Глава 18

Спали мы долго и спокойно впервые за последние дни. Хозяева позволили устроиться на сеновале, где оставалась солома с прошлого года. Ночью было тепло и сухо. Утром хозяйка дала мне небольшой обмылок, чтобы я смогла помыться и отправилась вместе со мной на речку.

— Парита, скажите, кому можно продать украшение? Оно дорогое, его подарила моя хозяйка нашей маме — она выкормила ее. А еще, у меня есть очень хорошее платье, которое в Валенторне могут дорого купить горожанки, — мы мылись в прохладной еще речке, но это доставляло массу радости.

— Такого здесь не берут. Кому надо тут украшения, Лора? Ты представляешь меня на балу? — она засмеялась, и взяв пальчиками невидимый подол платья, закружилась. По сути, она была моей ровестницей, и я чувствовала к ней тягу. — Можно попробовать отдать все Карлу одноглазому — он может за них дать инструменты и посуду, или еду. Он каждый сезон ездит в Валенторн — там у него кое-что берут в лесу скупщики. А обратно привозит необходимое тут.

— А где он живет?

— На другом конце деревни, если вдоль речки идти, дом небольшой, да ты сразу узнаешь — перед домиком хламу всякого навалено.

Мне пришлось надеть свое бальное платье, чтобы выстирать костюм из нижних юбок и нижнее белье. Раскидали все у Париты во дворе. Дин утром ушел с Маризом в лес нарубить жердей — сам вызвался, чтобы хоть как-то отплатить за гостеприимство и еду. Утром нас покормили горячей гречневой кашей с молоком. Я ждала, когда высохнет одежда, чтобы сходить до этого одноглазого — нам нужны средства для существования, видимо, деньги здесь не в почете — магазина я точно не приметила.

Переоделась в свой набор, собранный из нижних юбок, переложила ожерелье и серьги из клатча в сумку к бальному платью, что было уже мятым. Была — не была, я ничего не теряю.

Между домами было большое расстояние — люди, скорее всего, приходили новые, и не хотели жить спиной к спине с незнакомцами. Видела еще три овцы, что паслись возле дома и одну козу. Тропка вела между домами по прямой, речка пронизывала всю деревню — хорошо, что есть вода, и территория большая — если деревня вырастет, люди не будут сидеть на головах друг у друга. Сейчас я насчитала восемнадцать домов, и на «задах» пять шалашей — может это детские игрушки, а может там и живут. Людей было мало — я встретила женщину с деревянным ведром, шедшую от реки, пару мужиков, выходящих из леса и детей, что бежали стайкой за убежавшей козочкой.

Дом я узнала сразу, как мне и сказала Парита — перед ним был навален железный лом. Или он продает это? Из дома вышел мужик с повязкой на глазу. Сложив руки на груди, он ждал, когда я подойду ближе.

— Вы Карл? — я опустила глаза, чтобы не разглядывать его.

— Я, видишь поди, глаза нет, значит я! — говорил он с присвистом — так говорят люди с проблемными легкими — заядлые курильщики.

— У меня есть дорогая вещь, ее в нижнем Валенторне купят за большие для вас деньги. И есть платье, что можно продать горожанке. Его там не видели еще, оно стоило больше пяти тысяч пиров. Я готова взять инструментом, посудой, тканью и едой.

— Я не люблю связываться с побрякушками, но, если не будешь много говорить, посмотрю, — он смеялся надо мной.

— Могу в другом месте продать, только вот, вы то понимаете, что мне не деньги нужны, а безделушки. Покажите, что у вас есть, и я покажу вам мои побрякушки.

— Проходи, смотри, все в доме, и вот еще, на улице железки, — он пропустил меня в дом, где все было заставлено, кроме кровати. Да и там были разбросаны вещи.

Здесь были горшки, насколько чашек, миски, два больших котла и три маленьких. Несколько полных мешков, свернутые в рулончики тряпки, в общем, больше это походило не на магазин, а на квартиру сумасшедшей старушки, что несет в дом с мусорки все, что имеет хоть какую-то форму.

Я достала сережки. Разложила их на руке. Карл наклонился и хотел взять меня за ладонь.

— Не, не, соблюдай дистанцию, не входи в мою зону комфорта!

— Куда не входи?

— Близко не подходи, я злюсь.

— Ну, посмотреть то я должен, — он снова начал смеяться.

Я раскрыла ладонь и подняла ее к его глазам. Вернее, к одному глазу — он смотрел на ладонь боком, как смотрит курица на червяка, прежде чем клюнуть. Это меня рассмешило.

— Чего смешного?

— А я не знаю чего вы смеялись. Вот, решила посмеяться с вами. Скажите, ведь чтобы выгоднее их продать, можно и до деревни в Валенторне сходить. Всяко дороже будет, чем у вас. У вас даже если весь дом купить — одной сережки много, правда? — мимика его была как открытая книга. Да, покера у них точно пока нет. Такие типы начинают играть первыми. А если научить владеть лицом, я озолочусь.

— Даже если мой глаз второй вам отдать, у меня все равно мало товара на одну сережку, — он перестал смеяться и ухмыльнулся, внимательно смотря на меня, но уже с уважением.

— А давайте так…Ведь по одной они точно стоят дешевле, значит, я отдам вам пока одну. Возьму здесь все, что мне надо, а когда вы отправитесь в Валенторн, закажу вам то, что мне нужно. И по возвращению, вы отдадите мне товар, а я вам вторую серьгу. Покупать там тоже можете под нее. Но, чтобы у вас были средства, вот платье, которое в городе женщины купят моментально, — я отдала ему свой бальный наряд, вышла на улицу, где с радостью увидела, что сюда идут Дин и Мариз.

— Давай, лиса, бери что надо. Где жить то будешь?

— Я не одна, я с братом. Нет пока дома у нас. Найдем место для стройки, и приду к вам за скарбом. Вы же дома будете сегодня? — я смотрела на него вопросительно.

— Нет, сначала я отправлюсь на бал, потом у меня встреча с королем Альдербана, а как вернусь, могу забыть, что вы приходили, — он сам смеялся над своей шуткой.

— Даже не надейтесь отобрать или своровать серьги, я сейчас расскажу всем, что мы с вами договорились.

— Иди уже, ищи себе куст, под который посуду перенесешь, хозяйка, — он смеялся так, что схватился за живот.

— Что тут за веселье, Карл? — Мариз подошел и внимательно смотрел на Карла, что свернулся пополам, и смеялся так громко, что в лесу замолчали птицы.

— Насмешила меня эта лиса, Мариз, иди, найди им место, они дом строить собрались с братом, — он начал смеяться еще громче. — Дом они построют…. Сами… Дом!

— Нашел над кем смеяться, — Мариз хлопнул по спине Дина и показал мне, что надо идти. — Если она чего у тебя купила, можно к нам под навес сложить — они пока там жить будут.

Я вечером приду и все заберу, и отдам плату, — я по барски развернулась, чем вызвала новую волну смеха, уже душившую Карла.

Слова Мариза, что нас сегодня не выгонят, очень обрадовали — здесь за каждый прожитый день нужно было бороться, а вечером благодарить Бога, что он не принес беды. Думая это по дороге, я вспомнила свою прошлую жизнь. Ведь даже пережив предательство мужа, оставшись на улице, я была в лучшем положении, чем сейчас. Теперь я видела, что если бы не жалела себя, то вернула бы все за какие-то два — три года. Я могла взять ребенка в приюте и воспитывать его. Сейчас он был бы уже не меньше Дина. Но я решила винить всех вокруг и жалеть себя. Нет, уважаемый Архангел, больше я к вам не вернусь. Теперь у меня все получится.

— Дин, давай осмотрим деревню и подумаем — где можно построить маленький домик, — я тянула его за руку, давая понять, что нам нужно уединиться.

— Хорошо, иди, Мариз, мы тут осмотримся и придем, — мы махнули мужчине, чья семья приютила нас. Хоть и на сеновале, но это было лучше, чем в лесу.

— Лора, ты чего, я только договорился — мы поживем у Мариза — я с ним буду дрова рубить летом, а ты огород с Паритой разобьешь, щас мы есть должны идти, а ты меня тянешь искать место для дома. Из чего мы с тобой его строить будем, сестренка? — он покрутил пальцем у виска, но я не сдавалась.

— Нет, так неправильно, братец. Нам нужно построить свое жилье пока тепло, а не жить вот так, собирая подачки. Может они добрые и хорошие, но в любой момент у них что-то случится, и нам придется идти жить на полянке. Можешь помогать Маризу, я не против, но надо время уделять и своему углу, — видимо, он понял, что я от него хочу, и пошел молча следом.

Улица была очень широкая, и дома были вдали, оставляя между тропинкой и домом место для огорода. Все дома были сложены из камня, но возить его от речки было не на чем — Лошадь была только у Карла одноглазого, но он не давал ее никому ни за какие деньги — это рассказала мне Парита. И телега у него есть.

Если река не идет к Лоре, значит, Лора идет к реке.

— Дин, идем вдоль реки, и смотрим, где можно строить дом, набирая камни из речки, чтобы далеко не носить. И удобно будет, если сразу за домом будет вода. Нам нужен маленький — на две комнатки. Очаг посередине сделаем — тепло будет.

— Лора, я никогда не строил дом, а где мы доски будем брать на крышу?

— Нам они сейчас нужны? Нет. Вот будут нужны доски, будем думать о досках, — мы вышли к месту, где река, нырнув в кусты, очень похожие на орех, вернулась к домам. Я ковырнула палкой у дороги, двинулась дальше, в сторону речки и снова ковырнула — земля хорошая. Небольшой спуск, и внизу река. Идеальное место для домишка. По другую сторону было много ивняка — из них дед плел «морды» для ловли рыбы. Если подумать, то вспомню как они делаются. А рыба там была! Мы спустились на берег и я присела. Пока Дин осматривал берег на наличие камней, я замерла и смотрела на воду. На середине, перед торчащим из воды большим булыжником, вилась стайка. От камня была тень. Жарко уже. А речка не глубокая. Значит, мы сделаем ее чуть глубже — уберем камни со дна, оставим высокие, и рыба будет тут стоять. Я осмотрелась и поймала кузнечика.

Прицелившись, бросила зелененького за камень — к тем рыбинам, что стояли против течения, тут же добавились еще штук пять. Прикормим, приучим, и будем вас ловить, блестящие вы мои. Во рту стоял вкус карпов, что дед жарил над углями, уложив их на толстую фольгу — чтобы жирок не капал — он вымакивал его хлебом, а я выбирала боковинки, потому что спинку мне есть не давали — кости. Вот откуда я знаю про рыбу. Казалось, дед брал меня с собой просто так, чтобы бабо не мешала, а вот погляди — все помню — что тень нужна, глубина и прикормить.

— Да, можно тут обосноваться, и река выше не поднимается — вон след от нее весенний, — а ты молодец, хоть и мисс, а дело говоришь!

— Да, кое — что знаю. Узнай У Мариза, где они берут глину, а сегодня мы придем сюда еще раз — поставим пока шалаш. Надо застолбить место — такого здесь больше нет.

— Да кому оно нужно?

— Знаешь, с этими дурацкими законами в Валенторне, скоро все будут жить здесь, так что, пока не нашлись умники, мы первыми должны организовать здесь город и покончить с деревней выживанцев.

— Кого?

— Как говорил мой дед: «дикалону», идем поедим, если нас собрались кормить. За одно посмотрим — что там с их огородом. Нам тоже нужен свой огород. Хоть немного может успеем что-то вырастить, и откормим тебя, великана, — сейчас я поняла, что отношусь к нему как к сыну, а не как к брату.