Глава 31

Зандал! Как-же я волновалась! Через три дня церемония, к которой я оказалась морально не готова. Я видела, как проходило бракосочетание у сестёр и думала, что моё пройдёт также, я слышала, как оно проходила с землянками, и надеялась, что меня не коснётся такой вариант. Я не жалела, что моё сердце откликнулось на земных мужчин, но страх не отпускал, мучая каждую ночь последние две недели. Он клещами впивался в живот, протягивая гнилые лапы к сердцу, вынуждая сжиматься внутренностям и провоцируя тошноту. Когда-то мама и Вероника прошли через этот ритуал, но никогда не горели желанием его вспоминать. Главное, что они стали счастливее, смогли выстроить нежные отношения, создать большие, крепкие семьи и остаться центром притяжения для своих мужчин. Но их мужья ганзалеонцы. В них заложена безграничная верность своей сакиа, а как поведёт себя привязка с Алом и Марком? Будут-ли они любить меня также через двадцать, шестьдесят, сто лет? Будут-ли они гореть от моих прикосновений и плавиться от поцелуев спустя двести, триста лет брака?

— Тал, родители Марка подлетают, — Дарт зашёл в спальню, поправляя запонки на рукаве. — Поторопись. Мы должны успеть на терминал. Как глава дипкорпуса, я должен лично встречать высокопоставленных гостей с Земли.6dfffc

— Почти готова, — стряхнула тяжёлые мысли с головы, надевая серьги и колье. Ох уж этот этикет, заставляющий встречать гостей в вечерних платьях и на высоченных каблуках.

Дарт поправил застёжку колье, заправил прядь волос, выскочившую из высокой причёски и подставил локоть для сопровождения.

— Я тебе говорил, что ты самая красивая женщина во вселенной, — наклонился, оставляя влажное тепло на голом плече.

— Каждый день, — улыбнулась, пряча желание за опустившимися ресницами. — Сегодня четвёртый раз говоришь.

— Остановишь, когда скажу сотый, — подхватил на руки, спускаясь с лестницы.

Внизу ждали Марк с Алом и остальные представители большого семейства. Делегация оказалась огромной, с учётом того, что мои сёстры по выходили замуж за представителей высшей касты Ганзалеона. Отец Марка должен быть счастлив, что его встречает весь свет нации, и что сын вливается в это общество. Хотя о чём я говорю? Григорий Торан — жестокий солдафон, любящий только власть и молоденьких женщин. Обидно, что у моего мужа такой чёрствый отец, но слава богам, от живёт далеко от нас, и скорее всего, увидимся мы первый и последний раз.

— Рыжая… Своим видом ты напрашиваешься на долгую, бессонную ночь… — Ал перехватил меня у Дарта, прижимая с маньячной улыбкой. — Боюсь, Дарту придётся не один раз вливать в тебя силы, пока мы будем утолять голод… Люблю тебя…

— И я тебя… — прошептала в шею, вдыхая свежесть лайма.

Марк нервничал больше всех, нарезая круги и не заметив моего появления. Всегда спокойный, весёлый, грациозный тигр, сейчас напоминал дёрганного тушканчика, готового нырнуть в спасительную норку. Высвободилась от Ала, подошла к страдальцу, обняла сзади за талию, прижимаясь к напряжённой спине.

— Волнуешься? — потёрлась щекой о лопатки. — С таким тылом мы справимся, любимый.

Не знаю, успокоили мои слова Марка, но плечи немного расслабились, руки накрыли мои, ещё немного и на всю гостиную разольётся урчание.

— Опаздываем, — Дарт пронёсся ураганом, цепляя меня в свою воронку.

Пять минут, и эскорт вылетел из Дариоллэйна, растянувшись на километровую цепь. Терминал, усиленная охрана, оцепление по периметру. Ощущение, что прилетел президент всего земного шара, а не дипмиссия во главе отца Марка.

Этого мужчину я узнала сразу. Как и сын, высокий, статный, с размашистым разворотом плеч, чёрные волосы, поддёрнутые сединой на висках, прямой нос, волевой подбородок, сталь в глазах, граничащая с жестокостью. Рядом, справа стояла хрупкая женщина с прозрачными, голубыми глазами, так похожими на глаза моего мужа. Не боюсь ошибиться, но, если она улыбнётся, на щеках заиграют такие-же ямочки, придающие Марку мягкость и шалапайский вид. По другую руку, гордо задрав головы, стояли ещё три женщины по возрасту не сильно старше Марка. Красивые, утончённые, наверное, модные по земным критериям, но с полным отсутствием чего-то живого, человечного, доброго.

Дарт вышел вперёд приветствовать чету Торан, главных представителей от Земли на дипломатической свадьбе. За его спиной стояли Марк и Ал, а дальше старшие мужья сестёр, относящиеся к парламенту. Григорий Торан мазнул взглядом по встречающим, не задержав и на секунду на сыне, выслушал приветствие, пожал руку и направился в сторону аэрмобилей. Мама Марка замедлила шаг, посмотрела с нежностью на сына, мотнула головой, сбрасывая выбежавшую не кстати слезу, и зашагала в сторону мужа, сжимая кулаки. Остальная процессия землян, здороваясь кивками, также устремилась к транспорту, спеша разместиться в подготовленных номерах. Очень странно было наблюдать небольшое количество мужчин, окружённых очень большим количеством женщин, при чём достаточно молодых женщин.

— Марк, почему прилетело так много женщин? — подошла, стараясь отвлечь от неприятной встречи с отцом.

— Новые законы Земли, — повернулся, обнимая за плечи. — Каждый землянин может иметь до пяти жён. Теперь у мужчин есть гаремы, и нет знаний как этим пользоваться. Склоки, соперничество, драки сопровождают практически каждую семью на Земле. Иногда мне кажется, что земное правительство целенаправленно уничтожает народ и планету, издавая законы, унижающие достоинство человека.

— Не кисни, дружище, — Алекс сжал его плечо. — Рождение мальчиков восстановили, так что через пару поколений женщин станет не хватать, и закон о гаремах пересмотрят. Земля справится. Справляется уже не одну тысячу лет.

Марк чмокнул меня в нос и потянул в направлении удалившейся процессии. На сегодня организован неофициальный ужин для семьи Торан в нашем доме, завтра банкет для всей дипмиссии с Земли, а после завтра церемония бракосочетания с торжественной частью, после нашего возвращения из храма. Страх немного померк на фоне приезда надменных родственничков, но такое огромное количество сногсшибательных, молодых красоток, снующих вокруг моих мужчин, напрягало.

Не забивай себе голову. Доверие никто не отменял. Подумаешь, красотки. Ты же себя не на помойке нашла. Да и мужчины доказали, что им нужна только ты. А вдруг они позарятся на маленький гаремчик? Нет. И Марк, и Ал обсуждали это с таким презрением, как будто им на тарелку положили зелёного слизняка и дали столовые приборы, не принимая отказа от угощения. Нет. Мои мужья меня не могут предать. Тем более сейчас, перед церемонией. Тем более после того, как я им подарила такую замечательную дочь.

Слишком серые мысли одолевали меня по дороге домой. Так и не поняла, зачем мне нужно было ехать на встречу, если со мной никто не спешил знакомиться. Могла остаться дома с Акмаль, не передавая её на хранение маме и сёстрам. Малышка подросла, повзрослела. Лежать целыми днями её уже не устраивало. Если-бы не куча народу, желающая потискать наше чудо, мои руки были-бы оттянуты до колен.

Требования с зелёными искрами исходили каждый раз, как Акмаль оказывалась в горизонтальной плоскости. К зелёным вспышкам добавился голубой, обманывающий окружающих своей мягкостью. Мягкости в даре нашей дочери пока не было, одни разрушения мебели, осколки посуды, трещины на потолках и стенах. Хорошо, что её недовольства не затрагивали людей, обтекая их потоком и обрушиваясь на бездушные предметы.

Каждый раз мама с папами улыбались и вспоминали, как я изничтожила пол под ванной, в которой застала родителей, и они с визгом полетели на первый этаж. Как Минар испепелила вечернюю одежду мамы и отцов, когда они отказались брать её на очередной званный ужин, при чём одежда была на родителях, и они уже подходили к аэромобилю. Одежда водителя и транспорт также прекратили своё существование. Это было смешно, когда отцы прикрывали собой маму и кричали на водителя, что он труп, раз позволяет себе трясти перед их сакиа гениталиями. Бедный мужчина не придумал ничего лучше, чем плюхнуться на землю, зарыв своё хозяйство поглубже, с глаз долой и с сердца вон. Но круче всех оторвалась Алисор на день рождении близнецов. Ей показалось несправедливым внимание и подарки для вредных засранцев. Одежда всех присутствующих, а это примерно двести человек, игрушки, подаренные мелким засранцам, мебель и стол, заставленный яствами, были расщеплены на молекулы, кроме, минуточку, одежды родителей, так как Алисор помнила, какую взбучку получила Минар, после оголения их стратегических частей. Скандал был страшный, тем более большая часть гостей была из парламента, да и мы уже хорошо контролировали свои силы, и свалить на неустойчивость дара не получилось. Гости покидали наш дом голыми щитами, отгораживающими своих сакиа от окружающего мира. Сейчас родители улыбались, смеялись, вспоминая, тогда они ждали очередного удара, грозившего семье из-за поруганной гордости власть имущих. Алисор целый месяц отрабатывала на кухне, чистя овощи и драя кастрюли, а мы с Минар учились любить братьев, заменяя нянек в дневное время.

В доме стоял настоящий бедлам. Котлы варили, сковороды жарили, прислуга носилась, сёстры успокаивали поддавшихся ажиотажу детей, мама руководила парадом, размахивая руками и сотрясая стены твёрдым голосом, нервируя и прислугу, и детей, и сестёр. Что делают ганзалеонские мужчины, желая сохранить стены в доме? Правильно. Хватают жён и утаскивают их в пещеры — спальни. Через пять минут, после нашего приезда, женщины были украдены, дети разобраны нянями, а слуги, перестав дёргаться, улучшили свою работоспособность. Забрав Акмаль, мы также поднялись к себе, заняться кормлением малышки, попытаться уложить её на тихий час, успокоить расшалившиеся нервы и приготовиться к стратегическому ужину, на котором мужчины расставят сети для претворения в жизнь своего плана.