18

Он очнулся в холодной темноте. Сперва ничего не мог понять.

Тело болело, ноги казалось, перестали его слушаться…И вокруг был лишь холод и пронизывающий ветер.

Сперва мужчина привстал и огляделся, но после понял, что сейчас просто ночь, а те яркие огоньки, что трепещут над его головой зазывно маня — всего лишь звезды. Когда-то они казались ему больше.

По телу прошла дрожь. Острая боль охватила всю левую часть тела, а затем дрожь перешла в жуткие судороги. Рейдер не увидел, а почувствовал, как обращается, но никак не мог принять облик дракона, точнее одна половина его тела начинала изменяться, а вторая так и оставалась телом драгга и это причиняло немыслимую боль, разрывало на части.

Мужчина не стал сдерживаться и, подняв голову к равнодушным звездам, закричал, а затем обмяк, покрывшись холодным потом.

Сколько он уже здесь лежит? День, два? Может целую неделю? И как попал в этот лес, как его занесло так далеко от гор…

Память услужливо пришла на помощь. Словно воочию, он увидел себя со стороны и полудрага, вцепившегося в него из последних сил, как утопающих, наверное, хватается за соломинку. А потом под ногами разверзлась бездна. Рейдер падал и не мог превратится. Земля неминуемо приближалась и хотя в полете он провел короткий миг, всего мгновение, схожее со скоростью вздоха, лорд понимал, что если сейчас не сделает что-то, не предпримет попытки освободится, то разобьется об острые скалы вместе с безумным полукровкой и погибнет.

Он попытался вырваться. Бой в воздухе тоже был коротким.

Рейдеру удалось оторвать от себя руки оборотня и распластаться, поймав воздушный поток, пока Шаддер камнем летел вниз и вместе с ним его жуткая тонкая цепь — ядовитая змейка, сделавшая свое дело.

Дракон не отчаивался. Он раскинул руки, чувствуя боль в раненой конечности и попытался поменять облик. Удалось со второй попытки, когда земля уже была слишком близко.

Из последних сил, коснувшись лапами камней у подножия горы, Дракон взвился в небо. Несколько взмахов огромных крыльев и его подхватило воздушное течение, перебросило куда-то дальше, унося прочь от скал и Дворца, где его ждала Иххо. А затем раненое крыло перестало ему повиноваться, обвисло кожаной плетью. Сил бороться больше не было и единственное, что успел сделать для себя лорд-дракон — это смягчить падение перед ударом о землю. Разорвав крылья, падая на дерево, Рейдер почувствовал острую боль, от которой его сознание погасло. Огромный черный дракон упал на ковер из хвои.

Она приняла удар и находясь в бессознательном состоянии, дракон стал меняться. Несколько мгновение и под деревьями уже лежит человек. Рука в крови, тело в ссадинах…

«Сколько же я так пролежал здесь?» — подумал мужчина и сжав зубы от накатившей волны боли, чуть приподнялся.

«Меня должны искать, — вспомнил он, — Айдер был вместе со мной там на скале, когда все это случилось…» — подумал и усмехнулся через боль. Кто его будет искать так далеко от гор. Айдер конечно же, видел, что произошло и, скорее всего, предположил, что не сумев обратится, Рейдер погиб, разбившись о камни у подножия скалы. Нет, конечно же, лорд понимал, что его искали и не один день, а вот только вряд ли что-то могли найти. При падении с такой высоты от тела мало что останется. Раскидает мелкими кусками во все стороны.

«Иххо! — мелькнула мысль в голове дракона, — Иххо и мать…», - он и думать не хотел о том, что они пережили, узнав о его гибели.

— Надо лететь, — произнес он с силой, будто звук собственного голоса мог придать ему сил. Морщась, поднялся на ноги, опираясь о ствол дерева, затем облокотился спиной и перевел дыхание, восстанавливая силы.

Чувствовал он себя очень плохо, догадываясь, что пролежал в лесу несколько дней. «И как только звери не тронули», — только и успел удивиться, а затем решительно оттолкнулся от ствола и сделал шаг.

«Больно! Как же больно!»

Второй шаг и ноги подкосились, но он выстоял, а на третий, хмурясь и играя желваками на скулах, раскинул в стороны руки и начал превращаться.

* * *

Деревенька, на которую набрел уставший Горо, была совсем крошечной. Люди там жили бедные и промышляли рыбной ловлей. Только у двоих из рыбаков оказались мало-мальски хорошие посудины и Горо сумел договориться, чтобы его отправили вниз по реке.

Рыбак золоту обрадовался, правда, лодку продавать отказался наотрез, объяснив это тем, что она является кормилицей для все его семьи. А когда Горо настоял, чтобы его отвезли сейчас же, не дожидаясь рассвета, рыбак неожиданно быстро согласился и попросив господина подождать в его доме, сам поспешил на берег, чтобы приготовить лодку к отплытию.

Он вернулся довольно скоро и попросил Горо следовать за ним.

Советник вышел из домика, нырнув в темноту следом за своим перевозчиком. Вот и темная гладь реки, вот и качающиеся на мелкой ряби лодки, среди которых указал на свою рыбак. Советник уже было вздохнул с облегчением, когда заметил, что нанятый им мужчина, пятится назад, к дому.

Горо прищурил глаза, всматриваясь в ожившую темноту.

Несколько теней отделились от деревьев, вышли вперед и горящий факел, закрепленный на носу одной из лодок, осветил латы и шлемы Императорской стражи.

— Все-таки, нашли меня, — усмехнулся Советник, пока его мозг лихорадочно обдумывал план отступления. Видимо, знали, что он будет здесь, или отправили во все близлежащие деревни по несколько человек? Хотя, какая теперь разница, кто, что и как! Горо надо было думать о том, как выкрутится из создавшегося опасного положения.

— Я дам вам много денег, — сказал он, — скажете, что не нашли, что не было меня здесь!

— Повелитель Коджи велел привести вас живым или мертвым, в зависимости от оказанного сопротивления…

— Я дам вам очень много денег, — не переставал предлагать Советник.

— Сколько бы вы нам не предложили, Император предупредил, что даст в два раза больше…

Взгляд Горо соскользнул на пояс воина, где висели ножны.

Советник медленно поднял вверх руки с мешочком, в котором хранил деньги — мешочек был достаточно увесистым — и неожиданно швырнул его в первого из стражей, а сам сделал резкий выпад и нанес удар прямо в солнечное плетение воина, одновременно успев выхватить его оружие и сразу же ушел в сторону от просвистевшего мимо лезвия. Это опомнились те, что пришли по его душу.

«Только бы все получилось!» — подумал Горо, намереваясь отбить атаку стражей и, если повезет, подрезать парочку самых прытких, а затем забраться в лодку и отчалить на середину реки. Еще ночь, его не увидят, да и луков при воинах он не заметил.

На Горо напали одновременно с трех сторон. Советник едва успевал парировать удары нападавших, что уж говорить о том, чтобы самому достать хотя бы одного. Коджи не пожалел на него своих лучших людей — эти воины были из элитного отряда, что готовился как подарок для Акиро и теперь Горо пришлось на себе испытать их мастерство.

Советник не был трусом и с мечом всегда был на «ты», но в этот раз противников было слишком много. Единственным шансом на спасение мужчина видел только бегство. Но, словно чувствуя, что Горо стремится к реке, его почти сразу же отрезали от нее. Два стражника перегородили мужчине подход к воде. Еще двое напали сзади. Звон стали стал еще отчаяннее и яростней. Горо парировал удары, ухитрился достать одного из нападавших, распоров ему руку и кожаный доспех на груди, затем подсек еще одного. Тонкое лезвие разрезало бедро.

«Мне не уйти!» — понял Советник, когда тот стражник, с которым он вел свой диалог, пытаясь откупится, достал его голень.

Острая боль пронзила все тело. Горо припал к земле, но всего на мгновение, чтобы почти сразу подняться на ноги и отбить сокрушающий удар, направленный в голову.

«Они не намерены оставлять меня в живых!» — догадался Горо и с еще большим остервенением продолжил бой. Он провел серию ударов и, наконец, смог каким-то чудом пробиться к воде. Подскочил к первой из лодок, что попалась на его пути, находясь по пояс в воде. Схватился за край, подтягивая тело, лихорадочно забил ногами, помогая себе приподняться над бортом. А когда уже переваливался внутрь лодки, острая боль ударила в спину между лопаток и отозвалась в груди.

Падая на дно ветхого суденышка, Горо с силой приложился головой, не успев выставить перед собой руки, а затем кто-то схватил его за ноги и потянул назад.

Советник вцепился руками в доски, раздирая пальцы в кровь, но уже через мгновение оказался в воде, а затем двое стражников выволокли его на берег. Лицо Горо окунулось в прибрежную грязь, попавшую в рот. Кривясь от боли, он приподнялся, сплюнул, чувствуя на губах вкус глины и собственной крови.

— Думаю, головы будет достаточно в подтверждение того, что мы выполнили свою работу! — услышал мужчина насмешливый голос одного из стражей.

— Я только за, — подхватил второй, — тащить его во Дворец себе проблемы наживать!

Советник опустил голову, уставился в темный песок и прозрачную воду, что качалась вокруг его рук. Длинные черные волосы свесились вниз и теперь шевелились возле ладоней мужчины, словно диковинные речные травы. Ему показалось, что он слышит тонкий свист стали, разрубившей воздух. Перед глазами мелькнуло лицо матери… затем картина быстро сменилась видом монастыря, где он, Горо, счастливо смеялся наравне с остальными учениками, таская воду по горной тропе на самый верх горы. Затем память услужливо подбросила лицо женщины: фиалковые глаза, молочно-белая кожа под его ладонями, ее стоны, ее объятия, прикосновения маленьких ладошек…

Последним из того, что увидел Советник, было детское личико младенца, его дочери, а затем вспышка острой боли и мир для Горо померк навсегда.

* * *

В покоях Коджи было подозрительно тихо. Вернувшиеся стражники совсем недавно побывали у Повелителя и, как догадывался Кеншин, история с Горо нашла свой печальный для Советника финал — огромный круглый сверток, который принесли стражи, оставил на полу несколько алых капель, и бывший слуга Горо сделал свои, правильные выводы. Злорадно и довольно улыбаясь, слуга все же жалел о том, что не смог увидеть голову Советника, хотя одна только мысль, что это чудовище получило свою застыженную кару, грела его сердце.

Но вот стража ушла и скоро из комнаты вышел один из воинов, находившихся сейчас при Повелителе, охранявших его покой. Он подозвал Кеншина жестом, велел проходить внутрь. Мужчины обменялись взглядами и Кеншин понял, что с Императором что-то не так и оказался прав.

Едва он переступил порог и прошел в спальню Повелителя Дворца Ветров, как увидел настоятеля Ши, что стоял у изголовья Коджи. Император лежал на постели бледный словно снег. Его черные волосы только подчеркивали бледность кожи и желтые складки возле синих губ.

— Повелитель! — произнес Кеншин и опустился на колени.

— Он умирает, — проговори Нобу Ши и сложил руки за спиной, зашелестев длинными рукавами, — сейчас сюда придут министры и нам надо будет уйти, — настоятель выразительно посмотрел на слугу Горо. — Я не знаю почему, но он захотел проститься с тобой. Подойди! — и кивнул на постель.

— Мой Повелитель! — Кеншин с колен не встал и почти подполз к Коджи. Император проследил за ним осмысленным взглядом, в глубине которого таилась боль. Кеншин не понимал, почему Повелителю стало плохо. Видимо, повлияло произошедшее с Асурой, все-таки Коджи любил эту женщину, а любовь иногда нельзя вырвать из сердца, даже если она не взаимна.

— Ты был хорошим слугой для меня, — голос Императора снова стал слабым, словно шелест ветра в ветвях ивы, — я хочу сказать, что распоряжусь, чтобы ты получил заслуженную награду.

— Благодарю, — Кеншин взял руку Повелителя и прижался к ней губами, чувствуя, как холодна ладонь.

— А теперь, уходите! — в двери прошли министры и Кеншин попятился назад, встав на ноги, но по прежнему пригнув спину. Нобу Ши посмотрел на умирающего и тихо проговорил:

— Смерть — это только начало! — и последовал за слугой.

Министры с Советники обступили Императора. Он обвел всех взглядом, а затем спросил:

— Вы принесли бумагу и перо, как я просил?

— Да, Повелитель! — отозвался второй Советник.

Коджи вздохнул.

— Когда вернется Акиро, я хочу, чтобы вы все сделали как надо, - он тяжело вздохнул и дернулся всем телом. Окружившие его люди отпрянули.

— Мой сын будет лучшим правителем для этой страны, чем был я, — Коджи попытался улыбнуться, но вышла только жалкая гримаса.

— Приступим, — велел он, спустя мгновение молчания и писчий достал перо.

* * *

Этой ночью мы остановились на последний привал, миновав узкое ущелье, что вело в страну драггов. То ли удача была на нашей стороне, то ли милость богов, а может просто оттого, что сейчас мы знали где нас может поджидать опасность и буквально пролетали эти места, пришпорив лошадей, но путешествие обратно прошло относительно спокойно.

Проезжая мертвую деревню, где полегли многие из наших людей, я даже успела заметить императорскую карету, почившую лежа на боку, похожую на жуткий скелет какого-то огромного существа… И конечно же, никто и не подумал сделать остановку в этом проклятом месте.

Сидя у костра, я смотрела на пыщушее пламя, когда рядом на циновку опустился Акиро. Всю дорогу он старался держаться как можно ближе к нам с Йоши. Мы почти не разговаривали с принцем, но чувствовалось, что теперь нас объединяет что-то общее, сблизившее нас, сделавшее друзьями.

— Завтра будем дома, — сказал он как-то печально.

— Что с тобой? — удивилась я.

Акиро пожал плечами.

— Странное предчувствие беды… — он усмехнулся и пламя отразилось в зеркалах его души.

— Ты надумываешь, — я попыталась успокоить мужчину, но Акиро был непреклонен. Может быть, он потому и торопился вернуться домой, раз его терзали какие-то дурные предчувствия.

Акиро некоторое время молчал. Йоши где-то бродил рядом с привалом, остальные воины принца расселись у костров, их тихие беседы разбавляли тишину ночи. Драгги готовились утром покинуть нас и вернуться назад и только одна я, кажется, больше не имела цели в этой жизни. Сейчас я просто думала о том, что все произошедшей было для меня уроком. Нобу Ши всегда говорил, что из всего хорошего и плохого, что случается с нами, надо уметь извлекать уроки, а я, как не старалась, не могла понять, какой урок можно извлечь из гибели любимого человека? Знание, что любить нельзя?

Что любить бывает слишком больно…

— Я хотел спросит тебя… — нерешительно начал Акиро и я перевела взгляд на его лицо.

— Говори! — его глаза сверкали как-то слишком подозрительно.

— Я понимаю, что затрону свежую рану, — начал мужчина, — но я бы хотел знать, — он замялся, что меня крайне удивило. Обычно сын Коджи был таким решительным, а тут… — Есть ли хотя бы малейшая возможность, что я уговорю тебя остаться со мной? — прозвучало резко. Взгляд Акиро впился в мое лицо, а я отчего-то горько подумала: «Надо же… Они с Айдером с ума что ли сошли на пару?»

— Ты давно нравилась мне, — продолжил Акиро с жаром, — но я видел то, что происходило между вами с Рейдером. Как, впрочем, видел и то, что ты чувствуешь к этому драггу. Я никогда не заговорил бы о своей любви, если бы он был жив, но теперь не могу отпустить тебя, не попытавшись…

Мне захотелось рассмеяться. Смех шел изнутри и словно давил мои легкие, пытаясь вырваться наружу, но я сдерживала его, понимая, что подобная истерика будет неправильно понята этим мужчиной. Я обижу его своим смехом.

— Прости, — ответила и резко встала на ноги, отправившись прочь от огня и Акиро, смотревшего мне во след.

Наследник был слишком понятливым, а может быть, просто любил меня не так, как Рейдер. Акиро не пошел за мной, сделав свои и, скорей всего, правильные выводы. Если бы на его месте был Рейдер, я не думаю, что он так легко отступился от меня. Только не он, не мой лорд-дракон.

Не знаю, сколько я пробродила вокруг лагеря, но когда вернулась, Акиро у костра больше не было, а Йоши устраивался спать.

— Где ты была? — спросил он тихо.

— Мне надо было подумать, — ответила я и мастер больше ничего не спросил. Да и какие могли быть вопросы, если он видел меня насквозь и чувствовал так, как никто другой…

… Этой ночью мне приснился мой дракон. Я видела, как тяжело взмахивая крыльями он летит по небу к своему дворцу. Как камнем падает на ступени перед входом. Как роняет голову на крыло и закрывает глаза.

Я проснулась перед рассветом, мокрая от холодного пота. Встала, оглядываясь по сторонам. Костер догорал. Все в лагере, кроме одного стражника, сидевшего на посту, еще спали и я снова легла, натянув на голову одеяло.

* * *

Рейдера нашли ранним утром, когда еще ночь полностью не уступила свои права желтому утру. Одна из служанок на рассвете выглянула в окно и закричала от ужаса, поднимая на ноги всех жителей дворца.

Дракон лежал на ступенях, приняв свой человеческий облик, в ошметках рваной одежды, израненный и почти не подающий признаков жизни. Все силы были отданы на то, чтобы добраться на вершину и теперь он едва дышал. Драгги подхватили лорда под руки и занесли во Дворец. Айдер был удивлен, а Тэкэра просто рыдала над телом сына. Ее впервые видели такой. Обычно неприступная, холодная женщина, она сейчас казалась старше и мягче — такой ее сделали слезы и счастье.

— Рейдер, сынок, — мать прикоснулась пальцами к израненной щеке сына, но лекарь покачал головой, попросив ее отойти в сторону.

— Он будет жить? — спросила она с дрожью в голосе.

— Если сюда добрался в таком-то состоянии, то будет, — сказал пожилой лекарь-драгг, — Но восстанавливаться ему придется очень долго!

— Иххо, — прошептал дракон бессознательно шевеля губами.

Тэкера и Айдер переглянулись.

— Иххо, повторил снова Рейдер и неожиданно открыл глаза.

* * *

Возвращение в столицу оказалось невеселым. Первой новость, с которой нас встретили стражи перед воротами во Дворец, была новость о том, что Император умер.

Вся процессия замерла. Я повернула голову и посмотрела на Акиро, который в один миг из Наследника превратился в Императора. И пусть его еще не короновали, но сейчас все стражники склонили головы перед своим новым Повелителем. И лишь сам Акиро побледнел словно смерть. Он спрыгнул с лошади и стремглав ворвался во дворец, забыв обо всем на свете, а я сидела и просто смотрела ему во след, думая о том, что предчувствия не обманули принца.

— Что же здесь произошло? — спросил Йоши, спешиваясь, но никто не спешил ему отвечать.

Это было очень странно. Когда мы уезжали, Коджи казался вполне здоровым, может быть, немного уставшим, но здоровым, хотя я не рассматривала его пристально в тот день.

— Что будем делать? — спросила я тихо, обращаясь к своему мастеру.

— Думаю, Акиро будет нужна наша поддержка, — сказал учитель и добавил тихо, — твоя поддержка!

Я вздохнула. Если останусь, то Акиро решит, что я, возможно, передумала на счет его предложения, а может быть, догадается, что это из-за жалости. Мне казалось, мужчины подобные Рейдеру и Акиро не из тех, кто приемлют жалость. Они слишком сильны для этого и слишком горды. Но и оставить Акиро в подобный момент я тоже не могла.

— Пойдем за ним, — произнесла, обращаясь к Йоши и спрыгнула с лошади, отдав уздцы кому-то из охраны. Мы с мастером подошли ко дворцу, но у дверей нам преградила дорогу стража.

— Кто такие? — спросили они, словно не видели, как мы только что прибыли вместе с Наследником.

— Впустите, — попросила я, но мне вежливо указали на выход.

Йоши положил руку мне на плечо.

— Давай подождем, — сказал он тихо, — Акиро скоро вспомнит о нас. Его можно понять. Приехать домой и узнать такую новость…

Я кивнула, и мы с мастером спустились назад во двор. Стражники, прибывшие с нами, уже разошлись, и я почувствовала себя брошенной на произвол судьбы.

— Что будем делать? — спросила я у мастера.

— Давай пройдемся, — предложил он, — не стоять же нам на месте. Вон там, смотри, впереди темнеет сад.

Никто не стал нам препятствовать, и мы прошли через двор, а затем нырнули под своды арки и оказались в зимнем саду.

По глади большого пруда прошла рябь. Я приблизилась к темной воде и увидела яркие плавники рыбок, что поднимались на поверхность. Йоши присел на камень, глядя куда-то на длинную открытую веранду Дворца, что сейчас пустовала. И только легкие бумажные фонари раскачивал ветер.

— Интересно, от чего он умер? — спросила я у мастера, впрочем, не ожидая ответа.

— Его отравили. Жена, — произнес знакомый голос, и я оглянулась по сторонам, а увидев фигуру в белом одеянии, не сдержала крика радости, а лишь потом, опомнившись, вытянулась в струнку и сложив ладони у груди, поклонилась своему настоятелю.

— Мастер Ши, — произнес Йоши, когда мы закончили приветствовать учителя. — Откуда вы здесь?

— Дорога судьбы иногда приводит нас в самые неожиданные места и дарит самые неожиданные встречи! — ответил настоятель, медленно приближаясь. Его отражение казалось плывет по поверхности пруда, и я невольно уронила взгляд на темную гладь.

— Вы сказали, что Императора отравила его жена? — спросила я, поднимая глаза.

— Так и есть, — ответил Нобу Ши, — ее голова целые сутки стояла на столе перед Императором, — добавил он и продолжил, — Я смотрю, поездка изменила тебя, Иххо!

Я вздохнула. Мать умерла, а я почти ничего не чувствую. Может быть совсем немного сожаления… Разве так должно быть? Вероятно, я недостойная дочь, раз сейчас не плачу над ее судьбой.

— Учитель, — и решившись, шагнула к мастеру Ши и опустилась на одно колено, — я прошу вашего позволения вернутся назад в монастырь.

Легкая улыбка тронула губы старика. Они с Йоши переглянулись, и настоятель произнес:

— Это не твоя судьба, Иххо, но я позволяю. Ведь, в итоге, все равно будет так, как хотят боги, — и он улыбнулся уже шире. — Вам не стоит оставаться здесь. Твоя дорога и путь Акиро больше не связаны. Ваши пути разошлись.

— Но мастер… — попыталась было возразит я, а потом поняла.

Акиро сильный. Он справится с этим горем, ведь ему предстоит еще много испытаний в жизни. А еще я знала, что теперь у нашей страны будет действительно достойный правитель.

— Нам пора! — загадочно произнес настоятель и мы покинули сад, оставив за спиной облетевшие голые стволы асуры.

* * *

Сколько прошло времени с тех пор как я вернулась в монастырь…

Месяц… или больше? Моя жизнь вернулась в прежнее русло, но все изменилось, потому что в первую очередь изменилась я сама.

Больше не та наивная девочка, больше не безродная дочь…

Больше не прежняя Иххо…больше не я. И пусть я не знала имени своего отца, но я знала имя матери, хотя не думаю, что Асура была тем человеком, которым можно было гордиться.

В монастыре все шло по-прежнему. Утренние медитации, затем упражнения для развития тела и ума. Я просто жила, а Йоши готовился пройти лабиринт.

После возвращения из путешествия, мы не говорили с ним о том, что произошло. Только один раз, в самую первую ночь оказавшись за стенами замка, мы поговорили. Для этого мастер зачем-то поднял меня на стену башни и указал рукой вниз.

— Семнадцать лет назад я нашел тебя здесь, Иххо, — произнес он.

— Я помню, — отозвалась тихо, — ты не раз рассказывал мне эту историю.

— Да, — учитель улыбнулся, — с тех пор я взял на себя ответственность за тебя, я стал для тебя семьей, братом, а может быть, в чем-то и отцом.

— Ты ведь не зря позвал меня сюда, — предположила я. — Хочешь поговорить?

— Я хочу, чтобы ты не рвала себе сердце, — он впервые обнял меня.

Тяжелые руки легли на плечи, прижали к твердой груди, и я уткнуласьносом в сильное плечо мужчины.

— Я ведь все вижу, — добавил он, — как ты мучаешь себя, как внутри тебя поселилась тоска и печаль…

— Я постараюсь, — пробормотала, а сама всхлипнула, ощутив себя до ужаса жалкой.

— Мастер Ши прав. Все решает судьба, а смерть — это еще не конец, — он приподнял мое лицо и пальцами вытер набежавшие слезы. — Может быть, вы еще встретитесь в Рейдером…

Я рассмеялась.

— И ты веришь в это, учитель? — спросила.

А он промолчал и только улыбнулся загадочно-загадочно, как это обычно делал настоятель.