Глава 66

Катриона сделала глоток чая и с улыбкой посмотрела на Мисси, которая играла на полу детской. Грегори вместе с Александром и Кейтлин вышли на прогулку по городу, и кажется, пока не собирались возвращаться. Прошло три недели со дня их помолвки и уже через неделю должно состояться венчание. Катриона улыбнулась. Как же сильно изменилась мама. Рядом со своим будущим мужем она расцветала, словно цветок весной. Она упивалась его любовь, так же как и Александрой ее. Когда-то Катриона и представить не могла, что этот мужчина способен на такие чувства. Но, кажется именно так все и вышло.

Отставив кружку с чаем на поднос, Катриона встала с дивана и прошлась по комнате. Поясницу неприятно потянуло, заставляя девушку остановиться у каминной полки. Хмурясь, она провела рукой по животу и постаралась дышать как можно спокойнее. Эти неприятные ощущения она заметила еще с самого утра. Наверное, после возвращения матери, ей стоит поговорить с ней об этом. Для нее самой эти ощущения были новыми, и это не могло ни взволновать.

Боль понемногу отступила в сторону, наконец, позволяя спокойно дышать. Смахнув волосы с мокрого лба, Катриона взглянула на Мисси. Девочка играла на ковре, обложенная разными игрушками, которые ей подарила Кейтлин. Куколки, большие и маленькие, заняли все внимание девочки, и только поэтому она не заметила пристальный взгляд Катрионы. Девушка же смотрела на нее, представляя, что уже совсем скоро возьмет и своего ребенка на руки. Каким он будет, ее ребенок? Мальчик или девочка? Будет ли Габриэль любить его?

Катриона усмехнулась. Он не сомневалась, что будет. Даже несмотря на то, как он прежде относился к ребенку, сейчас все было иначе. Может быть, Габриэль и не хотел, чтобы она видела это. Часто, очень часто, она ловила на себе его осторожный взгляд. Ночью, когда ему казалось, что она спит, он наблюдал за ней. Именно это и мешало ей спать.

Катриона покачала головой. Хорошо, что сейчас Габриэль был в клубе, а не дома. Заметь он хоть немного беспокойства на ее лице, он и сам бы взволновался. Чего только стоили его замечания об ее уже довольно большом животе, который изменил ее походку, делая ее слишком медлительной.

Катриона подошла к окну и с замиранием сердца принялась наблюдать за падающим снегом. Она любила снег, да и зиму тоже. Особенно теперь, когда она знала, что ее дом будет наполнен теплом и светом. Совсем скоро она хотела пройтись по магазинам, чтобы купить детям подарки. Но самый важный подарок, который она собиралась сделать, был, конечно же для Габриэля. Усмехнувшись, она снова провела рукой по животу. Кажется, их ребенок родится уже совсем скоро. Может быть даже к Рождеству.

— Миледи.

Катриона повернулась к Трейси, которая неуверенно стояла у двери. Она сразу же заметила свернутый лист бумаги в ее руках. Кажется, к ним кто-то приходил.

— Что случилось, Трейси? — Катриона бросила быстрый взгляд на Мисси, и только удостоверившись, что она занята своими детскими играми, подошла к служанке. Мисси начала слишком хорошо разговаривать и Катриона опасалась, как бы она не рассказала ничего лишнего. Особенно если этим слушателем окажется Габриэль.

Трейси неуверенно посмотрела на нее, а затем на то, что держала в своих руках.

— Это просили передать вам.

Хмурясь, Катриона приняла листок. Она сразу поняла, что ничего хорошего там не прочитает. Ей не нужно было даже разворачивать листок, чтобы осознать это. Но она все же заставила себя сделать это.

Затаив дыхание, она снова отошла окну и только там приступила к чтению. Как только ее взгляд споткнулся о последнюю строчку, ее руки обессиленно опустились.

Послание от матери Габриэля. Она снова хочет встретиться с ней. Ей вновь нужны деньги. Катриона стиснула зубы от волны ужаса, которая внезапно накатила на нее. Реальность настигла ее слишком быстро. Всего несколько недель безоблачного счастья с мужем. Теперь все это оказалось под большой угрозой. Оливия, ее страшный секрет, навис над ней.

Ребенок толкнулся слишком сильно, заставляя Катриону застонать. Слегка согнувшись, она выставила руку, чтобы отыскать хоть какую-то опору для себя. Подоконник оказался как никогда кстати.

— С вами все в порядке? — вмиг отозвалась Трейси, делая шаг к ней.

— Все хорошо, — поспешно прошептала Катриона, успокаивая девушку. Лишнее внимание ей сейчас совсем ни к чему.

— Кажется, вы немного расстроены, — заметила Трейси, — Точно что-то случилось. Я в этом уверена.

Катриона с удивлением посмотрела на нее. Проницательность этой девушки всякий раз поражала ее. Иногда, даже пугала. Как же скрыть от нее свое состояние?

— Ты зря волнуешься, Трейси, — сказала Катриона, сминая записку в кулаке, — Просто ребенок слишком активно двигается. В последнее время он очень шустрый.

Трейси кивнула, но подозрительное выражение не исчезло из ее взгляда. Она все еще сомневалась в словах своей госпожи.

Катриона взглянула на свой кулак и на записку. Что же делать? Как ей поступить, чтобы не потерять обретенное счастье. Александр ведь ее предупреждал. Ложь всегда пагубно влияет на людей. Теперь, эта самая ложь грозила разрушить все, что она выстраивала и собирала по частичкам и крупинкам. Оно слишком тяжело далось ей. Но как же доверие Габриэля? Сможет ли он доверять ей после того, как она расскажет ему всю правду?

Катриона резко вздохнула. Все будет хорошо. Она верила Габриэлю и доверяла ему. Он знает ее, лучше, чем кто-либо другой. Знает, как сильно она любит его. Зажмурившись, она покачала головой. Скоро, она узнает, права ли.

— Милорд уже вернулся? — повернувшись к Трейси, спросила Катриона.

Трейси покачала головой.

— Нет. Кажется, он не вернется до самого ужина, — ответила она.

Катриона тяжело вздохнула. Хватит ли у нее времени, чтобы встретиться с Оливией? Поясницу снова неприятно потянуло. Нет, как бы она не хотела, но отправиться в таверну одна, она точно не сможет.

— Я иду в свою комнату. Побудь немного с Мисси.

Трейси кивнула, улыбаясь. Она любила играть с детьми. Она очень скучала по своей семье, с которыми встречалась не так часто, как хотелось. Но она не могла на это пожаловаться. Госпожа обеспечила ее родным отличное будущее.

— Я поиграю с нашей малышкой, — сказала Трейси, присаживаясь на пол рядом с девочкой, которая тут же передала ее маленькую чашечку. Именно так она позволяла присоединиться к ее игре. Шаг за шагом ее оборона давала трещину и она начинала подпускать к себе других людей, кроме Катрионы.

Бросив последний взгляд на Мисси и Трейси, Катриона вышла из детской. Она не стала медлить и останавливаться. Вместо этого, она торопливо зашагала по коридору. Ей нужно как следует приготовиться к сегодняшнему вечеру. Она либо все потеряет, либо обретет. И она знала единственного человека, который был способен ей помочь.

С тяжелым грузом на душе, Катриона вошла в свою комнату. Ей нужно было поторопиться, чтобы успеть к ужину, но она не могла сделать и шага в сторону. Несмотря на свою непоколебимую веру в Габриэля, она все же боялась. Боялась так сильно, что даже дышать было больно.

— Проклятье, — прошептала она.

Присев на край кровати, Катриона огляделась. Теперь, это место было не просто спальней Габриэля. Нет. С того самого вечера помолвки матери, она не провела больше ни единой ночи в своей собственной комнате. Даже если муж задерживался допоздна, она засыпала в его кровати одна, ожидая его возвращения. Прикусив губу, она провела ладонью по одеялу, вспоминая каждое мгновение, которое она провела в объятьях мужа.

Катриона не могла представить, что когда-нибудь ей придется расстаться с мужем. Только не теперь. Не позволяя себе передумать, она встала с кровати и подошла к секретеру. Усевшись на табурет, она дрожащей рукой написала записку Саймону. Ей нужна была его помощь. После этого она все расскажет Габриэлю. Сколько бы она не пыталась скрыть это от мужа, теперь понимала, как глупо это было. Правда все равно вышла наружу, показав свое истинное лицо.

Сложив записку, Катриона встала на ноги. У нее совершенно не было времени на сомнение. Только не сейчас.

Бумага жгла ладонь, пока Катриона шла обратно к детской комнате.

— Трейси, — окликнула она девушку, которая была слишком увлечена игрой с Мисси, — мне нужна твоя помощь.

Трейси вскочила на ноги, в одно мгновение, подходя к ней.

— Отнеси эту записку герцогу Сомерсету, — когда Трейси попыталась взять записку, она быстро прошептала, — Трейси, это очень срочно. И я не хочу, что милорд знал об этом.

Девушка со странным укором посмотрела на нее, но говорить ничего не стала. Кивнув, она вышла из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

Катриона обессилено уселась на диван. Теперь ей осталось только ждать.

***

Габриэль откинул голову на спинку дивана и раскинул руки по сторонам. Ему нравилась тишина гостиной, которую они вместе с Саймоном арендовали в игорном клубе мистера Джедидая Берна. Хозяина заведения мало кому шел на уступки, но отказать маркизу Рейвенстоку он точно бы не посмел. Так же как и многие другие.

Усмехнувшись, Габриэль покачал головой. Очень часто он приходил сюда, чтобы побыть в одиночестве и этот вечер был именно таким.

Несколько часов назад, он поднялся на второй этаж, игнорируя удивленный взгляд управляющего. Да, он не любил шум публичного зала и всего лишь несколько раз спускался туда. Именно в один из таких вечеров, он обыграл графа Блэкни и тогда же определил свою судьбу. В тот момент он и не подозревал, что Катриона станет для него больше, чем просто средством для достижения его целей. Какими бы они не были. Теперь все в корне изменилось.

Кольцо в красивой коробке жгло его карман, напоминая, чем именно он занимался весь сегодняшний день. Бог знает, сколько лавчонок он обошел пока не нашел то, что хотел. И нет, он был совсем не привередлив. Вовсе нет.

Габриэль взглянул на свою левую руку и на полоску серебра, которое стало его неизменным спутником. Кольцо, которое подарила Катриона. Он никогда не снимал его. Никогда.

Вскочив на ноги, Габриэль зашагал по гостиной. Понравится ли Катрионе его подарок? Никогда прежде он не делал чего-то подобного. Все прошлые безделушки, которые он отсылал любовницам, не имели с ним ничего общего. Каждое из них выбирал его секретарь. Его собственное участие было минимальным.

Его охватила странная нервозность. Как ему преподнести его Катрионе? Примет ли она его? Будет ли она ей так же дорого, как ему ее подарок? Проклятье, кажется, он стал слишком сентиментальным.

Робкий стук ворвался в мысли Габриэля. Недовольно нахмурившись, он резко бросил разрешение войти. Дверь открылась и в комнату заглянула одна из служанок клуба. Зная, кому именно принадлежала эта гостиная, девушка пробормотала, низко опустив голову:

— Это просили передать вам.

— Кто? — спросил Габриэль, шагнув к двери и принимая записку из дрожащих рук.

Девушка смущенно посмотрела на него. Сжав руки перед собой, она сдавленно пробормотала:

— Кажется, это кто-то из вашего дома. Мне ждать ответ?

— Да, можешь подождать. Закрой за собой дверь, — быстро сказал Габриэль, отворачиваясь. Сейчас ему было совершенно безразлично, что она собиралась делать дальше.

Его взгляд был прикован к бумаге. Что, если дома что-то случилось? Что, если Катриона пострадала? Проклятье едва не вырвалось сквозь его крепко сжатые губы, пока он шел обратно к столу.

Он развернул записку и прошелся глазами по каждой строчке. А потом еше и еще раз. Он не помнил, сколько раз читал написанное, прежде чем смысл написанного проник в его сознание. Его жена писала не ему. Записка, в которой каждая буква была выведена с точностью и аккуратностью, была адресована другому мужчине, а вовсе не ему. Саймону, герцогу Сомерсету.

Глупая ошибка одной из служанок, которая перепутала адресата записки. Может быть она не знала, что эта гостиная принадлежала не только ему одному? Вот она, ирония судьбы, которая всего в один момент расставила все по своим местам. Интересно, сколько раз они вот так, тайно, встречались у него за спиной? Что еще Катриона скрывала от него?

Смех вырвался из груди Габриэля. Ему стоило догадаться. Проклятье.

Аккуратно, насколько мог, он свернул записку, стараясь не смять и не испортить. Этому небольшому клочку бумаги еще предстоит исполнить свое предназначение.

Стараясь ни о чем не думать, Габриэль подошел к двери. Когда он открыл ее, девчонка поспешно отскочила в сторону. То, как выглядел Габриэль, напугало ее.

— Отнеси ее герцогу Сомерсету. Не сомневаюсь, управляющий знает, где именно он живет.

Девчонке не нужно было повторять дважды. Едва записка оказалась у нее в руках, она тут же побежала по коридору, надеясь выполнить приказ как можно скорее.

Габриэль вернулся в гостиную. Нет, он больше не собирался задерживаться здесь. Теперь это было ни к чему. Скоро его жизнь войдет в привычное русло.

Накинув плащ, он направился к двери.

Дорога не заняла у него много времени. К сожалению, клуб находился всего в нескольких кварталах. Выйдя из экипажа, Габриэль взглянул на собственный дом. Он должен войти туда, даже несмотря на все свое нежелание.

Скрипя сердцем, он прошел через холл и медленно поднялся на второй этаж. Он не вернулся слишком поздно, но, как и предполагал, слуги уже разошлись. Все знали, что к ужину он не вернется. И, наверное, его никто не ждал.

Толкнув дверь комнаты, он вошел в собственную спальню. Катриона спала на кресле. Кажется, ей неудобно, судя по тому, как хмуро были сведены ее брови. Встав рядом, Габриэль взглянул на жену с высоты своего роста. Женщина, которую он полюбил.

Стряхнув с себя эту мысль, Габриэль наклонился и осторожно поднял Катриону на руки. Она тут же привычно обхватила его руками за шею, прижимаясь еще ближе. Скрипнув зубами от такой близости, он шагнул к кровати и сдержано опустил жену на одеяло. От этого движения Катриона сражу же проснулась.

— Габриэль? — хрипло пробормотала она, щурясь в темноте комнаты, — Черт побери.

Вскрикнув, она испуганно выпрямилась, едва не ткнувшись макушкой в подбородок Габриэля.

— Нам надо поговорить, — пробормотала она, спустив ноги с кровати, когда Габриэль отошел в сторону. Ее взгляд следил за ним, но он, кажется, этого не видел. Он просто повернулся к ней спиной, так ничего не сказав в ответ, — Ты слышишь меня, Габриэль?

— Да, Катриона. Я тебя слышу, — невозмутимо сказал он, по-прежнему не поворачиваясь к ней.

То, каким тоном он говорил, не понравилось Катрионе. Болезненное ощущение поселилось в ее груди, посылая странную дрожь по всему телу. Дрожь, с которой она не могла справиться.

— Что случилось? — прошептала она, растерянно следя за мужем. — Поговори со мной.

Габриэль рассмеялся и повернулся к ней.

— Сегодня я не хочу говорить, Катриона. Ложись спать.

Катриона вздрогнула, как от сильного удара. Она ничего не понимала. Что же произошло? Почему он так грубо разговаривал с ней?

— Куда ты уходишь, Габриэль? — прошептала она, видя, как муж снимает сюртук, в котором пришел домой. Кажется, он собирался переодеться.

Сбросив рубашку, Габриэль надменно взглянул на жену. Его взгляд прошелся по ее животу, став холодным и колючим. Все так же, в одних брюках, он подошел к ней. Одним пальцем, он прикоснулся к ее подбородку, заставляя приподнять лицо вверх.

— Ты же не могла подумать, что я буду верен тебе, не правда ли? — насмешливо спросил он, усмехаясь, — Ты согласилась любить меня таким, каков я есть. Поэтому, предлагаю тебе смириться с этой стороной моей жизни, любимая жена. А теперь и твоей.

Катриона смотрела на него, не в силах сказать хотя бы слово. Может быть она все еще спит? Ведь это не могло быть правдой. Не могло.

— Я не верю тебе, — всхлипнула она, мотнув головой. Габриэль не стал сопротивляться и тут же отпустил ее.

— Докажи силу своей любви и поверь, — невозмутимо сказал он.

Подойдя к гардеробу, Габриэль вытащил простую белую рубашку и быстро надел ее. То, куда он собирался прямо сейчас, не требовался изысканность и лоск.

Катриона обхватила себя руками, морщась. Боль в животе становилась только сильнее. Если прежде она чувствовалась всего лишь тянущейся, то теперь раздирала слово ножом. Но сейчас, Катриона пыталась не обращать на нее внимание. Позже, она подумает об этом позже.

— Не уходи, — прошептала она, шагнув за Габриэлем, который в этот самый момент уже подходил к двери. — Ты оставляешь меня? — с отчаянием в голосе, крикнула она.

Габриэль остановился и тут же повернулся к ней. Злость, немыслимой силы, сверкнула в его глазах, но он тут же взял себя в руки. Только вот Катриона знала, что уже никогда не забудет этот взгляд, так же как и то, что он Габриэль сказал дальше.

— Об этом можешь забыть. Я не отпускаю то, что принадлежит мне. Даже если больше не собираюсь этим пользоваться.

Дверь за ним захлопнулась с такой силой, что Катриона не смогла удержаться от вскрика и закрыла уши руками. Все в ней молило спрятаться, сбежать так далеко, как только возможно. Наверное, именно этого Габриэль и ждал от нее. Нет, она не могла оставить это так.

Не думая, она выскочила в коридор и побежала за Габриэлем. Боль, страшной и невероятной силы, застала ее на самом краю лестницы. Закричав, Катриона согнулась пополам, обхватывая живот руками. Пораженная болью, она не заметила, как сделала еще один шаг, только теперь уже в пустоту.