Глава 10
– Право, не стоило так рисковать своей репутацией, господин Грир! – кокетливо прощебетала я.
На самом деле порадовалась, что Леонтий временно оставил в прошлом наши разногласия и проводил меня почти до самого дома.
Давно стемнело. В октябре ночи уже черны, кажется, будто вокруг разлита Бездна. Если бы не влажные пятна фонарей в лужах, стало бы и вовсе жутко. Хуже только в ноябре, когда, казалось, все обитатели иных миров отправляются к нам в гости долгими, беспросветными ночами.
Старый город – это не только красота, но и тупики, кривые улочки, где легко затаиться преступнику. Тут достаточно укромных уголков, стоит только шагнуть чуть в сторону от оживленных центральных улиц. И далеко не всегда горят фонари, к примеру, сегодня опять разбили фонарь на перекрестке с Аптекарской, неизвестно, когда новые стекла вставят.
– Не за что! Это банальная вежливость.
– Может, тогда, тоже из вежливости, подниметесь ко мне на чашечку чая?
Мы стояли возле магазинчика Фрэнки, в паре домов от моего. С одной стороны – спящая улочка, с другой стороны – тоже, изгибается буквой «г».
В воздухе витал запах сырости, подгнившей листвы, жженого кофе и… жареной картошки. А что, сейчас самое время для ужина. Очевидно, та же мысль пришла в голову Леонтия, и он усмехнулся:
– Скупая же вы хозяйка!
Чтобы тут же нахмуриться:
– Или это намек? Так вот, подобного рода отношения мне не нужны.
Солгал, разумеется. Здоровый мужчина женщинами интересуется. Только вот какими?
– Каков ваш идеал, господин Грир? Полненькая блондинка, худощавая брюнетка? Юная прелестница с пикантной родинкой?
– Вы опять? – Он закатил глаза. – Кажется, я уже отвечал на подобный вопрос.
– И солгали. Так как?
– Умная женщина, которая не мелет всякую чушь.
Словесная пощечина удалась, задушила мое игривое настроение на корню.
– Поняла. Спасибо.
Сделала шаг по направлению к дому и обернулась.
– Теперь все кончено? Он не вернется?
Хотелось спросить безмятежно, как о безделице, но каждое мое слово пропиталось страхом.
Не желаю больше видеть Дерека во сне. Не желаю, чтобы меня хватали то ли люди, то ли скелеты, угрожали, пугали страшными глазами.
– Скорее всего.
Хреновый ответ для некроманта!
Возмущенно выдохнув через нос, развернулась, чуть ли не вцепилась в воротник пальто Леонтия.
– Тогда зачем вы потащили меня на то кладбище, измазали в грязи, резали руку? Ради «скорее всего»?
Ноги дрожали от напряжения. Стиснув пальцы, из последних сил боролась с желанием потрясти его словно грушу.
– Я сделал все что мог, такой ответ вас устроит?
– Нет.
– Я не Триединая, госпожа Грыльчик, вдобавок вводных у меня с гулькин нос. Вот если бы вы позволили с помощью ментальной практики…
– Нет!
Испугавшись, что Леонтий прямо сейчас попытается залезть в мою голову, отскочила.
– Это… У вас лицензия есть?
Можете считать меня глупой девочкой, но ни за что не пустила бы в свою голову мужчину. Нечего сильному полу видеть мои маленькие секретики, знать, о чем я думаю, чем живу. Выяснить, как я к ним отношусь, наконец. А фантазии? Только представьте, что будет, если совершенно посторонний человек начнет копаться в ваших фантазиях? И не посторонний тоже. Одно дело – признаться подружке, что во сне занималась любовью с соседом, и совсем другое – тому самому соседу. Стыда не оберешься, даже переезд не спасет. Словом, нет, нет и нет!
– Я понял. Остается только амулет. Раз обещал, получите. Совершенно бесплатно.
– Почему?
Прохладный ветерок остудил мои разгоряченные щеки.
– Я могу заплатить, господин Грир, единственное, уже после возвращения в Меробейт.
– Как, вы уезжаете? – В его голосе мелькнула легкая заинтересованность, сдобренная капелькой сожаления. – По работе, я полагаю?
– Разве я не говорила? Мне казалось… Не совсем по работе, точнее, совсем не по работе. Я еду в Тирнан, составлять хронику семейства Алариев-Гавелов. Слышали о таких?
Напряглась в ожидании ответа, даже на мысочки привстала.
Из-за Дерека я думать забыла о давнем убийстве, а тут оно вновь всплыло в памяти.
– Морской дракон… – прошептала между частыми биениями сердца. – Вот тебе и «А. Г»!
– Что, простите?
– Ничего.
Спохватившись, нацепила на лицо беззаботную улыбку и опустилась на пятки.
– Так что там с Алариями? Меня пригласил лорд Эснак.
– Полагаю, вам лучше навести справки через лорда Дарела. Если не забуду, спрошу – все равно отдавать вам амулет. Вы когда уезжаете?
– Пока не знаю, еще не обсуждали точную дату.
– Оставьте записку у привратника. Да, – он впечатал меня взглядом в стену, – я не хочу, чтобы вы снова ошивались в академии, зайду сам.
Обиженно засопела:
– Да не собираю я компромат!
– И все же лучше так. Доброго вечера, госпожа Грыльчик!
И Леонтий затерялся в темноте холодной влажной ночи. Проводив его взглядом, немного постояла, думая обо всем и ни о чем, и быстрым шагом направилась к дому.
– Бася!
От арки отделилась темная фигура. От неожиданности подпрыгнула на месте, но потом признала в ней Станиславу. Одного взгляда хватило, чтобы понять: случилось что-то серьезное. Бледна как смерть, даже кромешная мгла такого не скроет. И дрожит.
– Что ты тут делаешь? Почему не в тепле?
Ухватив ее за плечи, через силу, сестренка отчего-то упиралась, затолкнула Стасю в парадную.
– Нет, нет, только не туда! – стуча зубами, как полоумная, повторяла она и все порывалась выскочить за дверь.
– Да что случилось-то, кто тебя так напугал?
Прижав сестренку к облицованной плиткой стенке, бегло осмотрела. Ни синяков, ни кровоподтеков – худшие предположения о насилии не сбылись, но Стася жутко напугана.
Как же мерзко трещит лампа под потолком! Прежде никогда не обращала на это внимания, равно как на то, что светит она тускло, мигает.
– Он.
Зрачки Стаси неестественно расширились. Тяжело дыша, она сползла вниз по холодной стене. Пришлось следом за ней опуститься за корточки, взять ее за руку.
– Кто?
Старалась говорить как можно тише и мягче, чтобы не спровоцировать истерику.
– Не знаю.
Она глубоко вздохнула, постепенно приходя в себя. Вот и ноги дрожать перестали, рот больше не кривится.
– Я… я спокойно ждала тебя, репетировала. Потом надумала сходить в лавку за продуктами, а то у тебя шаром покати. Вышла на лестницу и… Он напал сзади и едва не свернул шею! Чудом вырвалась, побежала – он следом. В руке нож! Он вот настолечко промахнулся. – Стася сложила пальцы так, что между ними едва проходила спичка. – На стене наверняка след остался.
– На какой стене? Кто «он»? Почему ты не вернулась в квартиру, не позвала на помощь, наконец?
Замотала головой, силясь упорядочить сбивчивый рассказ сестренки.
– Тебя бы на мое место! – обиделась Стася. – Посмотрела бы, как бы ты кричала! В квартиру не могла вернуться, потому что он дорогу заступил. А нож в меня метнул, когда понял: не догонит. Там удобно, лестница изгибается, ты как на ладони.
Молчала, переваривая услышанное.
Полутемная, до боли знакомая лестница справа отныне казалась порталом в Бездну.
Напряженно прислушивалась, вздрагивая от каждого шороха. Вдруг преступник еще здесь? Проверять не хотелось.
Неуверенно покосилась на входную дверь, закусила губу. Не вернуть ли Леонтия? Он маг, вдобавок мужчина. Я успею, если прямо сейчас побегу… Нет, сама справлюсь, не маленькая.
– Как он выглядел? Ты что-нибудь запомнила?
Стася кивнула.
– Волосы. Длинные светлые волосы. Я тогда подумала: мужчина – и такие патлы. А еще он высокий, тощий, одет несуразно, как актер.
Иголочки страха пробежали по позвоночнику. Светлые волосы, странная одежда… Нет, нет и нет, просто совпадение, не мог мой знакомый из Публичной библиотеки наведаться сюда. Или мог?
– Когда это примерно произошло?
– Часов в пять, может, немного позже.
То есть в момент проведения ритуала. Часов я не брала, у Леонтия время тоже не спрашивала, но по моим прикидкам мы добрались до кладбища около пяти: солнце еще не село. Тогда все сходится, нападение – отчаянная агония, месть потерявшего надежду на воскрешение Дерека. Только почему напали на Стасю? Разве только… Ну конечно, она вышла из моей квартиры, где, по документам, проживаю только я. Приспешник Дерека не стал разбираться, девица и девица.
– Знаешь, – обняла Стасю за плечи и указала на лестницу, – мне тоже туда не хочется. Может, выпьем? По дороге зайдем в редакцию. У меня знакомых много, пусть ребята все проверят, пока мы с тобой приводим в порядок нервишки. Вернемся, а на лестнице уже безопасно. Как, Стася?
– Согласна. Недаром я еще к полудню хотела напиться. Сейчас и подавно, забыть этот кошмарный день.
* * *
Я частенько умудрялась совмещать приятное с полезным. Раз все равно иду в редакцию, загляну к Юберу, оформлю отпуск за свой счет. Он наверняка на месте, не успел подписать очередной номер в печать.
По улицам передвигались словно шпионы – перебежками, с опаской посматривая по сторонам. Каждый блик казался лезвием ножа, каждый шорох – дыханием убийцы.
– Бася, кто это? Во что ты вляпалась? – во время одной из остановок шепотом спросила Стася.
Между строк читалось: «Лучше бы я вышла замуж за Марека!»
– Понятия не имею. – Чистая правда. – Может, кто-то из героев моих статей остался недоволен? Мужчины крайне обидчивы!
Попыталась перевести все в шутку, хотя самой было не до смеха.
И Станислава, где мне ее теперь оставить?
– Послушай, а с тем парнем, ну, от которого ты едва не забеременела, у тебя все?
– Не беспокойся, – Стася верно уловила мою мысль, – я о себе позабочусь, не пропаду. Меня ты волнуешь.
Под долгим испытующим взглядом сестренки едва не выложила все про Дерека, но в последний момент передумала. Хочешь ее защитить – молчи. Лучше загляни в отделение, напиши заявление. Сомневаюсь, что полиция занимается мертвыми преступниками, но вдруг тот тип из плоти и крови?
Эх, опять мне к Леонтию! Не успели попрощаться, как мечтаю о новой встрече. И если бы романтической!..
– С меня большая статья и разворот сразу в двух номерах.
– Что, прости?
Оказалось, я сказала это вслух. Нервы!
– Ничего. Давай! – подтолкнула Стасю в спину. – Нам на ту сторону, уже недалеко.
Как и предполагала, «Меробейтский вестник» не спал. Мы, как стражи порядка, всегда на посту. То здесь, то там сияли прямоугольники окон. Над тротуаром клубился сигаретный дым – неизменный спутник журналиста.
– Ого, сама Диана без охраны, зато с хорошенькой спутницей!
На лестнице мне повстречался Тэд с улыбкой в тридцать два зуба. При других обстоятельствах осталась бы поболтать, возможно, за бокалом вина, с продолжением в виде «кофе в постель». Но сегодня, увы, Тэду досталось лишь скупое:
– Юбер у себя?
– Что-то ты не в духе!
Тэд на вопрос не ответил. Заложил большие пальцы за ремень брюк и усилил напор чар. Что характерно, играл на два фронта, пытаясь заодно обворожить Стасю. Такие зря времени не теряют, у них в каждом порту по дюжине любовниц.
Сделала глубокий вдох и тихо, пока не сорвалась, попросила:
– Отвали!
– Раздумаешь, я в типографии, можем пошалить.
Послав мне сальный взгляд, приправленный воздушным поцелуем, Тэд соизволил убраться с моего пути. Такими темпами – и из моей жизни. Любовник он средний, собеседник и вовсе никакой. Да и не до мужиков мне теперь.
– Стареешь! – проводив Тэда взглядом, припечатала Стася. – Уже по углам с плешивыми обжимаешься.
Оттаяла сестренка, отошла от страха. Это хорошо, значит, спокойно посидит в одиночестве, пока я утрясаю вопрос отпуска.
Само собой, моя идея сорваться с места, оставив газету без острого язычка Дианы, Юберу не понравилась.
– Нет, нет и нет!
Раскрасневшись, он расхаживал по кабинету, умудряясь одновременно говорить, курить и попивать подозрительную жидкость из толстого широкого стакана.
– Так дела не делаются! Я не для того плачу вам жалованье, чтобы вы отдыхали. Приготовьте материал для колонки на месяц вперед, тогда катитесь на все четыре стороны.
– А я как раз за новым материалом еду.
Идея пришла в голову внезапно. Почти готовое интервью с лордом Эснаком у меня имеется, не в духе Дианы, но сойдет. Можно подкинуть его Юберу, соврать, будто я готовлю целую серию материалов о Крылатых лордах.
– Так? – мгновенно оживился Юбер, даже ходить перестал.
– Драконы.
Сделала театральную паузу, наблюдая за реакцией собеседника. Он заглотил крючок, кивнул:
– Продолжайте!
– Мне удалось пообщаться с одним Крылатым лордом, втереться к нему в доверие. Лорд Эдвин Эснак, если вам о чем-то говорит это имя. Он согласился дать нашей газете интервью. Мы его опубликуем. Никаких горячих фактов, все чинно и благородно. Но…
– Но? – эхом повторил за мной Юбер.
Глаза его влажно блестели, кадык чуть подрагивал под расстегнутым воротником рубашки.
– Но это только начало. Под видом гостьи я проберусь в замок милорда и вытащу на свет его тайны. Если повезет, то и остальных членов семьи, соседей, друзей. Представляете, как взлетят продажи? Читатели обожают драконов! Целая серия статей – и всего-то оплаченная командировка.
Сама себе удивлялась – так ловко раскрутить Юбера на деньги! Не сомневалась, он поворчит, но выделит. Чисто символическую сумму, но все же. Вдобавок у меня сохранится жалованье. С учетом бесплатного проживания и билетов на поезд сказочная выйдет поездка.
– Даже не знаю…
Юбер хмурил брови, делал вид, что пока не принял решения, но бегающие глаза выдавали его с головой.
– Вы действительно с ним договорились, это не липа?
– Вот!
С гордостью выложила на стол визитку Эдвина. Я носила ее с собой, как некоторые локон возлюбленного. Не по сентиментальной причине – забыла выложить из сумочки.
Юбер повертел визитку в пальцах, чуть ли не на зуб попробовал.
– Да настоящая! – обиделась я. – У Петры спросите, он заходил, меня искал. Остановился…
– Ладно, я вам верю, командировку подпишу. Только, – Юбер снова вздумал играть в дракона, пугая грозными взглядами, – чтобы материал того стоил! Меня не волнует природа и достопримечательности. Мы не путеводитель и не детский альманах. Долой стеснительность, линейку в руки и карандаш в зубы! И никаких отговорок – читательницы требуют. Пусть мечтают оказаться на вашем месте.
– М-да, не ту профессию назвали древнейшей! – пробормотала я.
Спорить с Юбером не стала. У него пунктик – я должна переспать с каждым героем материала и выставить ему оценку, не забыв описать достоинства и недостатки ниже пояса. Подозреваю, у нашего главреда большие проблемы в спальне, недаром он предпочитает сигареты и выпивку женщинам. Не припомню у него ни одной любовницы.
– Не сомневайтесь, читательницы придут в экстаз от моих статей! – без зазрения совести пообещала я.
Чтобы сочинить статью из цикла «у-него-мы-десять-раз-рекомендую», необязательно выходить из комнаты. Берешь самые сокровенные мечты своей аудитории и переносишь на бумагу. Газету раскупили, Юбер доволен, я получила премию – словом, все счастливы.
– Очень на вас рассчитываю.
Вернувшись за стол, Юбер вытащил из-под пресс-папье чистый лист и быстро набросал приказ.
– Вот! – Он протянул бумагу мне. – Поставьте печать у Петры, и хоть завтра в бухгалтерию.
Глянула на размер командировочных. Нет, вот ведь жук – всего пятерка ассигнациями! А еще щедрая оплата проезда, но постфактум, при предъявлении билетов. Ладно, где наша не пропадала! С паршивой овцы хоть шерсти клок.
* * *
Мир перед глазами немного покачивался, контуры фонарей размывались, однако я старалась шагать прямо, ориентируясь на темные линии домов.
Да, мы выпили. Да, много. Разве это преступление? И разве у нас не было повода? Стасю чуть не убили, меня… Надо мной провели ритуал, рука до сих пор болит, дважды до смерти напугали и выдали смехотворные командировочные. Я благополучно потратила их в тот же вечер: на ресторан, гостиницу, извозчика для сестренки. Может, я паршивая ведьма и так себе репортер, но родственница хорошая.
Изо рта вырвалась и поплыла кверху едва заметная струйка пара. Завороженно проследила за ней и, икнув, пересекла площадь перед академией.
Письмо. Передам его привратнику и баиньки. К себе не пойду: там лестница, убийцы, я к Петре, успела договориться до того, как ударилась в винный угар.
Первую рюмку выпила в приемной. Петра любезно откупорила коньяк, который держали для важных гостей. Она тоже считала Юбера жмотом и посетовала:
– Даже за переработки не доплачивает. Торчу здесь, пока не уйдет. А у меня, между прочим, личная жизнь, молодость проходит.
Бухгалтерия не разделяла принципов главного редактора – касса оказалась закрыта. Так что формально кутила на свои, завтра компенсируют.
А еще утром у меня наверняка будет болеть голова.
Завтра… Если оно наступит.
Остановившись в нескольких шагах от ограды академии, зачем-то принюхалась. Прохладный влажный воздух щекотал кожу. На контрасте с ним разгоряченные спиртным щеки горели еще больше.
– Письмо.
Похлопала себя по карману пальто и нетвердой походкой побрела к воротам.
К счастью, записку Леонтию я набросала еще в редакции. Ничего особенного, просто скупо сообщила о нападении, примерную дату отъезда и попросила почтовый адрес на тот случай, если мне и впредь захочется делиться новостями.
Я уже потянулась, чтобы постучаться, когда боковым зрением уловила тень. Мужчина. Направляется прямо ко мне!
Сердце мячиком подскочило к горлу. Хмель мгновенно выветрился.
Лихорадочно озираясь, отпрянула в тень, к ограде.
Сердце билось как заведенное.
Добежать до домов не успею, на площади я как на ладони. Вдобавок ветер постепенно разгонял облака, частично обнажил серп луны.
Затаиться или закричать? Триединая, какой сложный выбор!
– А-а-а, спасите, убивают!
Приняв решение, с громкими криками замолотила кулаками по воротам.
В сторожке привратника вспыхнул свет, послышались тяжелые шаги.
Да скорей же, он уже рядом!
Капли пота одна за другой скатились по позвоночнику, когда неизвестный остановился. В его руке блеснуло что-то, подозрительно напоминавшее нож.
Выставила перед собой ридикюль.
– Предупреждаю, я живой не дамся! Мне плевать, мертвый вы или нет, стану кусаться! А еще… а еще у меня расческа есть!
Кое-как расстегнув сумку, победоносно продемонстрировала оружие.
– Чего вам не спится?
– Какие мертвецы за вами гонятся?
Вопросы прозвучали практически одновременно, смешавшись в голове в словесную кашу.
Потрясая расческой, вжалась в ворота… и зажмурила глаза. Право, оно само! Сработало подсознание, не желавшее видеть, чем его нашинкуют.
Тихо, только ветер шелестит облетевшей листвой. Тем отчетливее прозвучал рядом скрип гравия.
Подпрыгнув на месте, заорала. И тут же замолчала – рот заткнула крепкая ладонь. Теплая, что радовало. А еще ее владелец носил кольцо или перстень, который грозил расцарапать мою губу.
Замычав, укусила нападавшего.
– Вот кошка драная! – зашипел он.
Часто-часто заморгала. Леонтий? Желая убедиться в своих догадках, обернулась. Точно он, если только сподвижники Дерека не научились принимать чужой облик.
– Вам помочь, милорд? – сочувственно поинтересовался привратник с фонарем в руке.
Трус несчастный! Меня тут убивали, а он дожидался, пока труп остынет, ворота не открыл.
– Благодарю, все в порядке.
Перевязав платком ладонь, Леонтий обратил взгляд на меня. Только сейчас сообразила, что по-прежнему крепко сжимаю расческу. Ее кончик упирался в грудь некроманту. Убрала от греха, а то снова пораню.
– Ходячие неприятности!
Емкое, а главное, точное определение.
– Ну, идемте!
– Куда? – не сразу сообразила я.
– Ко мне. Или вы предпочитаете беседовать посреди улицы?
– Не улицы, а площади, – мелочно поправила я.
– Как хотите.
Подвинув меня плечом, Леонтий отпер створку ворот.
– Я с вами!
Проскользнула вслед за ним мимо озадаченного привратника.
– Надеюсь, это не очередная попытка сближения ради повышенного гонорара?
Леонтий мне не доверял. На его месте я бы тоже сомневалась.
– От вас несет перегаром! – Он поморщился. – Сколько вы выпили?
– Много. И вряд ли способна вас изнасиловать. Скорее вы меня.
– Даже в мыслях не собираюсь.
– Жаль! После секса чувствуешь себя такой живой…
Вот зачем я это сказала? Пьяная дура! Теперь он точно рассердится, ничего слушать не станет.
Окончательно стушевалась под пристальным взглядом Леонтия. Спрашивается, что он там нового увидел, все та же мордашка, которая его не привлекает. Или привлекает, просто наш некромант не желает признаться? Мужчины порой такие робкие! А я нет, прямо сейчас проверю.
Торкнулась губами куда-то в район подбородка некроманта и, не удержав равновесия, ухватилась за его плечи.
Ммм, какой он теплый, какой большой, сильный! Как раз то, что мне нужно. Я вдруг ощутила острую потребность к нему прикоснуться, ощутить его в себе. Чтобы до боли, до потери пульса и безо всяких обязательств.
Пальцы скользнули под пальто, расстегивая одну пуговицу за другой.
Я горела как в лихорадке, делала все быстро, словно боясь не успеть.
Плевать, если кто увидит! Плевать, что он обо мне подумает! Может считать самой последней шлюхой, лишь бы помог стереть кошмары последних дней.
Понятия не имею, почему именно Леонтий, но я точно знала: либо этот мужчина, либо никакой.
– Однако!
Леонтий окаменел от такой наглости.
Я же забралась под колючий свитер, продолжала исследовать напряженный живот, постепенно подбираясь к пряжке ремня.
Дыхание мое участилось, тело подрагивало от нетерпения.
Ночные фантазии о близости с Леонтием не шли ни в какое сравнение с пьянящими воровскими прикосновениями.
Практически задыхаясь, наконец расстегнула пряжку ремня.
Сейчас, вот сейчас!..
– Божена!
Резкий окрик заставил замереть, поднять голову. Пальцы по-прежнему лежали там, где им лежать не положено, но я сознавала: ничего не будет.
– Странно, обычно мужчинам нравится.
С сожалением убрала руки и отступила на шаг.
– Нравится что?
В парке, конечно, темно, но рваное шумное дыхание Леонтия наводило на определенные мысли – тут не только негодование.
Сознание маленькой победы окрылило, стерло горечь от неосуществленного желания. Ледышка не так уж холодна!
– Ммм, разное.
Провоцируя, игриво провела языком по губам.
Ну давай же, возьми меня, самому ведь хочется! Обещаю стонать и ни полсловечка не написать в газете. Однако Леонтий исповедовал воздержание.
– Вы пьяны!
Он быстро привел себя в порядок, зачем-то пригладил волосы. Все – не глядя мне в лицо.
– А вы боитесь женщин.
– Хорошо, – сквозь зубы процедил Леонтий, – я это сделаю, только бы вы отстали!
– В подачках не нуждаюсь. Надо было брать, когда предлагали.
Что верно, то верно, ваш поезд ушел. Сейчас я уже не хочу. Минуту назад бы отдалась, а теперь нет.
Довольная собой, пошатываясь, побрела по аллее. Куда? Не знаю, просто прямо.
– Кто-нибудь объяснит, зачем я с вами вожусь?
Леонтий быстро догнал меня, ухватил под руку.
– Наверное, мечтаете уложить в постель, только стесняетесь признаться, – хихикнула я.
– Вы способны думать о чем-то еще, кроме секса?!
Ненадолго задумавшись, кивнула.
– Способна! О Стасе, например. Ее чуть мужик из библиотеки не убил, принял за меня.
Леонтий тихо застонал, но мужественно попытался разобраться в происходящем:
– Кто такая Стася, где на нее напали?
– Вы лучше в письме прочитайте, я написала. – Похлопала по ридикюлю. – Хотела, как вы велели, у привратника оставить, потом приняла вас за убийцу, испугалась…
– …полезли приставать, – язвительно продолжил Леонтий, свернув на боковую тропинку.
– О чем чрезвычайно сожалею. Вы только с книжками можете. Сухарь!
Неизвестно, до чего бы я договорилась, если бы не заснула. Прямо на ходу, рухнув в объятия терпеливого некроманта. С ним я в безопасности до утра. А там уже светло, бояться нечего.