Глава 10

За два дня до возвращения на Землю Дмитрий решил усилить напор. Случайные касания, комплементы, интимные намёки. Дима со всей военной прямотой подводил Ольгу к разговору о браке. После резкой смены его поведения, Оля наконец поняла, что капитан возится с ней не по дружеским побуждениям. В результате девушка закрылась в каюте и не выходила весь день. Снова одиночество погрузило её в воспоминания, грудь давило от тоски, а глаза покраснели от слёз. Стук в дверь вытолкнул её из дремоты, лишая сладкого видения во сне.

— Оля. С тобой всё нормально? — на пороге стоял Дмитрий и щупал взглядом её лицо. — Ты весь день не выходишь.

— Приболела, — просипела со сна Оля, облокачиваясь на дверь. — Неважно себя чувствую.

— Давай позову доктора, он тебя осмотрит, — забеспокоился Дмитрий.

— Не надо, Дим, — мотнула отрицательно головой. — Я отлежусь, и станет легче.

— Хорошо, — согласился капитан. — Если станет хуже, обязательно позови.

— Договорились. Спасибо за беспокойство, — Оля прикрыла дверь и облегчённо выдохнула. Она не любила врать, но делать вид, что ничего не понимает ей не хотелось, а расстраивать отказом, когда до Земли осталось чуть больше суток, не решалась. Вот приземлимся и расставим все точки в этой ситуации.

Григорий тоже начал волноваться, не увидев за весь день свою зазнобу. Когда коридор свернул в сторону её каюты, увидел настырного капитана, трущегося у Ольгиной двери. О чём они говорили он не слышал, но Оля стояла, облокотившись на дверь, и скорее всего томно флиртовала, а утырок склонил к ней голову и интимно нашёптывал очередную чушь. Григория перекосило от злости. Он ведь предупреждал ублюдка, рекомендовал слиться и не подходить к его женщине.

Этот контакт стоил Дмитрию в будущем жизни. Через два дня после прибытия на Землю, его понизили до лейтенанта, и начали нудное расследование в подозрении в шпионаже на конфликтующую с правительством организацию. Спустя два месяца Дмитрия перевели в зону отчуждения, находящуюся в пустыне под лучами выжигающего всё живое солнца. Радиация, постоянная борьба за выживание. Год, полтора — тот максимум, который выдерживали сильные, здоровые мужчины, умирая в страшных муках от поражения язвами кожи и гния заживо. Если бы Дмитрий знал, что его ждёт? Он бы и на пушечный выстрел не подошёл к этой женщине, появившейся на корабле, как злой рок.

Оля об этом так никогда и не узнает. Попрощавшись с капитаном, пожелала ему счастья в личной жизни и исчезла за стеклянной дверью терминала. На следующий день для неё начался свой маленький ад.

Утро проходило как обычно. Куча бумаг, требующих сортировки и подписи начальника, море звонков и сообщений о назначении встреч. До обеда она разгребала документы, составляла рабочий график Григория, вставляя в расписание срочные совещания. Набрав стопку бумаг на подпись, Оля постучала в тяжёлую дверь и вошла в кабинет. Григорий сидел в кресле и задумчиво вглядывался в окно.

— Григорий Альбертович. Это расписание на два дня, а это на подпись, — разложила принесённые бумаги на столе.

— Оставляй, — перевёл взгляд на неё. — Закажи столик на двоих в Зарито к семи вечера.

Оля кивнула и тихо закрыла за собой дверь, а Григорий углубился в документы. Правда, сконцентрироваться на них он не смог. Мужчина достал из верхнего ящика бархатную коробочку, открыл и с улыбкой уставился на кольцо, купленное утром для своей женщины. Он представлял, как Оля с радостью наденет его на пальчик, захлопает в ладоши и её смех прокатиться колокольчиками по стенам ресторана. Помечтав о позах, в которых он будет трахать её в первую ночь, закрыл коробочку, положил её в карман и плеснул себе виски, довольно закатив глаза и успокаивающе поглаживая вздыбившуюся ширинку.

Оля, ничего не подозревая, продолжала разгребать ворох бумаг, пропустив обед и потеряв связь со временем. От громкого хлопка дверью она подпрыгнула и посмотрела на время. Половина седьмого, конец рабочего дня. Ольга улыбнулась, поймав себя на мысли, что с такой загруженностью ожидание близнецов будет не таким тягостным, и не таким долгим.

— Ты почему ещё не собралась? — строго спросил начальник.

— Куда? — оторопела немного Оля.

— Мы идём в Зарито. Собирайся. Жду внизу, — скомандовал Григорий и вышел, не дав возможности отказаться.

Ольга ходила с начальников в ресторан, но то были деловые встречи, а не столик на двоих. Смутная тревога промелькнула на задворках, но Оля её отогнала, сваливая свою подозрительность на переживания о близнецах. Григорий никогда не делал пошлых намёков в её сторону, поддерживая чисто деловые отношения. Скорее всего он решил обсудить какой-нибудь вопрос, совместив его с ужином в ресторане.

— Почему так долго? — пробурчал мужчина, стоя у мобиля. — Мы опоздаем, а я не люблю опаздывать.

— Простите, — ссутулила плечи Оля, тихо мямля себе под нос. — Искала карту от квартиры.

— Садись. Поехали, — открыл дверь и подтолкнул девушку в спину.

Ехали в тишине, не проронив ни слова. Водитель внимательно следил за дорогой, выключив музыку и закрыв окна. В воздухе звенело напряжение, сковывая дыхание и двигательную функцию. У ресторана Григорий вышел, помог Ольге выбраться с сиденья, заткнул её руку на своё предплечье и уверенно прошёл в Зарито.

Интерьер в воздушном, восточном стиле, создавал сказочную романтику. Тихая музыка, прозрачные занавески, огораживающие каждый стол подобием шатра, яркие подушки на диванчиках и скамейках, свечи на столах в гравированных, бронзовых подсвечниках и извивающиеся девушки в лёгких, просвечивающихся одеяниях. Запах специй, благовоний, ванили и жаренного на углях мяса врезался в мозг, провоцируя обильное слюноотделение. Пахло вкусно, окружение завораживало, но Оля начала не по-детски волноваться.

Девушка в шароварах и бюсте со стразами проводила их к столу, положила две папки с меню и упорхнула принимать заказ в соседний шатёр. Оля несмело села напротив Григория и уткнулась в красивые картинки с названиями блюд. Она не читала. Просто искала знакомые буквы, обдумывая дальнейшие действия.

— Что будешь заказывать? — поинтересовался Торан, изучая лицо девушки.

— Я не голодна, — пропищала Оля, не поднимая глаза.

— Хорошо. Я сам закажу, — свёл к переносице брови и щёлкнул пальцами, подзывая официантку.

Стол ломился от различного мяса, овощей и сладостей, истекающих мёдом. Григорий разлил по бокалам вино, поднял свой и чокнувшись с воздухом, начал медленно пить. Оля схватила свой и залпом осушила, заливая трясучесть ног. Следующий бокал тоже ушёл залпом, разливая тепло в желудке, расползаясь по крови, придавая смелости. Вот только кусок в горло не лез, приходилось вталкивать и продавливать очередным глотком вина.

— Ты решила нажраться? — елейно поинтересовался мужчина.

— Пить очень хочется, — небрежно ответила Оля, распиливая кусок мяса.

— Ну пей, — улыбнулся Григорий, наполняя четвёртый бокал.

Ему же лучше. Пьяная баба — развязная баба. Их трахать приятнее. Они раскованнее, развратнее, и сами лезут на член всеми дырками. Перед Ольгиными глазами выросла синяя коробочка с большим до неприличия бриллиантом на белом ободке.

— Что это? — поперхнулась девушка.

— Обручальное кольцо, — прищурился мужчина.

— Ооо. Вы женитесь? Поздравляю, — улыбнулась Оля, скинув напряжение.

— Женюсь на тебе. Через месяц у нас свадьба, так что собери вещи. Завтра переезжаешь ко мне, — поставил перед фактом.

— Я не собираюсь выходить за Вас замуж, — заикаясь произнесла Оля.

— Я не спрашиваю, Ольга, — перешёл на угрозы Григорий. — У тебя всего два варианта. Или ты выходишь за меня, и живёшь долго и, возможно, счастливо, или отказываешься, и у тебя, и твоей семьи будут серьёзные проблемы.

Оля сидела и чувствовала, как из-под неё уплывает твёрдая поверхность, утягивая в тошнотворную муть, воняющую гнилостью и болотом.