Глава 20
В крови Мэйсона бушевал адреналин. Мэй нетерпеливо переминался с ноги на ногу, слушая последние наставления тренера, перед выходом на поле. Трибуны гудели, наполняясь новыми и новыми болельщиками, из колонок орала качёвая музыка, и он пританцовывал в такт, потому что любил это все больше жизни…
- Хилл!
- Да, тренер!
- Прежде всего, ты должен надрать этим парням задницу, и только потом все остальное.
Мэйсон кивнул. Он понимал опасения Сэта, но не собирался их оправдывать. Мэй ни на секунду не забывал о том, как важна для них эта игра. И пусть за ней последует намного более важное лично для него событие, это не означало, что он не понимал, зачем выходит на поле.
- Отлично. Тогда удачи! Покажем этим неженкам настоящий футбол.
Парни одобряюще загудели. Ударили по рукам и один за другим двинулись из раздевалки, в тоннель, ведущий к полю. Этот проход всегда сопровождало множество ритуалов. У каждого они были свои. Кто-то ступал на поле исключительно с левой ноги, кто-то зашивал монетку на счастье, кто-то бубнил под нос дурацкую считалочку. Мэйсон был не настолько суеверным, но все же не мог терпеть, когда кто-то перед игрой трогал его экип. Но с тех пор, как погиб Шон Майлз, у команды появился общий для всех ритуал. Теперь, перед выходом на домашнем стадионе, каждый из них прикладывался к мемориальной табличке, установленной здесь же… на стене у самого входа в тоннель. Мэйсон коснулся ее первым, за ним – все остальные. Пятно света в конце слепило и манило со страшной силой. Толпа взревела, приветствую своих героев. Мэй вскинул руку над головой в ответном жесте. Рев стал по-настоящему оглушительным. О, да! Да, черт его все дери…
Мэйсон просканировал взглядом трибуны, но разглядеть Кэти среди всей этой беснующейся толпы было невозможно. Ладно… Когда понадобится, ее лицо выведут на экраны. Как же он хотел увидеть ее глаза в этот момент! Как же он хотел увидеть глаза своей малышки.…
- Гарри!
- Да, Мэй?
- Кто-нибудь убедился, что Кэти на месте?
- Конечно. Не волнуйся. Она уже на трибуне.
- А Джон1?
- Все на своих местах. Крисси2 тоже здесь. С тех пор, как ты об этом спрашивал пять минут назад, ничего не поменялось.
Ладно… Может быть, он волновался слишком сильно и чуточку перегибал палку. По крайне мере, на это намекали ироничные взгляды Тома и Джей Ти, которые стали невольными свидетелями его разговора с ассистентом.
- Лучше тебе сосредоточиться на игре, брат, - похлопал его по плечу раннинбэк.
- Ну, надо же! Кто бы мог подумать, - фыркнул Мэйсон, нисколько не сомневаясь, что все у него получится. Он не мог позволить себе ударить лицом в грязь. Ту игру потом назовут одной из лучших в его карьере. Мэйсон отдал пятнадцать передач из шестнадцати на двести двадцать четыре ярда с тремя тачдаунами и заработал идеальный пасовый рейтинг. Шон бы им гордился. И только это имело значение. Мэйсон провел игру на стиле, а его сорокавосьмиярдовый вынос во второй четверти комментаторы окрестили «чудом, которое будут анализировать десятки лет».
После третьего периода результат игры уже был предопределен. Они просто деморализовали соперников. Защита Орлов сыпалась на глазах. Святые лидировали с таким отрывом, что у тех не было ни единого шанса отыграться. Фаны просто сходили с ума, когда они уходили с поля. Вокруг творилось что-то невероятное. Наверное, Мэйсон уже мог бы расслабиться, насладиться победой, но… Он знал, что впереди у него самая главная миссия.
Мэй вытер пот со лба. Несколько технарей вытаскивали на поле фортепиано Джона. А сам он болтал с запасными, столпившимися у скамейки.
- Гарри, Кэти на месте? Она никуда не ушла?
- О, да господи, парень, остынь. Её отвлекает жена Брауна. Все под контролем!
Мэйсон судорожно выдохнул. Когда он это все затевал, то и подумать не мог, как сильно будет волноваться. Джон завидел его в толпе и взмахнул рукой. Мэй затолкал свою панику подальше и двинулся к Ледженду, чтобы лично его поблагодарить за услугу. Придурки из команды, конечно, не упустили случая позубоскалить. А ему было все равно. Особенно «остроумным» он время от времени тыкал фак, словно ему снова было лет десять.
Времени не оставалось. Один из ассистентов принес ему микрофон. Джон тоже приготовился к выходу на поле. И тут совсем рядом Мэйсон увидел Тришу. Сглотнул. Он был одним из самых популярных спортсменов в Штатах, поэтому безумные выходки фанатов его не удивляли. Даже когда те заходили слишком далеко и начинали преследовать своего кумира. Даже когда юристы Мэя, опасаясь за его жизнь и благополучие, рекомендовали ему получить охранный ордер. И даже когда однажды ему пришлось это реально сделать в отношении спятившего парня из Силиконовой долины. Но он совершенно не был готов к тому, что его станет преследовать Триша. За последние три дня она оборвала его телефон. А еще он несколько раз видел ее у дома. И вот теперь она прорвалась на стадион.
- Мэйсон! Нам нужно поговорить, слышишь?!
Мэй остановился. Взмахом руки дал понять охране, что все нормально. И, тяжело вздохнув, запрокинул лицо вверх.
- Ты выбрала не лучшее время. У меня игра и…
- Если бы ты ответил на мои звонки, мне бы не пришлось вылавливать тебя, как… как… - Триша запнулась, и её губы задрожали. Мэй напрягся, потому что еще никогда не видел ее такой.
- Что-то случилось? – уточнил он, взмахом руки останавливая двинувшегося ему навстречу Ти Джея.
- Я беременна, Мэй.
- Поздравляю. – Мэйсон не слишком вслушивался в слова, пристально наблюдая за ассистентом, от которого ждал отмашку.
- Я беременна от тебя.
- Что?
- Я беременна от тебя.
Микрофон чуть было не выпал из рук. И только отточенные годами безжалостных тренировок рефлексы позволили ему поймать тот в последний момент. Мэй выпрямился. Жадно втянул в легкие воздух, но отдышаться не получалось. Кислорода отчаянно не хватало. В груди расцветала боль. Как будто кто-то лягнул его под дых, с треском ломая ребра. Мэй растерянно оглянулся на стоящих у него за спиной ребят. Его жизнь летела к чертям, и, наверное, было бы правильно, если бы и все кругом превратилось в руины. Но ничего подобного не случилось. Крыша стадиона не рухнула им на головы, из динамиков лилась музыка, а на трибунах туда-сюда сновали люди.
- Что? – прохрипел он.
- Я беременна. Срок совсем маленький. Всего четыре недели. Не знаю, как так произошло. Я очень растеряна.
Мэйсон кивнул. Огромное кольцо с бриллиантом, которое ему минутой ранее отдал один из помощников тренера, жгло руку, а ассистент жестами показывал, что пора начинать.
- Я не знаю, что сказать, Триш…
- Я подумываю об аборте.
Она приложила к слезящимся глазам бумажную салфетку, а когда и это не помогло, запрокинула голову к небу и часто-часто заморгала. Сейчас Триша мало походила на ту самоуверенную женщину, которую он знал. Она выглядела несчастной и абсолютно разбитой. Боль в области сердца стала сильней. Он растер грудь пятерней, провел по стриженой мокрой после игры макушке.
В голове звучал истеричный хохот приемной матери. Сквозь который доносились её слова:
- Соглашайся, выродок! Чего еще ждать от такого дерьма, как ты?
Мэйсон зажмурился. Кем он будет, если позволит ей убить ребенка? Его ребенка… Сына или дочь? Кем он тогда будет?
- Все нормально, брат?
Мэй оглянулся. Джей Ти стоял чуть в стороне, подпирая задницей огражденье, и внимательно наблюдал за происходящим. В двух шагах от него топтались Крис и Том Браун.
- Да, - Мэй облизал губы и попятился назад. – Да.
- Тогда тебе пора. Джон уже вышел! Мэйсон, ты слышишь?!
- Ты даже ничего мне не скажешь?
- Я свяжусь с тобой, после игры. Завтра. Ладно? До этих пор ничего не предпринимай.
Триша слабо кивнула. Ее губы вновь дрожали. Когда-то Мэйсон по ошибке решил, что Триша – это то, что ему действительно нужно. Но прямо сейчас он бы отдал полжизни, чтобы между ними никогда... и ничего не было. Он бы все на свете за это отдал.
- Как она сюда попала, а главное, какого хрена ей от тебя нужно? – поинтересовался Джей Ти.
- Говорит, что беременна. Твою ж мать… - Мэйсон пригнулся и в панике обхватил голову. Он не представлял, что ему делать дальше. Как все объяснять Кэти? Мэй обещал, что не причинит ей боли, но забыл, что в этой жизни далеко не все зависит от его желаний. – Что мне делать, Джей Ти? Том… Крис… Что мне, мать его, делать?
Мэй обвел паническим взглядом трибуны, скользнул по полю и увидел, что Джон уселся за фортепиано. Его выход привлек внимание толпы, и кое-где послышались робкие аплодисменты. Стадион гудел, как улей.
- Ты собираешься ради этого расстаться с Кэти?
- Ты спятил?
- Тогда делай то, что запланировал. А с этим, - Крис неопределенно мотнул головой, разберешься после.
- Ты хоть уверен, что ребенок твой? – сощурился Том.
Джон взмахнул руками и взял первые аккорды мелодии.
- Нет… Нет, я не уверен!
У них с Тришей был секс, и не один раз. Но, черт возьми, он был ответственным парнем. И всегда предохранялся. А зная то, как легко она прыгнула в койку… Волна облегчения ударила под колени. Джон запел слова мега-популярной баллады, которую Мэйсон выбрал для своего признания.
- Тогда иди! Иди, Мэйсон, слышишь? Вас с Кэти уже вывели на экраны!
Колени Мэя подкашивались. Он кивнул. Вцепился в микрофон так, что побелели пальцы. Фаны, которые уже поняли, что сейчас будет что-то интересное, вскочили с мест, но Мэйсон будто этого не замечал. Он шел.Шел, с трудом переставляя ноги… Впившись взглядом в лицо той единственной, с которой он хотел быть, и с жадностью наблюдая за сменой эмоций на ее лице. Поначалу Кэти, как все вокруг, просто заинтересованно вертела головой, чтобы понять, что же всех так возбудило. Потом к ней наклонилась Айрин – жена Тома, и указала на экраны пальцем. Губы Кэти потрясенно округлились. Глаза расширились… И стало непонятно, то ли она расплачется прямо сейчас, то ли засмеется. Она что-то сказала. Повторила еще, и еще… И, если Мэй все правильно понял – Кэти назвала его сумасшедшим. А он, наверное, и был таким, шагая к ней через все поле… Немного спятивший от своей любви. И слова песни Джона: «Ты сумасшедшая, и я не в своем уме…» - были сейчас очень в тему. Мэйсону казалось, что эти строчки рвутся из его души, когда он, подбадриваемый свистом и дикими воплями толпы, взбирался на трибуну с противоположной стороны поля.
«Потому что я всем своим существом
Люблю все в тебе:
Люблю каждый изгиб твоего тела и каждую угловатость,
Все твои идеальные несовершенства.
Отдай мне всю себя,
И я отдам всего себя тебе.
Ты – мой конец и мое начало.
И, даже проиграв, я побеждаю,
Потому что я отдаю тебе всего себя.
А ты отдаешь мне всю себя»3
По лицу Кэти катились слезы. Они заливали все её лицо, стекали по искусанным едва не до крови губам и капали с подбородка. Мэй застыл у последней отделяющей их ступеньки. Он думал, это будет неким хулиганством с его стороны, а на деле… Черт. Он задыхался от чувств. Происходящее содрало с него кожу, оголило нервы и его обнажённое огромное от переполняющей его любви сердце. Мэйсон заготовил целую речь, но когда пришло время что-то сказать, не мог выдавить из себя ни звука.
- Дыши… - шепнула Кэти, первой протягивая руку и переплетая его пальцы со своими. Мэй кивнул. Сглотнул собравшийся в горле ком и, наконец, вспомнив, что хотел, вытянул перед собой руку, разжал кулак, в котором все это время сжимал кольцо с огромным бриллиантом.
- Знаешь, малышка… Всю жизнь, сколько я себя помню, я гонял мяч и мечтал о победах… Но если бы сейчас мне пришлось выбирать между всем этим, - Мэй кивнул в сторону поля, - и любовью к тебе… Ты знаешь, что бы я выбрал. Без тебя это все не имеет значения. Ты… дороже. Дороже всех побед… Я очень люблю тебя. Безумно. Ты… станешь моей женой?
Толпа окончательно слетелас катушек. Над стадионом поднялся рев. Кэти зажала ладонью рот, медленно кивнула и, упав ему в объятья, разревелась.
Джон1 – речь идет о Джоне Ледженде - американском певце и авторе песен. Джон является обладателем премий Грэмми, Оскар, Тони и Эмми.
Крисси2 – речь идет о Крисси Тайген – американской супермодели и телеведущей, жене Джона Ледженда.
Слова песни3 – вольный перевод композиции Джона Ледженда All of me. На эту песню снят очень красивый клип, где мы можем увидеть не только самого Джона, но и его жену.