Глава 30

Неделя промелькнула быстро. А за ней и другая. Свете казалось, что она только приехала. Обняла бабушку и обсудила с Эженом все события, случившиеся за три месяца разлуки. Вот только подала документы на шенген для Олеськи, как уже все готово и можно ехать домой. Пару раз выбрались с мамой в город, погуляли по знакомым, но уже неуловимо изменившимся улицам, заехали к Зине на пироги, а уже завтра уезжать. Стараниями жены отца и по совместительству школьной подруги матери Свете удалось пройти обследование в областной больнице. Только УЗИ заставило поволноваться.

— Вот ты какой, солнышко, — тихо всхлипнула она и в порыве чувств чуть не отправила фотку Гаранину, но вовремя остановила себя. — Никому мы навязываться не станем, — пробормотала чуть слышно. — Пусть сидит твой папаша в своем лесу и медведям песни поет.

Но Света ошибалась. На следующее утро, проснувшись в пустой хате, Арсений схватился за голову.

«Зачем позволил уехать? Почему не поговорили? И с какого перепугу сидел сиднем у людей другой расы, а не скатился с горы, когда вертолет только вздумал приземляться? Почему отпустил Свету и Олеську?» — снова осведомился он у самого себя и, не найдя ответа, влез в ноутбук. Яростно вдавливая кнопки, вбил название «Кемеровская область, поселок Бордовый» и не получил ответа. Гаранин увеличил карту и снова уставился в экран, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Безрезультатно. Тогда он набрал в поисковике просто «Поселок Бордовый». На всю территорию Российской Федерации от Калининграда до Камчатки и Сахалина нашелся только один населенный пункт, да и то в Ивановской области.

— Всюду вранье, — раздраженно пробурчал Гаранин. — Одно сплошное вранье! Ни слова правды! — Он увеличил масштаб карты и снова воззрился на маленький поселок, коих в России без числа. — Муж стритрейсер — и такая глухомань? Где он, интересно, рассекал на своем… тракторе? Между коровником и свинофермой? Да и водоема никакого нет, — в сердцах пробубнил Арсений. — Я уж лучше ребенку поверю, чем этой ехидне. Забралась под кожу, влезла в самое сердце, а потом сбежала. Нет чтобы поговорить спокойно. А то вертолет вызвала! — рассердился он и нервно заходил по комнате. Потом нашел старую махорку, лежавшую в шкафу и оберегавшую вещи от моли, скрутил цигарку и, выбежав во двор, прикурил. Потом затянулся глубоко и закашлялся от дыма и горечи самосада.

— Твою мать, — выругался в голос и, заскочив в дом, сразу бросился на кухню, заедать гадкий травяной привкус. Нашел в холодильнике кастрюлю со вчерашними пельменями и уставился на нее, будто в первый раз увидел, а не лично сам плюхнул вариться всю пачку «Райских». Памятуя, что пачка была последняя, Арсений рванул к мусорному ведру и двумя пальцами выудил надорванный пакет. Вглядевшись в мелкий шрифт, он вбил на странице ворда название предприятия, ИНН, телефон и адрес. С минуту подумав, Гаранин полез в телефон и нашел номер, по которому не звонил лет пять.

— Да, — тут же отозвалась трубка, будто собеседница только и ждала его звонка.

— Привет, Ань, — пробурчал Арсений. — Говорить можешь?

— У меня вообще-то планерка, — хмыкнула мачеха. — Но для тебя могу сделать исключение. Сейчас, — добавила она и громко объявила: — Перерыв пятнадцать минут. Катя, — позвала бессменную секретаршу, — попроси Юрия Апексеевича зайти ко мне. — И снова деловито вернулась к собеседнику. — Слушаю тебя, Сеня.

— Я тебя надолго не отвлеку, — пробасил Гаранин. — Помнишь, у тебя программа стояла, где указана полностью информация о всех предпринимателях и юридических лицах?

— Контур-Фокус называется, — ехидно заметила Аня и бросила нетерпеливо: — Она и сейчас у меня стоит.

— А можешь по ИНН пробить конторку?

— Диктуй, — велела мачеха и через минуту сообщила: — Готово, Сенечка! Что именно хочешь узнать?

— Кто учредители? Фактический адрес, телефоны?

— Учредителей трое, — сразу отрапортовала Анна. — Бессараб Иван Григорьевич, Лурдина Ангелина Михайловна и Гралье Светлана Иштвановна. — Мачеха вдруг замолчала, а потом грязно выругалась.

— Анечка, при детях матом крыть грешно, — пошутил Арсений и осведомился серьезно: — Что тебя так потрясло?

— Ты понимаешь, что это значит? — переспросила она Сеню. — Вот это сенсация. И почему только журналисты наши такую фишку не раскопали? Оху…обалдеть то есть.

— Что именно? — рявкнул Арсений, теряя терпение. — Аня, не томи!

— А то, что одна из ведущих моделей в мире Лана де Анвиль имеет долю в российском бизнесе. Какой-то мыловаренный завод! Ох, умереть не встать!

— При чем тут какая-то Анвиль, если ты диктовала Грали или Грале?

— Гралье, Сеня! Гралье! — не выдержала всезнающая Анька. — Люсьен де Гралье, ее муж. Известный гонщик Формулы-1, он погиб два года назад. Какая-то поломка на трассе. Болид врезался в ограждение и загорелся. А самого Гралье спасти не успели.

— Перешли мне файл, — скомандовал Арсений.

— Яволь, мой генерал, — хмыкнула Анька и отключилась. Она серьезно глянула на мужа, усевшегося напротив, и заявила сердито:- Кто тут ругался, что у моих дочерей плохо с логикой, а? Они, умненькие девочки, сразу определили, с кем хороводится твой глуповатый сын. Вот кого нужно отправить учиться! Только не в элитный французский колледж, а в зарецкую школу для умственно отсталых. Интересно, там есть такое учебное заведение?

Космонавт улыбнулся любимой женщине и бросил коронное:

— Был неправ, — а потом полюбопытсвовал: — Арсюша зачем звонил?

Но Аня не успела ответить, как Арсений позвонил снова.

— Анечка, — попросил ласково. — Чтобы два раза не вставать, пробей мне еще Пахомова Виктора Николаевича.

— Сыночек мой дорогой, — хмыкнула Анька, — Я тебе сейчас пришлю логин и пароль. Сам вставай и падай, сколько душа попросит. Лучше, конечно, тебе там копаться вечером, но у тебя же нетерпячка началась, верно?

— Есть немного, — пробурчал Арсений, удивляясь, как он мог забыть о стервозном характере мачехи.

— Занимайся, малыш, — не без доли сарказма бросила Аня. — Программа рассчитана на десять пользователей. Мы с папой к ней сегодня не притронемся…

— Спасибо, — пробормотал Арсений, желая наконец избавиться от Аньки, с удовольствием катавшейся на его костях, и приступить к делу.

— Все для вас, — хохотнула мачеха и добавила весело: — Для наших детей.

— Ну и стерва, — разозлился Гаранин, залезая в программу и набирая пароль. А когда открылось окошко поиска, вбил данные Светкиного крестного. Пробежал по дпинному списку юридических лиц, открытых в России. Даже пара знакомых имен промелькнула. В нескольких компаниях Пахомова директором значился Лурдин Геннадий Николаевич, а вот в российском представительстве «Анвиль- Формасьон» директором была Елена Владимировна Пряшникова.

— Значит, ни Генка, ни Вадим мне не помощники, — недовольно поморщился Гаранин и прошелся еще раз по списку компаний. Ничего особенного, но что-то не отпускало и интуиция подсказывала: повнимательней, твою мать! Арсений, просмотрев действующие конторы, открыл следующий лист. Там тоже шли названия юридических лиц, но все они оказались перечеркнутыми и рядом значилось: «Ликвидировано». Теряя остатки терпения, Гаранин дочитал список почти до конца, когда заметил ставшее знакомым редкое имя.

— Твою мать, — выругался он, прекрасно понимая, что совпадения просто не возможны. Компания носила гордое имя «Трейд-Траст», и директором там значился некто Иштван Цагерт. А вот учредителей оказалось двое. Все тот же Цагерт и Витя Пахомов.

— Кажется, это оно и есть, — почесал затылок Гаранин и вбил в Гугле новые данные. Тотчас на экране высветился красивый мужик: черные волосы, зачесанные назад, нос с горбинкой, прищур умных глаз. Как говорил Володя Шарапов из «Место встречи»: «Такие бабам нравятся». На одной из фоток промелькнула холеная красавица-блондинка, неуловимо похожая на Свету. Может, поворот головы, манера смеяться…

— Кто же вы, Иштван Цагерт? — хмыкнул себе под нос Арсений и позвонил отцу.

— Папа, — попросил он, как только Космонавт ответил. — Кажется, я влип в историю…

— Чем я могу помочь, Арсюша? — устало вздохнул отец.

— Отряди для моих нужд кого-нибудь из службы безопасности. И дай контакты, с кем из полиции можно было бы потолковать…

— Первое не вопрос, — пробасил Космонавт. — А вот для второго придется приехать.

— Я завтра выезжаю, — неожиданно для самого себя заметил Арсений и, обведя зимовку размытым взглядом, понял, что больше тут оставаться не хочет. Не может. Изба в один миг стала пустой без Светы и Олеськи.

— Дай знать, каким рейсом прилетишь, — предупредительно пробурчал отец. — Я за тобой в аэропорт приеду.

— Я на машине, — отмахнулся сын.

Юрий Апексеевич тяжело вздохнул, понимая, что не так он представлял возвращение сына. А то, что Арсений навсегда уезжает из Гречишкино, становилось понятным и без особых умозаключений.

— Езжай сразу к нам, — велел он старшему сыну. — Дом большой, всем места хватит.

— Я планировал остановиться у себя, — рыкнул Арсений, мысленно хмыкнув, что еще минуту назад он ничего не планировал и никуда не собирался.

— Твой брат живет в твоей квартире, — проскрежетал отец.

— Миленько, — стиснув зубы, бросил Арсений. — Прям все у нас по-семейному.

— Приезжай, разберемся, — отчеканил Космонавт и первым нажал на кнопку отбоя.

— Так вот она — причина Полькиных извинений. А то приедет злой Сеня и отберет квартирку в центре Москвы. А на новую такую же у Севки денег не хватит. Да и зачем тратиться, коли уже есть.

Арсений в два шага пересек зимовку, выскочил в коридор, а потом вломился на кухню. Порылся на полке с пыльными журналами и какими-то детскими раскрасками, нашел конверт, привезенный братом.

И уставился на Олеськин рисунок. Папа, мама и девочка с хвостиками. Рядом дом и цветы на пригорке. А еще солнышко из уголка конверта выглядывает, вон лучи папе в голову бьют.

«Права Олеська, — подумалось Гаранину. — Не иначе как голову напекло, что разумно мыслить не мог!»

Он вскрыл письмо, пробежался глазами по строчкам и, не найдя для себя в Полькиных извинениях ничего нового, поймал себя на том, что высматривает в письме отпечатки Олеськиного рисунка. Где-то лучик промелькнул, а где-то фрагмент цветка.

— Я — кромешный идиот, — признался Гаранин сам себе и принялся кидать в сумку нужные вещи. Потом позвонил на гору Сереге и Юрке и сообщил отстраненно:

— Я завтра в Москву уезжаю. Присмотрите за домом.

Всю дорогу до столицы он гнал как бешеный.

«Никаких пит-стопов», — велел он сам себе и вспомнил, как вчера вечером рассматривал в интернете фотки со страшной аварии. Вот по гоночной трассе несется болид, заходит на поворот и врезается в ограждение. И вспыхивает как свечка. Несколько минут — и все кончено. Потом камера показывает бледное лицо Светки, в одночасье лишившийся мужа. Изысканная красота, волосы, собранные на затылке, крупные кольца на пальцах. Бриллиант и сапфир — именно так, как приметил Михеич. И рука, плотно прижатая ко рту, чтобы не закричать на потеху публике. А еще широко распахнутые глаза, где уже поселилась боль, но еще теплилась надежда, что все обойдется.

«Что-то не так с этой аварией, — мысленно отметил Гаранин, вглядываясь в лобовое стекло и стараясь не пропустить поворот на Каргополь. — Вон Ники Лауда попал в похожую катастрофу, да еще следом идущий болид врезался. А ведь спасли! Почему же не успели к Гралье? — подумал Арсений и тут же скривился, словно от боли. — Светка теперь богатая вдова. Это в Гречишкино она косила под бедную родственницу. А там, на трибуне, сидела красивая женщина, знающая себе цену. Спокойная и холеная. Простая и в то же время недосягаемая».

— Устроила маскарад, — пробормотал Гаранин, — и как только я мог не заметить, что простушка не так проста, как кажется на первый взгляд? — Он раздраженно стукнул ладонями по рулю, понимая, что вернуть Свету — задача из невыполнимых. — Чем же ее завлечь? Если она мимоходом может купить «Верфи Гаранина» и не поморщиться? Уверять в вечной любви? Так она не поверит, особенно после моей отповеди про джекпот. Что же делать, мать вашу! Что?!

Анна Гаранина, выходя из душа, откинула назад мокрые рыжие волосы и, снисходительно глянув на мужа, заявила без предисловий:

— Вы все идиоты.

Космонавт, приподнявшись на локте в постели, уставился на обычно осторожную в высказываниях жену и поинтересовался угрюмо:

— Это еще почему? И кто это «вы все»?

— Ты и твои сыновья, — постановила Аня, ложась рядом, да еще обниматься полезла.

— Почему? — снова поинтересовался муж, чмокнув ее в макушку. День выдался тяжелым, а вечер и того пуще. Приезд Арсения внес сумятицу в душу. Заставил вспомнить ту самую неприглядную историю, разделившую сыновей. Да и вопрос с квартирой встал остро.

— Я готов простить Севу, — заявил Арсений с порога. — Полину как человека я не воспринимаю, поэтому и в моем прощении она не нуждается. А вот квартиру настоятельно требую вернуть.

Космонавт кивнул, соглашаясь, а потом почувствовал тревогу, поднимающуюся из глубины нутра.

«Лишь бы мальчишки из-за квартиры не поругались», — протянул он мысленно, прекрасно понимая, что семья вновь оказалась на пороге раскола и в этом вновь виновата Полина.

Аня провела коготками по седой поросли на мужниной груди и хитро повела глазами.

— Ну говори, лиса, — пробурчал Космонавт, чмокая жену в висок. — Говори.

— Арсений — дурачок упустил такую возможность жениться на красивой и богатой девке. Кто он по сравнению с ней? — заявила она высокопарно.

Космонавт, поняв, что сейчас начнется постановка Большого театра, сделал паузу. Драматическую. Первой не выдержала жена.

— Я вот что думаю, Юрочка, — проворковала она. — Расшибать стену лбом не стоит, хоть он деревянный у Арсения. Нужно подойти хитренько…

— По-лисьи? — смеясь уточнил Космонавт, облапив жену и намотав рыжий локон на палец.

— Да, — фыркнула она, отбросив его ладонь со своей груди. — Тут серьезный разговор, а ты мешаешь!

— И? — хохотнул он, зажав пальцами тонкую шею. — Слушаю тебя. Очень внимательно.

— В апреле в Бордо традиционно проводится Бал Лилий. Его дает Лили де Анвиль — мать Ланы. Вот и нужно раздобыть приглашение. Хотя бы на одну персону…

— Кто о чем, — всплеснул руками Космонавт и уселся на постели, — а вшивый о бане! Да, лисица?

— Это единственный шанс спокойно поговорить с Ланой.

— Арсений там скандал устроит, — поморщился Юрий Апексеевич.

— Ну при чем тут твой Сеня? — нетерпеливо хмыкнула Анна. — Ехать придется мне. Поговорю. Расскажу, как он страдает…Всего-то делов, найти приглашение и купить новое платье. — Она всмотрелась в негодующее лицо мужа и поспешила заверить:

— Платье пусть Арсений покупает, а туфли ты!

— Ну да, — расхохотался Космонавт. — А с приглашением проблем возникнуть не должно!

Уже засыпая, отвернувшись от Аньки к стене, он задумался над болтовней жены и тут же осознал, что не так уж плоха идея подстроить на балу встречу Арсения и его сбежавшей подружки.

«Платье, туфли и диадема какая-нибудь, — усмехнулся Гаранин про себя. — Сеня, конечно, заплатит за мачехин прикид, но и сам изъявит желание посетить бал. Тогда и мне придется ехать», — тяжело вздохнул Космонавт и принялся размышлять, как попасть на Бал долбаных Лилий.