ГЛАВА 4. Тирис «ПУСТОЕ МЕСТО»

Мы столпились у кабинета 235. Одна девушка заглянула в полуоткрытую дверь и сказала, что там сидит очень красивый мужчина.

— Правда? Это наш препод? — Лили отозвалась на ажиотаж, который он создал своим присутствием.

Я отлипла от стены и тоже покосилась в дверную щель. Ну конечно, присел на край стола, расправил плечи и уткнулся в журнал, изучает наши имена, скорее делает вид, что изучает. Я зевнула, откинувшись обратно на стену. Поправила юбку-плиссе, не очень то они удобные. И почему только девушкам нельзя носить брюки? Я что, потеряю свои навыки и способности, надев штаны? Буду меньше переживать на лестнице за открывающуюся задницу, и от этого моя концентрация станет хуже?

— Тири, ты видела? — Лили толкнула меня локтем в бок, и я громко всосала носом душный коридорный воздух. Они успокоятся?

— Мужика? — я посмотрела на нее с плохо скрываемым снисхождением.

— Охренительно красивого мужика! — между нами вторглась девушка с черными волосам до пояса и красивым белоснежным ободком на голове из жемчужин.

Я присмотрелась к их блеску, пытаясь определить, настоящий ли это жемчуг. И он очень не похож на подделку. Не то, чтобы этот факт мне как-то напрягал, но я заметила, что в Академии много деток-мажоров. Они отправили своих отпрысков, аккуратно собрав их дорогие вещички, нацепив им на крахмальные запястья часы, которые стоят баснословных денег. Неужели, они все реально отпустили своих дитяток в свободный полет? В это буквально невозможно поверить, уверена все они поддерживают тайную и очень теплую связь с семьей.

— Амелия, — девушка заметила мой долгий взгляд и протянула руку. — как тебя называть?

Никак. Я хочу ответить никак и прикусываю язык.

— Тири, — отвечаю рукопожатием.

Ее рука мягкая, розовый маникюр и пара колец на изящных пальчиках. Девушка игриво стреляет яркими темными глазками в аудиторию, где нас дожидается Стратег. С полковником мы будем изучать военную стратегию. Зачем? Не знаю, наверно, чтобы девочки полюбовались на «охренительного красивого мужика», как она выразилась. Нужно прекратить быть такой язвительной, но я уже справляюсь с тем, чтобы не произносить вслух все, что я думаю. Может, они реально не видели красивых мужчин… знали бы они, насколько сварливый у него характер. Я бы хотела видеть сейчас кого угодно, кроме этого мужика.

Но повернув голову в сторону, я поняла. Не кого угодно. Кого-то, кроме стратега и вот этого парня, который встал за спиной рыжей девушки.

— Вы же все на стратегию? — она обратилась ко всем, но почему-то взглянула на меня.

Я кивнула, переплетая руки на груди.

Взгляд парня исполинского роста упал на меня. Тот самый, кто вчера вытряс душу из того пацана в очереди. И что он хочет? Я смотрела в ответ так долго, как могла, пока не раздался знакомый голос полковника. Мы почему-то только тогда оторвали взгляд друг от друга, хотя не скажу, что палилась в упор, потому что хотела. Просто последнее, что я могла бы допустить, это его возможность доминировать. Посмотрите на него, он дерется в первый же день. Я такой крутой. Буду держать вас в страхе.

В детском доме Трударта таких щелкали толпой, вместо семечек перед телевизором. Одного выпендрежника мальчики засунули головой в унитаз, потому что он решил, что может воровать у своих же. Не скажу, что я поддерживала подобное, но их агрессия мне понятна.

*****

Мы с Лили заняли последнюю парту, я тут же уткнулась лицом в стол. Голос полковника, его интонация и манера заинтересовывать людей, собирая уйму восхищенных глаз — я наелась этого сполна. Все, что я хочу, это хорошенько поспать.

— Лейв Данте, — прошептала Лили мне на ухо, и я не отрывая головы от парты, перевернулась к ней лицом. — запомнила?

— Ага.

Мой взгляд слегка расфокусировался, и за плечом Лили я увидела парту соседнего ряда. На ней в точно такой же позе, как и я, лежал он, сложив руки под голову. И он уже смотрел на меня, когда я перевела на него взгляд. Голубые глаза скользнули по моему лицу, затем по телу, которое должна хотя бы наполовину скрывать Лили, все таки мы смотрим друг на друга через нее.

Лили продолжила что-то рассказывать, но ее голос стал фоновым шумом, как и голос нашего учителя. Я даже не пыталась слушать. Но этот парень не отвернулся, не сделал вид, что разглядывает стену, поэтому я тоже позволила себе проползти глазами по его полурасстегнутой рубашке и расспущенному галстуку. Остальные сидели ровно, переживая, волнуясь за первый день в Академии. Они были похожи на воткнутые в землю спички, а он вытянул одну руку вперед, видимо, затекла. Вторую согнул, чтобы удобнее подпереть лицо. Красивое. Лицо с высокими скулами, довольно густыми бровями и прямым носом. Но я остановилась на глазах, которые притягивали. Они были прохладным морем, которое я видела один раз в жизни. Они были водой, которая только снаружи притягательна, войдя в нее можно утонуть. А я плавать не умею.

— Тири, — Лили с шепотом толкнула меня, уже сильнее, чем до этого.

— Да-да, — я ответила на автомате.

Парень почему-то улыбнулся. Мне показалась эта улыбка наглой. И даже в этот момент я не отвела взгляд, почему он улыбнулся?

— Да Тири, говорю, тебя спрашивают.

Что? Я резко оторвала голову от парты. Волосы взлетели, а глаза разбежались, не останавливаясь ни на ком конкретно. Ведь каждый в этой проклятой аудитории смотрел на меня.

— Встаньте, пожалуйста, — до боли знакомый и немного раздраженный голос, которому я обязана подчиниться.

Я встала так резко, что мой стул закачался. И упал. Полковник вздохнул и указал на меня пальцем, пока глаза других заискрились от смеха.

— Ваше имя? — спросил он под возрастающий шепот аудитории.

Решил сделать меня мишенью для издевательств? Вот так сразу, в первый же учебный день. Ну давай, посмотрим, кто кого.

— Согласно уставу Единого Государства у гражданина может не быть имени в случае его отсутствия с рождения или в случае отказа от него по собственному желанию, — отчеканила я, шепот стих.

Я вдруг увидела эту же рыжую девушку за партой прямо перед собой. Она медленно обернулась на меня только сейчас и окинула презрительным взглядом с ног до головы. Она покрутила пальцем у виска, глядя на того парня, что продолжил лежать на парте. Он даже с места не сдвинулся. И тогда у кабинета они тоже держались рядом… так они знакомы. До меня только дошло.

— Вместо того, чтобы слушать, вы хвалитесь знаниями законов? — брови полковника собрались у носа. Плохой знак, вот сейчас они и узнают, каким он может быть. — Так у вас нет имени? Как мне вас называть? Пустым местом?

Вот как заговорил! Пустым местом. Да ты сам то… я сжала кулаки так, что ногти впились в ладонь. Он никогда потом не признает, но он бы ни за что не привлек такое внимание к другому ученику, который отвлекся. Но меня смешал с грязью. Потому что он всегда жесток с теми, кто ближе. Они его не знают, видят лишь фасад.

— О чем я говорил, Тири? — он спросил более спокойным тоном, но уже слишком задел меня.

— О, так вы знаете мое имя, — я улыбнулась, и полковник осекся.

Периферическим зрением я увидела, как после моей фразы парень поднял голову с парты и перевел взгляд с меня на полковника.

— Ваша соседка подсказала, — злобно ответил он и ткнул мелом в доску, где уже были начерчены простейшие задачки, с лесом и обходом засады, мы с ним такие в качестве развлечения рассчитывали. — вот пусть, она и пойдет к доске.

Глаза Лили округлились, я почти засмеялась. Это задача для первоклашки, хотя это, если первоклашку погружали в мир стратегического мышления. Площадь леса слишком большая, чтобы идти в обход. Запасов продовольствия не хватит, исходя из условия. Значит, полный вперед по прямой, но держаться подальше от троп и передвигаться ночью по возможности. Вероятность выживания зависит от количества противника и его подготовки.

— Мне сесть можно? — я поинтересовалась, даже не пытаясь изобразить уважение.

— Только, если поднимите свой стул, — с расслабленной улыбкой ответил полковник.

И в номинации, самый противный и всеми обожаемый побеждает неповторимый Лейв Данте.

— А вас, как позволите, называть? — тактично произнес учитель.

Я просто в шоке. Это же два разных человека, один говорил со мной, а второй — вот он.

— Лили Вьен, — торопливо ответила моя соседка, подгребая к доске. — то есть, фамилию не обязательно, конечно.

Началось… сейчас она десять раз извинится, а мне потом слушать от него — какая милая девочка, не то, что ты.

Но он подозрительно замер с мелом в руке, который уже протягивал Лили. Просто застыл, как камень. Его глаза раскрылись шире. Настолько милая девочка? Дар речи потерял?

Я спросила, можно ли мне сесть, но до сих пор не села. Мой взгляд направлен на этих двоих, ведь в сердце зародилось странное ощущение. Рука полковника прислонилась к груди, слева. О нет, нет, нет!

Вторая рука затряслась так, что мел упал и раскрошился на полу. Ему плохо! Да, я обещала ему, что бы ни случилось, я буду вести себя, как обычная ученица. Ни больше, ни меньше. Ничего личного. Я обещала и верила, что выполню обещание до того момента, как он схватился за сердце и чуть не встал на колени перед всей аудиторией. Но когда мои ноги сорвались с места, полковник выдохнул сквозь зубы и тут же повернулся на проход между рядами, где я остановилась, не дойдя несколько парт до него. Я замерла, прочитав в его взгляде все, что должна была понимать без слов.

— Вам, — слова застряли в горле. — вам плохо?

Он закатил глаза и еще раз тяжело выдохнул. Да! Ему плохо, мать вашу. Желваки на лице мужчины заиграли, но вскоре расслабились.

— Здесь душно, Тир, — он прокашлялся, — как вас?

— Тири, — я тут же начала подыгрывать. — Тирис Сагред.

— Отлично, — выдохнул он с уже большим спокойствием. — откройте окно, пожалуйста, Тирис Сагред. И сядьте уже на место.

Я медленно кивнула. И поплелась к окну, к старому арочному окну, до которого еще предстояло дотянуться. Пока я шла к окну, не сводила взгляд с полковника. С сердцем у него давно не было проблем, но каждый раз, когда это случалось, мое собственное подпрыгивало внутри, останавливалось, замирало и молилось — только бы ни что-то страшное. Поняв, что до оконной рамы я не достану, я поставила свободный стул к стене. Встала на него, дернула старую ручку, с которой что-то посыпалось на пол. Здесь вообще окна открывали в этом веке?

Видимо, нет. Потому что оно не поддалось, я взялась двумя руками и дернула со всей дури. И вдруг почувствовала горячее дыхание на уровне бедер. Боже… оно проникло мне прямо под юбку. Чертовы короткие юбки этой Академии. Я задержала дыхание, когда крупная ладонь накрыла две моих и повернула ручку вбок, а затем легонько толкнула вперед. Окно распахнулось. Подул прохладный ветер.

А когда я обернулась, он уже ушел к своей парте. Устроился также удобно, как и до этого.