Глава 22

— Что еще ты ему говорил?

Уголек кхекнул. Мы вновь собирались на ночную смену в лечебнице. Что бы не происходило, работу надо продолжать, да и Эллин будет ждать меня.

— Сказал, что если он не совсем дурак, то догадается, как сохранить артефакт в семье.

С глубоким вздохом я закрыла лицо ладонью. Этот кот меня до инфаркта доведет. И повезло же связаться с таким своенравным фамильяром!

— Ты чем-то недовольна? — участливо поинтересовался он. — Я о ее будущем забочусь, а она носом крутит, понимаете ли.

— Ты же не любишь нейта Шерриана.

— Да, но мы, фамильяры, можем чувствовать тайные надежды и чаяния своих хозяев.

— Лучше помолчи, Уголек. У меня мозг и так скоро взорвется.

Загадки только накапливались, казалось, я никогда их не разгребу. Начиная с моего попадания в этот мир и заканчивая кольцом и незнакомцем, который приходил к нейту Родеусу.

Так, стоп. А почему я решила, что Таннатар говорил именно о главном лекаре? Может быть, он имел в виду того человека?

Как же все сложно. Но бросить все и не отсвечивать? Нет, точно не выход. Знать бы, что я не одна такая попаданка, что изменить хоть что-то возможно. И что получится сделать жизнь детей этого мира чуточку лучше.

— Переживаешь? — фамильяр запрыгнул на колени и включил мурчалку. — Тебе досталась сильная магия, и артефакт это почувствовал. И я тоже. И Шерриан.

Я протянула руку и почесала Уголька за ухом.

— Ты что-то совсем раскисла, Аннис, — заключил он.

— Я не раскисла. Просто настроение такое.

— Все трудности временны.

— “Все проходит и это пройдет”, — процитировала я царя Соломона. — Ладно, пора собираться, меня уже ждут.

Душевный разговор с Угольком если не взбодрил, то немного успокоил. И все же — где они там у меня сильную магию увидели? Я покрутила ободок кольца на пальце. Ладно, посмотрим, какие сюрпризы ты мне приготовило. Главное, чтобы без членовредительства.

Когда я прибыла в лечебницу, работницы как раз уводили детей с вечерней прогулки. Тех, кто мог передвигаться самостоятельно, среди них была и Эллин. Она широко улыбнулась и помахала рукой. А за оградой в это время хохотала стайка мальчишек разбойного вида. Они кричали что-то обидное, плевались и кидали в маленьких пациентов огрызками яблок.

— Подожди, Уголек, — наказала я строго и двинулась в сторону шайки.

Думала, они сейчас пустят наутек, но мой вид их совсем не испугал, напротив, мальчишки стали только больше хорохориться. Вперед вышел главарь, которого я уже видела.

— Тетенька, ты чего хотела? — спросил с дерзкой улыбочкой, остальные гнусно захихикали. На меня смотрели с любопытством, ожидая, что я предприму.

Я сложила руки на груди. Взывать к их совести бессмысленно, так что…

— Ребят, я вижу в вас большой потенциал.

Кажется, не всем было известно это слово, но главное, что они перестали ухмыляться и заинтересовались.

— Вы такие смелые, ловкие, наверняка на вас можно положиться в одном очень важном деле.

— Ты на что намекаешь, теть? — главарь почесал макушку. — Чего тебе от нас надо?

— Предлагаю не тратить время на детские дразнилки, а побыть настоящими шпионами. Вы все равно любите гулять здесь, вот и будете докладывать мне обо всем, что покажется подозрительным, и что тут делают с детьми. А еще интересуют всякие посетители, — и я подробно описала увиденного незнакомца.

Хулиганы стали переглядываться и ждать, что ответит предводитель.

— А что нам за это будет? Мы бесплатно не работаем, — сразу заявил тот, чем заслужил одобрительный гул товарищей.

— Хвалю за деловой подход, далеко пойдете. Как тебя зовут?

— Я Резвый, — парнишка ткнул себя пальцев в грудь. — А это моя банда. Так что мы получим, если будем на тебя работать?

Деньги обещать я не могла, так как сама была полунищей, поэтому загадочно произнесла:

— Я настоящая магичка. Если будете хорошо работать, а не страдать ерундой, то обещаю помочь исполнить ваши желания.

— Ты магичка? Да хорош врать, — рассмеялся Резвый.

— А пусть докажет, — пропищал самый младший, босой и конопатый мальчонка лет семи.

Вот ушлые ребята!

— Не хотите как хотите, — я сделала вид, что ухожу. — Настоящие маги на дороге не валяются.

— Эй, тетя, стой! — спохватился главарь. — Мы согласны!

— Значит по рукам.

Мы с ним пожали друг другу руки, а я порадовалась своему спонтанному решению. Теперь у меня будут глаза и уши, а банда мелких хулиганов встанет на путь исправления. Надеюсь.

* * *

Немногочисленный персонал покинул лечебницу, я осталась за дежурную вместе с двумя женщинами, которые были со мной прошлой ночью. Жаль, не успела закончить фартук. А я ведь еще ленту алую у Лалли выпросила, так что буду законодательницей моды.

Нейт Энкель уже ушел, и я снова начала с порядка в его кабинете. Пока я обрабатывала инструменты, Уголек то крутился под ногами, то лениво валялся на полу и ворчал каждый раз, когда я об него спотыкалась. С собой у меня были две книги по менталистике и целительству, которые собиралась почитать, когда выдастся свободная минутка.

А ведь надо еще и в детскую палату зайти. Но это позже, когда другие работницы уснут. Не зря тут такая секретность. Скоро нейта Родеуса ждет приятный сюрприз. И нет, я не считала это стукачеством. Если он ворует деньги, выделяемые короной на лечебницу, то ему тут не место. Вот только если его снимут с должности, это место займет кто-то другой. Надеюсь, сюда пришлют хорошего заинтересованного лекаря или, может, предложат старичку Энкелю кресло главного. Он заслужил.

Вдруг со стороны улицы постучали. На пороге стояла молодая женщина с ребенком на руках.

— Можно мне нейта Энкеля? Как? Уже ушел? Вот беда, — опечалилась та. Она энергично трясла малышку, желая усыпить, но девочка только хныкала и елозила на руках у матери.

— А что случилось?

Может, я смогу им чем-то помочь? Пора бы уже нарабатывать у местных репутацию. Да, что-то сложное вряд ли смогу, хирургом я никогда не была, но знакомое и простое — вполне.

Располагаясь в кабинете, посетительница рассказывала:

— Зубы у нее лезут, сил никаких нет, все время на груди висит, не сплю которую ночь. Она все плачет и плачет. А зубных дел мастер сказал, что надо резать десны! Представляете? — и уставилась на меня полными ужаса глазами. — Говорит, зубы вылезти не могут из-за того, что десна слишком плотная, надо помочь. Но как я могу на это решиться? Думала, может нейт Энкель что-то посоветует, он еще меня в детстве лечил, когда руку сломала.

Я слушала и не могла поверить ушам. Что за варварство она описывает? Кажется, в книге по истории медицины я читала, что раньше некоторые так делали, иногда просто для профилактики, чтобы “зубы быстрее вылезли”. Это мне такое представить сложно, а тогда было делом нормальным, медицина развивалась как могла. Правда, такая операция обычно заканчивалась плохо.

Этот ребенок был у женщины первым, поэтому она не знала, что делать и как лучше поступить, а советы соседок не помогали. Я всегда считала, что вмешиваться в естественные процессы организма — только вредить. И лечение может быть симптоматическим, если есть такая нужда.

Но раз с лекарствами тут проблема, придется выкручиваться подручными средствами. Некоторые бабушки советовали смазывать десна медом для снятия воспаления, но я бы рисковать не стала. Все-таки мед — сильный аллерген, вспомнить хотя бы сладкоежку, одного из моих первых пациентов в этом мире.

— А вы помощница нейта Энкеля? — спросила женщина с опаской, когда я попросила осмотреть малышку. — Слышала от соседки, что у него ученица появилась. У той сын как раз руку обжег. Это вы его вылечили, да? Он уже совсем здоров.

— Рада слышать. Передайте, чтобы больше не лез к горячему.

Крохе было полгода, она сначала не хотела идти ко мне, но быстро успокоилась, когда рядом сел Уголек. Мой хвостатый помощник обещал контролировать магию кольца, если та вдруг решит проснуться.

У девочки был несильный жар, десны покраснели и припухли, но ничего страшного или необычного я не видела. Однако тревоги молодой матери понимала. И попробуй не испугайся, когда какой-то зубной мастер говорит, что надо резать.

Я успокоила женщину и облегчила боль магией, чтобы дать обеим поспать и отдохнуть. В запасах нейта Энкеля нашлись жаропонижающие капли и порошок для снятия воспаления, им лекарь посыпал раны своих пациентов.

— Порошка нужно совсем немного. Укладываете на чистую ткань и даете пожевать ребенку. В таких случаях дети могут тащить в рот все подряд, нужно следить, чтобы не подавились и не брали грязное. Хорошо, если вы кормите грудью. И не стоит пугаться, что у нее много слюны и насморк, просто умывайте и вытирайте насухо, чтобы не было высыпаний на коже. Печенье твердое можно, но очень аккуратно и под надзором.

Показав женщине, как все это использовать, я убедила ее, что стоит потерпеть несколько дней, жалея малышку и не отказывая в ласке. И до появления следующих зубов боли беспокоить не будут. А что делать? Естественный процесс, как говорили наши преподаватели. Но некоторые пациенты из нашего мира этого не понимали и бежали жаловаться на меня заведующей, потому что я не назначила им с десяток таблеток, про которые они читали в интернете.

Молодая мать ушла, довольная и спокойная, потому что под конец “приема” дочка, наконец, задремала.

А меня ждали другие дела.

* * *

Мы с Угольком снова, как два грабителя, прокрались на темный этаж и, открыв замок с помощью бытовой магии, вошли в палату. Я сразу услышала скрип кровати: навстречу бросилась Эллин и обняла за талию. Детские ручонки сжимали крепко, и от этого жеста даже сердце защемило.

Она не спала, ждала меня. И вчера, наверное, тоже, но напрасно. Как бы ни хотелось бывать тут чаще, оставались лекции и практика. Но ничего, надо просто потерпеть, если хочу стать кем-то большим, чем простая помощница и поломойка.

Но кроме радости от встречи я чувствовала кое-что еще. Страх Эллин. И не только ее, но и других детей. В этой палате случилось то, что их напугало. Пробуждение магии обострило мои ощущения, сделали интуицию острее во много раз.

Угадав мое настроение, Уголек боднул лбом в лодыжку.

“Интересно… может, давай сегодня попробуем колечко?”

“Ты опять за свое?” — отправила коту мысленный ответ и погладила Эллин по голове.

“А что? Я ведь знал, кому его отдавать”.

Но я была непреклонна. Лучше потерпеть, а Уголек — он слишком резвый экспериментатор.

Мы сели с девочкой на кровать, держась за руки. Другие дети спали, время от времени кто-то ворочался. Там же, у окна, лежал мальчик, которого я осматривала в прошлый раз. Мне бы попасть сюда днем и изучить поведение детей подробней, ночью почти ничего нельзя сделать, а мне жуть как не нравится, как выглядит их мозг при осмотре магическим взглядом.

— Эллин, ты можешь показать, что происходило в мое отсутствие? Просто подумай об этом, ладно? — зашептала я.

Сначала девочка глядела непонимающе, а потом догадалась, что от нее требуют, и согласно закивала. Вспоминая, что делала на практике с нейтом Шеррианом, я положила пальцы ей на виски и закрыла глаза, потянулась мысленно, раскрывая свой разум.

Верный фамильяр, ощутив выплеск магии, прильнул к ноге и замурчал. Тепло и вибрация расслабляли, выравнивали потоки в магических жилах. Показалось, что кольцо проснулось и стало нагреваться, но Уголек заставил его утихнуть.

Перед глазами вспыхивали смазанные картины — ребенок не мог четко сформулировать мысль, но основное я уловила. Здесь снова была эта противная бабка Яга, она оставила Эллин без ужина за то, что та случайно сломала игрушку. Я слышала, как дети плачут в ее воспоминаниях, как ужасно кричит и обзывает их эта женщина.

Не хотелось долго мучить Эллин и заставлять ее вновь проходить все это, я прервала технику и притянула девочку к себе. Хрупкая спина вздрагивала под тонкой тканью ночной рубашки.

— Ты голодна?

Она закивала. Тогда я сбегала на кухню, нашла булку хлеба, нарезала пару бутербродов с сыром и отнесла это Эллин. Глядя на то, как жадно есть ребенок, мне хотелось что-нибудь сломать — так сильна была злость. Уголек прыгнул на колени и свернулся толстым калачиком, успокаивая.

“Наберись терпения, — отправил мысленное послание. — И ты обязательно придешь к своей цели”.

Когда девочка наелась и уснула под тихую спокойную песню, я зажгла свечу, стараясь, чтобы свет от нее не был виден через окно, и села с книгой Алеста Байна “Менталистика в целительстве. Загадки нашего мозга”. Так как у меня был навык чтения на родном языке, с каждым разом предложения складывались все быстрее и быстрее. Местный язык оказался даже проще: букв меньше, слова как слышутся, так и пишутся.

В книге говорилось, что ментальная магия способна исцелять дурные воспоминания и стирать страхи. Мне бы очень хотелось, чтобы эти дети больше никогда не боялись, что их могут обидеть. Забыли все дурное, что с ними было.

Остаток ночи прошел спокойно. Я увлеклась трудом мага, поэтому почти не чувствовала усталости, и домой возвращаться не хотелось. Но надо поспать хотя бы несколько часов и отправляться в госпиталь, может, удастся напроситься посмотреть за работой кого-то из целителей. Ясно, что нужно как следует примелькаться и заработать репутацию активного вольнослушателя, развивать свои навыки и получать хорошие отзывы от преподавателей. Может, тогда и экзамен в Академии разрешат пройти раньше.

Спустившись в холл, я застала двоих людей в малиновых камзолах с золотой строчкой. Выглядели они солидно и строго, даже не взглянули на меня, когда повернули в коридор, ведущий в кабинет главного лекаря.

— О, смотри-ка, из министерства финансов пожаловали, — за спиной хихикнула работница, и я обернулась. — Никак проштрафился наш нейт Родеус.

В душе взметнулось ликование. Неужели так быстро пожаловала проверка?

— А вы раньше не замечали, что его кабинет слишком шикарен по сравнению со всей лечебницей?

— Да не только кабинет. Он такой дом себе отгрохал, — женщина недовольно поджала губы.

— И никто не подозревал, что он может тратить средства короны на себя?

— Да кто ж нас послушает, — она отмахнулась и пошла своей дорогой.

Выходит, все были в курсе, но молчали. Боялись жаловаться, думали, что их слова ничего не решат или просто закрыли глаза. Впрочем, ничто в мире не ново, чего я удивляюсь?

Небо нахмурилось, то и дело начинал срываться мелкий дождь, но настроение скакнуло вверх, стоило представить лицо Родеуса, когда к нему в кабинет нагрянут служители закона. Вся надежда на них, потому что моих навыков менталиста пока не хватает, чтобы убедить в чем-то этого упрямого человека.

Напоследок я немного постояла у ворот, ожидая, что появятся мелкие хулиганы. Но их не было. Интересно, смогут ли они что-то узнать для меня?