33

Юля

По привычке доехала на доске до ворот, автоматически отмечая про себя, что на тротуаре стоит незнакомая «Ламборджини». Пижонская тачка, кипельно-белая с черной полосой по капоту. Наверное, очередной заплутавший путник, который не может найти дорогу после веселья в ночном клубе, что располагался в полукилометре от нашего дома.

Фыркнув, я развернула доску и не спеша покатила к парадному входу, предоставив охране разбираться с нежданным посетителем. Сквозь музыку в наушниках расслышала шум. Позади меня тихо шуршали шины по плитке. Со мной поравнялась та самая машина и за рулем… у меня екнуло сердечко, когда дверца плавно поехала вверх и из низко посаженного салона выкарабкался высокий худощавый молодой мужчина.

— Эй, крошка! — окликнул он меня, откидывая от лица длинные темно-русые пряди. Я и слова вымолвить не могла, бесстыдно таращась на знакомое лицо незнакомца. — Скажи, где мне найти начальника охраны Джули Рошетт?

— Зачем? — задала я глупый вопрос, разглядывая тело пришельца, несмотря на прохладный сентябрьский день облаченное лишь в черную футболку и джинсы с кроссовками под цвет.

Шмотки явно не из дешевых, но не это привлекло мой взгляд. Передо мной стоял тот, который ласкал меня во сне сегодня, и он был так похож на Никиту! Я спрыгнула с доски и оказалась в шаге от парня. Меня окутал знакомый аромат с нотками малины. Ну точно! Рост, телосложение и запах моего любимого мужчины. Если не смотреть вверх, на лицо, то это прямо он.

Мне до дрожи захотелось обнять и прижаться к парню. Но я лишь отступила на шаг. Посмотрела в яркие голубые глаза, которые искрились смехом и улыбнулась, увидев, как с клена, под которым мы стояли, спланировал резной желтый лист и приземлился прямо на макушку мужчины.

— Ты Ален, — уже уверенно сказала я, — и у тебя лист в волосах.

— Лист? — удивленно спросил парень, недоверчиво оглядывая меня.

Я протянула руку, и он склонил голову, сняла с его шевелюры желтый маленький листочек.

— Идем, я тебя отведу.

Стала подниматься по ступеням первой, потом открыла дверь, все еще держа кленовый лист в руке, жалко было выкинуть его. Парень шел за мной, без вещей, лишь с коричневой папкой в руках и лонгом, который отобрал у меня. Проводила его в свой кабинет, попросила подождать несколько минут. Прошла в свою комнату, переоделась в джинсы и рубашку, спрятав в шкаф спортивный костюм. Распустила волосы из хвоста. В голове сумбур, все мысли смешались. Что за проделки судьбы? Как два человека, живущие в разных странах могут быть так похожи? Даже запах…

В коридоре встретилась Лидия, будто специально меня поджидала.

— Сон оказался вещим, а Жюли? — прошипела она, собираясь войти в свою комнату. Я подхватила ее под локоток.

— Ну-ка ведьмочка, пройдем в мой кабинет.

— Что я там забыла?

— Аранжировщик по вашу душу приехал, пойдем знакомиться.

Я не хотела оставаться наедине с парнем, у меня дар речи пропадал. А так, гляну на занозу и сразу все в порядке.

Когда мы вошли в кабинет, парень сидел спокойно в кресле, листая папку, которую принес. Он сразу встал и кинув взгляд на Лидию, уставился на меня. Кажется, я для него уже не крошка.

— Джули Рошетт, — протянула я ему руку. Легкое прикосновение. А парень добрый, не показывает в рукопожатии свою силу.

— Ален Лебран, аранжировщик, — подал мне свою папку и улыбнулся.

Я снова отметила его сходство с Ники. И губы похожи, может чуть строже очерчены, но улыбка мне будто знакома. Лидия тоже рассматривала нового члена команды, довольно сдвинув ухоженные бровки и покусывая маникюр. Кажется, она наметила себе новую жертву для любовных утех, ведь Зои переключилась на нашу горничную, прямо влюбленная ходит. Вздохнув, уселась в свое кресло и положила папку перед собой на стол.

— Это Лидия Дуглас. Работать будешь с ней и ее сестрой. Так что, можете сразу обсудить, что и как, я оставлю вас. Пойду позову Лили.

— А мне некогда, — подпрыгнула заноза, чем удивила меня, думала, она теперь не отлипнет от красавчика, я видела ее интерес, — позже разберемся. А пока устрой человека в доме, ты же здесь главная.

Она исчезла за дверью, оставив меня разбираться с Аленом. Вот зараза! Дела у нее!

— Я потом просмотрю твое досье. А сейчас пойдем и подберем комнату для тебя. С правилами проживания ознакомлю сейчас. Ты в курсе, что жить придется здесь? — тараторила я, впервые испытывая замешательство перед незнакомым человеком. Никогда раньше не терялась. Хотя, мы будто сто лет знакомы.

— Да, я в курсе.

— Вещи с собой?

— В машине. Решил пока узнать, где моя комната, — добродушно говорит парень, разглядывая меня. — Прости, что назвал крошкой… просто ты как девочка. Молодая совсем. Я босса представлял немного иначе.

Ухмыльнулась на такое панибратство. В России незнакомец такое не позволил бы себе. Но это Франция, здесь не принято «выкать», это считается зазнайством, я приучена с детства, не удивляться на такое общение.

— Молодая… Значит, думаешь, не достойна я своего места, раз опыта мало? — строго взглянула в голубые глаза, словно пытаясь смутить самоуверенного красавчика.

— Нет, не думаю. Я знаю, что начальник охраны не менялся третий год, значит справляешься. Мне тебя расхваливали, но я подумал, что ты значительно старше, ведь работа серьезная, даже опасная. Я рад, что коллектив молодой и дружелюбный. А с правилами меня уже ознакомили.

— Тогда идем, подберем тебе комнату. Устроишься, обговорим детали. Да, звукозаписи нет пока, ждали тебя, сам выберешь где ее устроить и чем оснастить.

— Хорошо. Я думаю, мы сработаемся! — весело подмигнул мне новичок, поднимаясь по лестнице.

Ага, сработаемся, только ты еще Лидию не знаешь. Прошлого аранжировщика она троллила не жалея сил, мне приходилось уговаривать мужичка не бросать работу, а потом чуть не драться со злючкой, стращая ее тем, что, если уйдет этот спец, другого я искать не стану. Действовало, недолго. Лидия умела и любила издеваться над людьми, которым она платит. Не трогала только меня, уж я за словом в карман не полезу.

— Итак, свободны эти две комнаты, — показываю на двери в длинном коридоре, — еще за углом одна. Тебе повезло, весь персонал размещается на первом этаже, но там нет больше свободных комнат. Так что будешь жить с нами, на втором. Заодно присмотри помещение для студии.

Я открываю спальни, Ален их осматривает и молчит. Приходим в последнюю комнату. Он стоит у окна минуты две, раздумывая о чем-то. Я же хочу, чтобы он выбрал именно эту, подальше от моей опочивальни. А то я помню, как мое тело укладывало мозг спать и сбегало к Тёмке, в поисках ласки. Не хотелось бы попасть впросак, ведь парень так похож на моего Ники. Красный огонек опасности замелькал в моей голове.

— Ни одна комната не подходит для студии. Везде окна, — выдает он и выходит в коридор. — А там что?

— Библиотека, кабинет общий, с компьютером, игровая и комната для занятий, — перечисляю я, показывая на двери.

— Все с окнами?

— Да.

— А цокольный этаж имеется? — парень так серьезен, видно, что любит свою работу, думает прежде всего о студии, забыв выбрать спальню и подумать об уюте сначала. На мой утвердительный кивок он улыбнулся и глаза его заискрились.

— В цокольном этаже бассейн, сауна, прачечная, танцзал и спортзал небольшой, — снова перечисляю я и взгляд его тухнет.

— Ясно, занято всё.

— Нет, не всё, пара помещений имеется. Только в подвале влажность повышена из-за бассейна и парилки, так что…

— Не беда, мы стены так уплотним, что ни одна капля влаги не проскочит, — Ален игриво мне подмигивает и оттолкнувшись от подоконника у которого стоял, идет в сторону лестницы, собираясь исследовать подвал.

— Здесь комната девочек, — обращаю его внимание на особую дверь, с кодовой панелью. — Если что нужно от них, тут есть говорилка, жми кнопку и тебе ответят. А если я разрешу, то и войти сможешь.

— Всё так серьезно? И дверь железная, наверное, — он провел рукой по гладкому дверному полотну, проверяя.

— Нет, дверь бронированная, и если вдруг в доме объявлена будет тревога, то не советую вот так прикасаться к ней, иначе не очнешься от удара током.

— Ясно… — парень отдернул руку, будто его именно сейчас шибанет, что дух вылетит вон. А твои апартаменты где?

— Зачем тебе? — буркнула, автоматически глянув на свою дверь. Он заметил мой быстрый взгляд, потому что тут же шагнул в сторону свободной комнаты по соседству с моей. — Я выбираю эту. Сейчас еще под студию подберем заодно и займусь заселением.

Твою ж кочерыжку!

Осень пролетела незаметно, Ален добавил мне работы со своей студией, но зато к новому году девчонки пели не только дома, для себя. Парень оказался профи в музыке, сам сочинял музыку и слова, еще и здорово пел, поэтому было решено создать группу из троих — девчонки и он. Группу назвали Битломания, Аллен стал ее продюсером, продвигая в интернете. Пока.

Еще через год до меня дошли слухи, что скоро тотальную охрану с девчонок снимут, те, кто охотился за нашими "сиренами", взяты под контроль и их конец близок. А это значит, что я смогу вернуться домой, а сестрички Дуглас смогут давать концерты, и ездить на гастроли, как мечтают.

В конце февраля мне исполнилось двадцать восемь лет. И я почти два года не была в России. У меня и желания не было ехать на родину, зная, что ничего не изменилось. Я регулярно созванивалась с папой Карло, а иногда он приезжал и привозил новости и фотографии своей внучки. Ей уже исполнилось четыре года, красавица, так похожая на свою маму.

Моя близняшка тоже стала мамой, наконец. Она развелась с первым мужем и вышла замуж за его брата, Руслана. Я помню его, видела, как он любит Тасю. Наша младшая сестричка и близнец Руслана тоже поженились и родили близняшек. У всех жизнь налаживалась, только я пока по-прежнему одна. Ален показывал мне свою симпатию, но я сразу приструнила его, пресекая все попытки заигрывания.

Но мы стали добрыми друзьями. Я все свободное время проводила в студии, смотрела за работой аранжировщика, слушала новые песни, которые создавались в этой волшебной мастерской.

В конце мая в гости нагрянул папа Карло, привез кучу новостей. Во-первых, милицию в России переименовали в полицию, чему я была очень рада, во-вторых Мариша и водитель босса поженились и ждут малыша, несмотря на то, что будущей маме уже сорок шесть лет. Сразу вспомнила маму Артёма, ей тоже было столько, когда она родила сестренку моему другу. Но самые главные новости оставил на сладкое.

После обеда мы с ним поднялись на крышу, где был разбит сад и стояли скамейки под тентами. Я видела, что босс хочет сказать что-то.

— Ну не томи, — трогаю его за руку.

— Да спрашивай уже, — улыбается генерал. Кстати, надо поздравить с повышение моего дорогого босса.

— Как там Никита? Ты видел его?

— Виделись неделю назад. Он уезжать собирался. Я его нашел, вызвал к себе в кабинет.

— Зачем?

— Он три года назад, когда тебя в штаты проводили, идею одну подал. Я решил пустить ее в разработку, но на это нужно время, так что пока не буду раскрывать планы.

— А почему Никита уехать собирался?

— Сказал, что больше его в этом городе не держит, жену схоронил с месяц уже. Брат его уехал еще в прошлом году, вот парень к нему и поехал.

— Умерла… — мое сердце забилось от радости. Мой любимый свободен! Но тут же одернула себя, радоваться, когда не стало молодой женщины, в самом расцвете лет… — Он спрашивал обо мне?

Босс склонил голову, будто не хотел смотреть в мои глаза. Я его слишком хорошо знаю, скрывает что-то, не хочет огорчать меня.

— Что? — голос предательски срывается на шепот, а в горле образуется комок.

— Не спрашивал, дочка. Я сам о тебе напомнил. Он промолчал. Предложил позвонить с моего номера, он отказался. Сказал, что у тебя своя жизнь, карьера… что пора поставить точку в ваших отношениях.

Не выдержала, отошла к краю крыши, огороженному каменной оградой по пояс. У нас был садовник, он сделал из этого места райский уголок, и теперь моя душа умирала среди дивного цветника. Так хотелось упасть на посыпанный мелкой галькой пол и разрыдаться. Но слез не было. В груди горело и стонало что-то. Я потеряла его… эти постоянные разлуки и длительное ожидание убили нашу любовь.

Папа Карло так тихо подошел, я и не заметила, обнял меня за плечи.

— Тебе нужно найти Никиту, поговорить с ним. Я могу выхлопотать тебе внеочередной отпуск, если хочешь.

— Нет, не надо. Сказал же — точка.

Вечером проводила босса в аэропорт, хотя он был на своей машине с охраной. Просто захотелось отвлечься, дорога меня успокаивала, люблю скорость автострады. Загнала авто в гараж, проверила заступивших на смену стражников и ушла в свой кабинет. Все тело ломило, голова гудела, а ком в горле вырос до такой степени что дышать уже нечем. Я понимаю, что это просто нервный спазм, что нужно расслабиться. Нужно выпить.

В столовой есть бар, набитый всякими-разными бутылками. На глаза попалась водка. Родная… оттуда, откуда я родом. Мне казалось что меня сегодня предали многократно. И Никита, и моя любовь… и моя Родина. Пронесла руку мимо бутылки с водкой и выхватила первую попавшуюся посудину со спиртным. Виски. Что ж, значит виски.

Вернулась в кабинет, повернула ключ в двери. Поставила бутылку с янтарной жидкостью перед собой на стол, села в кресло и только тогда поняла, что ни закуски, ни рюмки не прихватила.

— Ну и похрен, — выдохнула, скручивая пробку и прикладываясь к длинному горлышку губами.

Пламенная горечь обожгла горло, но душа горела сильнее и больнее. Старалась делать большие глотки, чувствуя, как отпускают нервные тиски мое горло, как туман расползается по телу, сковывая конечности и окутывая пьяным маревом мозг. Время будто останавливается, становится тягучим и зыбким, в него можно провалиться и забыться. Тишина начинает бесить, хочется музыки, безмолвие врывается в уши и через них проникает в душу, будто замораживая ее.

Хочу музыку! Тишина пугает. И я пою, дрожащим голосом пою песню, которую знаю с детства, французскую. Мне ее часто пела бабушка. Про сестренку.

— Джули! — дверь кабинета трясется, будто вибрируя от громких голосов. — Джули, открой!

Нужно открыть, наверное, случилось что-то… нужно встать с кресла. Ноги меня не слушаются, резко вскакиваю из-за стола и делаю шаг. Это так тяжело, будто к каждой ноге по тонне камней прицепили. Не могу, облокачиваюсь о шкаф с документами, а потом съезжаю по нему спиной.

— Джули, открой пожалуйста, — слышится мягкий ласковый голос Алена, он больше не кричит, и Лидии не слыхать. — Джули, я прошу тебя.

— Я не могу, — шепчу, как можно громче. В руках полупустая бутыль, пригубляю, пытаясь восстановить голос. Точка. Он поставил точку. Бросил.

— Джули?!

— Я не могу-у-у… — рыдаю, глотая спасительную огненную жидкость. Она вызвала слезы, которые смоют пепел любви с моей души.