Глава 20

Алиса – Вернуть? – Рома переводит на меня немного растерянный взгляд. – Значит… Он о чем-то задумывается. А слово тут же берет Марина. – Так вы были знакомы раньше? – удивляется она. – А почему я об этом ничего еще не знаю? Самый главный порок Марины, который может перебить жажду заполучить богатенького мужика, это неуемное любопытство и жажда сплетен. – Алиса, я очень жду рассказа, – напирает она. – Все-все подробности, кто он, что он, почему и когда? И добавляет уже полушепотом, но его и остальные, думаю, слышат: – Он и, правда, тот самый Самойлов? У самой глазки блестят, когда смотрит на Илюшу. И даже нижнюю губу закусывает. А тот со всем вниманием слушает каждое наше слово, смотрит за нашими реакциями. Знаю, анализирует все детали. Илюша всегда таким был. – Значит, Полина… – все-таки «отвисает» Рома. Но я не даю ему договорить. Не хватало, чтобы он сейчас брякнул про связь Самойлова и моей дочки. – Рома, ты все выяснил, что хотел? – упираю руки в бока. – ДА ЛАДНО?! – выпучивает глаза Марина. Похоже, она поняла, о чем хотел спросить Рома. Блин! – Полина… – продолжает она, но тут же сама затыкает себе рот. Прикинула, наверное, что ей выгоднее об этом не говорить. Бросив горящий взгляд на Илью, спрашивает его: – Так ты и, правда, тот самый Самойлов? Речь ее журчит сладкой патокой. А глаза горят настоящим пожаром. Даже боюсь, что Марина сейчас прямо при нас набросится на Илью. – Это неважно, – он отмахивается от вопроса. – Важно то, что, никто из вас, – обводит взглядом Рому и Марину, – не знает, кто отец Полины. Значит, Алиса не трепалась об этом. Она, вообще, упоминала что-нибудь об отце Полины? Голос сухой, деловой, требовательный. – Почти ничего. Отмалчивалась, наша скрытница, – с укором в мою сторону бросает Марина. – Вскользь упомянула как-то, что осталась с ребенком одна. Взгляд с укором получаю и от Ильи. Но, в то же время, в нем присутствует огромное сожаление и груз вины. – Раз осталась с ребенком одна, значит тот мужик бросил ее беременную, – заключает Рома, явно воспарив духом. – Такой мужик точно не достоин Марины и Полины. И с вызовом смотрит на Илью. Ну, вот, начинается… – Может и так, – с холодным спокойствием соглашается Самойлов. – Дурной поступок, даже если отец и не знал о будущем ребенке. Его ничем не оправдать. Но решать достоин или нет может только мама этого ребенка. И снова все смотрят на меня. Спасают от продолжения неприятного разговора детские крики: – Я тоже хочу! – И я! Дай мне! – Мне первому! Калитка распахивается. Первым влетает Иннокентий. У которого к шее примотано два поводка. За один из них поросенка придерживает Маша, чтобы тот бежал не так быстро. Она то и вбегает второй. Третьей врывается моя Полина с довольным криком: – Ма-а-ам! Смотли, как я могу! И не просто врывается, а влетает ВЕРХОМ! Конь под ней, правда, деревянный. Но на колесах. По-моему, это рама с большими колесами от старой еще советской коляски. Тянет за собой этого коня Иннокентий за счет второго поводка. Моя дочка не просто едет на деревянной лошадке, а как бы скачет, так как подвеска старой коляски позволяла качать в ней малыша. Да и неровность тропинки сказывается. Хорошо, что Маша все же придерживает поросенка, чтобы тот не несся очень быстро. Следом за Полиной на участок к Илье вбегает всем известная «разбойничья» троица. Миша, Леша и Анюта. Они то и упрашивают следующими посадить на коня их. Правда, Анюта, что одета в огромное для ее габаритов пончо, увидев хозяина дома, тут же пучит глаза от испуга и старается спрятаться за мальчишками. Илья же, который успел к этому времени уже натянуть футболку и кроксы, останавливает процессию поймав рукой поводок, что тянул деревянную лошадку. Отвязывает бедное животное, что не по своему желанию стало тягловым. И Иннокентий устремляется к старому дубу. – Чувствую, придется ему там загон поставить, – хмыкает Илья вслед поросенку, и оборачивается к Полине. – Откуда у тебя такой интересный транспорт? – Дядя Лома подалил, – хвалится малышка. Самойлов с интересом осмотрев деревянную лошадку на колесах, обращается к Роме: – Здорово придумал. – Да, чего там, – смущенно отмахивается тот, – делов-то. – Вот! – наигранно радостно восклицает Марина. – Смотри, каким дядя Рома будет тебе хорошим папой. Вон, как много всего умеет. Опять она лезет! Пытается давить через ребенка.