Глава 40. Ника отправляется в экспедицию
Следующие два дня были посвящены сборам. Король торопил. И теперь это был именно король. Он больше не пытался со мной говорить. И я не искала с ним встреч. Понимала, что, возможно, так даже к лучшему.
Ну какое могло быть будущее между торгашкой и королём. Да, даймон сказал, что Хозяйка она почти богиня, она над всеми, но это знают и видят только магические существа, да ещё и высшие даймоны, типа Аль Сауда. Даже асванги, которые являются прямыми потомками даймонов, этого не увидели.
Меня привлекало в магах то, что они, будучи практически людьми, были независимы в чувствах, но здесь была зависимость другого рода. Зависимость от социальных различий. Не женились короли на торгашках, пусть даже они и стали графинями через брак.
Теперь я жалела, что не вернула подарок обратно. Как теперь подойти к королю? Теперь это будет выглядеть, как некая попытка снова вернуть его в ту ситуацию, когда он хотел поговорить о Нике и Фере
Я решила, что, когда мы соберёмся в пустыню, я перед отъездом дам поручение кому-то из доверенных лиц вернуть подарок вместе с письмом, которое я собиралась написать.
Граф меня «услышал», он перестал каждый раз пытаться ухватить меня за руку, или признаться в любви. На следующий день после нашего разговора он пришёл и попросил только об одном, чтобы я пока не спешила с разводом. Обещал, что не будет меня никоим образом ни к чему принуждать. Но просил оставить ему хотя бы видимость надежды.
Наконец наступил день отъезда. Накануне, я и король, графа с собой не брали, потому как он плохо переносил воздействие ауры даймона, снова встретились с Аль Саудом, и получили от него последние инструкции, после чего пригласили рабочих, которые осторожно отделили саркофаг и погрузили его в специально оборудованную грузовую карету.
Эта карета, была сделана из листвянки, как и моя красивая. Большая, она тоже была полностью защищена от воздействия магии и укреплена дополнительно, для перевозки тяжестей.
В день отъезда в замке то и дело слышались рыдания Марты, которую я не стала брать с собой, а оставляла «на хозяйстве».
Марта и Аруна были моими «руками». Марта успешно управлялась с порядком в замке, руководила горничными и другими службами. Периодически Марта управляла ещё и Симоном. А Аруна была моим полноценным заместителем в делах Дома быта. Хотя на сто процентов она, конечно, могла заменить меня только по услугам, особенно по чистке, но по гостинице, с помощью Симона тоже справлялась.
Король настаивал, чтобы мы сначала поехали в столицу, но графу удалось его переубедить, что нельзя саркофаг таскать по всему королевству. Граф рассчитывал, что мы с ним вместе поедем в гарнизон, но король воспротивился, заявив, что я должна лично просмотреть всех, кто войдёт во состав экспедиции.
И тогда мы разделились. Граф, сопровождая саркофаг поехал в пустынный гарнизон. А король и я, мы поехали в столицу.
Моя задача была не возглавить экспедицию, а собрать людей и нелюдей. Король знал, что я Хозяйка, верил он в это или нет, я не знала, но он попросил посмотреть всех, кого он отберёт в экспедицию.
Граф был не очень доволен, что мы разделяемся и мне даже показалось, что их отношения с королём стали напряжёнными. Но… может быть мне просто показалось.
Выезжали вместе, просто перед столицей граф свернул в сторону пустыни, а мы с Его Величеством поехали прямо, нас ждала столица. Меня ждала встреча с отцом.
По договорённости с графом, мы решили, что я буду проживать в его покоях во дворце, а не останавливаться в его доме, где жили его мать, получается, что приёмная, и сестра.
Я хотела остановиться в отчем доме, но король и граф в один голос заявили, что это будет совсем неправильно.
Граф сказал:
— Вероника, вы графиня Саварди, именно вы, не моя мать или сестра, поэтому прошу вас поддержать это, и не подводить меня. Да, я совершил много ошибок, но я признал это, и готов все их исправить.
Я не нашла повода отказаться. Тем более, что граф действительно делал то, что говорил.
Поэтому мы с королём к вечеру гордо въехали на территорию королевского дворца.
Из замка Саварди я взяла с собой только одну девушку, Лойя была из Луца, энергичная и очень смышлёная, её порекомендовала Марта. Но во дворце и она, и я, мы были чужими. Поэтому мне пришлось вмешаться, когда Лойя пришла вся слезах и сообщила, что никто не слушает, что ей надо для ее леди.
Я вызвала управляющего замком. Он пришёл и сообщил:
— Леди, я не отвечаю за организацию быта гостей.
На мой вопрос:
— А кто отвечает?
Я получила ответ, что отвечает королева-мать, но на мой счёт никаких указаний не поступало.
— Кто помогает королеве? — спросила я мужчину
— Баронесса Ламбаль, она отвечает за коммуникацию, — ответил управляющий, — а ещё леди Астрелия, она организует завтраки королевы и, с ней можно решить бытовые вопросы.
— Милейший, — сказала я, понимая, что поскольку прибыли мы с его величеством вечером, вряд ли баронесса Ламбаль или леди Астрелия всё бросят и побегут решать мои вопросы.
Поэтому я предложила управляющему замку, самому договориться о решении проблем, а я за это пообещала не будить короля.
И скоро, я получила и горячую ванну, и горячий ужин.
А ночью мне приснился сон.
Передо мной разливался огромный лазоревый океан, светило солнце, тело было расслабленное, как всегда, бывает во время отпуска, особенно когда ты его проводишь где-нибудь на экзотическом берегу.
Я была в купальнике, и что странно, мне нравилось моё тело. Я по-прежнему не была худышкой, и попа, и бёдра, и животик, всё это было, но я …нравилась себе.
Я стояла, глядя на волны, накатывающиеся на берег. Вдруг со спины меня обняли родные руки. Он мягкими губами прошёлся по обнажённому плечу. Внутри у меня отозвались мои «бабочки». Я хотела назвать его по имени, но ни одно не вспоминалось. И я вдруг очень чётко осознала, что я сплю, что не на самом деле никакого океана, нет меня в красивом купальнике, а то, что сейчас происходит …
Я открыла глаза и осознала себя в королевском дворце. Повернулась и увидела…
***
Король Тремавира
Я чувствовал, что потерял её. Скорее всего она выбрала Ральва. То, как они сидели, прижавшись друг к другу в кабинете говорило о том, что этим двоим хорошо вместе.
Как бы я хотел быть на месте Ральва. Но он мой друг, а друзья не уводят жён друг у друга. Почему именно она? Почему не другая.
Так мысли кружились всю дорогу, что мы добирались до столицы. И каждый раз доходя до вопроса почему она, я вспоминал что я сам отдал её руку Ральву Саварди, который долго сопротивлялся, даже сразу после ритуала и консумации уехал обратно в гарнизон.
Потом какая-то странная ситуация с баронессой Ламбаль и вот, всё-таки Вероника истинная Ральва.
Я намеренно стал держать дистанцию, дав ей возможность сделать первый шаг, но она «держала дистанцию» не хуже меня. Ни разу за последние два дня ни словом и не взглядом не дав понять, что она на самом деле чувствует.
Я не смог отпустить её сразу в пустынный гарнизон с Ральвом. Я вообще себе не представляю, как она пойдёт с этим саркофагом в пустыню. А если прорыв?
Промучившись всю ночь, под утро вызвал камердинера и управляющего.
И уже через час у меня был лучший амулет, который менял не только внешность, но и запах. Я пойду в пустыню вместе с ней.