Глава 8

Хейллин маркиза Блисс

В этот раз я пригласила Бартрейна Клиффора в кабинет в своем крыле. Я не решалась начать разговор с этим… лордом. Боялась, что не сдержусь и произнесу слова, которые со вчерашнего вечера крутились у меня на языке. Вместо этого я рассматривала его и уже не стремилась спрятать взгляд — было всё равно, если он что-то рассмотрит в нём или поймёт.

Красивый мужчина. Не смазливый и не лощеный хлыщ, а… просто красивый настоящей мужской красотой. Короткие темные волосы, жесткие и непослушные — видно по тому как топорщатся ежиком на висках, волевой подбородок с маленькой ямочкой, прямой «породистый» нос, не пухлые, но и не тонкие, губы, пронзительные глубокие серые глаза — никакой сладости и приторности в такой внешности нет. Возраст, каким бы он ни был (а я уже точно знала, что он немногим младше моего мужа), не оставил следов ни сединой в волосах, ни морщинами на лице, ни излишеством веса на теле — сама в этом убедилась. Успела за несколко минут рассмотреть и упругость ягодиц, и ширину плеч без одежды, и как перекатываются мышцы на руках. Сильный мужчина в самом расцвете лет.

Это все я отметила ещё вчера днём, но только сейчас осознала его внешнюю привлекательность. И тем сильнее было моё негодование и непонимание его поступка.

Зачем такому мужчине принуждать рабыню?

Служанок всех рангов и мастей в это доме более, чем достаточно, свободных и готовых на многое за пару медных или серебряных монет.

Да и любая из находящихся в доме аристократок с радостью с ним переспит. Во время завтрака я видела, что леди чуть не выпрыгивали из декольте, пытаясь привлечь его внимание.

Не понимаю…

Совсем не понимаю. Он воспользовался зависимым положением Несси, тем что она не могла ему отказать, как гостю в моем доме. Негодование, утихшее за ночь, вернулось и трансформировалось в злость.

Я спрятала руки под стол, чтобы Клиффор не увидел, как они непроизвольно сжались от злости в кулаки. Жаль, я не умела контролировать мимику, да и красные пятна на лице выдавали мои эмоции.

Как? Как скажите можно доверять человеку, если он так поступает с бесправной и беззащитной женщиной?

К негодованию добавились стыд и сожаление.

Сожаление о том, что не могла вмешаться и наказать наглеца, как этого хотелось. Вчера я ушла и оставила все как есть, поступила, как должна была поступить настоящая маркиза Блисс. Местный этикет… местный менталитет…

Это слово скоро станет для меня ругательством и матом!

Стыд — он тоже был. Жгучий и не менее сильный, чем злость. Было совестно перед Несси за то, что не подумала об опасности для неё, когда впустила наёмников в свой дом, не защитила. Я забрала её свободу, ее право самой решать, когда и кому отказать и на что согласиться. А сама не дала ничего взамен, кроме куска металла и камней.

Теперь мне жить с этим чувством вины.

Еще мне было страшно. Ведь доверять теперь ему я не могла.

И не имела возможности отказаться от помощи человека, которого презираю и ненавижу. Вот так…

Ненавижу. Ненавижу его за свою злость. Ненавижу за то чувство стыда и вины перед Несси, что поселилось во мне надолго. За собственный страх и вынужденную зависимость от него. Меня немного потряхивало от такого жуткого коктейля бурливших внутри чувств. Что ни говори, но стрессов за этот месяц я испытала достаточно.

Несколько минут напряженной тишины, и так не начавшийся разговор (я не знала, как его начать, а лорд Клиффор не торопился мне помогать с этим) прервал стук в дверь.

Не дожидаясь ответа, в кабинет вошла Бейти. В этот раз она даже не пыталась замаскировать свой внезапный приход ни принесёнными напитками, ни вопросами о том, что неободимо сделать, и была крайне взволнована.

— Миледи, прибыл гонец из императорского дворца. Метсер Батлерг не велел вам докладывать, — стало понятно её волнение и раскрасившиеся румянцем смущения щеки.

Вчера она так же смущалась и волновалась, когда обслуживала прибывших мужчин, не забывая при это стрелять в них глазками. Что только подтверждало мои мысли по поводу поступка мужчины.

Непонятный приказ управляющего и чувство долга передо мной заставляли делать нелегкий выбор, и это расстраивало Бейти.

Лорд Клиффор отреагировал практически моментально.

— Выйди! — Хотелось возмутиться и поставить наглеца на место, но мне не позволили этого сделать. Он очень быстр оказался возле стола, взял тот же нож, что когда — то брала Несси, уколол себе палец и приложил ко всем трем экземплярам контракта. — Быстро называй свое настоящее имя и идём к управляющему.

Наверное, из-за шока я выпалила настоящее имя, а Клиффор проделал манипуляции с кровью и договором, выдернул меня из-за стола и практически потащил за собой в гостевое крыло к кабинету, где я вчера принимала наёмников. Со стороны это выглядело безобразно.

Опомнилась почти у самой двери и попыталась выдернуть руку из захвата наглого мужлана, но на меня посмотрели так, что сопротивляться резко расхотелось.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​— Как ты там называла нас? Отряд быстрого реагирования? Так вот я и реагирую быстро и заметь в твоих же интересах и полностью в рамках контракта, — я не помнила, чтобы проговаривала это название вслух.

Несси говорила, что он обладает ментальными способностями, вот тебе ещё один бесчестный поступок — он просто покопался в моей голове. Додумать мысль я не успела.

— Молчи, когда я буду говорить, и попробуй довериться мне.

Довериться? Доверять после того, что он сделал Несси? После того, как без разрешения подсмотрел мои мысли? После того, как практически сам принял решение и подписал за меня контракт?

Настолько наивной я не была. Доверять ему точно не стану. Пока мне и самой было интересно разобраться в поступках метсера Батлерга. Ведь императорский гонец прибыл скорее всего ко мне, но послания я бы не получила. Моя интуиция буквально вопила об этом.

Странно, что несколько минут назад, в кабинете, она молчала.

— Злишься? Вот и хорошо. Умница. А теперь мы направим твою злость на того, кто её действительно заслужил, — с этими словами он открыл дверь и практически втолкнул меня в кабинет.

Дальше события понеслись с бешенной скоростью, закружились, как в плохом водевиле, в котором я принимала участие и не принимала одновременно. Как декорация, которую перемещают время от времени по сцене с места на место.

Впрочем, меня это абсолютно устраивало — мне не хватало ни знаний, ни понимания, что вообще происходит, и оставалось прислушаться к интуиции, довериться профессионалу и наблюдать со стороны.

Довериться… Смешно и неудобно.

— Метсер Батлерг, потрудитесь объяснить, что здесь происходит, — мы с Клиффором вломились в кабинет в самый разгар спора управляющего и гонца. В отличие от меня наемник быстро сориентировался в обстановке. — Письмо передайте мне, — он протянул руку к пакету. Видимо, именно последний и послужил предметом спора между метсером Батлергом и молодым человеком, который его привез.

— Приказано передать лично в руки маркизе Блисс, — как бы ни молодо выглядел гонец, но держался он уверенно, без страха и не спешил отдавать письмо ни управляющему, ни Клиффору. Он посмотрел на меня вопросительно, а я не стала тянуть и кивнула в сторону Клиффора.

— Отдайте моему сопровождающему и, если требуется ответ, то ожидайте в комнате. Вас проводят и накормят, — он не стал спорить, коротко кивнул и передал письмо наемнику. Потом с видимым облегчением покинул нас.

Едва за ним закрылась дверь, как метсер Батлерг с недовольством выпалил:

— На каком основании вы вмешиваетесь в дела миледи? Контракт еще не заключен, и боюсь после такого и не будет подписан никогда.

— Наверное потому что мне позволили вмешаться. Или может быть ей захотелось, чтобы я смел многое? — двусмысленность сказанного не понравился ни мне, ни метсеру Батлергу. Последний с осуждением и плохо скрываемым презрением смотрел на меня, как будто это я, а не он попался на чем-то предосудительном.

‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌Я надолго онемела от возмущения. Вот так поворот.

Дальше совсем перестала понимать происходящее. Фразы с двух сторон сыпались одна за другой, и все что я вынесла из словесной дуэли — ничем другим назвать эту пикировку я не могла, — это то, что магическая почта из столицы до меня не доходила и расследование проведено не было. От слова совсем.

Управляющий юлил, выражался туманно и все время пытался надавить на незаключенный контракт.

— А зачем мне заключать контракт? Мы с ней и без него прекрасно поладили, — игривый взгляд в мою сторону, ироничный тон и такой явный намек на близость заставила меня задохнуться от негодования.

Вдохнула и выдохнула, чтобы взять себя в руки и не выпалить все, что думаю о нем. Опять одни ругательства вертелись на языке. Но не успела даже слова сказать в ответ на его заявление.

— К сожалению, уволить маркиза вас не может. Но до сведения её супруга и Императора будет доведено, что вы покрываете убийцу.

Вся моя злость на наглеца разом пропала. На что бы он не намекал прежде, после последних слов я постаралась забыть на время своей неприязни. Уже другие мысли роились в голове.

Тот, кто покушался на Хейллин, из — за кого я оказалась здесь, находился где — то в этом доме, совсем рядом со мной. И этот кто-то в любой момент мог добраться до меня. Пусть наёмник пока говорит и делает все, что посчитает нужным, только бы разобрался и помог выжить. Нет, я не оставлю просто так его намеки, издевки и мою испорченную в глазах Батлерга репутацию.

Лицо управляющего покрылось красными пятнами, а вместо слов из рта вырывались то ли хрипы, то ли сипение. Не сказав больше ни слова, он поклонился и вышел из кабинета. Дверь за собой прикрыл очень осторожно.

Клиффор протянул мне письмо, из — за которого мы и оказались здесь так быстро.

— Вскрой печать. Не представляю, как планировал его прочитать Батлерг, но я рисковать не стану, — в тоне мужчины не добавилось ни капли уважения, не было и сожаления о том, что он говорил. Плохо, что тех знаний по магии, что оставила доступными мне Хейллин, было недостаточно ни для чего.

Хотелось швырнуть какой-нибудь молнией в него, или обездвижить и попинать ногами. Теперь, когда мы остались наедине и нам не мешал управляющий, я готова была высказать все, что давно хотелось. Страх лишь больше подстегнул меня.

— Как ты посмел копаться в моей голове? Кто тебе позволил в нее влезть? — Возможно, начинать надо было с другого, но слова уже вырвались.

— Я не копался ни в твоей памяти, ни в твоей голове, — не смотря на серьезность, с какой он говорил и смотрел мне в глаза, я не верила ему. — Применять ментальные способности без особого разрешения запрещено законом. Карается блокировкой магии сроком от пяти до двадцати лет. Я не стал бы рисковать своей жизнью ради сомнительного удовольствия узнать мысли девчонки.

— А мы перешли с вами на «ты»? Что-то не припомню такого, — я пропустила его ответ мимо сознания, меня несло. Я выплескивала на него все, что долго копилось во мне. Не давая ему вставить больше ни слова. — Ты не мог по-другому узнать, как я называю вас. Ты не имел права пользоваться беззащитностью и бесправностью Несси, — я замолчала, чтобы набрать воздуха в легкие и продолжить, но мне не дал этого его смех.

Вот так. Просто рассмеялся в ответ на все сказанное мной.

— Значит тебя задел мой интерес к рабыне, — в его словах и тоне опять появилась издевка. Лёгкая и такая… знакомая. — Ты позавидовала ей. Наверное, посчитала, что мне следовало прийти к тебе.

— В моем доме ты больше не посмеешь никого и ни к чему принуждать. Ни ты сам, ни твои товарищи, — я всё-таки смогла договорить. Его язвительный тон не задели меня.

— Значит вне твоего дома я могу принуждать. И этот дом точно не твой, а маркиза Блисс. А ты, — он намеренно сделал ударение на словах «твоего» и «ты», чтобы дать мне понять, что ему наплевать на мое мнение, — не маркиза.

Вот так. Меня указали на место. Я — не маркиза.

Но уже через несколько мгновений он продолжил без издевки:

— Перед ужином я зайду к вам, и мы обсудим все пункты контракта еще раз. Постарайтесь до этого не выходить из своих комнат. Для всех — я ваш гость. Это в ваших же интересах, чтобы о контракте со мной пока не знали. Батлерг покрывает человека из вашего близкого окружения. Но ведь вы не для этого нас нанимали. Не так ли, миледи? — Что я могла ему ответить на этот вопрос? Ничего.

Абсолютно ничего. Мне еще придется с ним договариваться о помощи с памятью Хейллин. А выводы не утешительные — неприязнь между нами взаимная.

Да. Обвинения я мужчине высказала, но это не принесло мне облегчения. Я прекрасно поняла, что своими словами не добилась от наёмника ровным счетом ничего. Разве только вернула немного уважения при обращении ко мне.

Перед уходом я вскрыла письмо и, не читая, передала его Клиффору. За дверью меня уже ждал один из отряда. Я не вспомнила его имени, хотя раньше такой невнимательностью не страдала.

‌Только отправилась я не в свое крыло и не заперлась в комнатах, как это сказал сделать Клиффор, а пошла искать управляющего.

Мне необходимо было узнать более подробно о тех семерых наемниках, которые теперь будут рядом со мной. Вместе с Клиффором их всего восемь человек, и я подозревала, что у метсера Батлерга есть полное досье на каждого из них. То немногое, что управляющий рассказывал, представляя их мне, было именно что «немного». Почему он не хотел, чтобы я нанимала Клиффора я уже поняла из перепалки в кабинете, и теперь встал вопрос: почему он сам не предоставил «досье» на остальных?

— Хорикейн, входить со мной не стоит, — я наконец вспомнила, как зовут этого сероглазого шатена. Мы подошли к комнате, на которую указал один из слуг, когда я спросила где найти управляющего. — Я не думаю, что мне грозит что-то страшнее недовольно поджатых губ и ядовитого тона. Но это не смертельно, поэтому ты подождешь меня здесь.

— Клиффор приказал не спускать с вас глаз. Проверять на себе степень недовольства командира я не рискну, — все это он произнес с улыбкой, смягчая ею свои слова. Вообще все семеро после подписания контракта немного расслабились и вели себя более свободно. — Поэтому мы войдем вместе.

Не хотелось бы показывать наемникам, что я интересуюсь ими, но что мне оставалось делать? Не скандалить же в конце концов на глазах слуг, которых здесь оказалось на удивление много.

Дверь вела еще в один кабинет. Оказалось, что, имея свой управляющий обосновался в кабинете моего мужа и вовсю пользовался его отсутствием. Хорикейн только пожал плечами на мой невысказанный вопрос, но во мне прочно укрепилось подозрение — управляющий точно знал, что хозяина долго не будет, а возможно — никогда. Он определенно знал намного больше всех нас вместе взятых.

В этот момент я еще больше разозлилась на Хейллин: она позволила с собой не считаться слугам, создала репутацию инертной и безвольной особы, внушила мне необходимость поддерживать эту репутацию.

Не знаю, как у неё получилось, но я не могла никак вырваться из созданного ею образа. И раз за разом поступала, как это делала бы она сама. Иногда это было оправдано, но в такие моменты как сегодня — преступно.

​​До памятного разговора с Несси я еще надеялась, что раз Хейллин так озабочена моим поведением, то у меня будет возможность вернуться назад. Потом эта надежда пошатнулась, но не покинула меня окончательно. Ведь для чего‑то ей было нужно, чтобы все шло, как и прежде, чтобы я действовала по её плану.

Но теперь… надежда испарилась. Я никогда не увлекалась историей, не читала книг о прошлых временах и детективов. Они мне были попросту неинтересны, я жила в современном мире и погружена была только в свои проблемы. Теперь я жалела об этом — иметь хоть какое-то представление об интригах и играх при дворе (даже слуги в этом доме участвовали в них) мне не помешало бы.

— Вы же понимаете, что я не мог поступить иначе, миледи. У маркиза не осталось наследника и полноправной хозяйкой скоро здесь будете не вы, — управляющий успел взять себя в руки и сам затронул тему недошедшей до меня корреспонденции.

Он перебирал листки из стопки и откладывал нужные мне — их оказалось не так много, как хотелось бы. Я видела, как подрагивают руки уверенного до этого мужчины, как вместо красных пятен гнева по лицу разливается бледность и как нехороший огонек загорается в его глазах. Все это видела не только я, от наемника простоявшего все время за моим креслом повеяло силой.

К явному проявлению магии я оказалась не готовой, но постаралась ничем не показать своего удивления и страха. Вот еще один момент, о котором я уже думала во время ритуала Несси — я не знала, как отреагирую на непонятные мне поступки окружающих.

Все это прошло бы мимо меня, если бы я не наблюдала за ним, как проходило мимо все время общения. Пришло понимание, что нужно уезжать отсюда как можно скорее. Но куда?

Как же мне не хватало знаний и памяти Хейллин!

День прошел не впустую — я досконально изучила все о наемниках. Еще раз перечитала законы Гильдии, те из них, которые затрагивали конкретно меня. Радовало, что перекупить их никто не сможет. Нанявшись ко мне на неопределенный срок и без четко расписанных обязанностей, они фактически на все время контракта выходили из-под юрисдикции Гильдии. В любом другом случае отработав они могли быть наняты уже магом или человеком, чтобы навредить мне.

Хейллин хорошо подготовилась и вложила в меня на уровне подсознания необходимость заключить именно такие контракты. Было чистым везением, что мужчины на них согласились. Или не везением, но мне было безразлично, что их подтолкнуло на это, главное — отряд был сформирован.

Вечером, как и обещал, ко мне зашел Клиффор. Чем он занимался весь день мне никто не говорил, Бейти на мои вопросы о том, где он находится и почему не появилась Несси, отвечала неохотно и уклончиво. С утра его поведение разительно изменилось, в голосе звучала некоторая толика почтения, но это было скорее уважение не как к человеку, а как к нанимателю. Меня это полностью устраивало, доказывать что-то ему у меня не было ни сил, ни желания.

​— За покушением на вас может стоять три человека. Ничего конкретного узнать не получится, все следы за месяц успели убрать и подчистить. Могу сказать с уверенностью только одно — Гильдия не принимала заказов на ваше устранение и на похищение вашего мужа, — Клиффор замолчал, обдумывая дальнейшие слова. Хотелось услышать конкретные имена, но вместо продолжения отчета я услышала вопрос. — Так для чего вы всё-таки наняли нас?