36

Кое-что о ловцах.

Когда-то мир существовала без них. Сложно представить, сколько несовершенства вмещало в себя пространство, и как можно было сосуществовать с распространяющими эманации разложения душами. Однажды Высший разум сжалился, и появилось существо, способное не просто извлекать ущербную энергию из человека, но и владеть ею, храня в основе или уничтожить безвозвратно. Бессмертными оставались лишь души с потенциалом — их невозможно было заточить или развеять. Полноценная сущность была им неподвластна.

Никто не знал, сколько их в нашем мире. Ловцы явились избранными избавителями от смуты и дисгармонии, оставаясь в оболочке, которая ничем не отличалась от человеческой. Они были сильнее, быстрее, с улучшенной регенерацией. Причинение вреда их телам каралось казнью всех звеньев цепи виновного, а сам он, обречённый быть развеянным, без права возрождения, погибал последним, испытав все муки гибели своих близких.

Ловцов боялись… нет, не то… Ловцов ненавидели и только потом боялись. Они приходили к жертвам, когда решали, что это необходимо и никогда не оставались без работы. Некоторые поговаривали, что именно пленённые души делали их непобедимыми, но проверить или опровергнуть предположение никто не мог.

Зная, какова судьба всей моей цепи, остро ощущая одиночество, я тоже боялась ловцов. Я точно знала, что теряя звенья, оставшиеся становятся несчастнее, а, следовательно — слабее, ущербнее. Именно поэтому, встретив на промозглой улице Ловца, я была готова умереть… или думала, что готова. Моя неспособность ненавидеть являлась изъяном и, лишь запертая в основе, я научилась испытывать ранее недоступное, а как было известно — полноценные души нельзя удержать или уничтожить.

Всё просто. Но теперь я точно знаю, откуда взялись ловцы.