Глава 1

Бартрейн Клиффор

Как только я появился на пороге приемной, секретарь поднялся и скрылся в кабинете. Ожидание не затянулось и спустя пару минут дверь вновь открылась. Меня пригласили пройти внутрь. Зарождающийся ропот посетителей был остановлен одним взглядом помощника Советника, тем самым подтвердив в моих глазах слухи, которые ходили о нём в городе — верен только графу, крайне злопамятен и мстителен, дорогу такому лучше не переходить.

Граф Трейтор, ещё довольно молодой мужчина, всего на пару десятков лет старше меня, что совсем мало для магов, выглядел неважно: углубившиеся складки вокруг рта, серый цвет лица и мешки под глазами. Определенно, горячо любимая единственная дочь опять доставила ему неприятности. Информация о том, что первый советник императора не раз и не два пользовался своим влиянием, чтобы замять разгоравшиеся по её вине скандалы, подтверждалась шпионами Гильдии во дворце. По гостиным и будуарам высшей аристократии шептались, что виконтесса Лариния Трейтор снова вышла на охоту за неприятностями. В этот раз волочилась (смешно говорить так о молоденькой девушке) за самым завидным женихом этого сезона, а значит — забот у этого аристократа прибавилось. Имя жертвы никто не знал, оно не озвучивалось и на прямые вопросы сплетники только закатывали глаза и многозначительно молчали. Интригующе, но не настолько, чтобы самому копаться в этой куче дерьма.

Интересно и для чего он к себе пригласил представителя наемников? Никогда раньше граф не прибегал к услугам Гильдии и предсказать для чего ему наши услуги было сложно.

— Лорд Клиффор присаживайтесь. Я искренне рад, что прислали именно вас и мы можем поговорить без посредников. Разговор будет долгим и, я надеюсь, вы не откажетесь от моего предложения, — сказанное графом было неожиданно, но объясняло всё — Первый советник устал от выходок дочери и решил, что опекун‑телохранитель сможет обуздать её и не дать опозориться окончательно. То, что на встречу с ним пришел я было скорее исключением, чем правилом: заключать контракты мы оставляли на усмотрение руководства или поверенных. Но так получилось, что свободных наемников моего ранга не было в столице, а отправлять на встречу со вторым по влиянию лицом в государстве кого‑то ниже было бы моветоном.

Специализация опекун‑телохранитель появилась относительно недавно, всего каких‑то двадцать лет назад, когда боги простили нас и вернули связь между четырьмя мирами, восстановили порталы между ними, а магия перестала утекать сквозь прорехи. За многие века разрыва отношений наши миры отдалились друг от друга, мы забыли об особенностях других рас, изменились обычаи и законы. И если в общении между мужчинами легко можно было решить недоразумения — грубой силой или за бокалом алкоголя, — то с женщинами всё обстояло намного сложнее: истинные пары оборотней, единственные вампиров, наложницы и многочисленные жены орков не хотели терпеть посягательств на своих мужчин чужачек. Для того, чтобы женщины нашего мира не попадали по глупости или незнанию в щекотливые или опасные ситуации к ним приставляли телохранителей или опекунов. Гильдия наемников оказалась дальновидной: объединилась в единую Гильдию наёмников всего ожерелья и выделила группу телохранителей, которые прошли обучение у наставников из числа наемников всех шести миров, изучили законы, обычаи и особенности всех миров и рас. Я был в числе первых и самым перспективным. Ещё через пять лет к прежним четырем боги сумели добавить ещё два. К ожерелью Яниры присоединились один за другим мир Таррако и Центральный (назвать Притоном родной мир богини не позволяли приличия, хотя и звучал перевод именно так), и нам добавилось работы.

Новая специализация оказалась востребованной, а я удачливым и полезным гильдии — отец меня признал и этим поступком открыл двери в высший свет. Мне доверяли своих воспитанниц, жен, невест и дочерей отцы семейств из высших кругов аристократии Карноса, когда намечались поездки в другие миры или при встрече с представителями иных рас. Нанимать обычных людей и зависеть от них герцоги, маркизы и графы брезговали, а их дочери не считали нужным следовать приказам безродных. Совсем другое дело, когда опекой занимался сын дворянина, пусть и бастард.

…Вот и разрешился вопрос с самым завидным женихом сезона и открытой охоты на него виконтессой. Скоро уже ко мне потянуться желающие узнать всё из первых рук. Мне придется опять нырнуть в эту помойку, отбиваться от взяток и терпеть презрительные взгляды молодых дворян. А еще брезгливо‑завистливые и откровенно призывные молодых или не очень аристократок. Последнее заставляло предвкушающе облизываться — флирт и игра на грани мне нравилась всегда, и моральные качества будущих жертв меня интересовали мало.

— Я не прошу, чтобы ты вытаскивал её из кроватей любовников, — советник устало потер переносицу и попытался изогнул губы в улыбке. Получилось откровенно плохо: злой оскал и тщательно контролируемая ярость прорывалась наружу. — Я не настолько наивен, чтобы считать её невинным ребенком. Для меня главное, чтобы она не лезла к императорской чете и гостям из сопредельных миров. Всё остальное — на ваше усмотрение.

Работа предстоит интересная и отказываться от неё будет глупостью с моей стороны. И для Гильдии новости из первых рук и не требующие дополнительных проверок будут не лишними. Только факт заключения контракта напрямую без посредников немного смущал: может начаться эмоциональная привязка. Паршивое наследство от матушки, в чьей крови текла неразбуженная сила менталистов и ведьм. Латентный маг, латентная ведьма. Не пустышка, но и не одаренная, она оставила мне сомнительное наследство. И теперь любая клятва, подтвержденная мною лично, создавала определенную проблему. Прикинул шанс оказаться зависимым от подопечной и решил рискнуть. Но прежде уточнил:

— Только императорской четы? Или есть список лиц, с которыми ей не стоит общаться?

— Списка нет. Я надеюсь на ваше чутье и профессионализм. Если возникнут какие-то вопросы, мы всегда сможем это обсудить.

На уточнение деталей найма и внесение дополнений в стандартный договор, заключение магического контракта и принесение мной клятвы ушло больше двух часов. За это время нас ни разу никто не побеспокоил. Напоследок я решил задать вопрос, который волновал меня с первой минуты встречи:

— Почему именно сейчас вы решили нанять опекуна? Не раньше, не через месяц, а именно сейчас? — Информация будет полезной не только мне, но и Гильдии и терять момент, чтобы уточнить такую «мелочь», я не стал. Граф был настроен более доброжелательно, чем в первые минуты встречи, и отказывать в развернутом ответе мне не стал:

— В начале лета состоится встреча представителей шести миров, первая за прошедшие годы со дня объединения в расширенном составе на Карносе. Точная дата ещё не назначена, есть несколько месяцев на уточнение деталей и утверждение состава делегаций. Необходимо, чтобы всё прошло идеально и без накладок, а моя дочь может доставить немало хлопот. В прошлом году на приеме в честь миледи Аркадии Мален Лариния вбила себе в голову, что она — истинная пара супруга миледи, лорда Мун. Два года назад — что единственная лордов Брамса и Морана. Скандалы удалось замять, но в этот раз Император не будет снисходителен к ней, — голос советника звучал устало (ритуал вытянул из него больше сил, чем из меня), и мне стало его немного жаль. На таком посту иметь проблемную дочь — преступление перед Империей. Виконтесса будет не первой моей подопечной, а я специализируюсь на охране аристократок на время сезона балов и приемов во дворце или на сопровождении дам в путешествиях по ожерелью Яниры — объединенным мирам, — очень давно. Будет не первой, но, предполагаю, самой проблемной.

******

Знакомство с виконтессой прошло… ожидаемо. Наблюдать за диалогом Первого советника и его дочери было местами забавно и познавательно, но в целом — привычно и скучно. Ещё ни одна из женщин не приняла своего надсмотрщика с радостью.

— Ты не можешь со мной так поступить!

— Или будешь находиться в столице под опекой лорда Клиффора, или отправляешься в северное имение на пару лет… в его сопровождении. Компаньонки не могут тебе ни в чём отказать, потакают твоим сумасбродствам, не выполняют своих прямых обязанностей. Выбирай между столицей и имением. Вопрос с твоим окружением и сопровождением окончательный. Это моё решение не обсуждается, — виконтесса не произнесла в ответ ни слова. Граф выглядел удовлетворенным молчанием дочери, но я уже имел дело с такими как она и понимал, что девица так просто не покорилась и мне ещё придется не раз пожалеть о заключенном контракте.

Жаль, что компаньонку виконтессы граф не сменил — уволить свою дальнюю родственницу не позволила графиня Трейтор. И эта интриганка… смогла меня переиграть. Почти смогла.

…Зима подходила к концу, и круговерть из балов и приёмов, чаепитий и клубных встреч заканчивалась. Виконтесса Лариния Трейтор не пропустила ни одного из этих сборищ, и мне как верному псу пришлось сопровождать её повсюду. Меня сознательно унижали, низводя до мальчика на побегушках.

Но я совсем не жалел о «потерянном времени»: соблазнял очередную красотку в паре шагов от её чопорной компаньонки и не позволял наделать глупостей Ларинии, а через час очаровывал уже молодых вдовушек, которые стояли на страже чести своих подопечных — игра на грани разоблачения. На балах ловил призывные взгляды и получал записки с приглашениями от их матерей, пробирался ночью к ним в альковы, дарил откровенные ласки и… слушал, слушал, слушал. Поразительно, как много нужного слышат жены и дочери сановников и как мало в этом понимают. Из бесконечного бессмысленного щебета выуживал капельки, имеющие хоть какой‑то смысл, из вороха откровенного вранья добывал крохи правды, передавал в Гильдию новости и делал собственные выводы.

Я чувствовал — что-то назревает, что-то вот‑вот произойдет. Уловить, что именно, пока не удавалось.

Как не удавалось и подобраться к неприступной маркизе Блисс. Она единственная, кто мог знать о происходящем больше других — маркиз Блисс тайный советник Императора, близкий друг Аркадии Мален, и всё семейство маркиза — частые гости во дворце. Но, казалось, что Хейллин от меня оберегает сама Лаяна — богиня домашнего очага, а маркиз Блисс стережет её от всех остальных и охраняет похлеще, чем сокровищницу Императора Славлена и честь фрейлин Императрицы Оргины.

— Не понимаю, как тебе такое удается? — Сам не понимаю, как, но делиться с приятелем своими мыслями не собираюсь. — Барт, ты понимаешь, как сильно рискуешь? А если хоть одна из них проговорится?

— Не проговорятся, и не рискую. Не преувеличивай, Орг, — баронет Оргрес Палмир мой единственный приятель во дворце. Единственный, кому я доверю собственную спину, жизнь и кошелёк. Хотя нет, последнее ему точно доверять не стоит — спустит всё на красоток в салоне метсис Люпьен. — Никто не захочет испачкать свою репутацию связью с наёмником.

— Не наёмником, а единственным наследником графа Клиффор, — приятель ударил по больному. У отца и его молодой жены недавно родилась девочка и наследницей она быть не могла. До этого я был единственным ребёнком. Подозреваю, что и признал он меня только отчаявшись иметь законного наследника. Хорошо, что не стал вмешиваться в мою жизнь и настаивать на отказе от работы на Гильдию.

В комнату заглянула сама метсис Люпьен, следом за ней впорхнули девушки с подносами, призывно стреляя в нас глазками. Верно оценив наше желание поговорить без свидетелей, она отозвала служанок, сама сервировала стол и с улыбкой вышла, оставив нас одних. Ни я, ни Орг не проронили ни слова за это время — содержательница элитного борделя (сама она предпочитала называть свое заведение клубом для отдыха достойных мужчин) была слишком умна и замечала малейшие изменения интонаций разговора, читая между строк и по обрывкам безошибочно угадывая суть.

Едва за ней зарылась дверь, как Орг не выдержал и задал вопрос, давно вертевшийся у него на языке:

— Тебя так зацепила сама маркиза или это нужно для Гильдии, — отвечать не хотелось, но этот засранец не остановится и… во что выльется его любопытство в этот раз не предскажут даже боги.

— И то, и другое, Орг. Но я тебе этого не говорил, — надеюсь моего ответа ему хватит, чтобы не наделать глупостей.

О молоденькой маркизе ходили противоречивые слухи. Одни говорили о её многочисленных любовных похождениях, несмотря на усиленную охрану и опеку, другие — о непроходимой глупости и крайней взбалмошности, третьи — о снобизме и ханжестве. Опровергнуть или подтвердить слухи никто не мог — чета не останавливалась в своих апартаментах во дворце не дольше, чем на пару дней, предпочитая собственный дом в столице. Часто проводили приемы, балы и званые обеды у себя. Я слышал в адрес четы Блисс злобное шипение Ларинии и несдержанную ругань графини Трейтор. Чем это было вызвано, пока не разобрался. А создать своё мнение о молоденькой аристократке не сложилось, приблизиться к маркизе или её супругу тоже, и это только подстегивало азарт. Распаляло фантазию и зарождало внутри глухое недовольство собой. Единственное в чем сходились все — Хейллин маркиза Блисс была невероятно хороша собой, входила в Императорский список невест. Невозможность насладиться ещё одной победой — вызов моим умениям и сильный удар по самолюбию.

— Есть только один способ встретиться с маркизой, и это получить приглашение на прием в её дворце. С этим я тебе помогу, но есть одно существенное «но». Семейство графа Трейтор на него не попадет без присутствия самого Первого советника. Не знаю, что произошло в прошлом — об этом не говорят, — вот так приятель решил мне помочь. Предвкушение и огонек интереса в глазах Орга предупредили, что простой благодарностью я о него не отделаюсь. — А сейчас давай отложим разговоры и дела и насладимся твоим свободным временем. Твоя виконтесса не успеет прыгнуть в койку принцам за это время, а у тебя от пресных аристократок скоро мозг прокиснет. И не только мозг.

Я наконец смог расслабиться и насладиться свободным вечером и алкоголем в приятной компании.

А через несколько дней из Гильдии принесли новость — маркиз Блисс исчез из поля зрения наблюдателей, на маркизу было совершено покушение.