Глава 39. Чрезвычайно крупный мух
Татьяна осматривала исключительно изящную левретку, которая дрожала лапой над столом и укоризненно косилась на стетоскоп.
Впрочем, Изабель всегда так себя вела – дрожала, укоряла и картинно падала в обморок на руки хозяйке, только завидев шприц…
– С вашей красавицей всё прекрасно! – сообщила Таня хозяйке. – Ушибы прошли, словно их и не было. Надеюсь, по шкафам она больше не скачет?
– Ох, если бы! Летает только так! – всплеснула руками хозяйка. – Вот я наивная какая… мне-то казалось, что левретки – это на подушке полежать, на диване изящно посидеть, а не за мухой летать под потолком.
Изабель насторожилась и осмотрела потолок в кабинете.
– Тут мух нет! – Таня прекрасно поняла, к чему этот взгляд. – И шкафы неудобные!
Прекрасные оленьи глаза, наполненные глубочайшим сожалением о несовершенстве мира, Таню ничуть не смутили. И не такое видала…
«После бассетов и биглей я даже на ТАКОЕ уже не реагирую! – подумала она, провожая взглядом клиентку с летучей мини-охотницей. – И вообще уже ничему не удивляюсь».
Правда, ей пришлось тут же взять свои слова назад.
– Помогите нам, пожалуйста! – в кабинет влетела растрёпанная женщина в домашнем костюмчике и тапочках – очевидно было, что она очень торопилась. – Помогите! Я не знаю, что делать!
– Вы главное не волнуйтесь, давайте посмотрим, что случилось!
Таня хотела было открыть дверцу, но хозяйка покачала головой, отстегнула боковые крепления пластиковой переноски и сняла её верхнюю часть.
– О как…
Таня в некотором ошеломлении уставилась на месиво из рыжей пушистой шерсти и каких-то плотных, завитых кольцами типа локонов, коричневатых лент.
– Понимаете, мы живём над овощным магазином, и к нам время от времени влетают мухи, и иногда их пребывает много… Вот я и развесила везде липкие ленты от мух, а кот…
Кот мяукнул из переноски, как показалось Тане, весьма сердито.
– Он любит на холодильнике спать, чтобы туда забраться, берёт разбег. А тут поел плотно… ну и разбег взял издалека, чтобы уж точно запрыгнуть – у нас высокий холодильник, ну и…
– Собрал на себя все ленты?
– Сначала только две, а потом начал метаться, ну и ещё две накрутились и прилипли. Я когда это увидела, даже не сразу поняла, что у меня такое к холодильнику прилипло… причём прилипло как-то вниз головой. Наверное, он понял, что уже не хочет туда, решил слезть, но было поздно.
Таня очень хорошо понимала клиентку. Опознать кота в рыже-коричневом месиве, больше похожем на творение крайне авангардного современного художника, было сложновато…
– Я… я не знаю, как с него всё это можно снять. Хотела вымыть, но вспомнила, что эта клейкая гадость очень плохо смывается даже с рук!
– Снять-то можно, но только если всё это состричь, – развела руками Таня – кот был обмотан лентами вдоль и поперёк.
– Ой, нет, что вы! Он меня слопает, а вами закусит! Он даже причёсываться не очень разрешает, хорошо хоть шерсть не сваливается.
– Ну, можно дать лёгкий наркоз, иначе, боюсь, мы это никак не осилим.
Клиентка задумалась, кот мрачно сверкал глазами из ополовиненной переноски, Таня прикидывала, как бы его взвесить, чтобы потом не пришлось отклеивать от него весы.
«Ну, на одноразовую пеленку. Она, конечно, тоже прилипнет, но раз уж стричь решили, то уже не так страшно, что там будет в общей массе. Пелёнкой больше, пелёнкой меньше…»
Через десять минут кот благополучно спал, две практикантки под контролем Тани стригли кота, а его хозяйка с изумлением смотрела на гору шерсти, которая всё увеличивалась и увеличивалась.
– Интересно, мне последние два года казалось, что он огромный, – задумчиво пробормотала она.
– Счастье-то какое! – радовалась владелица стройного и элегантно подстриженного зверька, мирно спавшего на столе. – Я сейчас новую переноску у вас куплю – боюсь, эту уже не отмыть. Да и ладно, зато Фидель опять выглядит как кот, а не как огромный злобный мух!
Таня уже проводила в кабинет новых клиентов, знать не зная, что именно эти злоключения котомуха станут последней соломинкой, разломавшей Валины планы.
После того, как её НЕ сбил Соколовский, и дальнейших попыток попасть на работу через глухую стену Валентина решила было уволиться, но… передумала!
«Ладно, Соколовский, гад такой, не поддался, но крутых-то мужиков тут хватает! Вон хотя бы… такая собака дорого стоит! А какая у него машина? Эх, жаль, не заметила! Ладно, караулим машины, а дальше смотрим на их хозяев. Хотя… по животным лучше видно. На тачку сплошь и рядом берут кредит, а вот на пса – редко. Вот, например, вот этот с мастифом…»
Когда красивая, очень красивая девушка обласкивает мужчину взглядом прямо с порога, некоторые увлекающиеся личности могут сходу и позабыть, а зачем они, собственно, пришли.
Правда, когда на поводке у вас здоровенный пёс, забыть о его существовании сложновато, так что первая Валина «жертва» буквально верхом на своём мастифе уехала вдаль по коридору.
«Ладно… тогда вот этот!» – решила Валя, узрев дорогущую машину, которая парковалась во дворе.
«Этот» был с миниатюрным шпицем в переноске, и Валечка сходу завладела его вниманием. И как ни пытался заскучавший шпиц напомнить о себе, получалось у него это неважно.
Валентина искрила улыбками, мужчина ожидаемо вёлся, шпиц переживал – он искренне не любил подобные заведения. И неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы на Валентину, случайно задевшую стоящий рядом шкаф, не свалилось что-то абсолютно неописуемое!
Со стороны казалось, что на Валентину напало какое-то рыжее животное неизвестного вида, местами пушистое, местами длинно-перекрученное и блескучее чем-то густым и даже на вид липким.
Визг заставил клиента отшатнуться, соображая, что делать и, вообще, что это такое случилось?
Первая мысль его была о каких-то жутких мутантах, и он невольно попятился к дверям, а когда на крики выскочили сотрудники клиники и с некоторым усилием опознали, что это, он попросту ушёл на приём. В конце-то концов, что ему за дело до администраторши, вляпавшейся в мушиную ловушку с налипшей на неё шерстью?
– Валентина, да откуда вы это взяли? – издалека осторожно уточнял Степаныч, отлично помнивший о недавно открывшихся особенностях психики этой сотрудницы. – И зачем на себя наклеили. Гм… вам без ЭТОГО лучше!
– Ой, мамочки, да это же шерсть, которую мы выбросили! Ну, с того рыжего кота! – ахнула одна из практиканток. – Только мы её в помойку выбросили… Валя, зачем вы туда полезли?
Валентина отчаянно хотела обвинить в произошедшем Татьяну, но… та, как назло, и близко к её рабочему месту не подходила и уж тем более не забиралась на шкаф, стоящий совсем рядом с ресепшеном.
Правда, думать об этом толком не получалось, Валентина просто визжала от омерзения и попыток снять с себя липнувшую гадость.
– Так, спокойно! – Вероника ловким рывком сдёрнула месиво с Валентины. – Это тебе повезло, что все ленты облеплены шерстью – на тебя уже маловато клея осталось. Но как они там оказались?
Шушана довольно фыркнула – она преотлично знала владельца шпица – тот был женат на очень милой женщине из дома напротив, и его жена точно не заслуживала этакого «приключения».
«Чем быстрее ты поймёшь, что ТУТ тебе ловить нечего, тем лучше! – решила Шушана, глядя на Валентину из-за шкафа. – Так-то я на тебя ещё много чего свалить могу!»
Она вообще много чего могла, именно поэтому Валентина, которая решила, что мерзкая Танька всё-таки как-то исхитрилась сделать ей гадость, и пошла на выяснение отношений, попросту не сумела войти в её кабинет.
– Ничего не понимаю… неужели у нас такие длинные коридоры? – бормотала она.
Потом, дойдя почему-то не к кабинету ненавистной ветеринарши, а к своему же рабочему месту, она ещё несколько раз пыталась пройти тот же маршрут, неизменно оказываясь около ресепшена, пока это наконец-то не надоело Ивану Степановичу.
– Валентина, вот сколько раз я не выглядываю из кабинета, вас всё нет и нет на рабочем месте! Что происходит? Хорошо, я понимаю, что вы ходили умыться и привести себя в порядок, но вас же уже давненько нет!
Валентина чем-то невнятно отговорилась и решила просто подождать – ну выйдет же Танька когда-нибудь из кабинета! Вот тогда-то она ей всё и выскажет. Почему-то именно Татьяну Валя винила во всех своих неудачах последнего времени. А что? Кто-то же должен быть виноват!
Она ждала… ждала, ждала и ждала, задержалась на работе, а потом вдруг увидела, как Татьяна…
– Идёт по двору?! Она что, в окно выбралась? Но там же решётки на окнах! Ничего не понимаю!
– И понимать-то нечего! Это просто не ваше место работы, не ваши люди, не ваша сфера. Короче, нечего вам тут, дамочка, ловить. Увольняйтесь, пока не того!
Она разгневанно обернулась, решив знатно поскандалить с непрошенным советчиком, и…
На скамейке сидел кот. Обычный рыжий гладкошёрстный кот.
– Чей кот?! – спросила она громко. – Кто забыл в клинике кота?
– Никто меня не забывал. Я сам пришёл, – объяснил кот. – И, да, не забудьте, что я вам сказал – увольняйтесь! Тут вы ничего полезного для себя не поймаете. Разве что… – кот уютно пофыркал, – разве что ещё ленты для мух на голову свалятся!
Он смотрел в спину Валентины, торопливо бегущей от клиники к подворотне, и покачивал головой:
– До чего же некоторые люди нервными бывают! Вот так поговоришь, а они уже давай вопить, ерундой всякой кидаться, через стойку прыгать… Кстати, прыгнула красиво, как кенгура! Кенгурица… тьфу, короче, как кенгуровая тётка!
Валентина, отдышавшись дома, по зрелому размышлению решила, что у неё эта… аллергия на что-то тамошнее.
«Ну точно! Надышусь за рабочий день, и понеслааась! Пойду лучше в барбер-шоп работать. Там как раз администратор нужен».
Заявление об увольнении от Валентины, полученное Иваном Степановичем на следующий день, его порадовало.
«Ну… такая баба, то есть администратор, с возу, то есть из-за ресепшена, кобыле, то есть клинике, только легче. А уж мне и подавно!» – он сделал вид, что напрочь забыл о двухнедельной отработке, и спешно подписал заявление.
Таня, которой Шушана и Терентий поведали о методах избавления от администратора, только головой покачала:
– А не слишком вы её? Так ведь с ума можно свести!
– Тань, человек, который самостоятельно готов сводить окружающих с ума, из равновесия, нормальной жизни, брака, достатка и прочих важных вещей, как правило, сам ниоткуда не сходит – устойчивость у таких повышенная. Разве что подтолкнуть как следует… но мы же доообрые, решили, пусть идёт себе куда подальше! – авторитетно ответил Терентий.
Соколовский прибыл через два дня, очень мрачный, хмурый и явно недовольный жизнью.
Правда, после того как ему рассказали о новостях и методах их достижения, он немного развеселился, а после разговора с Враном, признавшимся в том, что ему пришлось принимать природную форму, чтобы избавиться от девицы и её козней, и вовсе повеселел.
– Ничего не меняется… всё возвращается на круги своя! – загадочно сказал он. – На это и уповаем!
Он отмахнулся от Врана, вопросительно воззрившегося на начальство, выдал ему следующее задание и уехал уже в значительно лучшем настроении.
«Нууу, вот тебе и ерунда! Я ж думал, что в Москве-то точно и быстро найду!» – бормотал наивный Вран, возвращаясь домой после первой попытки поиска.
Он ощутил чей-то пристальный взгляд, обернулся и увидел, что рядом с забором, ограждающим их палисадник от улицы, стоит какая-то девчонка.
«Вот уставилась! – машинально подумал Вран, ныряя в подъезд. – Интересно, Таня уже дома?»
Татьяна как раз шла с работы, только чуть-чуть разминувшись с Враном.
Она не смотрела по сторонам, торопясь как можно скорее вернуться домой, поэтому появление прямо перед её носом очень знакомой личности её несколько изумило. Личность стояла прямо у её двери.
– Танька!
– И тебе добрый вечер! А что ты тут делаешь? – удивлённо спросила Таня у Вики.
– Я? Как что? К тебе пришла!
«Вот счастье-то привалило! Под обвал бы не попасть…» – машинально подумала Таня.
Вид сестры наводил на мысли о какой-то каверзе, которую она сотворила и примчалась к ней, чтобы старшая сестра взяла и всё-всё исправила «как было». Именно так раньше формулировалась задача по склейке разбитых ваз и какой-нибудь особо любимой родителями Вики посуды.
– Вик, а тебе разве не надо быть дома? Мама говорила, что тебе там соседка готовит…
– А мне надоело. Она готовит всё одинаковое, а я другое хочу! – закапризничала Вика. – Тань, ну пожалюлю! – засюсюкала она, подражая своему детскому говорку. – Ну неужели же ты меня ужином не накормишь? Я голодненькаяяя.
– Вик, иди домой, а? Давай я тебе такси вызову и отправлю! Там тебе и ужин, и дом родной… – Таня прекрасно знала и этот хитренький взгляд, и сюсюканье.
И тут прямо перед её носом распахнулась входная дверь и на пороге появился Вран.