Глава 21

Варя проснулась с тяжелой головой и гадким осадком на душе. Она до сих пор вспоминала неприятный разговор с Цейтлиным, еще более неприятное собственное вранье о личных проблемах, которые якобы настолько личные и настолько проблемы, что их даже нельзя озвучить, и, самое неприятное, встречу Сергея с Наташей. Наташа Сергею не понравилась, а он ей – наоборот. Сначала Наташа стеснялась – а Варя стеснялась того, что Наташа так стесняется, но скоро та освоилась и не давала Варе и слова вставить. Варя злилась, Сергей переводил взгляд с одной девушки на другую, а Наташа без умолку трещала о том, какие художественные задачи она видит перед собой… В конце концов, она увлекла и Сергея, так что Варя почувствовала себя лишней. Некоторое время Варя напряженно пила холодный зеленый чай, но вскоре попрощалась (Сергей помахал рукой и вяло улыбнулся, а Наташа едва обернулась) и ушла, сильно усомнившись в том, что была права в своих благих намерениях. – Бл… – выругалась Варя, наступив на Машину туфлю с необыкновенно острым каблуком. После свидания с Денисом прошла неделя. Маша бросилась к подруге, как только прочитала первую же публикацию злорадной журналистки о том, что «поколение русских яппи потерпело сокрушительный крах в лице Марии Чистяковой, бывшей заместительницы коммерческого директора радио „Эстрада“ и теперь уже бывшего главного редактора еженедельника „Репортер“. Статьи шли одна за другой, и Варя подозревала – когда она выходит из дома, Маша кидается к компьютеру и читает в сети газеты, которые уже семь дней не устают топтать ее репутацию. Маша отключила сотовый, заказала через Интернет миллион фильмов и за неделю ни разу не приняла ванну. Она даже не говорила о том, что чувствует, – просила оставить ее в покое. – Куда вообще Лиза делась? – возмутилась Варя, в сотый раз набирая номер подруги. – Ну, она же вся в делах… – промямлила Маша, которая усвоила манеру говорить еле слышным шепотом. – Маш, ты помыться не хочешь? – набросилась на нее Варя. – Не хочу, – честно призналась Маша, которая, как казалось Варе, уже пару суток не сползала с кровати. Зазвонил телефон. – Алло! – раздраженно сказала Варя. – Варя, это ты? – вкрадчиво произнес мужской голос. – Я, – согласилась Варя. – А, Сереж, это ты? – обрадовалась она, узнав Цейтлина. – Ну, как дела? Как Наташа? – Как я тебе благодарен! – воскликнул тот. – Каждый день вспоминаю тебя добрым словом! – Я же тебе говорила! – немного искусственно восторжествовала Варя. Самолюбие все-таки было задето: в глубине души Варя мечтала, что она – единственная, самая талантливая и без нее все пойдет прахом, но… В общем, за что боролись, на то и напоролись. «Все идет по плану», – решила она и так честно обрадовалась, что даже не сразу сообразила, что Сергей уже минуту орет благим матом: – Ты кого мне подсунула? Она же клиническая дура! Идиотка! Бездарность! Ты смерти моей хочешь? Да она пишет, как я пою, а я пою еще хуже, чем руки на х… вверх! – Сережа… – забормотала Варя. – Да пошла ты со своим Сережей! – не унимался Цейтлин. – Ты какого хрена решила, что со мной так шутить можно? Ты что о себе думаешь?.. Ты издеваешься, да? Издеваешься? – Сергей, послушай… – Варя взяла себя в руки и решила поставить его на место. – Значит, так, дорогуша, чтоб сценарий был у меня в сентябре, иначе тебе даже на заборе писать больше не придется, – пригрозил он и бросил трубку. Варя растерянно послушала гудки, швырнула трубку на диван и полезла к Маше под одеяло. – Все, – сообщила она подруге. – С этого дня я тоже перестаю мыться. Какое-то бессмысленное занятие. Телефон на диване надрывался, но Варя не обращала внимания. По телу разливалась такая истошная лень, что и под одеялом лежать было трудно, не то что ходить, выключать всякие там телефоны или переключать телевизор с одного канала на другой. За три часа они едва обменялись парой фраз – когда смотрели по телевизору «Основной инстинкт», Маша зашевелилась и пробормотала: – Какая странная штука этот секс… Столько суеты… И чего ради? – Ага, – лениво согласилась Варя. – Ерунда какая-то. А когда Варя опрокинула на пол чашку с чаем, Маша поинтересовалась: – Убирать будешь? – Да ну… – отмахнулась Варя. – Правильно, – одобрила Маша. – Не стоит размениваться на пустяки. К вечеру они задремали, но во сне Варе померещилось, что, пока они сладко спят, в мире происходит нечто ужасное. Страшный грохот и звон делались все громче, стены, казалось, дрожали – Варя, наконец, открыла глаза и поняла, что в дверь кто-то беспрестанно стучит и звонит. Варя бросилась в коридор, посмотрела в экран интеркома и увидела на лестнице Лизу. – Вы что, охренели?! – Лиза чуть не сбила Варю с ног. – Я ломлюсь целый час, думала, здесь уже сплошные подруги-самоубийцы… Ну что ты на меня уставилась? Ты чего, таблеток обожралась? Что это вообще такое? Лиза тоже уставилась на Варю и обнаружила, что на ней старый несвежий лифчик и мужские спортивные трусы «Адидас». – Я не поняла, что тут у вас происходит… – оторопела она и заглянула в комнату. – Маш, ты что, умерла? Что это за дом скорби?! Девки, вы с ума посходили? Варя плюхнулась на диван и налила себе холодный чай. Лиза села на стул напротив, сделала строгое лицо и сухо осведомилась: – Кого хороним? – Понимаешь… – нехотя заговорила Варя, – про Машку ты, наверное, читала… – Читала… – кивнула Лиза. – Но по диагонали. Много дел было. – Она так уже неделю лежит. А мне сегодня утром позвонил Сергей и сказал, что Наташа – идиотка и он хочет, чтобы я снова сценарий писала… – Вот и отлично! – Лиза передернула плечами. – Я читала твой сценарий, мне понравилось. Тебя что-то определенное не устраивает или это общий психоз? – Меня не устраивает, что ничего с нашими «добрыми» намерениями… не выходит. – А я вас предупреждала… – Лиза развела руками. – Полная чушь! Это как бумеранг. – Что «как бумеранг»? – Все, что ты делаешь, – пояснила Лиза. – Сделал добро – оно к тебе вернется, сделал гадость – получишь по заслугам. Зря вы вмешались в процесс – только выставили себя полными дурами. – Ладно, – сдалась Варя. – Мы полные дуры. Ты счастлива? Ты, кстати, чем таким важным все это время занималась? Не ответив, Лиза поднялась со стула, подошла к кровати и рывком содрала с Маши одеяло. Маша пробурчала что-то, но не сдвинулась с места. Тогда Лиза ухватила ее под мышками и потащила. – Ну!.. – Маша пыталась вырваться. – А ну в ванную живо, обе! – заорала Лиза. – Развели тут бомжатник! Сейчас на улицу пойдем, а то дышать нечем! – Лиза, Лиза… – Подруги пытались ее урезонить. – Я сказала, в ванную! – не унималась Лиза. Голос у нее был такой пронзительный, что по сравнению с ним бледнела пожарная сирена – чтобы ее заткнуть, девушки спрятались в ванной и включили воду. – Ты первая, – сказала Варя. – Нет, ты, – отпиралась Маша. – Маш, ты грязнее, – убеждала Варя. В конце концов, Маша залезла в ванну, а Варя выползла на разведку. – Что случилось-то? – поинтересовалась она у Лизы. – Я могу рассказать об этом только чистым, причесанным и накрашенным людям, – отрезала Лиза, расставляя по полкам разбросанные по комнате DVD-диски. Спустя полтора часа Варя и Маша стояли в дверях в чистой красивой одежде, с уложенными волосами и умеренным макияжем. – Хорошо, – одобрила Лиза. – Пошли. Она отперла квартиру, распахнула дверь, и с лестницы пахнуло сыростью. – Фу. – Лиза поморщила нос. – Что за вонь? Трубу, что ли, прорвало? Когда я поднималась, такого не было. – Ой-ей-ей… – забеспокоилась Маша. – Что-то меня предчувствия нехорошие обуревают. Давайте дверь закроем! Но было поздно. В коридоре показался темный силуэт – на пороге он обрел очертания мужчины, а через пару секунд девушки поняли, что это Денис. – Ты что здесь делаешь? – Самоуверенная Лиза уперла руки в боки. Маша попятилась, а Варя зачем-то схватила стайлер для волос. За Денисом с грохотом захлопнулась дверь. – Ну что, поиграли в независимость? – поинтересовался Денис, отодвинул в сторону Машу и прошел в комнату. Вспомнив, что точно такую же фразу слышала от первого мужа, Лиза набычилась: – Ты как с нами разговариваешь? Он сурово посмотрел на нее. – Радуйся, что я пока разговариваю, – заявил он и устроился в кресле. – Ну, девочки, может, настало время решить все полюбовно? – Что решить? – Варя старалась держаться спокойно, несмотря на то что сердце, казалось, прыгало через скакалку. – Признаюсь, – он улыбнулся, – я без вас соскучился. Мужчина тоскует без женской ласки, а я как-никак мужчина. Маша попыталась фыркнуть, но испугалась и сделала вид, что закашлялась. – Знаешь, все эти дурацкие разговоры в пользу бедных, – отрезала Лиза. – Мы это уже проходили. И не один раз! Так что ты можешь тут оставаться, а мы пойдем. Девочки, за мной! Лиза вышла в коридор, но подруги за ней не спешили. – Ой, – послышался удивленный возглас. – А где дверь? Варя с Машей кинулись к ней и замерли на пороге: вместо двери была глухая стена, на которой, видимо, для пущего эффекта висел простенький пейзаж. Лиза ударила стену кулаком, пнула ногой, но та стояла намертво. – Что, прогулялись? – раздался из комнаты насмешливый голос. – Открой дверь! – потребовала Лиза. – Двери нет, ты же сама видишь, – ответил он с издевкой. – Верни мою дверь! – крикнула Варя. – Сядьте, – велел Денис. Закипая от ненависти, девушки сели. – Вернитесь! – призвал он. – Вы нужны мне. – Ага, чтобы доказать, какие женщины уродки? – усмехнулась Варя. – Не только! – воскликнул он. – Я скучаю. Честно. Не думал, что мне может быть одиноко без женщины. – Без трех женщин, – уточнила Маша. – Что ты придираешься? – Денис вскочил с кресла. – Неужели вас беспокоят эти мещанские предрассудки? – Мещанские предрассудки нас не очень беспокоят, нас волнует то, что ты хочешь встречаться со всеми тремя, – спокойно ответила Лиза. – Ты, кажется, немного отстал от времени – шведская семья давно вышла из моды. – У меня на голове шишка, – сообщил он, поглаживая место, куда Варя ударила его бутылкой. – Нам тебя не жалко. – Лиза презрительно усмехнулась. – Сам виноват, – заявила Маша. – Девочки, а может, все-таки начнем все сначала? – с мольбой обратился он. – У вас же вся жизнь наперекосяк. Ну, куда вы без меня денетесь? Да, я урод, да, я исчадие ада, но вспомните, как нам было хорошо, как вы были счастливы! Клянусь, я буду хорошим, больше никаких ужасов, я стану о вас заботиться, буду делать все для моих девочек… – казалось, он балансирует на грани истерики. – Всю жизнь справлялись и сейчас не пропадем, – отрезала Варя. – Давай без сантиментов: ты больше не будешь нас беспокоить, а мы никому не скажем, кто ты такой. Слезы в глазах Дениса высохли. Глаза сузились и покраснели. Казалось, он не в себе – взгляд был какой-то пустой и бессмысленный. – Стервы! – прошипел он. – Тупые стервы! Думаете, меня так легко бросить, да? Думаете, я вас вот так возьму и отпущу? Он махнул рукой в воздухе, и Варя ощутила на щеке жжение, а через секунду уже летела по комнате прямо в стену – будто ее толкнули. – А-а! – закричала она, ударившись плечом об угол. Денис еще пару раз наотмашь ударил по воздуху: Лиза согнулась пополам и принялась судорожно хватать ртом воздух, а Маша перевернулась в воздухе и свалилась на кухонный стол. – Скотина… – стонала Варя. – Бить женщин – низко… – через силу произнесла Маша, у которой из губы потекла кровь. – Это еще цветочки, – пообещал Денис. Он щелкнул пальцами – из шкафов вылетела посуда и со страшным звоном разбилась об пол, засыпав Машу, которая в испуге прикрывала лицо руками. – Какая пошлость – бить посуду… – прохрипела Лиза, до сих пор не восстановившая дыхание. – Очень скоро физическая боль покажется вам радостью, – пригрозил он и вышел сквозь стену, где некогда была дверь. Маша бросилась за ним, ударила ногой стену, но вдруг с криком выпала на лестничную клетку. Дверь была на месте – настежь распахнутая, а Маша со стонами поднималась с пола – она растянула сухожилие. – Собирайтесь! – прикрикнула Лиза. – Куда? – устало ответила Варя из угла. – Мне нужны яд и бункер… – Будет тебя яд, будет бункер, – пообещала Лиза. – А сейчас едем ко мне. Здесь невозможно оставаться. – Она обвела рукой разгромленную квартиру. – Я домой, – сказала Маша. – Что значит домой? – вспыхнула Лиза. – Мне вещи надо собрать! – резко ответила Маша. – Не могу я ходить в одном и том же! – Хорошо, – согласилась Лиза. – Нам по пути. Заедем к тебе, потом ко мне. Варя, ты можешь вести машину? – Попробую… Нервно оглядываясь, они спустились по лестнице. Варя зачем-то заглянула под днище своей машины, отошла на пару метров, закрыв глаза, нажала на пульт и с удивлением обнаружила, что ничего не случилось. По дороге Варя нервничала, но Маша в конце концов взяла ситуацию под контроль и вовремя предупреждала, если ей казалось, что Варя готова броситься на соседнюю машину. – Смотрите, горит что-то. – Лиза ткнула пальцем в струю черного дыма. – В нашем квартале, – уточнила Маша. – Опять, наверное, палатки эти!.. Сколько можно – развели базар-вокзал, никакой безопасности! Спустя пять минут Маша схватились за грудь: – Девочки, это моя квартира горит! – Маш, не психуй, – небрежно ответила Лиза. Маша славилась тем, что до смерти боялась пожара, потопа и воров. В квартире установила сигнализацию, датчики пожара и какие-то особенные потолки, способные выдержать Всемирный потоп. – Я вам точно говорю, – упавшим голосом произнесла Маша. – Это не паранойя. Маша говорила совершенно спокойно – это всех напугало и растревожило. Вывернув на улицу, где стоял Машин дом, девушки увидели бригаду пожарных, толпившийся народ и дым, валивший с противоположной стороны дома. – Может, это не твоя квартира, – робко заметила Варя. – Давайте выйдем и посмотрим, – предложила Лиза. Маша лишь что-то пробормотала. Они бросили машину подальше от толпы, завернули за угол, обошли двор и уставились на окна Машиной квартиры. Внутри бушевало пламя, над деревьями кружили черные хлопья, едкий черно-серый дым валил из окон. Все: итальянская мебель, японская техника, стильная джакузи, кухонный гарнитур – все превратилось в обгоревшие головешки. Подруги попытались обнять Машу, но та вырвалась и молча пошла к подъезду. Лиза и Варя держались рядом, но не слишком близко. К Маше кинулись консьержка и соседи. Они о чем-то долго беседовали, потом Маша вернулась и проговорила без выражения: – Там что-то рвануло, выбило стекла, и сразу по всей квартире разошелся огонь. Все произошло минут сорок назад. Пожарные приехали почти сразу. Говорят, все выгорит до бетона. То ли газ, то ли еще какая-то фигня… У меня больше нет дома. – Она закрыла лицо руками. Лиза обняла ее и повела за собой. Маша не сопротивлялась – она шла, сгорбившись, повесив голову. Как больную, девушки осторожно усадили ее в машину, Варя плавно тронулась и поехала в похоронном режиме. – Ну вот, началось, – вздохнула Лиза. – Что – началось? – переспросила Варя. – А ты считаешь, это случайность? Варя некоторое время молчала. – Наверное, не считаю, – призналась она. – Ждите меня здесь, – велела Лиза, когда они припарковались у ее подъезда. – Мы поедем в другое место. – В какое еще место?! – завелась Варя. – Тебе там понравится, – улыбнулась Лиза, склонившись к ее окну. – А пока я буду собирать вещи, думай о том, как здорово, что у вас есть я.