Глава 39. Запоздалые признания

— Интересные у вас отношения с вашей охраной, — произнёс граф, и в голосе его звучали…ревнивые нотки.

«Вот только мне ещё здесь ревнивого мужа не хватало,» — подумала я, а вслух спросила:

— Вы что-то хотели, граф?

— Вероника, я бы хотел с вами поговорить, — впервые я слышала от графа нормальный тон, без заигрывания и мурлыкающих ноток.

— Хорошо, давайте поговорим, — я понимала, что говорить всё равно придётся, и лучше мы всё обсудим раньше, чем будем затягивать это.

Я предложила графу пройти в кабинет или в одну из малых гостиных.

— Давайте лучше в кабинете, — сказал граф, — а то в гостиной, впрочем, как и в остальных комнатах замка у меня стойкое ощущение, что я гостях.

Я подумала, что граф очень верно воспринимает ситуацию.

Но в кабинете, так в кабинете. Когда входили в кабинет, ульвы демонстративно встали по обоим сторонам от двери, пропуская нас с графом внутрь.

Граф, проходя мимо не удержался и подмигнул Лео:

— Помню, помню, «ваша графинечка».

Я сделала вид, что не услышала.

Предложила графу каву или чай, но Ральв Саварди отказался.

Я присела на кресло, граф был вынужден сеть на диван. Некоторое время молчали. Такая неловкая напряжённая тишина.

Наконец, граф произнёс:

— Простите, Вероника, я столько хотел вам сказать, а сейчас сижу и не знаю с чего начать.

— Начните со свадьбы, — сказала я, — вы же не думаете, что я всё забыла?

Граф замолчал. А я подумала: — «Вот так, не знает он с чего начать, обидел девочку так, что та бежала, а теперь значит, «не знаю с чего начать»»

Снова установилась тишина, и снова нарушил её граф:

— Я очень виноват перед вами Вероника, я вёл себя отвратительно, мне нет прощения.

Я подумала, что граф снова пытается избрать привычную тактику: — «Нет мне прощения, но… просите меня, дурака грешного». С Вероникой может быть и прошло, но не со мной.

— Нет, — коротко прокомментировала я

Граф встрепенулся:

— Что?

— Нет вам прощения, здесь вы правы, граф, — ответила я

Разговора явно не получалось, я «ломала» все стереотипы, и «бедный» граф не знал, что делать.

— Чем я могу заслужить прощение, Вероника?

Хотелось мне сказать, словами из «Кавказской пленницы»: — «Только кровь смоет это*»

(прим. автора: здесь Ника перефразирует цитату из старого советского кинофильма)

Но, понимая, что скорее всего нам с графом ещё идти вместе в пустыню, и надо бы, чтобы всё было между нами, прозрачно, потому как мне не хотелось каждый раз объяснять, почему «нет», ответила:

— Я пока не готова простить вас и … не могу быть вам женой.

Но граф не собирался сдаваться:

— Вероника, то, что я вам сейчас скажу, изменит вашу категоричность

Я не стала расстраивать графа, что его истинность уже не является большим секретом. И сделала заинтересованное лицо.

— Дело в том, Вероника, что я не совсем человек, — начал граф издалека

— Ну это я уже поняла, — с лёгкой усмешкой сказала я, — уже какое-то время общаюсь с вашим предком.

— Да, если бы дело было только в этом, Вероника, — вздохнул граф, — то, вероятно, вопрос не стоял бы так остро. Дело в том, что моя мать из ульвов и с недавних пор во мне «проснулась» её кровь.

— Это безусловно интересно , граф, но не могли бы конкретно сказать, что с вами произошло? — начала я терять терпение, — и причём здесь я?

Вдруг граф рухнул на колени, и снова ухватил мою руку:

— Вероника, вы не только мне супруга, вы моя истинная, моя жизнь, я счастлив только оттого, что имею возможность видеть вас и с ума схожу, когда имею возможность прикасаться.

— Граф, — ответила я спокойно, — что за театральные жесты? Перестаньте сейчас же, сядьте, пожалуйста, на диван.

Но граф уткнулся лицом мне в колени, и потянул свои загребущие ручки к моим достоинствам, попытавшись приобнять меня за то место, на котором я сидела.

Конечно же, именно в этот момент дверь в кабинет приоткрылась и вошёл Его Величество, за ним показалась физиономия Мико, который крикнул:

— Графинечка, никак не могли задержать

«Ага, так я и поверила, — подумала я, — двое здоровенных ульвов не могли задержать его Величество».

Его Величество зашёл, увидел меня, сидящую на кресле, графа, «сидевшего у моих ног», уткнувшегося лицом мне в юбку. Замер, на лице у него появилось странное выражение, какой-то обречённости, и также молча вышел.

«Вот теперь точно всё, — пришла мысль про наш разговор с королём про то, что Ники и Фера не существует».

И так мне стало обидно, как будто вся жизнь у меня закончилась, хотя я никогда не рассчитывала, что между мной и его Величеством что-то может быть.

— Граф, встаньте же вы, наконец, — с надрывом сказала я, — я не желаю быть вашей супругой и истинной. Когда-то я была бы счастлива, если бы вы хотя бы обратили на меня немного вашего внимания, теперь, нет, та Вероника умерла. Я же хочу идти вперёд, не оглядываясь назад.

Граф смотрел на меня с удивлением. А я ещё не закончила и сказала:

— Вы говорили про развод. Я бы хотела его получить.

— Нет, Вероника, я никогда не дам вам развод, — сказал граф.

Вдруг графу, видимо, пришла какая-то мысль и он заявил:

— Если вы рассчитываете, что король вам поможет, то вы очень ошибаетесь. — резко сказал граф. Ноздри его раздувались, было видно, что этот разговор ему нелегко давался.

Я удивлённо спросила

— А по какой причине его Величество будет мне помогать?

Граф пристально посмотрел на меня:

— Он просил для вас развод

Вот это была новость! Интересно зачем? Ключи с адресом от домика в столице «жгли» мне карман. Жаль, что не получилось поговорить. Сама не пойду, захочет, знает как меня найти.

Но графа мне не хотелось «записывать» во враги. Хотелось с ним договорится. Мне нравилось графство Саварди и месторасположение интересное и привыкла я здесь, и … замок мой, и люди здесь мои, и друс и вообще. Это граф думает, что замок его, а я узнала, что когда замок не пустил чужаков, желавших мне зла, то значит, что включилась защита хозяина. Ну или хозяйки.

Поэтому я примирительно сказала:

— Ральв, могу же я вас так называть?

Граф, кивнул. И вдруг на лице у него появилась улыбка.

На мой вопросительный взгляд граф ответил:

— Вы впервые назвали меня по имени, Вероника

«М-да, — подумала я, вот же его «накрыло», всего лишь по имени назвала, а он уже счастлив»

Я продолжила:

— Ральв, нам с вами скоро идти в пустыню, поэтому я предлагаю сейчас не торопиться, а проговорить этот вопрос после.

— Я не пущу вас в пустыню, Вероника, там очень опасно. — выискался ещё один «командир» на мою голову.

— К сожалению, граф, это уже не зависит от вашего решения, — сообщила я графу.

— Я поговорю с королём, — сказал граф

— Король здесь ни причём, — снова сообщила я, и добавила, — это ваш предок рассказал и иного варианта нет.

Я протянула графу руку для рукопожатия и произнесла:

— Мир?

Граф руку мою сразу ухватил и прижал к своей груди

— Вероника…

— Граф, — устало произнесла я, — готовьте экспедицию, надо выдвигаться как можно скорее, иначе дойти до середины пустыни станет сложнее.

Граф попытался ещё что-то сказать, но я настояла, чтобы он ушёл.

Когда дверь за графом закрылась, я пересела за стол, уронила голову на сложенные руки и зарыдала.