Глава 11
Казалось, моя голова превратилась в большой полый шар, в котором перекатывались шары поменьше. Они ударялись друг о друга, подпрыгивали, безжалостно крошили черепную коробку.
Свесив руку с кровати, попыталась нащупать стакан с водой, который неизменно ставила возле изголовья. Странно, его там не оказалось. То ли разбила, то ли уже выпила. Учитывая мое вчерашнее состояние, могла совместить обе версии.
Ох, вчера!..
Кровь прилила к лицу от мысли, что я едва не залезла в трусы к Леонтию. Хотя и того, что успела сделать, хватило бы на десять томов извинений.
– Стася! – забывшись, хрипло позвала я и тут же одернула себя.
Сестренки нет, она спит в гостинице, а я изображаю приманку для убийцы. Надеюсь, вчера хотя бы дверь закрыла? Как вообще добралась, поднялась по лестнице? Ничего не помню!
Неохотно разлепила глаза. Как не хочется, но придется идти на кухню самой… И тут же резко протрезвела, в ужасе подскочила, села на постели.
Кровать не моя! И спальня тоже, ничего общего с моей конурой. И лежу я одетая… Ладно, это-то понятно: сил раздеться не хватило, но почему на вышитом васильками и колосьями ржи покрывале?
Обои в синюю полоску, пузатый резной шкаф, кровать шире моей раза в два, со столбиками. К такой так и просится балдахин. Судя по столбикам, он действительно когда-то имелся, но потом от него избавились.
Нахмурившись, аккуратно приподняла покрывало. Льняные простыни! Обычные, без вышивки, но она и не требовалась. Лен – это статус, дороже только атлас. Оба мне не по карману. Выходит, меня похитил некий богатый любитель старины.
Пошатываясь, придерживаясь за высокое изголовье кровати, встала и направилась к окну. Решительно дернув за шнур тяжелых портьер, зажмурилась от непривычно яркого света… и окончательно перестала что-либо понимать.
Внизу садик, напротив точно такие же каменные стены, сбоку башня…
Осознание нахлынуло приливной волной, едва не опрокинув на спину. Я в Академии магии и чародейских наук! Более того, в спальне Леонтия.
Покусывая губы, ощупала себя. Не то чтобы я опасалась… Да и не было ничего, если бы он хотел, все бы в парке случилось.
– Проблема в том, что этого хотела ты, – пробормотала вслух и, опершись пятой точкой о подоконник, крепко задумалась.
Собственно, варианта всего два: сбежать или дождаться хозяина. Чувства советовали первое, но разум настаивал на втором. Уже достаточно поздно, чтобы незамеченной выбраться из квартиры некроманта. Так и так нам припишут любовную связь, начнут судачить. То есть ни его, ни свою репутацию я не спасу. Лучше уж побороть стыд и объясниться. А еще – осмотреться. Тут во мне заговорил репортер. Разумеется, никакую статью я писать не стану, просто когда еще представится случай проникнуть в святая святых.
Но сначала вода. Без нее я, как растение, засохну.
Пожалуйста, Триединая, смилуйся, не заставляй идти в столовую!
Богиня послала целый графин. Я обнаружила его… на кухне. Подумать только, прежде я полагала, что в преподавательских квартирах ее нет. Правда, на этой давно никто не готовил, так, делали какие-то мази. Педантично подписанные, они хранились в ледовом шкафу вместе с кучей странных вещей. Трогать их по известным причинам не стала, открыла дверцу и сразу закрыла.
Ну вот, мне уже лучше.
Приложив к голове опорожненный наполовину графин, отправилась в путешествие по квартире. Она оказалась пятикомнатной – настоящие хоромы. Попасть, правда, удалось только в гостиную и спальню, остальные двери Леонтий предусмотрительно запер. При желании могла бы открыть, но желания не было.
– А еще говорят, у преподавателей жалованье маленькое!
– Полторы тысячи в месяц.
Икнув, едва не выпустила графин из рук.
– Лучше поставьте! – посоветовал Леонтий и забрал у меня опасный предмет.
– Простите.
Если бы могла, стала бы очередной полоской на обоях. Или пятым яблоком на натюрморте в гостиной. Но, увы, трансформацией я не владела, пришлось встретиться со своими страхами лицом к лицу.
– Вечно я с вами как нашкодившая абитуриентка! – попыталась пошутить, чтобы немного сгладить неловкую ситуацию.
Помнит или нет? Конечно, помнит, это же ты, а не Леонтий вчера хлебнула лишнего. И ведь казалось, знаю меру…
Некромант не ответил, отнес графин обратно на кухню и вернулся с мокрым полотенцем.
– Спасибо, уже не надо, – вежливо отказалась.
А в голове крутилось: как я выгляжу? Наверное, очень плохо. Растрепанная, помятая, порочная, с запахом перегара. На месте Леонтия я бы себя из окна выбросила.
– Ванную уже нашли?
– Разве она мне поможет?
Только топор, Бася, только радикальные средства.
– Определенно! У вас косметика по лицу размазалась.
То есть вдобавок ко всему я испортила ему покрывало. Замечательно!
– Я… Я все возмещу!
Кожа стремительно становилась цвета мака. Чувствовала, как кровь отливает от сердца и наполняет сосуды.
– Не нужно. Это покрывало Элжбеты, давно пора выбросить.
Леонтий сгреб его с кровати и кинул на пол.
– Элжбета – моя бывшая жена.
– Я знаю.
Между нами повисло неуклюжее молчание. Я изучала пол, взгляд Леонтия буравил мой затылок.
– Квартиру обставляла тоже она, – зачем-то добавил он.
– Понимаю…
Что за дурацкое «понимаю», не могла промолчать! Но раз уж начала…
– Вы до сих пор ее любите?
Если он сейчас меня из окошка не выбросит, то он святой!
Леонтий задумался. Искоса наблюдала за ним, терпеливо ждала.
Взгляд некроманта обежал комнату, остановился на кровати.
– Нет.
– Врете!
Стеснение куда-то делось, его место заняло непонятное, новое чувство. Если прежде мне хотелось сбежать, то теперь, наоборот, прижать Леонтия к стенке, заставить его признаться. Было в этом что-то ненормальное, потому что его любовь к этой женщине причинила бы мне боль.
Наверное, мне стоило вчера напиться, ради себя самой. Чтобы понять: стоявший рядом мужчина с некоторых пор стал для меня чем-то большим, нежели объектом очередной статьи.
– Нет, не лгу.
Покачав головой, Леонтий грустно улыбнулся и опустился на край кровати.
– Сядьте, госпожа.
Глупо хихикнула:
– Какой прогресс – вы зовете меня в постель!
Пошлая, неуместная шутка.
Слова наждачной бумагой раздирали горло, и я выпустила их наружу. Нужно сказать первой, не позволить ему отчитать меня и отправить за ворота. Другого шанса не будет. Только вот сказать это в лицо Леонтию не могла, поэтому отошла к окну и исповедовалась его отражению.
Начала издалека:
– Вы, наверное, считаете меня шлюхой?
– Нет.
Покачала головой:
– Опять врете! Вы именно так вчера и подумали.
– Насколько мне помнится, вы обладаете слабым даром светлой ведьмы, но никак не менталиста.
Сжала кулаки, набираясь смелости.
– Хватит паясничать, господин Грир! Вы подумали именно то, что я сказала. И мне… Мне хотелось бы извиниться за свое поведение. Я не думала и никогда… Вы не поверите, но обычно я не напиваюсь и не насилую мужчин, не занимаюсь с ними публичным сексом. Диана, ее образ – плод совместной фантазии, моей и главного редактора. Развязная девица, готовая на все и всегда. Но я не такая! Да, я не замужем, моя личная жизнь сумбурна и бесполезна, но я не шлюха и никогда, никогда, слышите, не полезла бы в штаны к полузнакомому мужчине. Знакомому тоже.
Последнюю фразу произнесла уже шепотом и, уткнувшись в согнутый локоть, разрыдалась.
Прекрати, Бася, только пьяных слез не хватало! Но я, шмыгая носом, исторгала влагу из глаз.
Репортер – и не смогла ничего толком объяснить! Проблема в том, что я сама до конца ничего не понимала.
Хочу домой! Пусть меня там поджидает дюжина убийц с Дереком во главе, все лучше, чем здесь.
Отныне Леонтий меня презирает. Все, чего я добилась, пошло прахом.
– А ну-ка утрем слезы!
Леонтий обнял меня и, словно маленькому ребенку, вытер платком лицо.
Дернув плечом, попыталась вырваться.
– Я не пьяная, я…
– Я понял.
Он еще крепче прижал меня к себе, убаюкивая, и, странное дело, я успокоилась.
Его сердце билось ровно, мерное дыхание поднимало и опускало грудь – действительно не сердился.
– Вы мне нравитесь, – озвучила то, в чем совсем недавно призналась самой себе.
Леонтий молчал, вновь до упора заведя пружину в моем желудке.
Что тут сложного: дать надежду или послать в Бездну?
– Я от вас никаких обязательств не требую.
Может, его это пугает: помолвка, свадьба, совместные дети? Так я женщина удобная, когда надо, появляюсь, когда надо, исчезаю, сама себя содержу.
– Дело не в этом, – наконец ответил Леонтий. – И про «нравитесь» я еще вчера догадался.
– Понятно, я не в вашем вкусе.
Когда в очередной раз попыталась высвободиться, некромант не стал меня удерживать, и я благополучно увеличила расстояние между нами.
– Все гораздо сложнее, Божена, – глядя в сторону, вздохнул некромант.
– Так не усложняйте! Я вам открылась, наплевала на девичью гордость, фактически отдалась…
– Я был женат.
Он провел рукой по синей полоске на обоях и, мотнув головой, отошел к шкафу.
– И?
Теперь во мне копилось раздражение. Терпеть не могу мямлей!
– Я очень любил жену, это вам известно, как и то, как она со мной поступила. Простите, нет, у меня нет ни малейшего желания пробовать снова. Однажды я поверил… Не желаю проходить через это вновь!
Леонтий вновь тряхнул головой, отгоняя призраки прошлого.
– Отвечу вам откровенностью на откровенность. – Его взгляд обжег, жесткий, стальной, напомнил: привычная мягкость всего лишь ширма. – Свободные отношения меня не интересуют. Можете смеяться, но я из тех мужчин, которые признают только брак, одну женщину на всю жизнь. Уже в этом пункте мы расходимся.
– Вас бы познакомить с моей мамой!
Нервно провела ладонью по шее, гулко сглотнула.
Кажется, кровь прилила к голове. А, плевать!
– Она вцепилась бы зубами в мужчину, готового на мне жениться.
– А кто вам сказал, – прищурился Леонтий, – что я планировал на вас жениться? Я всего лишь обозначил свои принципы.
Мрачно подытожила:
– То есть дело все-таки во мне?
– Нет, во мне. Элжбета преподнесла мне жестокий урок, нового мне не требуется. Так что не беспокойтесь, я больше не женюсь. Не позволю ни одной женщине издеваться над собой.
– Но я вовсе не собиралась издеваться!
Шагнула к нему и натолкнулась на выставленную ладонь.
– Не позволяйте вашим чувствам перерасти в любовь, вот что я вам скажу. Вы симпатичная, умная женщина, Божена, займитесь лучше работой. Новая квартира требует больших трат. А мужчины… Мужчины, Божена, поверьте, не стоят того, чтобы из-за них терзаться.
– Угу.
Сердце сжалось до размеров горошины, напоминало оголенный нерв.
Обычно меня не отвергали. Обычно… Мы бы не разговаривали, а давно кувыркались в постели. Потом бы я взглянула на часы, выставила любовника вон и отправилась завтракать, даже чаем бы не напоила.
– Ну не надо так!
Голос Леонтия потеплел, он явно чувствовал вину.
– Поднимите из архива выпуски «Меробейтского вестника» трехлетней давности, почитайте обо мне гадости, сразу полегчает. Я не принц, Божена.
– Так и я не принцесса.
Некоторое время мы молча стояли друг против друга, потом Леонтий встрепенулся и показал мне ванную.
– Умойтесь, приведите себя в порядок. После расскажете, за кого вы меня приняли, кто хотел вас убить. Обещаю внимательно выслушать, не так, как в прошлый раз. И снова накормить завтраком.
– Так станут шептать, что мы любовники.
– А, – отмахнулся Леонтий, – после слухов о растлении и убийствах юных девиц это сущие пустяки! Странно, конечно, что вы не в курсе.
Призналась в страшном:
– Я не читаю «Меробейтский вестник». Только иногда свою колонку, глянуть, какие правки внесли. Вестник – такая помойка!
И молитвенно сложила руки.
– Только главному редактору не говорите!
Леонтий широко улыбнулся и подмигнул.
– Обещаю.
* * *
– Да, я разделяю ваши подозрения, ритуал и нападение взаимосвязаны.
Леонтий умудрялся говорить, жевать и думать одновременно. Сегодня он был более расслаблен, нежели во время нашего первого совместного завтрака, зато я ерзала как на иголках. Казалось, весь преподавательский состав академии смотрит на меня. Еще бы, мой внешний вид почти не оставлял места для сомнений: у Леонтия завелась подружка.
– Что-то я не голодна!
Отодвинув тарелку, встала.
– Может, мне подождать на улице? Ну, если вы не очень спешите.
– На улице будет еще хуже. Нас уже практически поженили, примите как данность.
– И вы?..
– Что – я? Я не собираюсь ни подтверждать, ни опровергать нашу связь. Со временем сплетники устанут и забудут. Меня предположение о наличии любовницы не оскорбляет, вас – тем более, так что ешьте спокойно.
Спокойно! Не у всех же нервы некроманта.
Втянув голову в плечи, села и продолжила ковыряться в тарелке.
Странный он, Леонтий, совсем не похож на мужчин, с которыми мне прежде доводилось иметь дело. Они условно делились на два типа: ловеласы и волки-одиночки. Этот же где-то посредине. Вежлив, заботлив, согласен, чтобы вокруг судачили о нашей мнимой связи, – и не желает удовольствия без последствий. Семью ему подавай, любовь, но и ее он боится. Неужели после той студенточки таки ни с кем? Посмеялась над собственным предположением. Откуда, думаешь, он возвращался? Явно не из гостей, иначе бы оделся нарядно. Удовлетворял свои потребности там, где любовь не требуется.
– Помнится, вы собирались уехать. Еще не передумали?
– Нет. – Я таки отправила в рот кусок омлета. – Собираюсь вывести лорда Эснака на чистую воду. Я все еще полна решимости покарать убийцу последнего морского дракона. Или предпоследнего – не знаю, какой он там был по счету.
Леонтий нахмурился и перестал жевать.
– Это опасно!
Отмахнулась:
– Не более, чем моя привычная работа. Вы сами обошлись со мной невежливо, другие и вовсе в средствах не стеснялись, могу след от ожога показать.
Леонтий хрюкнул и покосился на навостривших уши подчиненных.
– Лучше не надо! Иначе нам придется предаться разврату прямо на столе, чего бы мне не хотелось – кофе сегодня отменный.
– Для вас я готова оголиться без последствий.
– А остальных куда девать? – Некромант обвел рукой столовую. – Так что поверю вам на слово и дам совет: не злите дракона, особенно на его территории.
– Поздно – я уже обещала редактору парочку разоблачающих материалов.
– Тогда хотя бы покажите их мне перед тем, как отправить. Я уже четвертый год работаю под началом лорда Дарела, неплохо изучил драконьи повадки, могу предугадать реакцию почти на каждое слово.
– И куда же мне слать письма? В академию, до востребования?
– Почему же, я дам вам адрес. Пишите обо всем подозрительном, важном и не важном. Совет некроманта всегда пригодится.
– А просто так писать можно?
Непременно откажет! Сказал же: не нужна ты мне, Божена, со своей глупой зарождающейся страстью.
– Даже нужно. Вы там одна, среди драконов, хотя бы письменно с человеком пообщаетесь.
Наморщив переносицу, он почесал подбородок.
– Где находится ваш замок? Случайно, не рядом с Увертом? В конце октября меня и еще нескольких магов пригласили туда для обмена опытом, уверен, я бы выкроил денек для поездки к вам, а то натворите дел!
– Пока не выясняла, но обязательно напишу.
Как бы мне хотелось, чтобы замок Эдвина примыкал к Уверту, но, сдается, он на другом конце мироздания. Так что не надейся, Бася, утешайся письмами. Опять же, разлука пойдет вам на пользу, перестанешь вздыхать по некроманту-недотроге.
Вот зачем подумала – в памяти всплыл вчерашний вечер, его мускулистый живот под моими руками.
Торопливо заглотила горячий кофе, чтобы с помощью боли избавиться от навязчивого желания коснуться Леонтия под столом. Разумеется, обожгла язык, зато спасла отношения. Только вот лицо сильно перекосило, да так, что Леонтий заметил.
– С вами все в порядке? – Он подозрительно покосился на меня.
– Нет.
Порядок навсегда ушел из моей жизни. По большому счету, он в нее и не приходил, вечный хаос. Оставалось надеяться, в горах я обрету гармонию. Говорят же, что природа успокаивает нервы, позволяет постичь внутреннее «я». Как с постижением не знаю, а вот привести мысли в порядок точно не помешает. И пару статеек из жизни драконов накропать перед серьезным разговором с Юбером. Тут я решила бесповоротно: надоело! Либо Диана испарится, а Божена займется светскими новостями, либо делаю ручкой.
– Голова?
Леонтий полагал, дело в похмелье.
– Так… – Он обвел взглядом столовую и удовлетворенно кивнул. – Натэлла на месте. Подождите минутку, я попрошу, она вам чай сделает.
– Какой чай? Не надо чай! – запаниковала я, когда Леонтий поднялся с явственным намерением обратиться за помощью к коллеге. – Я прекрасно себя чувствую!
Хуже нет, когда тебя считают тем, кем ты не являешься. Да и не люблю я сплетни, шепотки. То есть собирать люблю, даже обожаю, но только по работе. А когда шепчутся о тебе… Вот что я скажу той Натэлле? Совру, так Леонтию не понравится, устроит разнос за то, что опять его порочу. Скажу правду, мол, ничего не было, опять плохо, снова урон репутации некроманта. Нормальный мужчина приносит на руках женщину в спальню с определенной целью.
Бегло оценив мой внешний вид, Леонтий покачал головой.
– Сомневаюсь! Не так давно вы обнимались с графином, теперь давитесь кофе, почти ничего не съели. Не надо стесняться, со всеми случается. Натэлла – светлая ведьма, она все равно постоянно в преподавательской что-то варит, ей только в радость.
И он быстрым шагом направился навстречу своей погибели.
Я пыталась. Честно.
Тяжко вздохнула.
Из двух зол выбирают меньшее. Скажу, что мы переспали и мне очень понравилось. Ну прямо ах как! Только без подробностей. Мне бы ведь действительно понравилось, если бы у нас зашло дальше пары поцелуев.
Леонтий поздоровался с несколькими дамами, уже заканчивавшими трапезничать. Судя по тому, как дружно они обернулись, отложили приборы, не равные, подчиненные.
Могла бы догадаться, совсем алкоголь и страсть мозги затуманили! Леонтий – декан темного факультета, все ведьмы и демонологи под его началом.
После короткой беседы одна из женщин поднялась и в сопровождении некроманта направилась ко мне. Вот зачем?! Я совершенно здорова. Может, на голову больна, но это не считается.
– Очень слабенькая, неинициированная, но с потенциалом. В кои-то веки не темная. Леонтий, вы приятно удивляете, поздравляю!
Остановившись против меня, ведьма прищурилась, сложила руки на груди. Я ответила тем же.
Светлая ведьма разительно отличалась от темной. Эта была не молода, такой позволительно называть декана по имени. Одета в коричневое шерстяное платье с белым отложным воротничком, на плечи накинута зеленая шаль. Занятное сочетание вышло, земли и травы. Слегка тронутые сединой русые волосы заплетены в косы и уложены на затылке. Зато взгляд живой, цепкий. Эта Натэлла не успокоится, пока не вытрясет всю душу.
– С чем именно вы меня поздравляете?
Леонтий снова сел, потянулся к вилке.
– С вашего позволения, я продолжу. Голодный декан на планерке – к беде.
Он улыбнулся, явно думая о своем, и активно заработал челюстями. Если Натэлла надеялась разжиться пикантной сплетней, то она просчиталась. Правда, оставалась я, но ведьма намек поняла, лишних вопросов задавать не стала.
Стойко выдержала короткий осмотр, завершившийся просьбой показать язык.
– Ничего особенного, само пройдет. А вот нервишки подлечить нужно, совсем расшатаны. Я дам вашей знакомой немного эликсира по своему рецепту, на двенадцати травах. Вам?..
Леонтий вежливо отказался:
– Но можете сварить чай с корицей. В такую промозглую погоду только его и пить. Я зайду в преподавательскую перед первой лекцией. Орланда?.. Что-то я ее не вижу.
– Проспала, наверное.
– Или до сих пор обижена на меня.
А вот не стоило вспоминать ее истерики при посторонних.
– Чай с мятой и мелиссой, – вынесла лечение Натэлла. – И все пройдет. Она молодая, взрывная. Вы ведь знаете, темные…
– Насколько мне помнится, до одиннадцати вы свободны, – Леонтий явно не желал продолжать разговор.
– Совершенно верно.
– Тогда, если вас не затруднит, проводите госпожу до дома.
Прекрасно, он открыто от меня отделался. Мог бы просто попросить уйти, не выставлять болезной. Я под кустом прятаться не собираюсь, у меня дел по горло: Станислава, лорд Эснак, заявление в полицию, покупка билета.
– Не надо эликсира, Натэлла. – У меня тоже есть гордость. – И провожать меня не надо. На улице светло, вряд ли меня попытаются зарезать. Спасибо за участие, господин Грир. Обещаю вас больше не тревожить.
Плевать, как это выглядело со стороны, мне хотелось скорее забыться в круговерти дел. Однако Леонтия мой вариант развития событий не устроил.
– Двойную дозу эликсира, Натэлла. Принесите прямо сейчас, пожалуйста.
Спровадив ведьму, он смотрел на меня как на нашкодившего котенка.
– Ну и что это сейчас было?
Не хватало только постукивавшей по столу линейки.
– Ничего. Ничего не было и не будет.
Нарочито мечтательно уставилась на ректора. А он ничего, хоть и женат, я бы с таким замутила. Орланды рядом нет, подойду, немного пококетничаю…
– Глупо!
– Что?
Я не удостоила Леонтия взглядом.
– Ваши попытки вызвать мою ревность. И ваше желание сбежать.
– Но вы же бегаете от женщин, почему мне нельзя? Двойные стандарты?
– Я не бегаю, я… Кости предков, – взорвался Леонтий, – не желаю вам ничего объяснять! Ступайте куда хотите, делайте что хотите, лишь бы мое имя рядом не фигурировало.
– Даже не надейтесь, с вас одной колонки достаточно. А вот про лорда Дарела я бы целый цикл сочинила, материал вышел бы просто огонь!
Леонтий шумно выдохнул через нос и неожиданно согласился:
– Обязательно напишите, это в духе вашей Дианы. Только как бы потом не пришлось соскребать вас с пола!
– Я драконов не боюсь, у меня опыт.
– А с темными ведьмами у вас тоже опыт? Орланда только с виду милая, проклянет и наказания не побоится. Так что станете писать, обойдитесь без постельной темы.
Язык чесался от желания парировать чем-то едким, но достойного ответа я не придумала. Оставалось только дуться.
– Вот, держите!
Пока я мысленно честила некроманта, он успел набросать на салфетке два адреса. Тоже постоянно носит с собой самопишущее перо, знакомо.
– Верхний адрес – мой меробейтский. Нижний – увертской академии. Пометите, что для меня, передадут. Или вы из упрямства прямо сейчас выбросите?
Салфетку бережно убрала, эликсир тоже выпила. Пусть некоторые не думают, я профессионал. Тараканы в голове Леонтия мне ни капельки не интересны, а вот знаниями охотно воспользуюсь.
– Амулет пока не готов, но я успею доделать до вашего отъезда.
– Что вы, не утруждайтесь…
– Только я решаю, утруждаться мне или нет, – неожиданно резко ответил Леонтий и, словно испугавшись своей несдержанности, сгладил слова улыбкой: – Доброго вам дня!