Глава 21
После игры творилось форменное безумие. Но, несмотря на кучу дел, которые Мэйсону еще предстояли, он никак не мог оторваться от Кэти.
- Девочка моя, сладкая…
- Мэй, перестань... На нас же все смотрят! – вяло отбивалась та, целуя его в ответ с видимым удовольствием. Наплевав совершенно на то, что он еще даже в душе не был.
- Ну и пусть. Пусть все видят, как я тебя люблю.
Кэти рассмеялась, уткнувшись носом в его мокрую от пота футболку.
- Как думаешь, это все надолго затянется?
- Наверняка. Но, знаешь что? Я постараюсь отделаться от прессы побыстрей.
- После того, что ты сделал, у тебя это вряд ли получится.
Кэти закусила губу и скользнула ладонью вверх по его груди. Неприлично крупный бриллиант сверкнул на ее пальце.
- Хилл! Тренер ждет, - выглянул из гудящей раздевалки Джей Ти.
- Уже иду. Подождешь меня?
- Угу…
- Я люблю тебя, детка.
- Я люблю тебя, чемпион.
Мэйсон улыбнулся и пошел к раздевалке. Кэти осмотрелась. Чуть в стороне парочка охочих до сенсаций репортеров только и ждали, когда она останется одна, чтобы, очевидно, выпытать у неё какие-нибудь подробности. А ей не хотелось ими делиться категорически. Перехватив свой рюкзачок повыше, Кэти развернулась и зашагала прочь. Подождать Мэя она могла и в машине.
Стадион постепенно пустел. Люди расходились, но до сих пор то тут, то там слышались взрывы смеха и возбужденные голоса. Кэти натянула пониже козырек бейсболки, очень надеясь, что её не узнают, но не тут-то было. Когда она шла через проход, на неё отовсюду сыпались поздравления. Кэти смущенно улыбалась, бормотала «спасибо» и шагала дальше еще быстрей. Она решила, что подождет Мэйсона в небольшом парке, окружающем стадион.
- А вот и настоящая звезда сегодняшнего вечера, - раздался голос из темноты.
Кэти шарахнулась в сторону. На скамье, в желтом пятне света, льющегося от фонаря, сидела Триша. Выглядела она паршиво, и, если честно, Кэти совершенно не хотелось с ней говорить. Она знала, что между Тришей с Мэйсоном все давно закончено, но её напрягало то, что эта женщина никак не оставит его в покое.
- Привет, Триш… Тоже была на игре?
- Нет. Я тут с другой целью.
- Правда?
- Я приезжала поговорить с Мэйсоном.
Если Триша и ждала от Кэти какой-то реакции, она ее не получила. Та просто не знала, что на это ответить. Мэй был взрослым мужчиной и вопросы со своими бывшими он обязан был решать сам. Они вообще не должны были касаться Кэти, но почему-то коснулись…
- Я беременна. Он тебе сказал перед тем, как сделал то предложение?
- Ч-что?
Во рту Кэти вмиг пересохло. Ужас собрался в горле колючим комом, прокатился по пищеводу и камнем упал в желудок. Её затошнило.
- Вижу, нет. Все они такие – мужики. Сбегают в самый ответственный момент, а ты расхлебывай за ними дерьмо.
Неправда! Мэйсон никогда бы так не поступил. Кто угодно, но только не Мэйсон. Кэти воинственно распрямила плечи:
- Ты врешь.
- Зачем мне это?
Триша равнодушно пожала плечами, не торопясь разубеждать Кэти. И это напугало её еще сильней. Равнодушие… Так себя обычно ведут люди, которым незачем что-то доказывать. Так ведут себя люди, зная, что правда на их стороне…
- Мэй – сирота. Он никогда бы не бросил своего ребенка.
- Может быть. Но я беременна – это факт. А Хилл, узнав о том, что скоро станет счастливым папочкой, сделал предложение другой. В смысле тебе… Ну, кто бы мог подумать, что ему нравятся вчерашние школьницы?
Кэти отошла на шаг. Это не могло быть правдой. Это слишком жестоко, чтобы быть ей… Он бы ей все сказал, ведь так? Он бы не стал от неё скрывать такие важные вещи… Кэти сильней запахнула куртку. Ей казалось, что так она сможет сохранить остатки тепла, закрыть образовавшуюся в груди брешь… Мысли разбегались, страх удавкой затягивал горло. Предложение Мэйсона вознесло ее на вершину блаженства, а сейчас… сейчас она летела вниз. На самое дно отчаяния. Ей хотелось верить, что Триша врет. Но почему-то не верилось…
- Чего ты хочешь, Триша?
- Не знаю. Наверное, чтобы он разделил со мной ответственность. Решение… может быть любым, но я… не хочу брать на себя это бремя.
По спине Кэти прошелся холодок.
- О чем это ты? Ты же не думаешь об аборте?
- Господи, Кэти… Ты такая идеалистка… Как ты вообще живешь в этом мире?
Она не знала… Ей казалось, что она уже и не живет. Тело закоченело, будто у покойника, утратило чувствительность. Кэти не ощущала ни рук, ни ног. И только в области сердца болело так, словно в нем проворачивали кинжалы. В последний раз она чувствовала себя такой потерянной и несчастной, когда ей сообщили о гибели отца и брата. Оставаться здесь было невыносимо… Кэти повернулась к Трише спиной и, ничего перед собой не видя, пошла к стоянке. Вокруг шумели, смеялись люди. Ветер шелестел в кронах деревьях, и шелестела трава. Все было по-прежнему. И не было…
- Кэти, это было круто! Тебе повезло, держи крепче этого парня!
- Поздравляем, Кэти…
- Когда свадьба?
Кэти не знала, что отвечать на летящие ей в спину вопросы фанов. Она накинула капюшон и сделала вид, что не слышит их. Дорога к машине казалась ей невыносимо долгой. А дорога домой – напротив. Она думала, что сумеет взять себя в руки, но ничего не получалось. Мэйсон, очевидно, освободился и теперь обрывал ей телефон, а Кэти не могла себя заставить взять трубку.
«Я говорила с Тришей. Это правда, что она беременна от тебя?»
Вместо ответа на сообщение, телефон вновь зазвонил. Кэти сбросила. Перед глазами плыло. И было хорошо, что она успела добраться до дома, прежде чем ее вновь накрыло.
«Кэти, возьми трубку, детка. Слышишь? Я очень волнуюсь».
«Да или нет?»
«Это не имеет значения. Я даже не знаю, мой ли это ребенок. Это очень сомнительно».
«Ты с ней спал».
«Детка, просто возьми трубку, и мы поговорим. Возьми трубку, Кэти, пожалуйста!»
«Прости. Мне нужно немного времени, чтобы принять этот факт».
«Здесь нечего принимать! Между нами это ничего не меняет».
«Если она беременна твоим ребенком, это меняет многое».
«Но мы не знаем этого наверняка! А если и так? Я не потеряю тебя! Ни за что!»
«Мне нужно все обдумать».
«Где ты сейчас, малышка? Я ужасно волнуюсь!»
«Я дома. Дай мне немного времени».
Кэти стряхнула слезы и выбралась из машины. Было уже достаточно поздно, и все наверняка спали, но она все же встала на цыпочки, когда шла мимо гостиной.
- Кэти!
- Бабуля… Дедуль… А вы почему не спите? Поздно ведь…
- Как мы могли уснуть, после всего?! Господи, Кэти! Это было так красиво!
- Что именно?
- Предложение, которое тебе сделал Мэйсон! Его транслировали на всю страну, представляешь?!
Кэти сжала кулаки, так что длинные ногти пребольно впились в кожу. Кивнула. Она очень старалась не разреветься, и от этого ее дыхание сопровождалось странным свистящим звуком. Рейчел прищурилась.
- Эй, котенок, у тебя все хорошо? Где Мэй?
- Он немного занят. Ну, знаешь, как это бывает… Интервью, и все такое… Я, пожалуй, пойду к себе.
- Никуда ты не пойдешь, пока не расскажешь, что случилось! Я же вижу – ты сама не своя, правда, Дэн?!
- Он обидел тебя?
Дед Кэти, кряхтя, выбрался из глубоко кресла и грозно навис над внучкой, уперев руки в бока.
- Нет. Нет… Он… Вы же видели…
Кэти запнулась. Ей хотелось кричать от боли и несправедливости. Этот день не должен был закончиться так! Это был особенный… такой особенный день… Конечно, можно было притвориться, будто ничего не случилось, но Кэти никогда не занималась самообманом. Ей следовало подумать, как с этим быть. Как жить, как двигаться дальше… Смогут ли они сохранить отношения с Мэйсоном, если ребенок Триши действительно от него?
- Ну, что ты… Котенок, не плачь! Не плачь, милая, слышишь?
Кэти растерянно провела ладонями по щекам. Неужели она и в правду плакала?
- Я пойду к себе…
Дэн открыл было рот, чтобы возразить, но Рейчел осадила его, покачав головой. Кэти была благодарна бабушке, что та встала на её сторону. Она поднялась к себе, упала на кровать и, свернувшись комком, заплакала. Дверь открылась и закрылась следом. Свет скользнул по темному полу и так же быстро рассеялся. Кто-то сел рядом с Кэти на кровать и осторожно коснулся ее волос. По стойкому аромату духов Кэти поняла, что это была Рейчел.
- Я не хочу настаивать, Кэти, но, может быть, если ты выговоришься, тебе станет легче?
Спустя время Кэти часто будет думать о том, как бы сложились их с Мэйсоном отношения, если бы не тот ее разговор с бабушкой. Нашла бы она в себе силы его отпустить? Сумела бы поступить правильно, и… было ли это правильно в принципе? Иногда, когда тоска по Мэю становилась особенно острой, она начинала в том сомневаться. На неё так сильно давили… Рейчел с Дэном, предрассудки, чувство вины… И долбанная пресса, которая, пронюхав о ситуации, в которой они все оказались, смешала с грязью все то светлое, что между ними было… Кэти не понимала, как вообще пережила тот период. Мэйсон спасался работой, а её… ничего, абсолютно ничего не спасало.
Расставание было болезненным… А точкой в их отношениях стала новость о том, что у малышки Мэя и Триши обнаружили синдром Дауна.
- Ты же понимаешь, что… должен… обязан быть… с ней, правда?
Мэй сидел на диване в костюме от Хугго Босс и тупо пялился на носки своих дорогущих мокасин. Он примчался домой сразу из аэропорта. Сброшенный им галстук валялся на ковре, который они купили. Ветер трепал выбранные ею гардины… Кэти старалась не смотреть по сторонам – все вокруг будто вопило о том, что у них могло бы быть. Все кругом напоминало о том, чего теперь уже наверняка не будет.
- Так не должно быть. Это неправильно. Почему я должен отказываться от тебя только из-за ребенка?
- Наверное, потому, что так правильно.
- Дерьмо собачье! Дерьмо собачье это все… - Мэй вскочил. В отчаянии схватился за голову. – Я не смогу без тебя! Не смогу…
- Ты привыкнешь… Мы все рано или поздно привыкнем. – Кэти так сильно измучалась за последнее время, что у неё даже слез не осталось. Только в горле першило, а в груди жгло. – А сейчас… ты должен поступить правильно. Быть с Тришей и своей дочкой… Я… уже забрала свои вещи.
- Кэти! Нет, пожалуйста, малышка… Не делай этого с нами.
- Я не могу…
- Это все Дэн! Я знал, что так будет! Они настраивают тебя против меня… Признайся. Это они прочистили тебе мозги?!
- Что ты такое говоришь? - Кэти подошла к Мэю вплотную, зная, что это в последний раз… Дрожащими пальцами коснулась его щеки: - Здесь нет виноватых, правда… Никто не виноват.
Кому она это говорила? Ему? Себе? Кого она пыталась в этом убедить?
- Ты же любишь меня.
Его губы дрожали. А она дрожала, кажется, вся.
- Именно поэтому я и ухожу.
- Нет… Нет, Кэти! Пожалуйста, мы что-нибудь придумаем…
Кэти покачала головой и отступила. Мэйсон, как привязанный, шагнул за ней. В его больших миндалевидных глазах стояли слезы отчаяния. А еще в них бушевал гнев такой силы, что если бы в ней осталось место для каких-нибудь чувств, кроме оглушающей боли, Кэти бы испугалась.
- Это конец, Мэйсон… Прощай… Очень жаль, что так вышло. Правда…
Слезы душили. Кэти выскочила за дверь. И в тот же миг в дверное полотно что-то с силой ударило. Потом еще… и еще. С губ Кэти сорвался тоненький всхлип. Она закрыла рот ладонью, без сил прислонилась к двери. Из квартиры Мэя доносились звуки погрома. Кэти скатилась на пол, уткнулась лбом в колени и тихо-тихо заплакала.
- Эй, Кэти… Вставай…
- Кип?
- Вставай! Ну же! Здесь холодно…
- Как ты тут очутился?
- А ты думала, я оставлю тебя одну?
- Нет, но…
- Слушай, давай, мы потом поговорим, ага? Ты не передумала перебираться в Эл Эй?
Кэти шмыгнула носом и, опираясь на руку Кипа, встала со ступенек.
- Я не могу больше оставаться в этом городе, Кип… Здесь все напоминает… - она не договорила, да этого и не требовалось. Здесь все напоминало о нем… Об отце и Томи… О тех, кого она потеряла. И чтобы не сойти с ума, Кэти планировала начать все заново на новом месте.