Она не сможет удержать во чреве дракона. А вот погибнуть от кровотечения во время выкидыша — запросто. За мою милость ты отдашь мне тот самый рудник с редкой породой, где чуть не погиб.

Эмилиан молчал. Я не видела выражения его лица, но чувствовала, насколько тема для него болезненная. Драконов мало, особенно высших. Выносить ребенка архаса действительно очень и очень непросто. Ведь малыш при зачатии получает сильного зверя, а тот может и убить слабого носителя.

Я развернулась и пошла к себе. Дальше слушать не имело смысла. Как бы мы с Эмилианом ни любили друг друга, есть вещи, которые не изменить. Выбирая на берегу реки своего дракона, я была готова принять жестокую судьбу и остаться бездетной. А готов ли он к тому же? Это только ему решать. И я дам ему на это время. Приму любой выбор с высокой поднятой головой. Но тогда и ему придется принять мой.