Глава 36

Мне снился тот самый, мой первый и единственный сон в этом мире. Цветочная поляна, на которой я очутилась, едва попав в этот мир. И там, на ней, летали и резвились над цветами маленькие феи.

Внезапно одна из них отделилась от подружек, подлетела ко мне и пискнула:

— Спаси!

Затем огляделась вокруг и прижала к губам указательный пальчик. После чего зашептала:

— Берегись! Он придёт за тобой. Будь осторожна!

В этот момент послышался нарастающий рокот, а затем на поляну стали падать камни. Феи запищали, заметались, пытаясь укрыться от камнепада.

И в этот момент я проснулась от побудочного сигнала. Вот только вставать и собираться на занятия я не спешила: нас с Антуаном ждёт полёт во дворец.

Выждав какое-то время, пока остальные девочки умоются, я сама отправилась в душ, а после — и на завтрак. Когда я пришла в столовую, однокурсники уже заканчивали завтрак. На меня они бросали заинтересованные взгляды, но подходить не стали — должно быть, опасались опоздать на занятие. Первым уроком была, как всегда, физическая подготовка, а с профессором Скарином опоздания чреваты. Я махнула рукой Заку, Фрисе и Марке — те тоже отправились на занятие. А я села завтракать. Омлет и тосты с ветчиной пришлись как раз кстати — я ведь не ужинала. Да и во время моего проживания в своём мире, питалась нерегулярно и только тем, что удавалось стянуть с прилавков в магазинах. Мне одной печеньки в месяц, как Антуану и сородичам-домовым, было мало.

Было ли мне стыдно за воровство? Ну, тогда мне должно быть стыдно и за безбилетный проезд, и за посещение без билетов музеев и театров. С другой стороны, разве я виновата, что я родилась домовым, а им деньги не полагаются? Моя семья всю жизнь бесплатно работала, откуда деньгам взяться? Так что нет, мне не было стыдно — разве что чуть-чуть. Но есть мне хотелось сильнее. Я старалась брать понемногу в разных местах, чтобы ущерб ни у кого большим не был. Если лежит гора яблок, разве одно пропавшее яблоко — ущерб? Уверена, многие торговцы даже и не заметили, что у них чего-то не хватает. Вот разбогатею, тогда и буду, как все люди, покупать еду и платить за вход в музей. Я слышала, люди устраиваются на работу, где им платят деньги. Надо будет обязательно попробовать, вот только разберемся с этим непонятным похищением.

Я не спеша позавтракала, ожидая появления Антуана, но он так и не появился в столовой. Тогда я отправилась на наше тренировочное поле, справедливо полагая, что оборачиваться драконами и взлетать удобнее с него, а значит, Антуан неизбежно придёт туда. И чего мы не договорились о времени и месте встречи? Что нам теперь — бегать искать друг друга, что ли? Нет, думаю, Ант догадается, что я буду его ждать внизу А если не догадается — в окно посмотрит.

Однако Антуан уже был на поле и уже в виде дракончика.

— Куся, где ты так долго ходишь? Вылетаем! — крикнул он мне вместо приветствия, нетерпеливо расправляя крылья. Хм, и он еще хочет быть моим парнем? Пфф, теперь я точно сто раз подумаю! Из вредности, хотя бы.

В этот раз лететь было не так весело — во многом потому, что я дулась на Антуана. Так что никаких игр в воздухе и догонялок. Ску-у-учно-о-о! В какой-то момент мне даже захотелось открыть портал и просто переместиться, но я передумала. Во-первых, Ант вроде говорил, что в сам город попасть порталом извне нельзя — только с помощью крылышек, а вот оттуда — пожалуйста. Конечно, можно переместиться в ближайшую доступную точку, а оттуда — опять на своих двоих. На крыльях, то есть. Но тогда мне совсем скучно будет лететь в полном одиночестве.

— Куся, в чём дело? — спросила Ант, до которого дошло, что я непривычно молчалива и не реагирую на его попытки поиграть.

— Ни в чём! — ответила я и тут же противоречиво добавила: — Я обиделась на тебя!

— И за что? — глянул на меня своими желтыми глазюками дракончик, и тут же отвернулся, продолжая полёт.

— Ты даже не поздоровался! — выдохнула я. — Вёл себя так, будто я опоздала, хотя мы не договаривались о времени. Разве так себя ведут парни по отношению к своим девушкам?

А мне было, с чем сравнить. Фриса вчера мне все уши прожужжала о том, какой оборотень внимательный и обходительный. Он её каждое утро встречает у комнаты и потом провожает до комнаты каждый вечер! А этот, метящий в женихи, как себя ведёт? Обидно!

— О, так всё-таки я — твой парень? — ехидно поинтересовался Антуан. Он что, только это услышал? — Ты уж определись: либо мы друзья, и ведём себя как прежде, либо мы встречаемся, и я за тобой ухаживаю.

Я насупилась. Не знаю, как это выглядит в образе дракончика — наверное, забавно, поскольку Ант подозрительно зафыркал, косясь на меня. Потом вздохнул, видя, что я не спешу ничего отвечать, и добавил:

— Я заходил к тебе утром, тебя уже не было в комнате. Вот и отправился на поле, рассудив, что рано или поздно ты спустишься, либо в окно посмотришь. Иначе мы могли бы долго друг друга по замку искать.

И меня отпустило. Чего это я, в самом деле? Антуан просто рассуждал так же, как я. Конечно, мы сглупили, не договорившись вчера о том, во сколько вылетаем и где встречаемся. Но в текущих условиях оба пришли к одинаковым выводам. Да и, если честно, обижаться на Анта мне не понравилось. Может, он не такой обходительный, как Филиан, например, но он и не поступит со мной так, как он. Мне нравятся наши отношения, а, начни Ант за мной ухаживать, возможно, они потеряли бы свою лёгкость. Я взглянула на друга, улыбнулась и сказала:

— Ладно, проехали! Друзья?

— Ну вот, опять друзья, а только что парнем был! — притворно простонал Антуан, но в глазах его поблескивали смешинки.

В этот момент меня затопила горячая волна благодарности и любви к этому дракончику. Какой же он славный, какой замечательный! Самый лучший друг на свете. Никогда больше не буду на него обижаться — он этого не заслуживает, и — отчего-то я была в этом уверена — никогда сознательно не причинит мне боли.

Дальше полёт прошёл веселее: мы носились по небу, как угорелые, играли в догонялки, делали сальте с двойным и тройным кувырком. В итоге во дворец прилетели немного позже, чем планировали, но нас всё еще ждали. Причем в этот раз обошлись без торжественной встречи в тронном зале: король и королева при нашем приближении сами вышли к нам на посадочную площадку. Едва мы приземлились и приняли человеческий облик, они кинулись к нам.

— Антуан! — не удержалась от крика королева. — Как ты мог! Уйти в другой мир, передав нам это через своего кузена! Ты понимаешь, как мы волновались?

Король хмурился, но пока молчал. Какой-то он вечно мрачный и хмурый, этот король. Хотя, наверное, если бы мне надо было править целым миром, я бы тоже вряд ли была такой беззаботной. А ведь если я когда-нибудь соглашусь стать женой Антуана, то и мне это предстоит… Нет, не буду об этом думать сейчас!

— Мама, но ведь всё в порядке! — воскликнул Антуан. — И я ведь предупредил!

— Ты не должен был уходить! — продолжала разоряться королева. — Это опасно!

— Ничего опасного: тот мир вполне интересен. И я не мог не уйти, — тихо добавил Ант, покосившись на меня.

Королева его услышала и тоже перевела взгляд на меня, поджав губы. Кажется, я лишилась её поддержки, подвергнув её сына предполагаемой опасности в другом мире.

— Ксения, мы рады приветствовать вас, — отнюдь не радостным тоном произнесла королева. — Ваши прежние покои готовы: вы можете отдохнуть с дороги, освежиться и поужинать — ужин вам принесут в комнаты. А нам надо побеседовать с сыном.

Антуан бросил на меня мученический взгляд — кажется, его ждёт знатная головомойка — и поплёлся за матерью и отцом, который, кстати, так ни слова и не произнёс. Наверное, изо всех сил сдерживал ругательства — потому и рот держал закрытым, чтобы случайно не вырвалось.

А я пошла к себе. По дороге перехватила служанку, попросив в комнату ужин. В покоях умылась с дороги — за это время как раз успели принести ужин, так что, выйдя из ванной, я поужинала и растянулась на кровати. Я решила, что подсматривать и подслушивать разговор Анта с родителями не буду — пусть поговорят. Если что-то важное, Ант сам мне расскажет. За такими мыслями я и не заметила, как уснула.

***

Наутро, сразу после завтрака, за мной зашёл Антуан. Пора было идти в допросную на опознание. Интересно, а как я буду опознавать того, кого даже не видела? О, знаю! Надо провести следственный эксперимент! Я видела, в фильмах так делают. Надо полностью скопировать ту ситуацию, тогда я пойму, та или не та рука зажимала мне рот. Наверное.

Тюрьма находилась в подвалах замка, там же была и допросная. Помимо нас с Антуаном, короля с королевой, дяди Рика и серьёзного дракона с серебряными волосами — следователь, что ли? — в помещении был еще один персонаж. За решеткой на грубой скамье сидел здоровенный небритый мужик — видимо, он и был подозреваемым. Да, такому было бы довольно легко скрутить хрупкую девушку вроде меня.

— Ксения Федорцова, — обратился ко мне сереброволосый, — узнаёте ли вы этого оборотня?

Так это оборотень? Ну вот, а я решила, что человек. Снова на те же грабли, что и с Заком, наступила. Хорошо хоть следователь спас ситуацию, а то, если бы я оскорбила мужика, назвав его человеком, его бы, думается, и решетка не остановила.

— Не знаю, — честно ответила я, — я не видела лица нападавшего.

На это предполагаемый следователь устремил недовольный взгляд на короля с королевой, словно спрашивая, чего мы тогда время теряем?

— Что ж, — медленно произнес он, — тогда вы можете быть свободны.

— Погодите! — воскликнула я. — А как же следственный эксперимент?

— Следственный эксперимент? — повторил за мной сереброволосый.

— Ну да, — кивнула я, — я не видела лица нападавшего, но я ощутила его руку, зажавшую мой рот, и вторую, удерживающую меня. Я могу опознать, он это или нет по другим признакам, надо лишь в точности повторить ситуацию нападения.

— Интересный метод, — протянул следователь. — Что вам для этого нужно?

— Непрозрачный мешок из плотной ткани — именно такой на меня тогда набросили. И мне потребуется сотрудничество уважаемого оборотня, — я покосилась на клетку, — ему нужно будет схватить меня и накинуть на меня мешок так, как я скажу.

— Это опасно! — вмешался Антуан.

— Ну, вы же не хотите осудить невиновного? — похлопала глазами я. — Так что это — единственный выход. Ведь других доказательств у вас не хватает?

Следователь согласно кивнул:

— Доказательства пока лишь косвенные. В основном, это свидетельства слуг, которые видели господина Жакара приблизительно в том месте и в то время, где и когда произошло нападение.

— Отлично. Господин Жакар, — обратилась я к заключенному оборотню, — вы готовы сотрудничать?

Оборотень смерил меня мрачным взглядом, но кивнул.

— Пусть даст магическую клятву о непричинении вреда! — вставил Антуан.

— Хорошо, — бросил оборотень, — клянусь магией рода, что не причиню вреда никому из присутствующих в течение двух часов, если не будет угрозы моей жизни.

— Что ж, поторопимся, — азартно потёр руки следователь и извлёк из стола мешок, который очень уж был похож на тот самый, в который меня упаковать пытались.

— Улика нашлась на месте преступления, — пояснил следователь в ответ на мой взгляд, — к сожалению, все следы были удалены магией.

Затем сереброволосый отпер клетку, выпуская оборотня. Тот шагнул ко мне и замер, ожидая указаний.

— Хм… Вам надо взять это мешок, набросить его на меня, так, чтобы голова и руки оказались внутри. Затем одной рукой вы перехватываете меня за талию и прижимаете к себе, чтобы у меня не было возможности шевелить руками, а второй рукой закрываете мне рот.

Оборотень точно выполнил все указания. Когда я оказалась снова в мешке, поднятая в воздух и ощутила зажимающую рот руку, я снова испытала все те же эмоции, что и тогда. Страх, мимолетное ощущение беспомощности, гнев. Но сейчас я понимала, что всё это — не по-настоящему, а потому сосредоточилась на своих ощущениях и попыталась сравнить с тем, что было тогда. По ощущениям было вполне похоже: крепкая мужская хватка, грубая рука. Но, сдаётся мне, почти любой крупный мужчина мог бы схватить меня с тем же эффектом. Мда, кажется, идея со следственным экспериментом себя не оправдала. Но тут я обратила внимание на резкий запах зверя. Я-то вначале подумала, что заключенный так пахнет потому, что давно не мылся. Но тут поняла, что это не запах немытого тела, а именно запах животного. Была у нас в коммуналке одна кошатница, так там такой густой запах стоял в комнате! Да и Зак, который тоже вроде как оборотень — тоже источал едва заметный похожий запах. Едва заметный — потому, что в отличие от заключенного, мылся регулярно. Но от того нападавшего зверем не пахло. Следовательно, он не оборотень? Или я просто не обратила внимания?

— Руки надо поменять, — сказала я господину Жакару, когда поняла, что еще не так. — Вот этой держите меня, а этой — рот зажимайте.

Оборотень поменял руки, но было заметно, что так ему держать неудобно. Кажется, наш оборотень — левша. И это вторая нестыковка. Но вряд ли этого достаточно для его оправдания.

— Это не он, — сообщила я следователю, когда эксперимент был окончен и оборотень меня отпустил.

— Почему вы так решили? — поинтересовался следователь.

— Голос другой, — соврала я, ведь на самом деле похититель и слова не произнёс. При этих моих словах, я заметила, как дернулся дядя Рик и уже открыл рот, чтобы возразить, но тут же захлопнул его и сделал вид, что ничего такого не было. Интере-есно! Что же он хотел возразить? Неужели знал, что похититель молчал? И откуда? Впрочем, возможно, он просто хотел сказать, что этого недостаточно, но потом решил, что следователю виднее. Незаметно я покосилась на кисти рук дяди Анта — те тоже были довольно массивные.

— Если вы могли определить преступника по голосу, то зачем был нужен следственный эксперимент, — прищурившись, спросил сереброволосый дракон. Вот не зря следователем работает, сразу что-то заподозрил.

— Чтобы получить дополнительные свидетельства.

— И как, получили?

Я кивнула:

— Да. Этот оборотень — левша, ему неудобно держать меня так, как это делал похититель. Вдобавок, от похитителя не пахло зверем, так что, я склоняюсь к мысли, что похититель не был оборотнем.

Следователь кивнул каким-то своим мыслям и улыбнулся мне:

— Вы дали нам зацепки. Значит, нам надо искать не оборотня и правшу.

— Ага, и это почти весь город, — хмуро заметил Антуан.

— Ну, раньше у нас и этого не было, — развёл руками следователь, а потом обратился к оборотню, — мы приносим свои извинения, господин Жакар. Вы можете быть свободны. Позже вам пришлют компенсацию за моральный и материальный ущерб.

— Материальный ущерб? Какой? — шепотом спросила я у Анта.

— Он почти месяц тут провёл. Всё это время он не работал и не получал зарплату. Ему это компенсируют.

Я кивнула: это правильно.

Попрощавшись со следователем, мы вышли. Ант вызвался проводить меня до комнаты. По пути я его спросила:

— Ну что, возвращаемся в Академию?

— Ага. Только давай завтра, а?

Я не возражала. Чувствовала себя очень уставшей после следственного эксперимента. Ну, хоть невиновного удалось отмазать. Вот только где настоящий преступник?