Глава 20
– Что делаете, молодёжь?
– Это ты, пап? Привет.
Я встала с кровати, в знак уважения к Аристарху Витальевичу, и тоже поздоровалась.
– Да вот, уговариваю Нику побыть в гостях у Макса подольше. Завлекаю ее всеми возможными способами.
– Про лошадей рассказал?
– А то!
– А про игровую комнату?
– Естественно, – выделяя каждую буковку, проворковал этот мужчинка.
– Ну что же… осталось похвалить чистый воздух и красоту природы, – с издевательской улыбкой на лице говорит отец семейства.
– Да это она и сама знает.
– Тогда оставь все на волю судьбы. А пока, отпустил бы ты ее, пока Максимилиан… эээ… не увидел…
Тут распахивается дверь, и входит Макс.
– Ника! Ты здесь? – с волнением в глазах и злостью в голосе спрашивает Макс. После осматривает всех присутствующих, – Отец, Малой, я… за Никой. Хотел с ней поговорить.
– Я очень устала, Макс… давай завтра, раз уж я все равно осталась. Всем доброй ночи. Провожать меня не стоит, дорогу знаю.
И быстренько выхожу из комнаты, закрываю дверь и держу ручку, а ногой упираюсь в стенку, чтобы с той стороны не открыли. Уверена, Макс последует за мной. А я этого не хочу. Мне надо сначала обдумать слова Вали. Чувствую первую попытку – дёргается ручка, но я не сдаюсь. Очень надеюсь, что эту заминку заметят в комнате и задержат Макса. Знаю, что это по детски, но ничего умнее в голову не пришло.
– Не понял… – слышится из комнаты.
Мне смешно, но все же ручку двери не отпускаю, напрягаясь еще сильнее.
Чувствую, что сил уже не хватает.
– Максимилиан, останься, сынок. Хотел с Валей поговорить, ну раз ты зашел, давайте втроём обсудим, – спасает ситуацию Аристарх Витальевич.
Напор с той стороны ослабевает, и я слышу его тихое:
– Очень умно, ну-ну, Доминика. Мы еще обсудим это.
Давление прекратилось, я услышала шаги Макса по комнате.
Все! Теперь бежать к себе и запереться на ключ. Не думаю, что при отце Макс решится ее выбить.
Добегаю до своей комнаты, ключи на месте. «Хе-хе, теперь точно не откроешь, Максимильянушка». Забираю их, захожу в комнату, запираю дверь на замок. Прохожу сразу в душ. Ванную тоже на всякий случай запираю. Бережённого, как говорится…
Ополоснувшись, осторожно выглядываю из ванной. Проверяю комнату на наличие особи мужского пола в лице Макса. Но нет, в комнате никого. Ну и отлично! Не признаюсь сама себе, что немного разочарована. Ну и ладно. Достаю ту самую футболочку, трусики-веревочки (извращенец чертов) – более подходящих для сна вещей не вижу. Надеваю их и ложусь спать.
Я действительно устала. Стресс после похищения прошёл, но все же некоторый осадок остался, и какое-то нехорошее чувство внутри настораживает и не позволяет полностью расслабиться.
Проваливаюсь в объятия Морфея, не досчитав и до ста опоссумов.
Вижу непонятный сон, как мечусь из угла в угол в неизвестной комнате. Не могу решить, в каком должна остановиться.
Чувствую, как меня обняли большими и крепкими руками и прижали спиной к чему-то тёплому и приятному. Не понимаю, что это, но приходит чувство успокоения, защиты. Останавливаюсь, нахожу дверь и выхожу из комнаты.
Я проснулась. Открыла глаза. Где я? Воспоминания картинками начали возвращаться в мою память. Все события вчерашнего дня, и последнее: как я вернулась в комнату и заперла дверь. Довольно улыбнувшись, что перехитрила Макса, потянулась. А когда развела руки по ширине кровати, поняла, что с одной стороны она была холодной, а с другой – теплой. Определенно точно, я не ворочалась во сне. Но постель смята так, будто на ней все же спал кто-то еще. Посмотрев по левую руку от себя, а за тем по правую и увидев разницу, вскочила как ошпаренная. Подбежала к двери, дернула – закрыто. Ключики так и лежат на месте, куда я их вчера определила. Что за?.. Снова смотрю на кровать. Нет, без сомненья, здесь кто-то был. Вот только вошел явно не через эту дверь!
Возможно, предусмотрен еще один вход? Снова осмотрела комнату, но ничего такого не обнаружила. Тогда, может, через окно… Подбежала к нему, но и оно заперто.
Нет! Он хочет меня с ума свести! Неужели мне показалось?! Снова направилась к кровати, потрогала места справа и слева. Конечно, уже холодные. Но я уверена, что в начале, когда проснулась, с правой стороны было ощутимое тепло.
Ну, Макс! Ну, умник! Ну, я тебе еще покажу, как открывать закрытые двери!
Быстро провела все процедуры в ванной комнате и встала перед шкафом, решая, что же надеть. Выбор был, прямо скажем, невелик.
Взяла в руки футболочку, абсолютно закрытую. Но когда увидела рисунок, быстро швырнула ее обратно в шкаф! Нет, да он издевается! Как я в такой буду ходить по дому, где мужиков больше чем один на квадратный метр?! Я, конечно, утрирую, но если посчитать с рабочими, которые трудятся за домом, то вполне может быть.
Обнаружила также платья, которых вчера не было. Свободного кроя, с оголенными плечами, намного выше колен. Но это все же лучше, чем то, что было предложено ранее. Два цвета на выбор: черный и белый. Я выбрала белое платье, легкое, красивое и нежное. Самое то. А плечи прикрою волосами.
Нарядов-то прибавилось, а белье исчезло. Остался только один бюстгальтер и трусики, если их можно так назвать. Чертов сексуальны-извращенец-Макс! Ведь знает, что такое белье ну никак не по мне! Видел же мои комплекты! Гад! Ну, держись, Максюш, держись!
Трусиков тоже двое на выбор. Ну как на выбор… так… только для красного словца. Факитически его не было! Либо все места открыты, либо прикрыты нитью жемчуга. В итоге взяла вторые. Но блин! Как же я так прогадала!!!
Волосы распустила. Из обуви выбрала босоножки на невысоком каблуке. Получился нормальный такой лук. Может и на улицу удастся выйти, прогуляться. А еще надо бы попросить телефон у Кеши или у Вали. Позвонить Лайме.
Спустилась вниз и поняла, что еще не все встали. Услышала шум в столовой и пошла в его направлении.
У плиты стояла женщина. Среднего роста, немного полноватая. В волосах чуть седины. Но их точно не касалась краска: цвет естественный, пшеничный. Она меня не слышала из-за музыки, которая играла на всю столовую, и чтобы обратить на себя внимание, пришлось прокашляться. Она осторожно обернулась, но, увидев меня, нисколько не удивилась, наоборот, осмотрела с ног до головы оценивающе. А после ее губы тронула улыбка одобрения. Неужели я прошла ее «фейсконтроль»?
– Здравствуйте, вы, наверное, Мария Степановна, – утверждающе поинтересовалась я, – вчера пробовала блюда вашего приготовления, они были превосходны. Спасибо. Если не секрет, я бы попросила парочку рецептов.
Ух… что-то меня понесло прям…
– Здравствуйте, – а голос такой твердый, немного с хрипотцой, – очень приятно. Поделюсь рецептом. А своего имени вы не назвали.
Ух…
– Доминика, то есть Ника.
–Мне нравится Доминика, я буду вас так называть.
Эх… сказала бы я, как хочу, чтобы меня называли… Да что-то я переволновалась перед этой женщиной… даже Доминикой назвалась, хотя уже очень давно так не представлялась. К тому же тут мне осталось провести от силы сегодняшний день, поэтому не буду париться.
– Вы завтрак готовите?
– Да, что бы ты хотела?
– Эм… если позволите, я сама приготовлю. Как-то неудобно вас утруждать.
– Нет, милочка. На кухне орудую только я. Если нет другого распоряжения Максимилиана. Так что ты хочешь на завтрак?
Вот это да! Хотела как лучше, а получилось…
– Тогда тосты с маслом и сыром и сладкий крепкий чай, пожалуйста.
– Так вот где прячутся представительницы прекрасного пола в этом доме! Мария Степановна, мне как всегда. Доминика, прекрасно выглядишь, – а подойдя ближе, мне на ушко: – ты надела то белье, которое я оставил тебе?
Конечно, это был Макс.
Прямо посмотрела ему в глаза, улыбнулась, потянулась к его уху и мягко прошептала:
– Нет, лучше без белья, чем быть в таком. Платье прекрасно все закрывает, – и под конец подмигнула ему.
Его глаза сначала увеличились от удивления, а потом заблестели от предвкушения.
О, да! Я тебя еще сегодня удивлю, малыш.
В это время Мария Степановна вовсю накрывала на стол.
Я отошла от него. Взяла стул, развернула его на девяносто градусов в направлении Макса и присела. Откинулась на спинку.
Краем глаза слежу за ним – Макс сверлит меня глазами, окей, отлично.
Сначала развела немного ноги, голову слегка наклонила назад. С полузакрытыми глазами продолжаю смотреть за ним – наблюдает, внимательно. Продолжим. Подняла голову, оглянулась, будто бы в опаске, что это сможет кто-то кроме него увидеть, и посмотрела в его глаза, соблазнительно улыбнувшись. Они горели в предвкушении. Вот настал момент, и я повторила ногами знаменитое движение Шерон Стоун в фильме «Основной инстинкт». Его глаза расширились, и, проследив за его взглядом, я усмехнулась.
Он заметил. Понял, что я над ним просто издевалась. Начал злиться. Глаза сверкнули нехорошим огнем. Сделал шаг в мою сторону, я еле сдержалась, чтобы не вскочить и не убежать, показав этим, что испугалась. Уж очень злой он стал. Но тут в столовую вошел отец Макса, а за ним и Кеша со своей Ирой, и Валентин. Фух… пронесло. Развернула стул обратно к столу и села поудобнее. Рядом расположились Кеша и Валя. Аристарх Витальевич сел во главе стола, по правую руку от него – Макс.
Все были одеты довольно просто: джинсы, футболки. Я смотрелась немного нелепо на их фоне. Куда вырядилась, не понятно. А все Макс виноват.
Ирусик, видимо, тоже меня невзлюбила, раз решила коснуться этой темы:
– Ника, а куда ты так вырядилась?
– Домой собираюсь, – не буду же я ей объяснять, что мой «личный стилист» решил сегодня меня вырядить именно так.
– Сегодня не удастся, к сожалению, Ника. Мне очень неудобно перед тобой, но у меня не получается поехать в столицу. Надеюсь, ты не будешь против погостить еще один денек у Макса в доме? – учтиво поинтересовался отец семейства.
Нет! Нет! И еще раз нет!!! Как так?! Кааак тааак?! Не могу!!! Ни одной лишней минуты не могу!!!
Конечно же, я поняла схему: отец принял сторону сына и поэтому не поможет мне смыться домой. Но я никак не ожидала такой подставы! Была уверена, Аристарх меня поддержит в стремлении покинуть теплое гнездышко Макса.
– Может, тогда Кеша или Валя подвезут меня? – попытка не пытка, в конце концов. И я рискнула.
– Мы ожидаем гостей, поэтому сыновья не могут отлучаться. Это будет проявлением неуважения к гостям, – не дал никому влезть в наш разговор Аристарх. – Прибудут важные люди, стоящие у власти. Хотим обсудить ситуацию с тем аукционом. Все должны быть на месте. Надеюсь, ты поймешь меня, дорогая. К тому же сегодня у нас очень интенсивная и интересная программа, в которую входит и прогулка на лошадях, и пикник у озера.
Тушите свет.
И что мне ответить взрослому мужчине, да так, чтобы не потерять лицо?
– Да, конечно. Один день, ничего страшного. Спасибо. К тому же я понимаю, что имею прямое отношения к этому. И я вам всем благодарна за помощь. Да. Один день ничего не решит.
– Вот и отлично. Тогда после завтрака все собираемся на прогулку на лошадях.
Интересно, а мне дадут более удобную одежду? Я с немым вопросом уставилась на Макса, он как будто понял и кивнул мне в ответ. «После завтрака», – проговорил он одними губами.
Окей, после так после.
Встав из-за стола, мужчины отправились в кабинет обсудить какой-то вопрос перед прогулкой, а мы с Ирой остались в столовой. Я размышляла о том, что делать дальше… Прошло примерно минут пять, как Ира захотела поговорить.
– Ника, у вас с Кешей на самом деле ничего нет?
– Нет, – не знаю почему, но Ира мне не понравилась, поэтому особо не хотела с ней общаться.
– Точно?
– Ира, между мной и Кешей – ничего. Надеюсь, больше такого вопроса я не услышу.
– Все зависит от твоего поведения,– сверля меня глазами, недовольным голосом заключила Ира.
Больше такие глупости я не могла слушать, быстро встала и зашагала в сторону лестницы. И поняла, что попала! Трусики, а вернее жемчужная нить как-то сместилась, и теперь при каждом моем шаге бусинки нежно тёрлись о мой клитор, вызывая жгучее желание. Когда я поставила ногу на первую лестничную ступень, давление усилилось. Черт! Это еще что такое?! В итоге, пока я добралась до своей комнаты, возбудилась не на шутку. Рывком закрыв входную дверь, сразу направилась в ванную. И зайдя, встала как вкопанная.
Макс тоже вошел в ванную, только с другой стороны комнаты, через дверь, которую я ранее не заметила. Так вот откуда, значит! Макс так же удивленно на меня посмотрел, явно не ожидая сейчас меня тут увидеть.
– Это еще что такое! – тычу пальцем в сторону двери за ним, – Почему тут еще один вход? Как это вообще понимать? У меня общая ванная с тобой?
– Нет. Не со мной. С комнатой для гостей. В нее можно попасть отсюда или из общего коридора.
Теперь пришла моя очередь удивляться.
– То есть, пока я тут мылась, любой мог войти? – начала возмущаться я.
– Нет. Только я.
– От этого не легче.
– А должно быть. Доминика, только я и никого больше.
Я фыркнула в ответ на его заявление. А потом обратила внимание на то, что он держал в руках. Веревка?
– Для чего это тебе?
– Для наказания одной очень смелой, но очень глупой девочки, – с довольной улыбкой на лице объяснил мне Макс.
Я сделала два шага назад и уперлась в стену. Макс быстро приблизился ко мне, и не успела я пикнуть, как он схватил мои руки и отвел их по обе стороны от головы, нагнулся к моему уху и прошептал:
– Ну что, попалась, маленькая хулиганка. Начнем тебя наказывать, а?
– Ты не посмеешь меня связать, – пискнула я от страха.
– Я свяжу тебя и привяжу к кровати, и буду ласкать нежно-нежно. А ты будешь стонать от наслаждения.
И языком поддел мое ушко.
– Нет, я не хочу так. Ты не сможешь. Ты не посмеешь так поступить со мной! – быстро и шепотом проговорила я.
Макс от меня отпрянул, посмотрел в глаза и как заржал! Согнулся напополам от смеха, а я всё с такими же круглыми глазами, с разведенными руками стояла у стены, не понимая, что происходит.
Через некоторое время он выпрямился и со снисходительной улыбкой произнес:
– Ты бы видела себя. Интересно, что ты там себе уже напредставляла, в своей маленькой головке? Наверное, всё, что знаешь о БДСМ, вспомнила и решила, что я буду это с тобой делать.
Если честно, он был прав, но ему же я не могла в этом признаться. Поначалу мне стало очень страшно, но когда Макс сказал, что будет ласкать нежно-нежно, я поняла, что хочу этого, но, опять-таки, ему об этом знать необязательно.
– Да пошел ты! Ты! Ты знаешь, кто ты?! – Не найдя подходящих для оскорбления слов, решила перевести тему: – Зачем вообще с веревкой пришёл сюда?
– Рабочие оставили кое-что из инструментов на втором этаже, и верёвку в том числе, —спокойным голосом, но с чертиками в глазах, объяснил он, – так как мы сейчас идём на конюшню, я решил захватить ее. Она там может понадобиться.
Я просверлила его грозным взглядом, развернулась и уже хотела выйти из ванной, как он меня схватил за руку, обнял за талию и, посмотрев в глаза, прошептал в губы:
– Но в том, что я тебя накажу за представление в столовой, будь уверена. Я этого так не оставлю, поняла?
– И что же ты сделаешь? – тихим голосом, но не сомневаясь, что он меня не свяжет, решила поинтересоваться я.
Тут он провел рукой по моему бедру, задев ниточку трусиков.
– Сниму вот это, не связывая, и на кровати буду ласкать нежно-нежно, всё твое тело, так что, жди.
Поцеловал меня в губы и, отстранившись, отпустил. Затем спокойным шагом вышел из ванной комнаты, прошел в мою комнату, заглянул в шкаф. Что-то там посмотрел, обернулся ко мне и сказал:
– Одежду для конной прогулки тебе сейчас принесут. Как оденешься, выходи. Покатаемся на лошадях все вместе.
И ушёл.