Глава 58

Катриона резко вздохнула и посмотрела на Трейси, которая вместе с ней вышла из комнаты. Несмотря на заверения Катрионы, что в она полном порядке, девушка настояла на том, чтобы сопроводить ее вниз. Может быть прямо сейчас это и было не плохой идеей.

— Ты уверенна, что мой муж уже уехал? — спросила Катриона, стараясь говорить спокойно. Теперь, она легко могла совладать со своим состоянием, какое бы сильное разочарование не испытала. Разве Габриэль говорил, что поедет с ней на бал? Нет. Значит, как и в прошлый раз, ей придется добираться в одиночестве. Катриона живо вспомнила, как именно закончился тот ужасный вечер. Дрожь пробежала по ее телу от неприятных воспоминаний. Неужели и сегодня все будет именно так?

— Да, — кивнула Трейси, — Пока вы переодевались, я заметила, как отбыла карета его светлости.

Катриона глубоко вздохнула и натянуто улыбнулась. Все, как она и предполагала. Наверное, это было к лучшему. Пусть тот маскарад, который она задумала, случится уже на балу. Там, будет меньше вероятности, что Габриэль заставит ее переодеться. А, может, его это совсем и не взволнует. Катриона не хотела бы перебирать варианты. Да и в этом не было нужды. Габриэль все решил за нее. Как всегда.

Вздохнув еще раз, Катриона провела рукой по жесткому корсажу платья, старательно избегая смотреть на собственную грудь. Теперь, ее грудь стала еще округлее и соблазнительнее. И, по словам Трейси, дело было не только в одежде.

— Что ж, тогда и мне стоит поторопиться, — сказала Катриона.

Не глядя на Трейси, она схватилась за деревянные искусно вырезанные перила, и осторожно ступила на первую ступеньку. Сейчас, она не могла быть уверенна даже в собственном твердом шаге. И, перила оказались как никогда кстати. Наверное, надо уметь ценить подобные мелочи, которые облегчали жизнь.

— Можешь меня не ждать и сразу ложись спать, — не оборачиваясь на Трейси, пробормотала Катриона. Ее взгляд не отрывался от ступенек, и, именно поэтому она не увидела удивления на лице служанки, когда та заметила того, кто подошел к лестнице, — Трейси, ты слышишь меня?

Так и не дождавшись ответа, Катриона нахмурилась и подняла голову, чтобы взглянуть на Трейси. Но вместо девушки, увидела лишь Габриэля, который стоял у подножия лестница. Катриона испуганно отшатнулась назад. Так быстро и неожиданно, что едва смогла удержать равновесие.

— Осторожнее, Катриона, — резко выдавил Габриэль.

Он быстро шагнул вперед и, протянув руку, уже собрался поддержать Катриону, но она отшатнулась в сторону, чтобы избежать этого прикосновения.

Тяжело сглотнув, Катриона слепо шагнула на ступеньку выше. Габриэль хмуро посмотрел на жену.

— Я думала, ты уже уехал, — пробормотала Катриона, недовольно посмотрев на Трейси. Побледневшая девушка тут же покачала головой и отступила назад, — Можешь идти.

Только лишь дождавшись пока Трейси выполнит ее приказ, Катриона вздохнула и повернулась к Габриэлю, который сейчас стоял совсем близко к ней. Катриона попыталась обойти его, но он успел ухватить ее за руку. Катриона зажмурилась, а потом резко выдохнула.

— Отпусти меня, пожалуйста, — спокойно попросила она, едва сдерживая порыв вырваться из его крепкого захвата.

Но, Габриэль лишь покачал головой. Потянув Катриону за собой, он заставил ее спуститься с лестницы. Лишь после этого, он разжал руку и отошел немного назад. Его пристальный взгляд прошелся по телу Катрионы, отчего девушке стало не по себе. Но, ведь она знала, что так и будет. Вздернув подбородок, она насмешливо проговорила:

— Ты что-то хочешь мне сказать?

Габриэль хмуро посмотрел на нее. От него не ускользнуло отчаяние в ее глазах. Какой бы равнодушной она не хотела казаться, он видел все. Абсолютно все.

— Кажется, ты не совсем верно поняла мою просьбу, жена, — ответил Габриэль, покачав головой, — Но, не буду скрывать, это платье мне очень нравится. Так и хочется сорвать его с тебя.

Катриона резко вздохнула от такой откровенности. Черт бы его побрал, если он смеет так унижать ее. Раз за разом.

— Не думаю, что у меня сегодня есть желание спать с тобой, — насмешливо бросила Катриона. Теперь, настала ее очередь осматривать Габриэля. И она сделала это с особым пристрастием. А потом, покачала головой, — Хотя, то, как ты выглядишь, мне, несомненно, нравится.

Катриона не собиралась ждать, пока Габриэль как-нибудь отреагирует на ее слова. Подхватив юбки, она быстрым шагом направилась к входной двери. Но, и Габриэль не собирался отступать. Ему хватило всего нескольких шагов, чтобы дойти до Катрионы. Схватив ее за руку, он развернул к себе.

— Если ты хочешь выглядеть как распутница, то тебе кое-чего не хватает, милая, — сказал он, усмехнувшись.

— Чего же мне не хватает? — нахмурилась Катриона, едва удержавшись от того, чтобы не оглядеть себя с ног до головы. Ей казалось, что она сделала, все, что было необходимо.

— Вот этого.

В одно быстрое мгновение, Габриэль притянул ее к своей груди и прижался к ее губам в грубом поцелуе. Вскрикнув, Катриона попыталась вырваться. Габриэль медленно толкал ее назад, пока Катриона не ощутила спиной прикосновение твердой поверхности стены. Габриэль сминал ее губы, в жестком, слишком жестком поцелуе. В этих прикосновениях не чувствовалось ни капли нежности. Но, как Катриона не возражала. Габриэль был именно таким, каким она его полюбила.

Застонав, Катриона обхватила Габриэля за шею, проводя пальцем по краю ворота на его сюртуке. Тяжело дыша, Габриэль отшатнулся в сторону. Его взгляд остановился на губах Катрионы.

— Вот теперь, все так, как надо, — удовлетворенно кивнул он. Усмехнувшись, он направился к двери, оставив Катриону в одиночестве приходить в чувство.

Катриона неуверенно оттолкнулась от стены. Невольно ее взгляд упал на овальное зеркало. От увиденного, Катриона не сдержала стона. Все, как сказал Габриэль. Губы покраснели и припухли, так, словно ее долго и жестко целовали. Собственно все так и было. Кажется, именно так и выглядели девушки, после встречи с посетителями таверны.

Резко вздохнув, Катриона поспешно отвернулась от зеркала, как от чего-то очень страшного. Стиснув зубы, она едва смогла сдержать проклятье, которые уже готовы были сорваться с ее губ, вслед Габриэлю. Он опять сделал все так, чтобы одержать победу над ней. И для этого ему понадобилось всего лишь поцеловать ее.

Катриона застонала, чувствуя дикую досаду на саму себя. Ей не следовало подаваться Габриэлю и позволять разрушить ту дистанцию, которая собиралась возвести между собой и ним, хотя бы на этот вечер. Но, кажется, у нее никогда не получится сопротивляться Габриэлю, как бы она не пыталась.

Сжав руки в кулаки, Катриона заставила себя еще раз взглянуть в зеркало. Ничего не изменилось. Она все еще выглядела как самая настоящая проститутка. Но ведь это было вовсе не так. Только сейчас, совершенно внезапно, Катриона осознала всю иронию этой ситуации. Как бы Габриэль не хотел ее унизить, правда, оставалась правдой. Единственным мужчиной в ее жизни, был он сам. Ее муж.

Это понимание подбодрило Катриону лучше всяких слов, которые она могла бы услышать. Вскинув голову, она несколько раз вздохнула. Когда дыхание, наконец, пришло в порядок, Катриона улыбнулась себе, прогоняя прочь дурное настроение. Сейчас, она могла гордиться собой. Еще несколько месяц назад, она, наверное, спряталась бы в комнате, чтобы оплакать свою судьбу и боль от обиды, которую ей нанес Габриэль. Теперь же, Катриона хотела бороться. И нее была для этого очень весомая причина. Ради Габриэля и их ребенка, Катриона была готова бороться с прошлой жизнь мужа, которая мешала ему получать удовольствие и любовь в настоящем. Только от нее зависит, выйдет она из этой войны победителем или проигравшим.

Собравшись с мыслями и быстро оценив собственное состояние, Катриона направилась к двери, собираясь присоединиться к Габриэлю. В какой-то момент у нее мелькнула мысль, что муж уже уехал, так и не дождавшись ее. А вдруг именно этого он и добивался?

Катриона остановилась так резко, едва не запнувшись.

— Проклятье, — прошипела она, сжимая руки в кулаки. Теперь она поняла, как именно обстояло дело. Кажется, у нее всё-таки получилось задеть Габриэля за живое. Похоже, он ожидал, что сейчас, обиженная его грубыми словами, она пожелает остаться дома.

Вот уж нет.

Ускорив шаг, Катриона практически выбежала из дома. Карета все еще стояла на подъездной дорожке. Замедлив шаг, чтобы не вызвать лишних подозрений, Катриона подошла к экипажу, стараясь выглядеть как можно спокойно и сдержано. Даже несмотря на то негодование, что кипело в ее душе.

Лакей, который уже был готов закрыть дверь, с удивлением оглянулся на Катриону. Затем, встряхнув головой, он быстро протянул руку, чтобы помочь подняться в карету. От Катрионы не ускользнул взгляд, который он бросил в сторону экипажа. Наверное, Габриэль уже сказал ему, что она останется дома и ждать ее не нужно.

Будь она проклята, если позволит этому случиться.

Весело улыбнувшись, Катриона приняла помощь лакея и ступила на подножку. Габриэль резко выпрямился, с удивлением встречая ее появление. Не позволяя себе передумать или испугаться этого взгляда, Катриону торопливо уселась на противоположное сиденье и сама посмотрела на Габриэля. Дверь закрылась в приглушенным звуком. Но даже этого хватило, чтобы нарушить гнетущую тишину, повисшую в карете.

— Хорошо, что ты меня дождался, — сказала Катриона. Она улыбнулась, не в силах скрыть своего удовольствия, когда увидела недовольство на лице Габриэля. — Я рада.

— Как хорошо, что ты успела вовремя, — сквозь зубы ответил Габриэль, оглядывая Катриону странным взглядом, от которого ей стало не по себе.

— Думаю, этот вечер пройдет очень весело, — прошептала Катриона, отворачиваясь к окну. И почему-то она не сомневалась, что ее слова окажутся пророческими. — Не правда ли?

Габриэль хмуро посмотрел на нее.

— Возвращайся домой, — приказал он, просверливая Катриону недовольным взглядом.

Проклятье, ему казалось, что он сделал все, чтобы Катриона не поехала на этот бал. Особенно в этом платье, которое, а в этом Габриэль был уверен целиком и полностью, она надела только для того, что его разозлить. Но, похоже, переубедить Катриону оказалось сложнее, чем он рассчитывал.

Габриэль снова едва слышно чертыхнулся. Как он сможет пережить этот бал? Он уже сейчас с трудом сдерживался. Увидев лакея, который позволил себе прикоснуться к Катрионе, Габриэлю пришлось признавать на помощь все свое самообладание, чтобы не ударить его.

Наверное, вечер и правда будет веселым. В этом Катриона была совершенно права.

— Почему? — спросила Катриона с горькой усмешкой в голосе. Она смотрела на Габриэля, пристально и не смея отвести взгляда. — Насколько я помню, этот бал был твоей идеей. Я только выполнила твой приказ. Чем же ты недоволен?

Габриэль стиснул зубы, чтобы не высказать все, чем он был недоволен. Сделай он это, они бы уже давно вернулись домой. Вместе. Там, в комнате, он бы избавил Катриону от этого слишком откровенного платья. Так, чтобы она больше никогда и подумать не посмела снова его надеть.

Только вот Габриэль понимал, что никогда этого не сделает. Слишком опасным было для него подобное проявление чувств. Поэтому, усмехнувшись, он сказал:

— Единственное чем я недоволен, так это ты.

Катриона рассмеялась, а потом резко осеклась и замолчала. Внезапно, ей стало не по себе от звука собственного смеха. Никогда прежде она не думала, что когда-нибудь сможет смеяться так бездушно и бесчувственно. Как оказалось, может. В этом звуке совсем не слышалось веселья. Словно бы, Катриона разучилась радоваться.

Может быть, скоро, совсем скоро, все будет именно так. И от самой такой возможности, Катрионе стало невыносимо больно.

— Я и мечтать не смела о том, чтобы когда-нибудь заслужить твое одобрение, — громко сказала Катриона, пожимая плечами, чтобы казаться абсолютно безразличной к словам, которые произнес Габриэль. И наверное у нее это получилось. Смешок Габриэля был тому доказательством. Карета подскочила на очередном ухабе, отчего Катрионе пришлось вытянуть руку, чтобы удержаться на сиденье. — Теперь я уже сомневаюсь, что мне это и правда нужно. Как бы я не старалась, у меня ведь все равно ничего не получится. Не так ли?

— Что ты хочешь этим сказать? — прищурившись, спросил Габриэль. Подавшись вперед, он насмешливо посмотрел на жену. За этой насмешкой у него едва получилось скрыть желание прижать Катриону к себе, чтобы она ненароком не упала. Но сейчас, ему казалось, что он готова принять что угодно, только не его поддержку, — Твоя любовь так просто сошла на нет? — он намеренно говорил так грубо, чтобы Катриона не забыла о том, кем именно был ее муж. Человек, не способный на любовь. Человек, не способный принять чужую любовь. Именно таким он был.

Катриона отвернулась от Габриэля, принимаясь рассматривать дома, мимо которых они проезжали. Скорее всего, их путь не будет долгим, и уже совсем скоро, они остановятся у дома, в котором ей предстоит провести еще один долгий мучительный вечер. Ей опять придется наблюдать за тем, как муж флиртует с женщинами. И, наверное, ее собственная сестра будет одной из них. Как ей выдержать все это? Может, она взвалила на себе больше, чем могла вынести?

— Моя любовь навсегда останется со мной и только со мной. Ведь тебе то она не нужна. Правда? — прошептала Катриона, внимательно рассматривая мужа, чтобы найти в его лице отрицание своих собственных слов. Ей хотелось, чтобы Габриэль опроверг ее слова, здесь и сейчас. Как бы она этого хотела. Но когда Габриэль усмехнулся, она вновь поняла, что ее надежды оказались совершенно бессмысленными. — Хотя, можешь не отвечать на мой вопрос. Я уже все поняла.

— Отлично, — пробормотал Габриэль, но договорить не успел. Как раз в этот момент карета остановилась.

Катриона выглянула в окно, теперь понимая, кто именно будет хозяином сегодняшнего вечера. Саймон, герцог Сомерсет. Она едва сдержала проклятье. Только этого ей сейчас не хватало. В памяти тут же всплыл тот разговор и то дело, которое они обсуждали. Кажется, сегодня он может потребовать от нее объяснений. А вот что сказать ему, Катриона еще не придумала.

Прикусив губу, она посмотрела на Габриэля, но тот на нее и не взглянул. Вместо этого, он потянулся к двери и, открыв ее, шагнул на подножку. Катриона уже ожидала, что он уйдет без нее, но Габриэль вдруг повернулся к ней и протянул руку.

— Неужели ты решил помочь мне? — насмешливо спросила Катриона, взглянув на протянутую руку мужа. Вздохнув, она заставила себя принять его помощь. Как только пальцы Габриэль сжались на ее руке, Катриона тяжело сглотнула. Какие бы думы не терзали ее душу, прикосновения мужа вызывали в ней всегда одно и то же. Желание и дикую тоску от того, что она понимала, больше чем страсть, муж ей давать не хотел.

Как Габриэль и утверждал, видеть ее он желал только в кровати. И каждый раз лучшего прежнего доказывал свои слова. Пусть он и считал ее продажной, это не мешало ему желать ее.

Габриэль нахмурился и отошел в сторону, чтобы Катриона могла спуститься на подъездную дорожку. Как и Катриону, соприкосновение с нежной рукой не оставило его равнодушным. Резко вздохнув, он еще крепче сжал пальцы, прежде чем, наконец, отпустить жену. Катриона тут же отдернула руку, надеясь, что сможет совладать с собой. Не обращая внимания на удивленный взгляд лакея, который стоял в стороне, Катриона пошла впереди мужа.

Габриэль последовал за ней, не сводя взгляда с ее выпрямленной и напряженной, словно струна, спине. Но даже это не мешало Габриэлю наслаждаться стройностью ее фигуры. Сейчас, в этом платье, которое пока еще скрывало ее истинное положение, мало бы кто догадался об истинном положение жены маркиза Рейвенстока. И только Габриэль знал, как теперь выглядит Катриона.

Память тут же услужливо подкинула видение того, как простое домашнее платье обтягивало живот Катриона. И оно совсем не скрывало того, что ребенок уже давал о себе знать. Габриэль покачал головой. Это его не касалось. Он не хотел впускать в себя мысли о ребенке. Не хотел родниться с ним. Как только ребенок родится, он отправится в поместье. Вместе с Катрионой. Подальше от него.

Об остальном, Габриэль сейчас думать не хотел.

Вежливо улыбнувшись дворецкому, Катриона вошла в дом, в сопровождении Габриэля. Когда он помог ей снять плащ, Катриона затаила дыхание, ожидая его реакции, но муж даже не взглянул на нее. Его взгляд казался отсутствующим, а лицо, которое и прежде было слишком суровым, стало еще жестче.

— Глядя на тебе, люди могут подумать, что ты хочешь убить меня, — насмешливо проговорила Катриона, с трудом поборов желание сбежать от Габриэля. В какой-то момент она и сама поверила в свои слова.

Габриэль одарил ее хмурым взглядом.

— Не думаю, что сейчас готов на это. Вот когда приедем домой, я об этом хорошо подумаю.

Катриона с изумлением посмотрела на него, но так и не нашла слов, чтобы ему ответить. Натянув на лицо улыбку, она кивнула Габриэлю, а потом повернулась, собираясь последовать в бальный зал.

— Катриона.

Сцепив зубы, Катриона развернулась, чтобы поприветствовать Саймона, который осторожно обходил людей, чтобы поскорее добраться до друзей. Катриона видела, что каждый шагом, который приближал его к ней и Габриэлю, его лицо все сильнее вытягивалось. Похоже, его ее внешний вид привлек.

Прикусив губу, Катриона шагнула вперед, собираясь сделать то, для чего сюда приехала. Но, у Габриэля было свое собственное мнение на этот счет.

— Саймон.

Габриэль шагнул вперед, невольно загораживая Катриону собой. Или он сделал это осознанно? Катриона удивленно посмотрела на него, но он словно и не заметил ее взгляда. Все его внимание было приковано к Саймону. Тот, вздрогнув, посмотрел на Габриэля, словно впервые видя его. На его счастье ему удалось быстро взять себя в руки.

— Уже и не думал, что вы придете, — дружелюбно сказал Саймон. Он с трудом сдерживался, что снова не посмотреть на Катриону, которая спокойно стояла позади мужа. Саймон впервые видел Катриону в подобном наряде. Как Габриэль вообще позволил ей появиться в таком виде на балу? Теперь, Катрионе было обеспечено внимание. Только сможет ли Габриэль вытерпеть подобное? Саймон едва сдержал смешок. Он с особым интересом понаблюдает за этим.

— Нам пришлось немного задержаться, — сдержанно ответил Габриэль.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Саймон. То, как быстро отвела взгляд Катриона, лучше всяких слов сказало ему, что его догадки оказались верными. Что-то действительно произошло. Только вот что? И было ли это как-то связанно с тем договором, который существовал между ним и Катрионой?

— Все в порядке, герцог Сомерсет, — улыбнулась Катриона, шагнув вперед и выходя из надежной защиты Габриэля, — Рада увидеться.

Саймон улыбнулся в ответ. Его взгляд упал на бальную книжку Катрионы. Тут же ему пришла на ум самая безумная и опасная затея. Но только так он сможет поговорить с Катрионой.

— Катриона, надеюсь, ваш первый танец будет моим, — сказал Саймон, посмотрев на Катриону пристальным взглядом. Так, чтобы она поняла, чего именно он от нее хочет.

Катриона нахмурилась, а потом взглянула на хмурого Габриэля. Наверное, он хотел, чтобы она отказалась. Вот уж нет.

— Конечно, Саймон. Я с радостью принимаю приглашение, — с улыбкой ответила Катриона, не сводя пристального взгляда с Габриэля.

Габриэль в ответ посмотрел на нее. Для Катрионы мир вокруг замер, пока она ожидала от мужа хоть какой-то реакции на предложение Саймона. Мысленно, она молила его забрать ее отсюда и увести обратно домой. Все, чего она хотела прямо сейчас, так это оказаться в своей комнате, вместе с Габриэлем. Ей не нужен был этот бал. Только муж и его любовь. Могла ли она когда-нибудь получить желаемое?

Как и всегда, Габриэль в один миг разрушил все, о чем она мечтала. Кажется, на этот вечер у него были собственные планы. Усмехнувшись, он перевел взгляд на Саймона и кивнул.

— Надеюсь, ты хорошо позаботишься о ней, — спокойно сказал он, повелительно махнув рукой в сторону Катрионы. Наверное, именно так хозяин дарил свою вещь. От этой мысли Катриона сжалась, а Саймон нахмурился. Между этими двумя происходило что-то совсем не хорошее. И ему не терпелось выяснить что именно.

— Тогда, нам следует отправиться в зал. Когда я уходил, у музыкантов был перерыв. Как раз сейчас, они готовятся к следующему танцу. И, кажется, это будет вальс, — весело сказал он, взглянув на Катриону. Он протянул ей руку, предлагая принять его поддержку.

Катриона еще раз взглянула на Габриэля, но тут же наткнулась на его бесстрастное лицо. Проклятье. Стиснув зубы, она приняла руку Саймона. Смотреть на Габриэля у нее больше не было сил. Она проведет время в обществе его друга, и будет искренне наслаждаться каждым мгновением.

— Я уверенна, что вы, Саймон, окажется самым лучшим партнером по танцам, что у меня был, — весело проговорила Катриона, низко присев перед Саймоном, — Я надеюсь на веселье. Пока, этот вечер слишком скучен. Даже для меня.

Саймон рассмеялся и сжал ее руку, и кивнув Габриэлю, повел Катриону в зал. Никто из них не заметил крепко сжатые кулаки Габриэля, пока тот смотрел на то, как друг уводит его жену прочь. Катриона даже не обернулась.

Габриэль покачал головой, едва сдерживая проклятье. Он не понимал, откуда у него появились силы на то, чтобы не отшвырнуть Саймона к стене, и не врезать ему. Даже сейчас, когда они уже скрылись с его глаз, он сгорал от желания догнать их и вернуть Катриону себе. Туда, где она и должна быть. Впервые в жизни, Габриэль почувствовал себя беспомощным. Нет, он не должен позволить ненужным чувствам овладеть им.

Но, несмотря на то, что он пытался убедить самого себя, злость пронзила его, едва он вспомнил взгляд Саймона, когда тот смотрел на Катриону. Черт бы все это побрал. Черт бы побрал Катриону. Она все же добилась своего. Ревность, невыносимой силы, сжигала Габриэля. И, именно поэтому ему становилось все тяжелее сдерживать себя. Раз за разом перед ним проносились картины того, как Катриона и Саймон танцуют.

Зарычав, Габриэль послал весь мир и самого себя к черту. Больше он не собирался медлить. То, что принадлежит ему по праву, никто другой не получит. А Катриона его, и только его.

Наметив свою цель, Габриэль не собирался отступать. Пробираясь через людей, которые провожали его любопытными взглядами, он совершенно не обращал на них внимание. Он знал, кто он есть, и привык к подобным взглядам. Люди вкруг него всегда смотрели и перешептывались. И каждый из них знал, как Габриэль к этому относится.

— Маркиз Рейвенсток.

Габриэль резко остановился и посмотрел на Эмилию, которая отошла от других девушек, и теперь направлялась к нему. Габриэль недовольно нахмурился, но Эмилию это совсем не взволновало. Или она умела отлично притворяться. Почему-то Габриэль больше склонялся к первому. Он слишком хорошо знал подобных женщин. Их привлекали такие мужчины, как он. Только вот сам Габриэль никогда не интересовался Эмилией. Чтобы об этом не думала Катриона.

— Леди Блэкни, — сдержанно поприветствовал Габриэль. Осматриваясь, он искал Катриону среди танцующих, но ничего не видел. И это ему совсем не нравилось. Совсем.

— Ищете мою дорогую сестру? — насмешливо спросила Эмилия, пожимая плечами. — Если вас это интересует, я не видела их среди танцующих.

Теперь у нее получилось привлечь к себе внимание Габриэля. Усмехнувшись, он подошел ближе к ней.

— Говори, все, что знаешь. Но учти, соврешь, как в прошлый раз, моей пощады уже не жди, — хрипло прошептал он, практически прикасаюсь губами к ее уху.

Эмилия вздрогнула и тяжело вздохнула. Отшатнувшись, она посмотрела на Габриэля, а потом, резко сложив веер указала в сторону двери ведущей в сад.

— Я видела, как она вышла на улицу. В сопровождении герцога Сомерсета. Удивительно, как у этой мышки, получается, привлекать внимание таких мужчин, как вы и герцог.

Габриэль не стала больше тратить свое время и внимание на Эмилию. Вместо этого он поспешил на улицу. Сейчас, для Катрионы было бы лучше, если слова Эмилии окажутся ложью.