Глава 41

Результаты экспертизы подтвердили, что тела в машине действительно принадлежат Викензо и Джо. На похоронах, устроенных с подобающей человеку его положения, пышностью, из ближайших членов семьи присутствовал только Тео — новый Дон. Жена и сестра Викензо все еще находились в больнице, но прессе ничего не удалось узнать об их состоянии. Джо наблюдал за похоронами со стороны, гадая, куда теперь повернет Тео в борьбе с Тереховым. Он решил дать им несколько месяцев, чтобы поубивать друг друга, прежде чем попробовать сделать это самому. Удерживать Викензо было нелегкой задачей, учитывая его буйный в темперамент.

«Весь в деда» — усмехнулся про себя Джо.

Его отец был спокойным и беспристрастным человеком, просчитывающим каждый свой шаг.

Дон доставлял Джо и его людям немало проблем, но когда придет время, Викензо придется снова занять свое место, поэтому нужно было помешать ему сбежать или навредить себе, любой ценой. Ситуация с аварией, в которую попали Тео с Бьянкой, была делом рук третьего лица и Джо должен был выяснить кто это до того, как его план придет в действие. Он уже знал от своих источников, что были повреждены тормоза в машине, а все домочадцы знали, что в этой машине выезжают только Бьянка и Вивиана. Кто-то сознательно хотел навредить женщинам, чтобы ослабить Викензо. Кто бы это ни был. Конечно, все указывало на Виктора Терехова, но это было слишком очевидно, чтобы Джо купился. В очередной раз, успокоив Викензо седативными, мужчина решил наведаться к русским, чтобы разведать обстановку.

***

Тео ненавидел быть Доном. Он знал все о делах и обязанностях от Викензо, справлялся со всем, что на него навалилось, но когда тебе приходится править империей, у тебя совершенно не остается времени на что-либо другое. Дни проходили один за другим, пока он разбирался с бесконечным круговоротом событий в Фамилье, людьми, бизнесом и стычками с русскими, которые участились и приносили немало проблем с властями. Его жизнь протекала сквозь пальцы и он ненавидел каждый миг, который проходил мимо.

Время всегда было для него самым ценным ресурсом и сейчас, его невозможно было приобрести, если только он не бросит все и не сбежит. Тео не раз задумывался об этом. Однако, жажда насилия, бурлящая в крови, не позволяла оставить Фамилью позади. Пока он в мафии, эту жажду можно насыщать безнаказанно, пытая и убивая врагов, которые навсегда уйдут в забвение, однако, стоит ему остаться одному, как никакие деньги не помогут скрыться от правосудия, в конце концов. Убийц рано или поздно ловят на чем-то, а тюрьма была не для таких, как он. Жизнь Дона мафии? Вся власть в его руках. Не самый худший вариант из возможных. Если бы только чертов Викензо не дал себя убить!

Вивиану выписали из больницы и ему пришлось переехать из своего пентхауса в дом Дона. Виви была безутешна после смерти их старшего брата, а тот факт, что Бьянка никак не приходила в себя, лишь усиливал ее подавленное состояние. Только когда в положенный срок, из тела так и не вышедшей из комы Бьянки, вытащили путем кесарева сечения ребенка, Виви нашла в себе силы бороться с депрессией.

***

— Он такой красивый, — держа на руках ребенка, которого, наконец, выписали из больницы, сказала Виви, с благоговением гладя его крохотную ручку.

Тео бросил взгляд на сына Викензо и усмехнулся. Ребенок был маленьким морщинистым уродцем на самом деле. Он и не знал, что с ним все в порядке, пока медсестра не сообщила ему, что большинство детей такими и рождаются, и, мальчик полностью здоров. Хорошо хоть Вивиана не слышала его вопроса. Она смотрела на их племянника, словно на какое-то чудо света, и не переставала улыбаться, что было значительным улучшением после двух месяцев постоянных слез.

— Я быстро научусь ухаживать за ним, — сказала она. — Эмма меня всему научит, правда?

— Конечно, мисс Гвидиче, — согласилась няня.

Тео взял с собой в больницу обеих женщин.

— Ну, можем теперь идти? — нетерпеливо спросил он сестру.

Он ненавидел зря терять время, когда его оставалось так мало, учитывая все дела, запланированные на сегодня.

— Дай мне пять минут, — сказала Виви. — Я хочу навестить Бьянку.

Тео не видел в этом необходимости, учитывая, что Бьянка ничего не чувствует и не слышит, но не стал возражать. Он проводил Виви к тщательно охраняемой палате и вошел вместе с ней, оставляя няню в коридоре с охраной.

Вивиана подошла к больничной койке, на которой лежала жена их брата, и, взяв ее за руку, осторожно приложила ее к ладони ребенка.

— Это твой сын, Бьянка, — сказала она, улыбаясь.

Из ее глаз по щекам побежали ручейки слез.

— Его, наконец, позволили забрать домой. Он такой красивый! Похож на Энзо. Чувствуешь, какая мягкая у него кожа?

Из груди Виви вырвался всхлип.

— Пожалуйста, проснись! Ты должна вернуться домой с нами. Ради малыша. Ты нужна ему. Ему нужна мама.

Неизвестно на что надеялась Виви, но Бьянка все еще была в коме и не было никаких признаков того, что она слышит что-либо.

— Я даже не знаю, как его зовут, — продолжила Вивиана. — Раз Викензо нет, ты должна придумать ему имя сама. Я не хочу звать его все время малышом. Что, если он начнет думать, что это его имя? Проснись, пожалуйста! Ты слишком долго пробыла в этом состоянии. Пора вернуться.

Всхлипы участились. Тео подошел к ней и положил руку на плечо.

— Пойдем, Ви, — мягко сказал он. — Она очнется, когда придет время.

Вивиана посмотрела на него сквозь слезы, застилающие глаза, и прижалась щекой к его груди.

— Мне страшно, Тео.

— Я знаю, малышка, — вздохнул он, гладя ее по волосам. — Но, в конце концов, все будет в порядке. Пойдем домой. Малышу пора увидеть свой дом.

Джо было шестнадцать, когда он начал спать с женой Дона. Отец Джо был одним из телохранителей Марко Гвидиче, а сам Джо в то время находился в процессе обучения и часто бывал в доме, потому что его привлекали для мелкой работы по хозяйственной части, что сам молодой человек находил недостойным себя. В этом возрасте за него в основном говорили гормоны, так что он совершил глупость, позволив себя соблазнить. Жена Дона — Элиза была горячей красоткой двадцати лет и он не смог перед ней устоять. Когда его отец узнал об этом и заставил его прекратить, грозя смертью от руки Дона, Джо послушал его, понимая, что заигрался. Однако, последствия этой связи в виде маленького мальчика, родившегося через восемь месяцев, не заставили себя ждать.

Джо всегда знал, что Викензо его сын. Элиза сама призналась ему, заявив, что ошибки быть не может. Она ненавидела Дона всей душой и намеренно забеременела от другого, используя для своих целей молодого и наивного Джо. Он так испугался того, что Дон может узнать правду, что максимально отстранился от всего, что было связано с Элизой. Ребенок его не интересовал, пока Джо не стал старше. Он заменил своего отца на работе, когда ему исполнилось двадцать два года. К тому времени, в подросшем Викензо уже угадывались его черты. К счастью, внешне они были не слишком похожи. Викензо пошел в семью своей матери, не считая отцовских глаз и вспыльчивости деда.

Джо всегда гордился тем, что его сын будет Доном. Он не одобрял методов воспитания Марко Гвидиче, который был слишком жесток с ребенком, но терпел, говоря себе, что это необходимо для будущего. Мужчина понимал, что правды никто и никогда не узнает, но было приятно жить с мыслью, что именно его потомки отныне будут править Фамильей и иметь власть, которая всегда находилась в руках Гвидиче. Если бы Тео не решил, вдруг, избавиться от брата, Джо так и прожил бы свою жизнь, защищая своего сына и гордясь им на расстоянии. Ему приходилось удерживать Викензо ради его же блага.

***

— В чем смысл? — задал вопрос Викензо, когда Джо согласился поговорить с ним. — Почему ты держишь меня здесь?

— Ради твоей безопасности, — вздохнув, ответил он.

Джо пренебрегал визитами к Викензо, предоставив заботу о нем своим людям, зная, что ему не избежать многочисленных вопросов, но прошло уже три месяца, и, он не мог ждать дольше. Тео не предпринял никаких серьезных шагов в отношении завоевания территории Терехова. Пришла пора самому взяться за дело.

— Я понимаю твой гнев, Викензо, но покушение на твою жизнь было реальным. Если бы ты не был так ошеломлен произошедшим с Вивианой и не сел в другую машину, то был бы уже мертв. Мне просто повезло, что я остался в сознании после взрыва и сумел утащить тебя до появления полиции и твоих людей. Это было лучшее решение в тех обстоятельствах, тем более, что убить тебя хотел твой собственный брат.

— Теодоро не стал бы предавать меня таким образом! — прорычал Викензо.

Джо знал, что убедить его будет непросто. Он заранее приказал, чтобы перед разговором Викензо приковали наручниками к стулу, учитывая его взрывной характер.

— Ты считаешься мертвым, а Тео стал Доном, — терпеливо объяснил он. — Это изначально было его планом, и, теперь он правит Фамильей. Как только ты появишься на его пороге, он убьет тебя.

— Тео никогда не хотел быть Доном. Я знаю своего брата.

— Отбрось эмоции, Викензо. Он совсем не похож на горюющего человека, в отличие от твоей сестры. Тео полностью вжился в роль Дона, переехал в твой дом и воспитывает твоего сына.

У Викензо перехватило дыхание.

— Сына? — нетерпеливо спросил он. — Бьянка родила?

Джо не собирался говорить о Бьянке, но раз речь зашла о ней, то это был неплохой способ заставить его понять всю жажду власти, испытываемую Тео, раз он решился убрать беременную женщину.

— В тот день, когда произошел взрыв, Тео повез Бьянку в больницу, но по дороге они попали в аварию. Он выписался уже на следующий день, а Бьянка все еще находится там. Делай выводы. Он лично сел за руль, проигнорировав охрану.

Его сын побледнел, а на его лице отразился дикий страх. Бьянка была его слабым местом, чего Джо не одобрял, но было поздно что-то делать с этим. Если повезет, то она просто не выйдет из комы и тихо умрет. Свое предназначение девушка уже выполнила, родив Викензо наследника.

— Что с ней? Она.?

— Она в коме. Месяц назад у тебя родился сын. Тео забрал его домой вместе с Вивианой. Как я и передал тебе ранее, с твоей сестрой все в порядке и ее рана была поверхностной. Бьянке в больнице ничего не угрожает, но мы не знаем, сколько это продлится. Возможно, Тео избавится от твоей семьи, когда шумиха утихнет. Он хладнокровный сукин сын и жаден до власти.

— Выпусти меня отсюда! — дергая руками в наручниках и сотрясая стул, на котором сидел, чуть не уронив его, потребовал Викензо. — Клянусь, я убью тебя, Джо!

— Успокойся. Завтра утром ты сможешь вернуться домой, но перед этим мне нужно кое-что уладить.

— В чем смысл держать меня здесь? Какой у тебя план? Чего ты на самом деле хочешь, ублюдок?

— Я пока не могу сказать, — вздохнул Джо. — Ты сейчас не настроен трезво мыслить, а у меня нет времени. Хватит ждать. Я собираюсь вернуть тебе твое законное место.

— Я не верю тебе, — сказал Викензо. — Ты не можешь делать все это из чувства долга. Ты не настолько благороден.

— Мне жаль это слышать, ведь я был рядом с тобой большую часть твоей жизни, — укоризненно покачал головой мужчина. — Ты всегда был дорог мне, как член семьи, Викензо. Надеюсь, это не последняя наша встреча, но если все же не вернусь, я прошу — отбрось эмоции и подумай. Тео многое скрывает от тебя и так было всегда. Глупо считать, что ты знаешь его.

— Что ты собираешься делать? Ты идешь к нему? Не совершай необдуманных поступков, Джо!

Джо встал и направился к выходу, жалея, что Викензо настолько твердолобый. Если он сегодня не избавится от Тео Гвидиче, его глупый сын точно умрет, выйдя из этой комнаты.

***

Тео действительно удивился, когда, придя домой, застал в своем кабинете личного телохранителя Викензо. Предполагалось, что он умер вместе с его братом. Не говоря уже о том, что пробраться в дом незамеченным было крайне сложно. Тем не менее, человек, сидящий в кресле лицом к двери, действительно являлся Джо Грассо.

— Он жив? — спросил Тео, с трудом сохраняя лицо.

Сердце в груди бешено заколотилось от такой возможности. Тео не раз думал, что сделал бы что угодно, лишь бы вернуть Викензо. Если результаты экспертизы в отношении Джо были подтасованы, то с его братом могло быть то же самое.

Закрыв за собой дверь, мужчина медленно направился к Грассо. Судя по показательно выставленному пистолету, он пришел не с мирной целью.

— Жив и скоро будет здесь, — ответил Джо. — Конечно, после того, как я тебя убью.

— Думаешь, получится? — усмехнулся Тео, чувствуя желчь во рту при мысли, что Викензо отдал приказ избавиться от него.

— Если не я, то один из его людей, — пожал плечами Джо. — Дон не зря подозревал тебя. Не подстрой он свою смерть — уже был бы мертв.

— Не от моей руки, — отрезал Тео. — Мне сложно поверить, что Викензо добровольно держался в тени, зная, что случилось с его женой.

Он мысленно прикидывал позицию, с которой сможет с минимальным риском отвести от себя удар. Джо сидел, лениво положив пистолет на колено, но Тео знал, какая быстрая у него реакция. От выстрела в упор ему не увернуться, а свой пистолет, заткнутый за пояс, он достать не успеет.

— Мы оба прекрасно знаем твоего брата, — так же внимательно наблюдая за ним, сказал Джо. — Он проявил слабость в отношении своей жены, но для человека его положения это не так обременительно. У него есть средства и возможности. Его присутствие на данный момент ничем не поможет Бьянке, но он удостоверился, что она в безопасности. Хватит пустого трепа. У тебя было три месяца, чтобы доказать свою невиновность, но этого не произошло. Время вышло, Тео.

— Я хочу поговорить с ним.

Джо поднялся и направил на него пистолет.

— Он не видит в этом необходимости. Прости, Тео, ничего личного.

Тео рассмеялся.

— Ты плохой актер, Джо. Ты хочешь меня убить — я вижу это желание в твоих глазах. Однако, прежде чем умереть, я хочу передать послание. Окажешь услугу?

Джо сделал шаг вперед. Все еще недостаточно близко.

— Говори, — отрывисто бросил он.

Тео понял, что шансов практически нет. Он в любом случае умрет, вопрос только в том, сдастся ли он добровольно или рискнет в последний раз. Выстрел прозвучал, когда он бросился на Джо, совершая самый отчаянный прыжок в своей жизни. Его бок пронзила острая боль, но он проигнорировал ее, нацеленный на то, чтобы выжить. Еще через минуту ожесточенной борьбы прозвучал второй выстрел, поставивший точку в жизни одного из мужчин. Тео снова вышел победителем, но то был лишь первый раунд. Чтобы противостоять Викензо, у него было недостаточно сил и возможностей. Игра была проиграна заранее, поэтому Тео решил сделать то, что всегда хотел — бежать прочь от всего, что связано с Фамильей.