Глава 9
Мрачный, торжественный читальный зал Публичной библиотеки как нельзя лучше подходил для обуревавших меня мыслей. Устроившись за свободным столом у окна, расфокусированным взглядом следила за срывавшимися с крыши дождевыми каплями, терявшимися в остатках тумана, и думала, думала, думала… Правая рука покоилась на стопке книг, левая подпирала подбородок.
Здание библиотеки перестроили из замка одного из прежних правителей, даже часть интерьера сохранилась. Читальный зал – бывший обеденный. Надеюсь, здесь не пировал Дерек Оркас, а то совсем жутко станет.
Тихо. Только временами поскрипывают стулья, шелестят страницы.
Зал действительно огромный и неуютный. Прежде я этого не замечала, наоборот, любила разглядывать камин во всю стену, истершиеся гербы на потолке, замысловатые оконные переплеты. Теперь старина пугала. То здесь, то там мерещились духи, искаженные смертью лица в тумане.
– Купи корень валерьяны и перестань читать всякую дичь!
Брезгливо оттолкнула томик в розовой сафьяновой обложке. Фривольный цвет настраивал на легкое чтение, я ожидала увидеть любовный роман, удивилась, почему вдруг библиотекарь выдал сомнительную бульварщину. О, как я ошибалась! Книга оказалась переизданием старинной хроники, пестревшей убийствами, жертвоприношениями и изнасилованиями. И по всему тексту красной нитью проходило имя Дерека.
– Совершенно верно, редкостная дрянь!
Заморгав, уставилась на мужчину то ли в пиджаке, то ли в сюртуке старомодного кроя. Таких, с глухим стоячим воротником, давно не носили, наверняка сохранился со времен далекой юности. В пользу этой версии свидетельствовали многочисленные потертости на бархатной ткани.
– Простите, с кем имею честь?
Вышло недружелюбно, но я действительно злилась: незнакомец нарушил мое уединение.
– Интересуетесь прошлым?
Он проигнорировал мой вопрос и опустился на свободный стул.
Шумно втянула воздух через ноздри.
Еще один желающий познакомиться? Сначала продавец в табачной лавке, теперь этот… Ему бы о душе подумать – волосы давно поседели. И постричься, потому что такие лохмы в его возрасте смешны.
А глаза ясные, взгляд цепкий. Дракон? Возможно: радужка яркая, сложного синего оттенка.
Эх, так хотелось послать его на все четыре стороны, но придется быть милой. По мере возможности.
– Немного.
Только сейчас заметила, что в руках у мужчины ничего нет, даже газеты. Точно познакомиться решил, следует моим заветам. Вернее, советам Дианы, которая отправляла интеллигентных женихов и невест в театры и библиотеки для формирования крепких культурных пар.
– Сразу видно, что немного!
Презрительно усмехнувшись, незнакомец поддел длинным ногтем форзацную ленту и с поразительной ловкостью отправил хронику в корзину для бумаг.
– Там ей и место.
– Ну, знаете!..
Глубоко дыша от возмущения, поднялась, нависла над самонадеянным стареющим ловеласом.
– Я-то знаю, поэтому сядьте.
Он говорил тихо, спокойно, не выказывая угрозы, но ноги сами согнулись в коленях, и я плюхнулась обратно на стул.
Подспудная неприязнь к незнакомцу только усилилась, однако теперь к ней присоединился страх. Он щупальцами сквозняка заструился по щиколоткам, поднимаясь все выше, к сердцу.
Смотрела на мужчину и не могла понять, что с ним не так. Дело не в одежде, не в его хамских манерах – с кем только меня не сталкивала жизнь! От него пахло опасностью. Понимаю, звучит глупо, но я не могла по-другому описать излучаемое им нечто. От него покалывало кожу, кисти мерзли. Списала бы на холод в читальном зале, но до появления незнакомца мне не хотелось накинуть пальто. Схожее чувство я испытала сегодня ночью рядом с Дереком, во сне.
– Кто вы? – не отрывая взгляда от спокойного, даже чересчур, лица, в очередной раз спросила я.
– А кто вы?
Он оказался любителем отвечать вопросом на вопрос.
– Так, мне это надоело!
Решительно оборвав зрительный контакт, поднялась и подобрала выкинутую незнакомцем книгу.
– Ищите себе другие уши, любовницу или последователя ваших великих идей. Мне пора!
Давно следовало уйти, с самого начала, а не участвовать в нелепой комедии. Видно же, старичку скучно, вдобавок с годами мозг работает все хуже, вот и мелет чушь.
– Сядьте!
Незнакомец ухватил меня за руку и пригвоздил ее к столу с силой, которую не ожидаешь встретить в его возрасте. Я не могла пошевелить ладонью, сдвинуть ее хотя бы на дюйм!
– Да отпустите же! – прошипела, балансируя в неудобной позе.
Словно издеваясь, он усилил напор, ухватив за шею, впечатал мой лоб в жесткую древесину. Край стола болезненно впился в живот.
– Вы больной?
Не прекращая попыток вырваться, сумела чуть отодвинуться от стола.
Бездна!
В пылу борьбы я задела стопку книг, и они с шумом полетели на пол. Просто замечательно! Мало мне сумасшедших, еще и штраф платить! Наша возня привлекла внимание библиотекаря. Нахмурившись, он вышел из-за стойки выдачи, направлялся сюда.
Высвободив голову, чиркнула по лицу незнакомца полным ненависти взглядом. Не только из-за нападения – читательский билет мне необходим как воздух, без литературы репортеру никуда. А по его милости я рисковала превратиться в персону нон-грата.
Что за?..
Часто заморгала, пытаясь понять, что происходит. Минуту назад передо мной стоял старик, а теперь вместо морщинистого лица череп.
Широко разинув рот, застыла, позабыла о книгах и библиотекаре. Однако толком испугаться не успела – незнакомец отпустил меня и быстрым шагом покинул читальный зал.
– Что это было? – с трудом ворочая языком в пересохшем рту, растерянно покосилась на рассыпанные под ногами книги. – Вы тоже это видели? – с надеждой спросила у подоспевшего библиотекаря.
– Видел что?
Судя по насупленным бровям и неприветливому тону, галлюцинация с черепом посетила только меня.
– Хорошо, сколько?
Со вдохом провела рукой по лбу и замерла, нахмурилась. Вот они, синяки на запястье, значит, не привиделось.
– Вам нездоровится?
Суровый библиотекарь сменил гнев на милость. Скоро начнет смотреть с брезгливой жалостью и тайком отправит записку в ближайшую клинику для душевнобольных.
Виновато улыбнулась.
– Немного. Голова закружилась.
Для острастки напомнив правила пользования читальным залом, библиотекарь оставил меня в покое, благо возле стойки его уже поджидали студенты. Дождавшись, пока он выдаст им альбомы по искусству, сдала книги – больше работать точно не смогу.
До назначенной Леонтием встречи ещё оставалось время, поэтому решила зайти домой, переодеться. Заодно прогулка успокоит нервы, а то они совсем расшалились. Запишу все увиденное и прочитанное в блокнот, чтобы не забыть, перекушу по дороге…
– Бася!
Перепрыгивая через лужи, ко мне во весь дух спешила Стася. Судя по расстегнутому пальто и съехавшим набок бантикам в косичках, – в ее-то возрасте! – день обещал превратиться в одну непрекращающуюся катастрофу.
– Предупреждаю сразу, – не позволив сестренке открыть рот, буркнула я, – мне нужно выпить.
– Мне тоже, – с облегчением, будто сама хотела предложить, но стеснялась, кивнула она.
С удивлением осмотрела Станиславу с ног до головы. Прежде любви к крепким напиткам за ней не водилось, особенно в полуденный час.
– Я тебя повсюду искала, весь город оббегала.
Озираясь по сторонам, Стася ухватила меня за руку и втолкнула в ближайший переулок.
– Ты куда так вырядилась? Кого опять изображала?
Выглядела сестренка поистине странно: две косички, голубые бантики, пышная голубая же юбка-колокол и вышитая блуза в орвийском стиле.
– Это тетя Рута, – вздохнула Стася. – Ее свадебный наряд.
– И?
Пока не улавливала связи.
Тетя Рута – родственница дяди Янека, двоюродная или троюродная тетка. Сколько себя помню, она всегда была старушкой. Надо же, еще не померла!
– Она велела его надеть, сказала, я в нем моложе выгляжу. И чтобы непременно косички заплела. Представляешь, я приехала, а они уже там! – взволнованно тараторила Стася. – И во все голоса: как мне повезло, жених такой хороший. Ну – я в окно, и сразу к тебе. Можно я немного у тебя поживу, пока все не утихнет?
Сестра с мольбой заглянула в глаза, сложила руки на груди.
– Можно, можно, можно? Ты ведь добрая, Бася. А я бы… Я не бесплатно, на картах гадать стану, как хотели. Надену парик и… Лишь бы только не за Марека!
– Так они пытались выдать тебя за Марека?
Глаза мои округлились.
Марек – притча во языцех, весь Авер над ним потешался. То он возомнил себя изобретателем, то подался в солдаты, то обнаружил в себе талант музыканта. Разумеется, нигде не преуспел, но исключительно по людской злобе и зависти, как он утверждал. В итоге в сорок лет устроился продавцом в лавку с тканями, которой владел его брат. Все бы ничего, только Марек презирал абсолютно всех, кроме себя. Был за ним еще один недостаток. Рута недаром пыталась омолодить Стасю – потенциальный жених признавал только юных кротких дев. Жаль, они не отвечали ему взаимностью.
– Угу! – Сестренка печально вздохнула. – Сам пришел к отцу, осчастливлю, мол, вашу дочь, беру со всеми недостатками.
– И дядя Янек?..
– Что отец против женского воинства? Заладили: «Даже не думай, где еще твоя Стаська жениха в свои годы найдет, чтобы не пил, деньги кой-какие водились».
– Сочувствую!
Помолчала, прислушиваясь к перестуку слетавших с карнизов капель, и добавила:
– Пора тебе окончательно обосноваться в Меробейте. Если они даже тетю Руту позвали, не отступятся, пока замужней дамой не сделают.
– Да я, в общем, и не против, только не за Марека!
Стасю аж передернуло от отвращения.
Махнула рукой.
– Ладно, оставайся! Квартиру постережешь, пока я по камням лазаю, предания собираю.
– А мне с тобой нельзя?
Глаза Стаси загорелись.
– Не думаю. Это деловая поездка, мне за нее деньги платят.
В свете сказанного Леонтием и пугающей встречи в библиотеке, лучше ненадолго покинуть город. Заодно покончу с мучительным квартирным вопросом, перестану пересчитывать накопления и мечтать о светлом будущем.
– Понятно.
Стася скисла. Поспешила ее ободрить:
– Это на пару недель, ты даже не заметишь. Как раз с гаданием освоишься, клиентов заведешь. Да тебе некогда скучать будет! Или боишься, отец найдет? Так дядя не ищейка, а ты у меня мастер маскировки.
Улыбнувшись, легонько щелкнула ее по носу.
– Выше нос, пойдем, обедом угощу.
– А у тебя как на личном фронте?
Успокоившись, Стася повеселела, задорно строила глазки водителям моторных карет.
– Полный штиль.
В отличие от сестренки смотрела себе под ноги, не замечая ни витрин, ни удалых красавчиков.
– То есть он ничего?.. – разочарованно поджала губки Стася.
– Кто он?
– Ну, твой из ресторана. А, не важно! Все равно он староват, да и одевается скучно.
– Нормально он одевается и… Стася, перестань, у меня голова от забот пухнет, а тут ты со своими глупостями!
– Уже умолкаю.
А у самой улыбка хитрая-хитрая!
Иногда Станислава – сущий ребенок, а иногда, наоборот, чрезмерно серьезна, деловита. Ей бы не прислуживать и притворяться разными пленницами гарема, а командовать. Сколотить стартовый капитал для магазинчика с ее задатками несложно, откроет сначала один, потом другой. Замуж тоже удачно выйдет, отбор женихов устроит. Кто сказал, что принцессы непременно красивые? Они богатые и со связями.
* * *
Туман окончательно рассеялся, оставив после себя противную морось. Она повисла в воздухе без движения, словно бисерные капли закостенели, вмерзли в пространство и предметы.
Убедившись, что Дерек не объявлялся, во всяком случае, ничего подозрительного в квартире я не заметила, оставила Стасю сторожить свои богатства, а сама поспешила на встречу с Леонтием.
– О, Божена, вас-то мне и надо!
На площадке второго этажа столкнулась с квартирным хозяином, обитавшим в том же доме, но в куда более комфортных условиях. Судя по масленой улыбке, он не просто так покинул свои хоромы.
– Добрый день, господин Вражек!
Вежливо поздоровалась и попыталась проскользнуть мимо. Куда там!
– Я хотел бы говорить с вами насчет квартиры…
Мясистые, напоминавшие сосиски пальцы легли на локоть, застопорив движение.
Невинно улыбнулась.
– Да? А что такое?
Лихорадочно перебирала в голове причины, которые могли вызвать недовольство домовладельца. Платила исправно, вовремя, кутежей не устраивала. Мужчины? Ходили иногда, но на лестнице не мусорили и стекол не били.
– Видите ли… – Господин Вражек сделал вид, будто ему очень жаль, совсем не хочется говорить на деликатную тему. – Видите ли, со следующего года поднимают налоги, вы, наверное, читали в газетах?
Кивнула.
– Читала.
Ясно, дело в деньгах.
– Так что я вынужден, как бы мне ни хотелось иного…
Оборвала его на полуслове:
– Насколько повышаете арендную плату?
Если мы продолжим в том же темпе, опоздаю.
– На полкроны.
Я ему монетный двор? Или обзавелась печатным станком для ассигнаций? Та конура… Ладно, Божена, недолго тебе осталось. В том смысле, что хроника драконьего семейства навсегда избавит тебя от необходимости видеть рожу домовладельца.
– Спасибо, что уведомили, – сухо поблагодарила я.
– Всегда пожалуйста. А та девушка, она с вами жить собирается?
Глаза Вражека заблестели в предвкушении возможности содрать с меня еще немного денег.
– Нет. Она поживет здесь вместо меня, потом съедет.
– А вы куда-то собираетесь?
Блеск в глазах домовладельца потух. Еще бы, надеялся на двух жиличек, а по итогу все равно выходила одна.
Уклончиво ответила:
– Возможно.
Господин Вражек не тот человек, с которым можно обсуждать свои планы. И про родство со Стасей тоже говорить не стоит. Сомневаюсь, будто Марек совершит героический подвиг и вычислит мое жилище, скорее ограничится фразой: «Я пытался сделать доброе дело, ей же хуже!» – но лучше поостеречься.
– Ну удачи, удачи!
Домовладелец отпустил мой локоть и зашаркал обратно к своей квартире.
– Плату я с декабря повышаю, подружке своей скажите.
– Скажу непременно!
Вот козел, даже января не дождался. Но скупой платит дважды, пусть ищет новых жильцов в разгар зимних праздников.
По улице шагала быстро, пиная палую листву. Досталось от меня и торговцу, перегородившему тележкой всю дорогу. Хотелось рвать и метать. Или засесть за очередную желчную статью.
Как выяснилось, торопилась зря: Леонтий задерживался.
Несмотря на все просьбы привратника, отказывалась зайти на территорию академии, насупившись, прогуливалась туда-сюда у ворот, нервировала его своей тенью.
Постепенно темнело. Скоро и вовсе наступит время, когда непонятно, день или ночь за окном.
Наконец объявился Леонтий, извинился: «Подчиненные задержали» – и предложил прогуляться до кладбища.
– Далеко?
Мне совсем не улыбалось встретить закат среди могил.
Смерив взглядом мои ботинки на толстой подошве, Леонтий заверил:
– Дойдете!
– А если нет? – Во мне проснулся дух противоречия. – Что за ритуал такой, который нужно непременно проводить на кладбище? Любой пустырь подойдет.
В глазах Леонтия полыхнуло раздражение, однако голос остался нейтрально-вежливым:
– Вы ходячее подтверждение народной мудрости. Меньше всего люди ценят то, что достается им бесплатно.
– Так дело в деньгах? – Полезла за кошельком. – Я могу заплатить и за ритуал, и за консультацию.
– А я могу отказаться. От всего: и от денег, и от помощи.
Намек поняла, кошелек убрала.
– Простите, день сегодня не заладился. Зеркало, Дерек, странный тип в библиотеке, вдобавок двоюродная сестренка на голову свалилась. – Отчего-то захотелось с ним пооткровенничать, пожаловаться на жизнь. – Я давно в Меробейт перебралась, стабильная работа, а она…
– А вы, как старшая сестра, обязаны ей помогать, опекать.
– Вы понимаете? – удивилась я.
– Еще как!
Леонтий вымученно рассмеялся и бросил взгляд на академию. Вроде, ничего не сказал, а я все поняла. Собственные жалобы показались нелепыми. Я тут на Стасю жалуюсь, которая раз в два года просит ее выручить, а у него десятки «малых детей». И за каждого он отвечает перед законом и начальством.
– Как вы справляетесь? Я бы не смогла.
– Привычка, немного выдержки, терпения, умения чередовать кнут и пряник. Зато награда того стоит. Нет ничего приятнее, чем видеть, как твои студенты или бывшие подчиненные достигают научных и карьерных высот.
– А вам? Вам самому не хочется?
– Чего? Теплого кресла в министерстве? Хочется, конечно, но связи, связи, милейшая Божена, решают все. И полное отсутствие совести. Хотя я тоже не безгрешен, – помрачнев, добавил он. – Так что лучше ценить то, что имею.
Пошутила:
– Напрасно вы так, я же репортер, откопаю и вытащу вашу тайну наружу.
– Ее давно вытащили, вернее, пару лет назад, для узкого круга лиц, но… Ничего интересного, для вашей колонки не подойдет. Вот если бы подтвердились слухи, что я развращал и убивал юных девиц… Но перейдем к вам. С зеркалом и кузиной все понятно, а что за тип, почему он странный?
За разговорами мы обошли академию с южной стороны и свернули на проспект Людовика. Здесь уже сновали моторные кареты, пешеходам следовало не зевать.
Проспект Людовика относилась к так называемому новому Меробейту. Некогда тут располагались склады, а теперь предлагали изысканные яства рестораны, заманивали ярко оформленными витринами всевозможные магазины. Ярмарка тщеславия для тех, кто не считает монеты в коробке из-под марципана. В те времена, когда мои статьи не носили конкретной направленности, по редакционному заданию мне удалось побывать на открытии одного местного заведения. Именно там я познакомилась с Крылатым лордом моих кошмаров, так что проспект Людовика можно смело назвать моим трамплином в новую жизнь, и в личную, и профессиональную. Лорд Аверс круто изменил мое отношение к любви и мужчинам, а статья помогла обзавестись собственной колонкой.
Кстати, о новом… Изогнула шею, чтобы разглядеть в просвете одной из перпендикулярных улиц крышу своего будущего жилища. Да, я рубила дерево не по плечу, собиралась свить гнездышко в модном квартале.
– Заметили давнего знакомого или новую жертву?
Леонтий с интересом проследил за моим взглядом.
– Да так…
Поборов желание свернуть, удостовериться, что квартиру еще не продали, отвернулась.
Происшествие в библиотеке, казалось, не произвело на Леонтия впечатления. Думала, он засыплет вопросами, но некромант ограничился скупым:
– Ясно…
Но моя кипучая натура требовала пояснений:
– Так это плод моего воображения или нет?
– Или нет.
Он это из вредности?!
Остановившись посреди тротуара, выдвинула ультиматум:
– Либо вы помогаете, либо до свидания, но прекратите издеваться!
– Я – издеваюсь? – Брови его поползли вверх. – Помилуйте, госпожа, я просто не считал нужным констатировать очевидные вещи. Вы разбудили зло, логично, что оно вас преследует.
Мотнув головой, возразила:
– Это не Дерек!
– Конечно, не Дерек, – Леонтий взял меня за руку и мягко отодвинул к стене, чтобы не мешала проходу. – На ваше счастье Черный король пока не добрался до нашего мира. Но у него достаточно слуг, например, на том кладбище, куда мы направляемся.
Вырвала руку и отступила на пару шагов.
– Я не пойду!
Очутиться на погосте, полном ходячих мертвецов… У меня от одной мысли мороз по коже!
– Госпожа Грыльчик! – с мягким укором, с которым отчитывают детей, увещевал Леонтий. – Вы с опытным некромантом, управимся до заката. Если не провести ритуал отвязки, типы, подобные сегодняшнему, станут преследовать вас постоянно.
И я сдалась, только выдвинула условие:
– Пешком не пойду.
– Хорошо, – согласился Леонтий, – но платите вы.
Закатила глаза. О мужчины! Но я не гордая, сцен не устрою.
* * *
Взмахнув кнутом, извозчик укатил, оставив нас у поржавевших ворот безымянного кладбища. О чем только думал Леонтий, когда предлагал добираться сюда на своих двоих? Это же миль пять, не меньше, а то и все десять, потому как домов поблизости не видно, только лес и чистое поле.
– Выглядит как оживший кошмар!
Поежившись, попыталась прочитать покосившуюся табличку. Увы, буквы стерлись, я различила только пару гласных.
С каждой минутой во мне крепло желание вернуться. Солнце совсем низко, вокруг ни души. Какой-то час, и дорога, по которой нас привезли, скроется в кромешной тьме.
– Я счел нужным познакомить вас с Дереком Оркасом. Его останки погребены где-то здесь. Подходящее место, чтобы расстаться с его властью.
– Вы издеваетесь?!
Конечно, издевается и до сих пор мстит, несмотря на мои извинения. Прикидывается добреньким, а сам…
– Пользуетесь моей беспомощностью. Низко с вашей стороны!
Толкнув створку ворот – они оказались не заперты, обиженно побрела вдоль рядов покосившихся могил. Сначала просто шагала, яростно впечатывая каблуки в намокшую почву, но потом, сбавив темп, активно завертела головой по сторонам.
Кладбище определенно с историей, не для бедноты. Множество склепов, каменные изваяния… Часть обрушилась, часть покосилась, но все равно впечатляет. Интересно, почему прежде я ничего о нем не слышала? И за кладбищем совсем не следят, все заросло, вон деревце разбило плиту надвое. Другие места захоронений в Меробейте содержались в порядке.
От всего здесь веяло неприкаянностью. Камни потрескались, покрылись мхом, имен и дат не прочитаешь. Часть могил и вовсе провалилась под землю. Остальные еще держались, но тоже стремительно оседали. Между ними свили гнезда птицы. Сейчас они пустовали, попадалась разве что скорлупа да выеденные хищниками яйца.
– Это так называемое Старое кладбище, – догнав меня, Леонтий взял под руку. – Оно возникло под стенами Оркаского замка, вблизи деревушки Мабош. Изначально здесь хоронили слуг, но потом появились могилы и более знатных особ. После известных событий замок сровняли с землей, а жители Мабоша разбежались. Кто подался на земли нынешнего Меробейта, под защиту графа Тибо, кто двинулся на юг. Кладбище не тронули: побоялись, заодно по-тихому похоронили Дерека и его соратников. Почти всех, кто погиб в Кровавый вторник, а не сбежал или не перешел на сторону… кхм… добра.
– Но, – растерянно огляделась, – склепы не выглядят такими уж древними. Понимаю, им не одна сотня лет…
– Самому старому захоронению больше тысячи лет. Вашему Дереку – восемьсот пятьдесят.
Огрызнулась:
– Вовсе он не мой!
– После его гибели, – невозмутимо продолжил Леонтий, – тут некоторое время еще хоронили его потомков. Он, наверное, забыл упомянуть, – а вот и сарказм, – что помимо вероломной жены у него имелась дюжина наложниц и две дюжины законных и не очень детей. Сыновей от греха подальше отправили вслед за отцом, а вот дочери благополучно вышли замуж, произвели потомство. Но на сегодняшний день род Черного короля полностью угас.
Хмыкнула:
– Хоть что-то внушает оптимизм!
И, потерев руки от волнения, с наигранным энтузиазмом предложила:
– Начнем? Что мне нужно делать? Никогда прежде не участвовала в ритуалах!
– Сплюньте! – ненадолго помрачнел Леонтий. – А делать… Да ничего особенного: молчать и строго выполнять мои указания. Даже раздеваться не придется.
– Жаль, так хотелось лечь на алтарь среди свечей!
– Это для девственниц, госпожа Грыльчик, а нам с вами остается унылое и неромантичное.
Сориентировавшись в пространстве, Леонтий повел меня через бурелом.
– Здесь!
Он указал на неприметный камень. Я даже не сразу его заметила – валун почти полностью ушел под землю. Сверху покрылся мхом, грибочки какие-то выросли.
– Этим знаком отмечено место захоронения Черного короля. Его сторонники собрали частички пепла и тайно принесли сюда. Даже теперь энергетика чувствуется, так что долго там не стойте!
– Это уже от вас зависит.
Повесив ридикюль на ветку ближайшего кустарника, встала перед камнем по стойке «смирно».
– Я готова!
– Зато я пока нет, обождите.
Пыхтя и бормоча под нос абракадабру, Леонтий принялся расхаживать вокруг. Временами он останавливался, чертил веткой непонятные знаки. Сначала с любопытством наблюдала за ним, потом заскучала.
Сколько мы тут уже торчим, час, два? Может, я пойду, Леонтий все равно не заметит?
Когда я окончательно утвердилась в решении оставить некроманта один на один с магией, он наконец позвал:
– Божена!
Покорно опустилась на колени и обняла камень. Он излучал едва уловимую пульсацию, напоминавшую биение сердца. С непривычки она напугала, но Леонтий велел расслабиться… Ладно, постараюсь. Сумела же я изобразить счастливое лицо во время своего посредственного первого раза, и тут справлюсь.
Представить Дерека? Хорошо, представила. А теперь черный сгусток его энергии в теле. Пропустить его по венам, вообразить, как он распадается на ошметки тумана, выходит через пальцы, струится вниз, в землю.
– Будет немного больно! – предупредил Леонтий.
Недаром про постель вспомнила. И про «немного» тоже приврал, как мой первый, – от порезов на руке чуть не взвыла.
Он что, кровью на моем лбу пишет? Точно, по всему лицу эту гадость размазал, бэ!
А я что, расслабляюсь, терплю, притворяюсь – идеальная женщина.
– Все! – спустя целую вечность обрадовал изувер и настороженно поинтересовался: – Что-нибудь чувствуете?
– Руки, ноги. Царапины еще ноют, чешутся.
– Я не об этом.
Отбросив шутки в сторону, прислушалась к себе. И правда, небывалая легкость внутри.
А камень под ладонями ледяной!
– Это так и должно быть?
Указала на покрывшийся инеем валун.
Леонтий кивнул и, бросив взгляд на небо, поторопил:
– Давайте остальное на обратном пути обсудим?
Вспотел некромант, тяжело дышит, а ведь, казалось, ничего такого не делал.
И в воздухе грозой пахнет, а еще – жженым деревом.
– Держите платок. А, сам сделаю!
Он наскоро вытер мне лицо и небрежно засунул скомканный платок в карман брюк.
– Вот, так людей уже не напугаете. Руку перевяжите. Там царапины, но одежду запачкаете.
– Спасибо! – сочла своим долгом поблагодарить я и брезгливо отпрянула от последней обители Дерека.
Не желаю иметь с ним ничего общего и, надеюсь, больше не буду.