Глава 15

В очередное село я завернула по чистой случайности: соль у меня подходила к концу, да и хлеб уже дня два, как закончился. Поскольку без соли в лесу даже самым непривередливым бродягам приходится туго, а к местным хлебам, отдающим легкой, но очень пикантной горчинкой, я как-то незаметно привыкла, то заехать в деревню все-таки стоило. Заодно, новости какие узнать, про Тварей порасспрашивать. Не особо, конечно, надеясь на работу, но чем Айд не шутит?

В общем, решили зайти, несмотря даже на отсутствие "заманок" на дорожных столбиках.

Деревня оказалась так себе — серединка на половинку. Не самая богатая, не самая бедная. Домов около тридцати с хвостиком. Не роскошных, не обшарпанных… все средненько. Однако небольшая площадка в центре имеется, а на ней, как и положено, на "заманном" столбе висят кусочки пергамента, где можно попробовать поискать работу. Этакая доска объявлений, которая сразу позволяла приезжим определиться с наймом. Кому — к кузнецу, кому — на сельские работы на период посевной, кому — за Тварями поохотится… очень удобно. И старосту лишний раз тревожить по пустякам не нужно. Кому надо — найдет свою объявку, прочитает, подумает, а там и пойдет выяснять подробности. А если не устроит предлагаемое, тут же развернется и отправится пытать счастья дальше.

Проехав полупустую деревню насквозь (весна, чай, все в поле да в лесу заняты), я беспрепятственно добралась до упомянутого столба. Следом, конечно же, увязалось несколько местных мальчишек, но я не обращала внимания — пускай глазеют, любопытные. Им в таком возрасте все подряд интересно, а профессия охотника кажется самой нужной, благородной, востребованной и романтичной.

Пускай. Переубеждать никого не собираюсь. И доказывать, что грязи в ней, вопреки домыслам, хватает — тоже. Порой вообще на мясника походишь — когда Тварь убьешь, а потом сидишь и гадаешь, какой орган у нее надо отрезать, чтобы поверили, что настоящая. У кого зубы выдерешь с мясом, у кого лапу с когтями отрубишь, а кому-то и в брюхо надо залезать, чтобы вырвать оттуда поджелудочную железу или пузырь с желчью, за который некоторые маги могли заплатить немалую денежку.

Я-то сама к магам благоразумно не совалась и по этой причине города всегда объезжала стороной, довольствуясь общением с простыми людьми и сравнительно простой, недорого оплачиваемой работой. Да и то — к тем деревням, где Лин чуял присутствие Ведьмы, мы старались не приближаться. А Тварей, если и были какие поблизости, уничтожали просто так, не ставя о том никого в известность. Просто потому, что за деньгами особо не гнались, а нежить искали из чисто практических соображений.

В этой деревеньке, как уже, наверное, стало ясно, никакой Ведьмы не было. То ли померла давно, то ли вовсе сюда никто не стремился. Впрочем, оно и понятно: всего дня через два пути начинались владения эрхаса Дагона, возле которых я уже второй месяц кружила, как ворона над свалкой, не рискуя переступить границ. Побывала и в Цевине, и в Торане, и в Арине, и даже в соседнюю Эиру заглянула, хотя в северные земли заходить пока не планировала. Попутешествовала по восточному Лейну, попутно изучая нехитрый местный быт и несложные законы. Краешком захватила даже расположенную западнее Виру… да, Вольные Земли были богаты на эрхи. Можно полжизни потратить, но так в настоящий Валлион и не выбраться. Потом, конечно, насмотревшись и обнаружив, что в сторону столицы мне незачем ехать, потому что Тварей там почти полностью перебили, я вернулась в южный Торан, потому что свои дела на юге еще не закончила. Снова покружила, с каждым днем забираясь все дальше от обжитых мест и выслеживая отбившихся, ненайденных, затаившихся в глуши Тварей. Затем снова подобралась поближе к деревням. Опять уехала. Поохотилась то там, то тут. Чуть ли не во всех ближайших весях засветилась со своим закрытым лицом и красавцем-демоном под седлом. Кое-где меня даже узнавать стали, потому что молва (хочешь — не хочешь) далеко впереди бежит, сообщая всем желающим, что где-то по округе бродит новый охотник, берущийся даже за сомнительную и весьма опасную работу. В общем, прославилась. Но в Дагон так и не сунулась — нет уж, хватит с меня общения с местным "бароном". И не только я, между прочим, так считала. Поэтому неудивительно, что никакие Ведьмы не совались в этот неблагоприятный эрх и огибали его далеко стороной, селясь где-нибудь подальше к югу, там, где места поспокойнее и где за свою шкуру опасаться почти не надо.

На этот раз у "заманного" столба было на удивление пусто. Ни работяг, ни местных, ни случайных гостей, завернувших в стоящий у ворот трактир, чтобы пропустить кружечку эля. Один старый дед сидит возле колодца и хитро щурит подслеповатые глаза, следя за тем, как проходит мимо него жизнь.

Я подъехала ближе и, не слезая с седла, быстро пробежалась глазами по объявкам. Так, ничего интересного: разнорабочие… в поля… подмастерье кожевенника… помощник кузнеца… в Крий — ближайший городок, расположенный в дне пути на север — набирали людей в городскую стражу. Причем, давно уже набирали: объявка и помокнуть, и пообтрепаться успела. Что они там, жрут своих стражников? Или текучка слишком большая? Наверное, не платят ни черта, вот и ищут до сих пор. Но мне это неинтересно. А больше ничего стоящего не обнаружилось. Короче, опять облом.

Я выпрямилась и развернула шейри к выходу.

— Господин ищет работу? — вдруг проскрипел от колодца дед.

— Да, — обернулись мы с Лином, внимательно глянув на старика.

— Господин — рейзер? — задал он набивший уже оскомину вопрос.

— Нет. Вольный охотник.

— А-а-а… тогда зря приехал, охотник: работу твою уже взяли.

Я неприятно удивилась.

— Кто же это? И когда?

— Отряд Хасов только вчера утром приехал. Староста два дня тому письмо в Крий отослал насчет появившейся Твари, вот они и прибыли. А как о цене сговорились, так и уехали. Еще до вечера. И заказ твой, заодно, с собой забрали.

Я озадаченно нахмурилась.

— Королевские Хасы? Да еще целым отрядом?

— Точно, — закивал дедок, по-стариковски щурясь на ярком солнышке. — Человек восемь сюда явилось. Железками увешанные, как квек по осени — ягодами. А как про Тварь узнали и местных всех порасспросили, тут же и уехали все разом. На север куда-то.

Я нахмурилась еще больше: странно. Если уж староста вызвал Хасов — королевских разведчиков, местную элиту и первых спецов в отношении Тварей, с которыми соперничали лишь рыцари Ордена Карающей Длани и, конечно же, крепко сбитые отряды рейзеров… тоже — не простых, а матерых и жуть, каких опытных… то дело должно быть серьезным. Просто так ни один управляющий не потревожит Хасов, да еще целый отряд. А они, в свою очередь, без причин тоже не появятся. Сперва заедут проверить, разузнать, выяснить все толком, чтобы не получился, так сказать, ложный вызов. Если надо — маги потом остальному отряду свистнут (а у них, как утверждал Ас в каждом отряде приличный маг имеется), и остальные быстро соберутся в рейд. Но раз уж сразу толпой приехали, раз почти не задержались в деревне, раз тут же на поиски ринулись, то Тварь должна быть опасной. И о ней они должны были знать заранее, еще ДО ТОГО, как здешний староста прислал сигнал о нападении.

— Говорят, уже с две дюжины дней Тварь по лесам орудует, — как прочитал мои мысли старик. — Народу, сказали, кучу сожрала. Из Крия за ней сперва пару рейзеров послали… дней шесть тому… но они не вернулись, и вестей никаких не прислали. И вот тогда уже Гильдия забила тревогу.

Я понимающе прикрыла веки: да, в Гильдии дела были поставлены строго. Если рейзер не возвращался в оговоренный срок или не присылал о себе весточку, что, дескать, жив и просто задерживается, на второй день после нарушения срока эрдал местного отделения Гильдии… ну, командир, по-нашему… отправлял на его поиски кого-то еще. И местных оповещал. Всем, кто мимо шел, наказ давал, чтоб проверили, в чем дело. И святошам весточку слал, чтобы были, если чего, наготове, поскольку в округе, возможно, появилась крупная Тварь.

За последнее время я многому научилась и хорошо понимала, что такая суета была более чем оправдана: у некоторых опасных Тварей очень короткий цикл размножения — всего в пару-тройку недель. Упустишь такую, и получишь потом полноценное Гнездо. А с ним бороться гораздо труднее, чем с отдельной Тварью. И мороки с одиночкой всяко меньше, чем с народившейся и ОЧЕНЬ голодной стаей. Поэтому, когда пропали без вести сразу два рейзера, Крий верно забил в набат. Это значило, что Тварь не только очень опасна, но и, возможно, уже успела свить себе Гнездо. Поэтому не зря сюда сразу прислали Хасов. И не зря прислали целый отряд. Восемь человек опытнейших рубак — это, надо вам сказать, сила. Причем, рубак, не первый год имеющих дело исключительно с порождениями мрака и отлично знающих, с какого конца браться за меч.

Я быстро прикинула, что да как, а потом тронула прислушивающегося демона пятками.

— В какую, говоришь, сторону они уехали?

— На север, господин. Тут дорога-то одна — не ошибешься.

— А рейзеры ваши где пропали?

— Возле Больших Болот.

— Это где? — уточнила я, уже направившись к выходу.

Старик махнул рукой.

— А… там, где раньше мельница старая стояла… только на полдня пути дальше. Еще реку увидишь — мелкая и тиной уже поросла. А если по руслу подняться, то и в болота как раз упрешься. И тянутся они о-о-й как далеко.

Я кивнула, и Лин, не дожидаясь команды, сорвался с места, до смерти перепугав выведшую на улицу бабку с ведрами. Нам вслед понеслись возмущенные вопли и какие-то нелепые угрозы, но я даже оборачиваться не стала: пусть вопит себе, пусть надрывается. А мне бы Хасов успеть нагнать и, если получится, перехватить ту Тварь прямо у них перед носом.

Старик же проводил исчезающего вдали шейри внимательным взором, сплюнул с губ медленно оседающую пыль, покачал головой, когда напуганная быстрым всадником бабка визгливым голосом побежала жаловаться старосте. А потом услышал от подбежавшего мальчишки жадное: "а куда они поехали, деда?", погладил его по вихрастой макушке и, прижав к себе, тихо вздохнул:

— На смерть они поехали, мальчик. Как ни печально, но только на смерть…

Мы мчались по дороге, как угорелые, придерживаясь северного направления и пытаясь не пропустить указанную стариком заброшенную мельницу. Времени было примерно около полудня. Хасы ушли из деревни вчера к вечеру. Значит, только-только должны напасть на след Твари, добраться до Болот (дед же сказал — еще полдня пути; за вчера они бы точно не успели, да и рисковать бы понапрасну не стали). И значит, именно в эту ночь что-то должно было решиться.

Я не сомневалась, что Хасы, будучи опытными воинами, на рожон не полезут. Сперва все изучат, потратят этот день на изучение местности, попытаются выследить Тварь и отыскать ее Гнездо, если таковое имеется. Причем, именно днем, при свете солнца, когда нежить забилась в нору и пережидает смертоносные для нее солнечные лучи. Но это значит, что какое-то время у меня есть. А если они еще не успели ее найти, то имеется неплохой шанс успеть к ней первой.

Прямо на ходу, отбросив всякую осторожностью, я потянулась к Знаку, доверяясь второму зрению. И пока Лин черной стрелой несся по проселочной дороге, пугая встречных птиц, мысленно уже обшаривала окрестности в поисках знакомого "темного" пятна, которое подсказало бы нам правильное направление. Сейчас у меня получалось гораздо лучше искать Тварей с таким хитроумным "радаром", как уже довольно быстро получалось войти в нужное состояние и проворно обшарить все ближайшие поляны на предмет подозрительного шевеления.

Пока впереди было пусто.

Завидев далекую речку, Лин самостоятельно свернул и, лихо перемахнув на другой берег, понесся дальше.

Так… попробуем взять больший радиус с прицелом на северный сектор. Юг, восток и запада мне пока без надобности… хотя нет, северо-восток тоже имеет смысл посмотреть: вдруг Тварь только охотилась на севере, а Гнездо спрятала совсем в ином месте? Мне уже не раз доводилось убеждаться: Твари… особенно крупные и старые… были, хоть и лишены привычного в моем понимании разума, однако патологическим идиотизмом точно не страдали. И Гнезда свои прятали умело, ловко, хитро, прикрывая их дерном, опавшими листьями, поваленными корягами. Тогда как одна знакомая рирза вообще додумалась забраться в дупло. Чуть не провела меня, сволочь. Так что не стоит думать, что Твари — дуры. Скорее, они просто бездумно жестоки и подчиняются лишь одному богу — ненасытному голоду. Но в уме им не откажешь. И в приспособляемости — тоже. Причем, чем старше и опытнее Тварь, тем более она опасна. Так что не зря Крий сюда Хасов прислал. Ой, не зря…

Я сверилась с ощущениями и, не найдя поблизости никаких "темных" пятен, сдвинула зрение еще дальше, едва успевая следить за тем, как шейри перепрыгивает овраги, буераки и упавшие стволы. Ему-то, в отличие от обычных коней, никакая дорога была не нужна. Демон мог стелиться черной тенью хоть по воде, хоть по топи, а хоть по каменистой насыпи. Его копыта не нуждались в подковах. Его ноги почти не знали устали. Он мог при желании отрастить даже острые когти, с помощью которых легко поднимался хоть на отвесную гору. Но пока вынужденно держался вблизи от петляющей дороги. Хотя бы до тех пор, пока я не дам четкое направление, по которому он потом полетит напрямик, минуя перелески, чащобы, опушки и все что угодно, лишь быстрее домчать меня до цели.

До мельницы мы добрались оборота примерно за два. Ну, плюс-минус пару минут. Ненадолго задержались, чтобы убедиться, что Тварью тут не пахнет, а потом сорвались с места снова. На этот раз — держась русла указанной стариком реки (действительно — мелкой), отчаянно петляющей, как и оставленная по левую руку дорога.

Теперь дело пошло гораздо быстрее — шейри, угадывая каждый поворот вертлявой речки, несся напрямик, презрев все условности и законы гравитации. Даже у меня, привыкшей к его манере передвигаться, порой невольно замирало сердце, когда он с ходу перемахивал какое-нибудь озерцо, распластавшись в безумно длинном, почти бесконечном прыжке, для которого обычного коня пришлось бы отпаивать болотником две недели. И то — неизвестно, получилось бы. А Лин брал любое препятствие с ходу. Его не смущала ни глубина, ни чавкающая под копытами грязь, ни высота холмов… вообще ничего. Потому что за последний месяц мой персональный демон так сжился со своим новым телом, что уже даже не заикался о возвращении в облик мелкого язвительного кота. Думаю, ему понравилось чувствовать себя большим и сильным. А еще ему понравилось подпитываться прямо во время бега. От того самого места, на котором я твердо сидела и о котором приличные девушки не больно-то говорят вслух.

Но мы с шейри уже давно друг к другу притерлись. Лин, привыкнув к роли транспортного средства, больше не возражал против своей эксплуатации мною. А я перестала жалобно пищать и придерживать поводья, когда он входил в раж и разгонялся слишком сильно. А со временем даже полюбила эту бешеную гонку, когда ветер в лицо, конская грива трепещет, как знамя, когда под копытами буквально летит земля и каждую минуту кажется, что вот-вот ты во что-нибудь врежешься. Потому что на самом деле это — незабываемое чувство. Острое. Восхитительное. Настоящий драйв. И единожды его почувствовав, потом очень трудно отказаться от соблазна повторить еще разок.

Увлекшись погоней и поиском Твари, я не сразу сообразила, почему шейри вдруг начал замедляться, а вскоре и вовсе перешел на обычный галоп. В его исполнении — на ленивый прогулочный шаг, который после сумасшедшего полета казался совсем медленным и от которого я вдруг ощутила себя, как владелец ущербного "запорожца" рядом с пронесшимся мимо "мерседесом" последней модели. Короче, улиткой себя почувствовала. Слабой, раненой и полудохлой.

Остановившись на первом попавшемся пригорке, шейри выжидательно замер, шумно дыша и внимательно оглядывая раскинувшееся внизу старое поле, на котором уже года три, наверное, как никто и ничего не сеял. Ждали, видимо, когда отдохнет для новых посевов и опять созреет для пашни. Деревня тоже была где-то недалеко, но отсюда не видно — скрыта за соседним холмом. Только и того, что от Тракта… во-он, он виднеется… есть хорошо заметный поворот.

— Лин, ты чего? — удивилась я, когда поняла, что дальше мы, похоже, не собираемся. — Чего встал? Бензин кончился?

"Впереди — люди", — выразительно покосился желтым глазом демон.

Я спохватилась, опомнилась и, мысленно чертыхнувшись, тут же вспомнила, что живу теперь не в сибирской глуши, где людей днем с огнем не сыщешь, а давно уже в Вольницу забралась, в которой народу много больше, чем на далекой окраине, и где каждые полоборота натыкаешься на какую-нибудь вяло бредущую по Тракту телегу.

Привстав в стременах, я быстро осмотрелась и тут же увидела, что Лин совершенно прав — по дороге, где-то примерно в полукилометре от нас, как раз в сторону невидной отсюда деревушки, неторопливо брели три гнедые лошади с устало покачивающимися в седлах всадниками. Путники, наверное. Или еще кто. Но беспечные-е-е…

Я неодобрительно глянула на темнеющее небо, на котором оборота через три не останется ни одного светлого промежутка, и покачала головой: а не торопятся всадники к дому. То ли не боятся слухов о Твари, то ли не знают о ней, а то ли в себе уверены, вот и не спешат уйти с дороги до темноты. До деревни-то им еще пару часов топать, но в таком темпе они, пожалуй, лишь к ночи доберутся.

Лин нетерпеливо помялся и отступил на всякий случай в тень.

"Пусть проедут, — пояснил он, когда я вопросительно посмотрела. — Мы времени немного потеряем, а я потом все равно нагоню".

— Устал? — заботливо спросила я, слезая с седла. — Есть хочешь?

"Не особо".

— Все равно перекуси. Да и отдохнуть не мешает — кто его знает, что там за Тварь такая? Вдруг вторая рирза?

Шейри пожал плечами и промолчал. А я с готовностью уселась под первым попавшимся деревом и похлопала по траве рядом с собой.

— Ложись. Подождем, действительно, пока проедут. Их отсюда хорошо видать. Как скроются, так и побежим.

"Пообщаться с ними не хочешь?"

— А зачем?

"Ну, про Тварь, может, чего слышали?"

— Если бы слышали, то шли бы шустрее, — резонно заметила я, доставая кусок хлеба и нарезая сыр. — А эти либо ничего не знают (и тогда зачем я к ним пойду?), либо знают, но ничего не боятся. Соответственно, или дураки (тогда мне с ними, тем более, обсуждать нечего), либо суперпуперпрофессионалы. А с последними, как сам понимаешь, нам бы сталкиваться не надо.

Лин неожиданно втянул ноздрями воздух и странно кашлянул.

"Гайдэ… ты знаешь… кажется, с ними маг".

— Что?! — вздрогнула я, так и не донеся до рта бутерброд.

"Маг. Но я не уверен — слишком далеко. А вот поисковое заклятие его вижу — стелется вдоль дороги, отслеживая нежить. Наверное, они поэтому и не торопятся?"

— Е-мое! — я аж подскочила на месте. — Да откуда тут взяться магу? Чего его сюда понесло? Без свиты, без кареты, без…

У меня в голове вдруг мелькнула диковатая догадка.

— Мать вашу… Лин! А что, если это — Хасы?!

"Королевские? Еще одни? — усомнился шейри. — Тогда уж скорее это — рейзеры".

— Да нет же! Хасы! ТЕ САМЫЕ! За которыми мы с тобой гнались!

Демон нахмурился и всмотрелся в далекие, едва плетущиеся фигурки всадников.

"Ты думаешь?"

— А кто еще? Откуда тут взяться нормальному магу? Который, к тому же, не жалеет сил на поисковое заклятие?

"Но их же всего трое".

— Вот именно, — дрогнувшим голосом подтвердила я. — УЖЕ трое. ВСЕГО. Ты что, не видишь: у них три лошади в поводу идут. Пустые. И те — еле ноги переставляют, как будто тоже под заклятием. Или же устали смертельно. Да и люди выглядят не лучше. А движутся обратно, к деревне, как будто… будто все уже закончилось.

"Пойдем, посмотрим поближе" — неуверенно предложил Лин, и я, недолго думая, отложила нетронутый хлеб. После чего подхватила мешок, привычно запрыгнула в седло и, наказав шейри держаться в тени, осторожно двинулась навстречу.

Вблизи всадники выглядели еще хуже, чем нам показалось издалека — обессилевшие, измученные, с ног до головы покрытые плотной коркой серой пыли. С окровавленными лицами, где под засохшей пленкой не разглядеть даже глаз. С посеченными бронями, изодранными куртками, без шлемов и даже без щитов… только по белым платкам на шее и можно было признать в них знаменитых разведчиков короля. А еще — по тускло блестящим на солнце рукоятям мечей, от которых ни один из троих всадников даже сейчас не отнимал рук.

Я прикусила губу: кажется, я не ошиблась. И, кажется, это действительно те самые Хасы, которых мы с Лином спешили нагнать. Только теперь их осталось трое… всего лишь трое из тех восьми, что выехали вечера из той далекой деревеньки. Что случилось? Неужели они сделали глупость и полезли на рожон, на ночь глядя? Или же неизвестная Тварь оказалась хитрее и застала их врасплох? Блин. Узнать бы, что там и как. Выяснить бы, жива та Тварь или они, потеряв большую часть отряда, все-таки забили гадину. Как же плохо в неведении…

Я покосилась на замершего демона.

А как я к ним подойду? С Лином — могут узнать. Без него — тут же на меч подымут, приняв за черт-те знает кого. Одинокий тип, без коня и вещей, который зачем-то встречает усталых ратников на полпути… как минимум, возникнут вопросы. Как минимум, я вызову подозрение. И даже если начну объяснять, что, дескать, помочь пришла, а конь у меня за деревом хорониться… мол, злобная скотина, чужаков на дух не переносит… все равно вот так, с бухты-барахты, мне никто и ничего не расскажет. Тем более, если охота получилась неудачной. А она, судя по всему, действительно провалилась. То есть, они сегодня пятерых потеряли. Пятерых боевых товарищей, с которыми делили хлеб и соль, с которыми получали раны, отдыхали, смеялись, по бабам вместе ходили… ну да, как же без этого?.. и вот теперь остались только втроем. Уставшие, израненные, окровавленные. Один и вовсе едва сидит — двое других под руки поддерживают, чтобы не свалился в дорожную пыль.

"Хасы, — безошибочно определил Ас, когда я попросила его глянуть. — Платки на шее белые — значит, действительно Хасы. И ты права: вероятнее всего, те самые. Были бы это рейзеры, у них бы перстни были, а в перстях — камни красные, потому что цвет Гильдии испокон веков — алый. Точно так же, как у Хасов — белый. Цвет короля. Цвет самого Валлиона".

— Хреновые тогда дела, — невесело заключила я. — Ас, как мне быть? спуститься?

"Не стоит, — тут же отреагировали Тени. — Видно же — до деревни идут. До ворот точно дотянут, а там их перехватят. И ты снова права — тебе они ничего не скажут. Даже в том случае, если убили Тварь. Так что попробуй сама определить, есть ли что впереди. Если они с утра бредут, но, наверное, нападение случилось неподалеку".

Я согласно кивнула. Однако последовать мудрому совету не успела — на дороге, где-то со стороны холма, который мы с Лином совсем недавно оставили, снова послышался нарастающий топот копыт. А всадники на Тракте дружно встрепенулись.

— Дерк, ты что, Зов послал?! — негодующе повернулся один из Хасов к тому, что уже почти без сил лежал на конской холке.

— Да… — скорее догадалась, чем услышала я. — Надо сказать, что эрдала… и остальных… больше нет. Предупредить, чтобы послали за другим отрядом… пусть… поспешат…

— Дурак! Спятил так надрываться?! Ты же еле живой!!

— Тварь… важнее…

Хасы зло переглянулись, но маг… видимо, это он и был… внезапно вздохнул и, потеряв сознание, рухнул плашмя на тревожно дернувшегося скакуна, заставив его испуганно заржать и заплясать на дороге. Я дернулась, забеспокоившись, что маг испустил дух, но засуетившиеся Хасы, вовремя успевшие подхватить товарища на руки, поспешно его ощупали, проверили бинты на груди, а потом облегченно перевели дух.

— Давай вперед, — властно велел тот воин, что недавно ругался. — Дерк выживет. А в деревню надо сообщить как можно скорее. Пусть отсылают весть в Гильдию и в Орден, что в окрестностях появился взрослый кахгар. А мы потихоньку за тобой. Я присмотрю за этим болваном.

Второй Хас прижал руку к окровавленной груди, коротко наклонил голову, показав мне покрытую кровью щеку, а потом вскочил в седло и, понукая измученного жеребца, помчался навстречу посланному на зов обессилевшего мага всаднику.

Я же прикрыла на мгновение глаза и крепко задумалась.

Кахгар… помню я эту Тварь. Слишком хорошо, пожалуй, помню. В нашу первую встречу она едва не разорвала меня на части. Караулила очнувшийся от долгого сна Знак Ишты, бездарно его упустила, позволив мне приблизиться к нему на расстояние вытянутой руки. А когда поняла, что промахнулась с местом и дала возможность появиться Хозяйке Равнины, попыталась исправить свою ошибку. В тот раз только Тени спасли меня от неминуемой смерти. Но это истощило их так, что потом пришлось две недели отпаивать собственными жизненными силами. Как вампиров, поить свежей кровью. И ежеминутно бояться, что даже этого может не хватить.

А вот теперь — снова: кахгар. Одна из сильнейших Тварей в составе местного бестиария. Одна из десятка наиболее опасных, смертоносных и коварнейших. Сущая бестия. Почти дотягивает по силе до полноценного демона. И при этом она невероятно быстра, дьявольски разумна и до того хитра, что даже целый отряд специально подготовленных воинов не сумел застать ее врасплох.

Я проследила за тем, как умчавшийся Хас скрылся за поворотом. Взглянула на второго, который перетащил беспамятного мага к себе на седло и теперь, держа его на руках как ребенка, медленно тронулся с места, то и дело проверяя, дышит ли измученный товарищ. Потом поджала губы и тихо сказала:

— Лин, ты их след сумеешь отыскать?

"По крови — легко. А наследили, я думаю, они знатно".

— Тогда едем. Надо найти то место, где они сцепились с кахгаром. Если они сумели его ранить, есть неплохие шансы его завалить.

"Нет, — с сожалением отозвался изнутри Гор. — Ты ошибаешься, сестра: с кахгаром они могли сражаться только ночью. И проиграли. Значит, Тварь вернулась в нору и за этот день успела зализать раны. Ты столкнешься со здоровым и полным сил чудовищем, Гайдэ. Не рассчитывай на то, что он будет слаб и невнимателен".

— Если его не убить сейчас, этой ночью он может по следам добраться до тех, кто уцелел вчера.

"Может, — неохотно согласился Гор. — Кахгары — Твари мстительные. Они почти разумны".

— Да. Я заметила. Значит, медлить нельзя. И значит, нам некогда ждать, пока из Крия или еще откуда-нибудь сюда направят второй отряд.

Шейри беспокойно переступил копытами и поднял на меня тревожный взгляд.

"Гайдэ, ты уверена, что справишься?"

— Нет, — честно ответила я. — Но разве это повод, чтобы отступать?

"Будь осторожнее", — только и сказал демон, послушно разворачиваясь и спускаясь по другой стороне пригорка, закрываясь им от медленно удаляющегося Хаса.

Тени, против ожиданий, ничего не сказали. Но по их выразительному молчанию я без труда поняла, что они, хоть и не одобряют подобного риска, все равно никогда меня не оставят. Не бросят. Не подведут. Не предадут. И сделают все, чтобы я, как и в прошлый раз, пережила эту ночь без серьезных потерь.