Глава 4

Илья Ну, вот, шайка разбойников, наносившая урон моему психологическому здоровью своим шумом, пропала. Стало значительно тише. Как-то полегчало. Стараюсь не думать о последствиях. Мне нужно расслабиться. Снова начинаю улавливать приятные звуки местной природы. Даже где-то тихо жужжащая муха кажется чем-то успокаивающим. Чего уж говорить о ласковом шелесте листвы на ветру, мерного стрекота кузнечиков в высокой траве и чириканье птичек? Благодать. Можно расслабиться. Но желудок требует что-нибудь в него закинуть. Вспоминаю, что девочка, напялившая мое пончо, говорила про кашу. Точно, собиралась ее готовить. Слышал, что в селах жизнь более суровая и сложная. Дети взрослеют раньше. И становятся самостоятельным в раннем возрасте. И много чего умеют с малолетства. Значит, в какой-то степени мне повезло, что местная ребятня устраивала тут свои игры. Можно даже простить им устроенный бедлам, если сейчас сыщется что-то съедобное. Должно сыскаться. Уверен. Не зря же девочка про кашу говорила. Я, конечно, человек ко всему готовый. Много что знаю и умею. Но пока бы я разобрался, как и на чем в этом доме готовить пищу, желудок сам бы себя переварил. Запасы, которые я с собой прихватил на первое время, подождут. Воспользуюсь уже приготовленным детьми. Так сказать, плата за моральный ущерб. – Что тут у нас? – открываю крышку кастрюли, стоящей на не включенной газовой плите. – Кхе! – выдыхаю я, видя содержимое. – Не, ну чтобы настолько суровая жизнь сельских детей? К гарниру из дорожного песка с травами я не готов. Хотя, где-то слышал, что подорожник и крапиву употребляли в пищу. – Чувствую в сковороде блюдо такое же «диетическое». Так и оказывается. Убрав помятую алюминиевую крышку, вижу россыпь мелких камушков и осколков кирпича, залитых водичкой. – Вот же повариха мне досталась. Хорошо, что помимо круп, с собой небольшой запас хлеба и палка колбасы. Но это временная мера. Чисто перекус. А вот то, что газовая плита не работает – плохо. Газовый шланг от нее болтается без дела. Предполагаю, в ящике неподалеку должен был располагаться баллон с газом. Но его нет. С этим придется разобраться. Но ничего. Временно могу и на костре приготовить. Раньше в походы ходил часто и такое мне не в новинку. Хм… Раковина и кран есть, а воды нет. Вытаскиваю на террасу стул и стол. Делаю бутерброды с колбасой. Наливаю в походный бокал минералку. Сижу. А хорошо все-таки здесь. Тихо, спокойно. Вон, кошка забралась на противоположный край террасы, смотрит на то, как я ему колбасу. Может, и мне какую живность стоит завести? От созерцания дальней полосы деревьев, идущих полосой вдоль реки, что бежит за небольшим полем, мне отвлекают шум и голоса. Мужские. Последствия прибежали? А ведь только успокаиваться начал… – Сразу не бей, – кто-то невидимый мне наставляет кого-то другого. – Нужно еще разобраться… Решаю встретить гостей. Кто хочет мне попасться под горячую руку? Детей, понятно, не тронул бы. Но вот если здоровые лбы начнут меня доставать?! Спускаясь с террасы, мысленно закатываю рукава. В калитку вваливаются два мужика. Один условно моего возраста, второй явный дед. У первого топор. У второго вилы. Были, конечно, мысли, что поселковые захотят меня на вилы поднять. Но как бы в шутку. Вот тебе и комитет по встрече новоселов. – Гостеприимная, смотрю, у вас деревня, – мрачно бросаю мужикам. – Вы всех гостей вилами встречаете? А к соседям без топора не заходите? – А? – приглядываются мои гости. – Что-то он не похож на бомжа, – тут же заключает дед. – Ага, – соглашается тот, что помладше. – Такой прикид глава райцентра себе не позволит. А его часы, небось, как пара моих зарплат. С чего Алиска решила, что это бомж? Кошусь на ботинки, брюки, летнюю рубашку. Вроде ничего особенного. А часы – да. Люблю качественные вещи. Решил, что и в деревне этот незаменимый предмет послужит верой и правдой. Воды, жары и ударов часы эти не боятся. – Она его и не видела в глаза, – поясняет дед более молодому. – Дети сказали. Она и увела их отсюда побыстрее. А те говорят он, – указывает на меня, – хотел Анечку раздеть. – Так с кого мне спрашивать за кражу дорогой вещи, что эта Анечка на себя напялила? – спрашиваю мужиков. – Слышь, а как тебя звать, мил человек? – как-то уже другим тоном спрашивает дед. Видно, не знает как со мной себя вести. Вилы отставляет в сторону. Мол, просто так с собой они у него были. – И чего это у нас тут забыл? – Ильей зовут. Живу я здесь, – отвечаю ему, немного остывая. – В этом доме. Указываю на дом, чтобы им было понятней. – Так это же дом Яшки Дубка! – восклицает мужик помоложе. – Яша Дубок давно под дубком лежит, отдыхает. А его родственнички, те что тоже еще не отдыхают, продали дом. Я купил, – поясняю. Указываю на разбросанные вещи, сумки и чемодан. – Вот так с моими вещами обошлись ваши дети. С кого спрашивать? – Это не наши дети, – тут же открещивается мужик моего возраста. – Соседские. Не злись сильно, дети же. И не переживай, их поругают. – Да, – соглашается дед. – Не сомневайся. Поругают. И скажут, чтобы не беспокоили. – А вот это хорошо, – улыбка как-то сама наползает. – Не серчай, – снова просит дед. – Новым жителям мы рады. Давно пора этот дом в порядок привести. Обращайся, если что. Я Митя… То есть Дмитрий Акимович. А это мой сын Сергей. – Приятно познакомится, – вздыхаю я и пожимаю протянутые руки. Вызнаю у них некоторые подробности. Машина с большими газовыми баллонами приедет через неделю. А на время небольшой, походный, могу купить у Маринки. Такой и к плите подключить можно. Вода у меня на участке есть. В колодце. Его не видно, потому что зарос молодой порослью ветлы. Насосу и шлангам, что заводили воду в дом, давно «ноги приделали». Да, и вышли бы из строя к этому времени. За оборудованием нужно ехать в город. А пока мне подгонят старую цепь, чтобы черпать из колодца. Ведро мне предстоит купить самому у той же Маринки. Прощаюсь с мужиками, обещая, что обязательно обращусь за помощью, если потребуется. То, что они в лицо меня не узнали, это хорошо. Все же я не медийная личность. А в новостях могли к лицу бизнесмена не присматриваться. Если эти двое вообще видели те новости. А вот продавщица тетя Марина видела. И точно узнает. А в магазин мне надо. Значит, нужно, как я и думал ранее, придумать маскировку.