Глава 23

Я закрутилась, как белка в колесе. Последние дни словно растянулись на недели, столько всего надо было успеть: работа в лечебнице, практика, лекции и занятия с нейрой Мирилис. Старушка отмечала, что рядом со мной ее перестает так сильно донимать выжженный магический источник, и это радовало.

Я успела познакомиться с несколькими вольнослушателями, они не задирали носы, как родовитые адепты. Но печалило, что лекторы и кураторы практик отдавали предпочтение именно адептам, тогда как остальные топтались в стороне. Я больше не видела нейру Лемберт, которая помогла освоить магический взор, а сегодня нас отправили к другому куратору вместе с группой адептов-первокурсников.

Они держались особняком, роняя на вольнослушателей косые взгляды и не считая за равных. Конечно, они-то платят за обучение. Рядом со мной переговаривались двое мужчин целителей из какого-то мелкого городка, они скопили денег на поездку в столицу, чтобы посмотреть, как лечат местные маги.

— Это несправедливо, — ворчал первый. — Почему одним от рождения дается все, а другим ничего?

— У тебя есть магия, — ответил второй.

— И что? Чтобы реализовать все свои способности, надо закончить Академию. А таким, как мы, светит только место вольнослушателя. Ты замечал, как на нас пялятся эти богатенькие адепты? А некоторые преподаватели? Так, словно мы пыль под ногами, нищие, которым милостиво позволили коснуться священного дара. Подправить бы им всем короны. А лучше носы.

Разговор закончился тем, что они решили уйти, не дожидаясь куратора. Не нравилось им соседство богатых “мажоров”. А мне без разницы, я не гордая. Надо будет, и в сторонке постою послушаю.

Наконец, явился куратор, нейт Грейвс — суетливый старик с носом-картошкой и такими толстыми линзами очков, что глаза за ними казались непропорционально огромными.

— Так, быстрей! Быстрей! Чего стоим, желторотики? Ко мне там новую пациентку привели, — он бегло осмотрел собравшихся и задержал взгляд на мне. Сразу вычислил незнакомое лицо.

— А это у нас кто? Я вас не припомню, — сказал, щурясь и поправляя очки.

— Меня зовут Аннис, я из вольнослушателей. Если позволите, я бы хотела посмотреть за вашей работой.

— О, конечно. Мне не жалко, девушки у нас тут редко бывают. А теперь давайте, двигайте отростками, которые по недоразумению зовутся ногами. Маги вы или хромые лошади?

Группа поплыла по коридору за наставником, он провел нас в небольшой зал, где на кушетке уже ждала больная — высокая и крепкая молодая женщина лет тридцати. Она была бледна, сидела полусогнувшись и держалась за правый бок.

— Что ж, дорогие, сейчас мы с вами проведем экстренный консилиум и поможем пациентке, — он потер крупные мозолистые ладони и принялся опрашивать страдающую женщину, попутно делая пояснения для адептов.

Любознательные парни оттеснили меня в самый хвост, приходилось вставать на цыпочки, чтобы что-то увидеть. А маг тараторил, как трещетка.

— Определить болезнь магическим взором может любой дурак. А что, если у вас его не будет? Положим, вы истратили прорву магии и не успели восстановиться, а пациент не может ждать. Или вся брюшная полость представляет собой сплошной пылающий очаг, когда источник болезни выявить очень трудно. Что будете делать? Молчите? А надо было лучше теорию учить. Что у пациентки, дорогие адепты?

— Аппендицит! — заголосили они дружным хором.

Похоже, меня это заболевание так и преследует, как и “острый живот”. Видать, судьба. Но…

— Надо исключить другие состояния, — подала я голос, пробираясь вперед.

— Это какие же? — сощурился нейт Грейвс.

— Перед нами женщина.

— Какая глубокая мысль, — хихикнул кто-то, но целитель шикнул, и все замолчали.

— Поэтому мы должны исключить женские болезни. Например, заболевания яичника и внематочную беременность. А также пищевое отравление, воспаление кишечника или почки, холецистит, плеврит, пневмонию и другие редкие болезни.

Да-да, профессор Косолапов не соврал и хорошо погонял меня на экзамене. Я чуть заикаться тогда не начала, зато вызубрила параграф наизусть. И теперь, спустя одиннадцать лет, помнила почти все. Вот что значит правильная мотивация!

Сейчас я старалась изъясняться попроще, чтобы не сильно светить терминологией, но на меня все равно косились с удивлением.

— Очень хорошо. Сейчас я буду исцелять эту женщину, а вы смотрите и запоминаете.

Пока руки целителя порхали над телом больной, она успокоилась и уснула. Нейт Грейвс сложил ладони на ее животе, я видела мягкий золотистый свет, который впитывался ей под кожу.

— Вы не угадали, мои дорогие адепты. У пациентки была киста яичника, а сегодня ее капсула лопнула, отсюда и симптомы. Даже с помощью магического взора можно не сразу это понять. Но спасибо, хоть один человек об этом заикнулся. А больная, между прочим, говорила, что боли начались внезапно после тяжелой работы. Она торгует на рынке и сегодня носила ящики с овощами. Это спровоцировало разрыв кисты. Помните, сначала мы направляем магию исцеления на сосуды, если они повреждены, останавливаем кровотечение, избавляемся от жидкости…

Я старалась запомнить каждое слово. Когда нейт Грейвс закончил лечение, а мы вернулись в класс, куратор принялся меня допрашивать, забыв об остальных. Он задавал каверзные вопросы, ответов на некоторые я не помнила, но строила догадки, подключив клиническое мышление. Именно оно, а не тупая зубрежка, было самым важным. Мало выучить написанное в учебнике наизусть, надо знать, как все это применить.

В университете мы изучали особенности не только детского, но и взрослого организма, и их различия. Даже в нашем мире педиатрию не сразу выделили, как отдельную науку. И тело ребенка рассматривали, как просто уменьшенную копию взрослого человека, не учитывая некоторых важных особенностей. В этом мире была та же песня. Но, может, когда-нибудь я это исправлю.

— До чего мы дожили, дорогие адепты? — куратор покачал головой. — Простая слушательница из глубинки, которая только начала постигать основы целительства, знает больше, чем вы. Помните, нельзя во всем полагаться только на магию! Целительство и лекарское искусство всегда шли рука об руку. Магия — не панацея.

Закончив речь, он отпустил всех, кроме меня. Попросил задержаться, задал несколько вопросов о том, откуда я, училась ли раньше.

— Мой наставник был хорошим лекарем, я многое от него узнала, — повторила заученную легенду. — А вы, я вижу, строги к своим адептам.

— Молодежь уже не та, — он устало моргнул, снял очки, чтобы протереть платком. — Нет того огня и страсти, с которой мы, ученики старой школы, постигали науки. Добрая часть адептов сидит в Академии не по своему желанию, а потому, что происхождение обязывает. Отсюда лень и небрежность. Но есть искренне заинтересованные в целительстве, ведь это — призвание. Дело их жизни.

Мы немного поболтали о своем, медицинском, и я не упустила шанс показать рекомендательное письмо из госпиталя Благой Алоры, которое получила как раз вчера. Оно добавило еще очков в мою копилку.

Нейт Грейвс помолчал немного, вздыхая о прошлом, а потом сказал:

— Если у вас есть желание, приходите ко мне в любое время. Я всегда рад новым ученикам, происхождение роли не играет. Главное — это стремление и трудолюбие.

И так тепло улыбнулся, что мне захотелось обнять этого старика. Все-таки маги тоже бывают разные, не все из них высокомерные снобы.

С практики я возвращалась, когда на улице начало смеркаться. День прошел очень продуктивно, что не могло не радовать. А по возвращении в дом нейры Мирилис меня ждал новый приятный сюрприз.

* * *

В гости пожаловал Лик со своим фамильяром. Пока меня не было, парнишка успел подружиться с нейрой Мирилис. Как два стихийника, они быстро нашли общий язык, да и скучающей старушке интересно было поболтать с любознательным юным магом. Опыта у нее было ого-го, а делиться им только в радость.

— Меня на вечер отпустили, — сообщил Лик, с энтузиазмом поглощая испеченный Лалли пирог. Служанка наблюдала за ним с умилением, сложив ладони на пухлой груди. Она часто повторяла, что у детей должен быть хороший аппетит и сетовала, что “худышка Аннис” почти не ест дома.

— А куда делся твой тиин? — вдруг спохватилась я. Уголек только что крутился поблизости…

Нет-нет-нет! Надеюсь, усатый разбойник его не слопал?

Лик перестал жевать и застыл с набитым ртом. Не сговариваясь, мы сорвались со своих мест и бросились в сад, где уже разливались вечерние сумерки. Каково же было удивление, когда перед нами предстала вполне мирная картина: Уголек лениво развалился на траве, передняя лапа только слабо подергивается. А желтый тиинчик нарезает вокруг котяры круги. Заметив хозяина, малыш доверчиво опустился ему на плечо.

У меня аж от сердца отлегло. Неужели у Уголька проснулась совесть?

— Ты знала, что тиины не имеют пола? — спросил Лик и прочел краткую лекцию о природе этих созданий. — А еще они умеют принимать облик магического браслета.

Тиин смотрел на меня глазами-бусинками. Только я хотела протянуть руку, чтобы погладить, существо издало оглушительный писк и скрылось из виду.

— Ничего, он вернется. Я назвал его Апельсином. Мой фамильяр пока не привык к людям, он слишком стеснительный и признает только меня.

Я долго расспрашивала Лика об учебе. Сейчас в нем было не узнать деревенского мальчишку, который больше всего на свете боялся, что его будут ругать и наказывать.

— У нас каждый день занятия и тренировки. А еще у меня появились друзья, с Эддом мы с одной комнате живем, у него тоже магия воды. Есть еще Ники и Линни.

Весело болтая, мы вернулись в гостиную, где нейра Мирилис собирала в вазу новый букет. Она успела сменить шляпу и припудриться.

— Хороший мальчик, напоминает моего внука. Аннис, я совсем не против, чтобы он приходил почаще и даже оставался жить на каникулах. Мой сад нуждается в кропотливом уходе, сама я уже не могу использовать магию так, как в молодости. И помощь мага воды мне пригодится, — с этими словами она обменялась с Ликом понимающими взглядами.

А Лик-то не промах! Может показать себя с лучшей стороны и умеет заводить друзей. Как я рада за него! Еще бы с другими разобраться…

Вдруг пространство гостиной пронзила веселая трель колокольчика.

— Ой! Это, наверное, Истен пришел, — лицо нейры стало таким, будто это не она только что напряженно вслушивалась, ожидая кого-то с минуты на минуту. И вообще чисто случайно его пригласила. — Я его на чай сегодня звала, — мягко улыбнулась старушка. — Аннис, дорогая, надо встретить гостя.

Стараясь успокоить не к месту разошедшееся сердце, я направилась к входной двери, бросив беглый взгляд в зеркало. Мда, вид еще тот. Похлопала себя по щекам — ну хоть немного на человека стала похожа.

— Какая удача застать вас дома. Я думал, вы постоянно на дежурствах и лекциях. А почему так бледны? Кровяное давление в норме? Как себя чувствует ваша магия после того, как к вам попал артефакт? — сыпал вопросами нейт Шерриан.

Сейчас он не был похож на строгого и представительного декана факультета, а выглядел… обычным человеком. Верх рубашки небрежно расстегнут, на лице расслабленность. Или это неформальная обстановка виновата?

— Все в порядке, меня ничего не беспокоит. Вы проходите, пожалуйста.

— Не мог отказать нейре Мирилис, уж очень настойчиво она меня приглашала. Заодно обсудим ваши успехи, — он метнул быстрый взгляд на мою руку и приподнял бровь.

Намерения нейры Мирилис были ясны, как день. Ещё и Нейт Шерриан словно издевался. Он потрогал мой лоб и спросил с притворной заботой:

— Лихорадки нет? Тогда почему так резко покраснели? Вы выглядели так же, когда я сказал, что вашей родной деревни нет на карте. Или в Енотах закончились еноты?

Еще секунда, и последовал бы провал, но тут к гостю вышла Мирилис и окружила его заботой и вниманием. Я получила передышку. У бабули имелся редчайший дар — быть очаровательной в любое время и в любом состоянии.

— Чай скоро будет готов, — пропела она, и вдруг на пороге гостиной возник мокрый до нитки Лик. Неужели его магия вышла из-под контроля?

— Нейра Мирилис, простите, там ваши розы… Клянусь, я нечаянно!

Извинившись, старушка отошла на улицу проверить, что же натворил мальчик. А мы с Шеррианом остались вдвоем. Я хотела узнать, все ли в порядке с Ликом, но декан почувствовал, что я собираюсь сбежать, и сжал пальцы на моем предплечье.

— В чем дело?

Он молчал, гипнотизируя меня взглядом, и я не знала, как стоит себя вести. Ситуацию осложняло то, что мы находились слишком близко друг к другу, сидя на диване на расстоянии локтя.

Наверное, у меня в глазах горела бегущая строка: "Я не попаданка, мамой клянусь".

Только вчера я ненароком спросила у нейры Мирилис, что здесь думают о попаданцах и подселенцах в чужие тела. Она сначала удивилась, пыталась выяснить, от кого я это услышала, а потом сказала, что обычно такие люди приносили миру лишь беды. Таких как я тут не жалуют, мягко говоря.

А нейт Шерриан только и ждёт возможности покопаться у меня в голове. И колечко, которое я присвоила, его явно тревожит. Он точно не желал, чтобы артефакт уплыл из рода.

— В лечебницу уже явилась проверка. Спасибо, что поспособствовали, — уцепилась я за спасительную мысль.

Менталист кивнул.

— Если этот ваш лекарь действительно виноват, отвертеться не получится. Проверяющий, нейт Стокворд, очень принципиальный человек, который не берет взяток.

Он взял мою руку в свою, провел подушечкой большого пальца по ободку кольца.

— Ваша магия развивается активно, я вижу, что потоки внутри вашего тела стали ровней и сильней, источник горит ярче. Думаю, пора мне снова заглянуть вам в голову. А вы что думаете, Аннис?

И посмотрел так… многозначительно. Это запрещенный прием, точно-точно. Опять это ощущение беспомощности, когда нельзя пошевелить и пальцем.

— А что это вы тут делаете, молодежь? — на помощь снова пришла нейра Мирилис, и оцепенение спало. — Пока мы с Ликом сушили клумбу, вы успели спеться?

Мило улыбаясь, она поочередно глядела то на меня, то на Шерриана.

— Я должен провести важное ментальное обследование. Нейра Мирилис, мне бы хотелось остаться с Аннис наедине, — декан был серьезен, но бабуля лишь отмахнулась.

— Истен, твои обследования могут и подождать, а мне Аннис еще замуж выдавать. Ты, кстати, в курсе, что она у нас скоро завидной невестой станет? Мои подружки, матери неженатых сыновей, каждый день напрашиваются в гости, хотят познакомиться с нашей девочкой. Все хотят урвать в невестки целительницу, но я обязана подобрать ей самую выгодную партию!

— Да? Неужели? — сощурился менталист, и я аккуратно вызволила руку, а потом спрятала за спину. Даже если ему нужно только это кольцо… Ну и что, не отдам. Что упало, то пропало.

— Да-да. На следующих выходных нас пригласили в театр, — продолжала вещать бабуля.

Какой театр? Театр абсурда? Иначе я не могу охарактеризовать разведенную пожилой нейрой бурную деятельность. А она, что называется, отжигала. Я же не знала, куда деться от стыда.

— Боюсь, Аннис слишком занята, чтобы ходить по театрам. В следующие выходные у нее две лекции и практика с утра до ночи.

Нейт Шерриан что, начинает злиться? Вон как глаза сверкнули, а в голосе прорезались стальные нотки.

— Не будь так строг, — бабуля изящно опустилась в кресло. — Женщине не обязательно усердно учиться, ведь для нас главное — это семья. И ты, как декан ее факультета, мог бы поспособствовать личному счастью своей подопечной. У тебя ведь учатся порядочные юноши? Жених не обязательно должен был богат и родовит, главное, чтобы человек хороший.

Даже у Уголька, который слушал этот разговор, сидя в дверях, задергался глаз. Я так вообще находилась в предобморочном состоянии. Вот удалось старушке смутить меня, тридцатилетнюю женщину. И ведь обидеть ее тоже жалко, видно, старается она от всей души!

— Еще слишком рано, она только начала учебу! — негодованию Шерриана не было предела.

— Как гласит народная мудрость, сани надо готовить летом, — нейра Мирилис наставительно подняла вверх указательный палец.

— Что же думает сама Аннис? — декан вперился в меня вопросительным взглядом и подпер кулаком подбородок.

Я откашлялась и произнесла серьезно:

— Магия дана мне не просто так, я намерена освоить и целительство, и менталистику, ведь только тогда я смогу достичь своих целей и стать кем-то большим, чем просто Аннис из глубинки. Я должна много и упорно трудиться, быть терпеливой и помогать другим. А потом и об остальном можно подумать.

Бабуля сначала подмигивала мне обоими глазами, мол, чего ты? Потом на ее лице проступило выражение: “Джонни, это провал”. Мне даже стало жаль усилий пожилой свахи. Но не хотелось выглядеть перед нейтом Шеррианом легкомысленной девицей, которая думает лишь о том, как скорей замуж выскочить.

Кажется, декан остался доволен. По крайней мере, он улыбнулся.

И тогда я добавила:

— Когда придет время, я с радостью прислушаюсь и к советам нейры Мирилис, и к вашим, нейт Шерриан, — его лицо снова приобрело настороженное выражение, словно он ждал подвоха. — Мой будущий избранник должен любить детей, потому что у нас будут не только свои, но и несколько приемных.

— Ничего не забыли? Есть еще какие-то требования? Сейчас только блокнот достану и запишу, — Шерриан скрипнул зубами и сделал вид, что тянется к карману.

— Уголек просит передать, что еще один обязательный пункт — любовь к кошкам.

Декан стрельнул взглядом в сторону двери. Кажется, он уже забыл о том, что хотел покопаться в моей голове.

— Я тут вспомнил, что у меня еще одно важное дело осталось. Чай был прекрасным, нейра Мирилис, благодарю, — нейт Шерриан вежливо раскланялся. — А от вас жду посещения всех лекций и практик без пропусков!

Последнее было обращено уже ко мне.

Когда нейт Шерриан спешно нас покинул, бабуля спросила:

— Тебе не кажется, что он слишком быстро ушел? А что я такого сказала?

Я не смогла сдержать улыбки. Пожилая нейра была очаровательна и настойчива в своем желании устроить мою личную жизнь.