2

— Ну как тебе деревенская жизнь? — интересуется друг, подкидывая еще пара в бане.

— Отлично! Еще бы холодного пива и девочек — подмигиваю и прячу лицо от пара. Жарко, хорошо, все как и мечтал.

— Пиво не обещаю, но эчпочмаки и шурпу я тебе обещаю.

Когда мы выходим из бани, в летней беседке уже накрыт стол. На столе, кажется есть все диковиные выпечки, которые могли сделать Рамиля апа и эби. Дымится самовар, кругом какая-то суета, пришли соседи, которые с детства знают Искандера. Я не ожидал этого и вышел из бани в полотенце, обернутом вокруг бедер. Долговязая снова на меня смотрит и густо краснеет. Я быстро ретируюсь в баню и натягиваю на мокрое распаренное тело джинсы и футболку, которые мне любезно дал Искандер. Штаны коротковаты, но делать нечего. Нас сразу же с Искандером усаживают во главе стола, как виновников торжества. Всем подают шурпу, Камилла проворно бегает между гостей, разнося тарелки с горячей шурпой. Когда она ставит шурпу передо мной снова густо краснеет, забавная какая. Я бы тоже хотел себе сестренку, но такого счастья не случилось. Когда все гости уже сидят на своих местах и едят шурпу, за столом разносится гул, Искандер тычет меня в бок и глазами показывает на Камиллу. Девчонка уже доела первую тарелку и налила себе вторую тарелку шурпы.

— Вот это аппетит — шепчу я.

— Батя говорит, что все в рост уходит — смеется Искандер.

Позже женщины как-то незаметно уходят и за столом остаются только мужчины, мы выпиваем, травим очередные байки. Мне здесь определенно хорошо.

Утро меня встречает криками петухов и криком Камиллы

— Эби, там овечка ягнят принесла. Двойню! Представляешь

— Кызым! Ах, ягоза такая! Не кричи так, тише, кызым. Искандер и Саша спят еще.

— Эби, дай мне бутылочку с соской. Помнишь? У тебя была, мне нужно ягнят молоком напоить.

Доносится какой-то шум, звон посуды и звонкое

— Нашла, эби!

Поднимаюсь, натягиваю те же самые джинсы и футболку. Не помялись, армейская жизнь приучила вещи складывать аккуратно, смотрю на часы начало девятого. Выхожу во двор и иду на шум. Камилла уже вовсю носится, кормит уток, гусей. Ноги, как у кузнечика. Две черные косы разлетаются в разные стороны. Потом ловко подхватывает какой-то маленький черный комочек, садится на пенек и начинает поить из бутылочки молоком.

— Вот это хозяюшка. Кого это ты кормишь, Камилла? — подхожу ближе и присаживаюсь на корточки перед ней.

Девчонка поднимает на меня свои глазища и снова заливается краской.

— Ягненка, сегодня только родился, Ал… Сан… — вижу, что сестренка друга не знает как ко мне обращаться.

Я встаю перед ней и говорю:

— Саша — протягиваю ей руку — приятно с тобой познакомиться.

Девчонка бережно выпускает ягненка из рук, ставит рядом бутылочку выпрямляется передо мной на своих не по годам длинный ногах, вытирает руки о передник.

— Камилла Ильдаровна — важно представляется. Забавная такая, моей сестренке было бы сейчас двенадцать, но родители попали в аварию, когда мама была беременна. С тех пор нет отца и сестренки.

— Проснулся уже? И чего тебе не спится? — оборачиваюсь на голос друга.

— В город надо, Искандер, билет купить на поезд.

— Да, поедем, сейчас только дрова надо наколоть для эби. Баню топить и дом протапливать зимой.

До обеда мы с другом готовим дрова, потом идем снова в баню. Не ехать же так в город, девчонки разбегутся от запаха вспотевших самцов. Рамиля апа и эби кормят нас на этот раз лагманом, еще и в машину пироги и контейнеры с едой грузят.

— Долго твой пресс не протянет с таким рационом — смеюсь я, когда мы с Искандером выехали на трассу

— Ты не видел какой я в детстве был, как карлсон, блядь. В меру упитанный ребенок. Это у Долговязой все в рост уходит, а у меня и в рост и в ширь — смеется друг.

Вечером в городе мы встречаемся с друзьями Искандера, те уже пригласили девчонок в нашу компанию. Мы много шутим и пьем, потом едем на дачу к какому-то другу Искандера. Ко мне проявляют интерес две девчонки Алина и Лиана, Алина чем — то напоминает мне Веру, поэтому здесь без вариантов и я начинаю флиртовать с Лианой. Девочка не из стеснительных, то, что нужно после армии, сама хватается за мой член. Мы с ней уходим под гогот компании в дом, но мне плевать, у меня яйца скоро лопнут от воздержания. Утром я просыпаюсь от того, что Лиана мне сосет. Увидев, что я проснулся, она выпускает мой член изо рта и пытается сесть сверху.

— Стоп, кошечка — останавливаю ее — продолжай сосать. У меня резинки кончились. У тебя слишком большие аппетиты.

Она покорно опускается вниз и продолжает делать мне минет, пока я не кончаю.

Выхожу на улицу, Искандер уже сидит довольный и курит.

— Зря ты от Алины отказался — выпуская дым, мечтательно улыбается друг — Лиану было слышно на весь дом, ты что с ней делал?

— У тебя сколько резинок осталось? — спрашиваю друга, смотрю рядом стоит бутылка минеральной воды. То, что нужно, сушняк очень сильный, выпиваю всю бутылку, достаю сигарету.

— Где — то три-четыре — довольно говорит татарин

— А у меня ни одной, даже на утро не хватило. Ненасытная Лиана, крайние два раза уже сама на мне прыгала, у меня не было сил — улыбка с лица Искандера пропадает.

— Может поменяемся на сегодняшнюю ночь?

— Эй, халяльный татарин, я не собираюсь трахать одну девушку с другом — толкаю его в плечо.

— Это ты прав, натрахаться хочу, Диляре я изменять не буду. Она у меня девочка совсем. Всему сам научу — снова на его лице появляется мечтательная улыбка. А я вспоминаю себя, я точно так же мечтал стать для Веры первым и единственным.

— Только презервативами нужно запастись и запасы спиртного пополнить.

С дачи мы уезжаем только к вечеру следующего дня. Лиана жмется ко мне и говорит

— Никогда такого у меня не было и не будет, наверное.

— Какого — усмехаюсь я — едва ли мой член самый большой в твоей жизни

— Нет, не самый — не пытается меня обмануть — Но такого красивого, молодого. Я же все разы кончала с тобой. Ты не использовал меня, как все.

— Разве ты не сама выбрала этот путь?

— Сама — улыбается она — Алинка вон шмотки красивые любит. А я. Я нимфоманка, Саша. Мне всегда мало. Сначала я себя за это ненавидела. Считала грязной. Когда у меня был парень, а я на работе в подсобке с двумя сразу трахалась. А он цветы мне носил и в любви признавался. Есть женщины, которые рождены быть любимыми женами и матерями. А я создана, чтобы согревать мужчин.

— Ты жалела когда-нибудь, что выбрала такой путь? — спрашиваю ее

— Нет, Саша. Это мое хобби, если хочешь — перехватывает у меня дымящуюся сигарету, затягивается и выпускает дым мне в лицо — хобби, которое приносит мне деньги.

— Пойду Искандера позову, пора ехать, вечером поезд — иду в дом. Пропал блядь, пошел с Алиной попрощаться и пропал. Слышу характерные шлепки.

Друг нагнул девушку над столом и вбивается в нее быстрыми толчками.

— Блядь, Искандер, я тебя долго ждать буду? Будешь мне реабилитацию оплачивать, психику мне сломал своей голой задницей.

— Пошел нахер — дыхание у друга сбилось.

Спустя несколько минут из дома выходит Искандер, на ходу застегивая ремень, Алина плетется следом, поправляя юбку.

Мы уезжаем с другом довольные и накормленные во всех смыслах.