Глава 23 Когда хочешь, как лучше

Димитрас Каро на мой визит отреагировал восторгом. И когда за чашкой чая я, одну за другой выкладывала новости, старый медиум не перебивал, а слушал с большим вниманием. Эх, если бы Кристиан так же серьезно относился к моим словам относительно Каролины и её состояния! А когда я замолчала, Димитрас обвёл меня и Мартина взглядом и поинтересовался:

- Ну, молодежь, какие будут предложения и предположения?

Мартин побарабанил пальцами по столу и, как само собой разумеющееся, изрек:

- Каролину должен осмотреть не только доктор Лейзв, тем более что он сам признался – псионики не его специализация. Заключение медиума, менталиста, как минимум.

А я поделилась своими мыслями:

- Господин Димитрас, а вы знакомы с доктором Лейзвом? Мне показалось, что Лейзв – это как бы семейный доктор Тоддов. Он и с отцом Каролины был приятелем. В любом случае, раз вчера он осматривал госпожу Тодд, сделал какие-то выводы. Если бы вы с ним обсудили проблему Каролины, то возможно Кристиан прислушался бы к мнению двух профессионалов. Меня-то он не слушает. Считает, что отсутствие лицензии – это результат моей профнепригодности.

Димитрас утешающе покачал головой:

- Это серьезное заблуждение. Отсутствие лицензии не говорит ровным счётом ни о чем. И мой внук тому доказательство. Мартин – моя гордость! Он может гораздо больше, чем умеют некоторые медиумы с лицензией. Но, увы… Это вопиющая несправедливость! Что же, касательно моего знакомства с доктором Лейзвом, то нет – лично не знаком. Но наслышан о его профессионализме. Думаю, это действительно, хорошая идея. Сегодня же нанесу визит доктору. Откладывать на потом было бы ошибкой.

- А насчёт способностей Каролины у вас нет никаких предположений?- я вопросительно посмотрела на старика. Тот сложил пальцы в замок и несколько секунд созерцал эту конструкцию:

- Тут сложно сказать, не пообщавшись с девушкой лично. Но, судя по ситуации, в которой она оказалась, то у неё или смешанная сила или слабо выраженная. Но, определенно, что-то интересное! – тут медиум протянул руку к серебряному колокольчику и потряс его. Появившемуся на зов лакею, он приказал:

- Подать мой парадный камзол! – затем обратился ко мне:

- С вашим появлением, очаровательная Фрида, в моей жизни снова подул ветер авантюризма. Обожаю это состояние!

После визита мне предстояло вновь носиться по городу, словно ужаленной. Сумка с заказами тяжело давила плечо ремешком, но работа есть работа. Сил придавала уверенность, что теперь Каролине обязательно помогут. Я, понятное дело, ничего больше сделать не могу. Но если Димитрас Каро договорится с доктором Лейзвом, то это уже сила. Они вдвоем обязательно что-нибудь придумают, и Кристиан послушает их. О мысли о душевных терзаниях Кристиана, мне стало жаль его. Он уже потерял отца. Мать тоже скрылась в неизвестном направлении, оставив хоть и взрослых, но все равно детей, переживать о ней. И возложила всю ответственность за состояние Каролины на плечи сына. У Кристиана осталась только сестра, понятно, что он очень боится её потерять!

В агентство я вернулась ближе к вечеру, взмыленная, как лошадь. Сразу же отнесла реестр заказов в секретариат, памятуя о наставлениях Мартина. А, войдя в наш кабинет, застала только Стеллу Ми.

- Что, тоже еле ноги волочёшь?- с сочувствием спросила коллега в тюрбане. Я измучено кивнула.

- То ли еще будет. Завтра презентация, ты уже знаешь? Представляешь, как увеличится количество заказов с новой партией? А курьеров – всего ничего. Никто не хочет носиться по городу за скромное жалованье и смехотворные чаевые. Так что весёлая жизнь нас ждёт. Закупай мазь от мозолей.

Презентация? Завтра? А инспектор в курсе? Неужели он забыл или не успел найти компромат? Ну, конечно! Он весь в переживаниях о сестре, ему сейчас не до замыслов госпожи Монсьёни! Вот так я и знала! И что же теперь делать?

Я подскочила и помчалась на второй этаж, намереваясь ворваться в кабинет Тодда и устроить ему допрос с пристрастием. Но моя инициатива была встречена пустым кабинетом. А пробегавшая мимо секретарь обронила, что инспектор уже часа два как уехал. Мои худшие опасения сбылись. Кристиан весь в домашних хлопотах, даже службу оставил! Как назло и Мартин уже убежал с заказами. А самой принимать сложные решения слишком ответственно!

Да и что можно сделать? Разве что пробраться в цех и выкрасть пару флакончиков из новой партии. Отнести эти флакончики в комитет и пусть разбираются! Да только кто же меня в цех пропустит? Там такой уровень секретности – муха не пролетит!

Вся в мрачных раздумьях, вернулась в кабинет. От волнения хотелось ногти грызть. Завтра будет уже поздно. А сегодня ни одной дельной мысли в голове!

- Пойдёшь завтра на презентацию?- поинтересовалась Стелла.

- А разве нам можно? Выходной не объявляли, да и не пропустят нас, наверное, - я понятия не имела, где и как будет проходить презентация, но представлялось что-то грандиозное, торжественное и важное.

Стелла махнула ладошкой:

- Презентация будет в городском парке. Там сейчас площадку готовят. Всех работников сортировки туда согнали. Так что, если будешь мимо с заказами пробегать, можно поглядеть одним глазком.

В городском парке? Наверняка, там и прилавок с новой партией завтра установят. Представила, как врываюсь в парк, оттаскиваю горожан от прилавка со сновидениями и кричу: «Нельзя, кака!». Ужас.

Планы, один сумасшедшее другого, роились в голове. Например, разбросать ночью по городу листовки с предупреждением о бракованной партии. Или написать анонимку и бросить в ящик для корреспонденции на стене комитета. Но вряд ли до завтра её успеют прочитать и принять какие-то меры. Нет, всё не то! Нужно что-то реальное и эффективное!

От размышлений меня отвлекло странное ощущение. Нет, само ощущение мне было знакомо. Оно возникало во время практических занятий в университете, когда один менталист пытался мысленно связаться с другим. Но здесь, в агентстве? С местными менталистами у меня не настолько близкие отношения, чтобы устанавливать с ними телепатическую связь. Но кто-то упорно пытался со мной пообщаться, и игнорировать такие попытки было бы неосмотрительно. Я прикоснулась пальцами к вискам и настроилась ментально на того, кто жаждал общения. И тут же в мыслях услышала знакомый голос:

«Очаровательная Фрида, отзовитесь же».

- Господин Каро?! Но как? Вы же медиум?- все эти вопросы я задала мысленно, чтобы не делать Стеллу свидетельницей разговора.

«И что с того, что я медиум? Семейные артефакты для того и созданы, чтобы помогать решать проблемы. Где вы сейчас находитесь?».

- В агентстве. Что-то случилось?

«Ничего нового. Но ваше присутствие было бы желательным. Каролина отказывается от проведения ритуала, пока вы не явитесь. Она доверяет только вам».

- Так вы сейчас у Каролины? А господин Тодд знает об этом?

«Милая, за кого вы меня принимаете? Мы с доктором Лейзвом всё обсудили и заручились согласием Кристиана Тодда. Мы все ждём вас. Сейчас за вами прибудет мой экипаж, ждите».

Я удивленно вдохнула и выдохнула. Как оперативно сработал старик медиум! Кто бы мог ожидать подобную прыть. И с доктором пообщался и Кристиана смог убедить. Ну, теперь понятно, куда делся строгий инспектор! 

Сказав Стелле, что у меня прихватило живот и мне просто необходимо срочно уйти, я вылетела из кабинета. На крыльце агентства отдышалась. Ну, вот сейчас всё и решится. Если господин Каро намерен провести ритуал, значит, он и доктор Лейзв пришли к выводу, что смертельная опасность от ритуала изгнания подселенца Каролине не угрожает. Ну, или опасность от Джулии перевешивает всё остальное, и тянуть больше невозможно. Интересно, что такого сказали Кристиану, что он решился? Хотя, чего тут думать? Любые слова профессионалов с лицензией перевешивают все мои доводы, поскольку у меня как раз лицензии и нет. Обидно, но факт.

Дождавшись экипаж, я легко вскочила на подножку. Вечерние сумерки только собирались опуститься на улицы города. Еще теплый ветер играл листвой деревьев. И так не совпадал умиротворенный вид вечернего города с моим внутренним состоянием. Внутри меня звенела тревога. Била по нервам. Страх, который испытывал Кристиан за свою сестру передался и мне. А что, если мы все ошибаемся? Ведь Магда не просто так слыла провидицей, которая никогда не говорит напраслину. И если она увидела смерть Каролины, то можем ли мы отмахнуться от этого пророчества? Ах, знать бы, что именно она увидела и почему увиденное истолковала как смерть? Или всё дело в том, что мы как-то иначе трактуем слова Магды? Нужно знать, что именно она сказала, с точностью от первого и до последнего слова! Ведь погубит, может и не означать смерть? Хотя, что еще это может означать? Вынет душу – это понятно. Димитрас должен вынуть душу Джулии. Но причем тут погубит? Всю дорогу до дома Тоддов я думала над пророчеством и накрутила себя до такой степени, что едва Марта открыла мне дверь, я вихрем влетела внутрь.

В гостиной я увидела Димитраса и доктора. Они что-то обсуждали вполголоса. Я сняла шляпку, стянула перчатки и всё это отдала в заботливые руки Марты.

- Где Каролина?

- В своей комнате. Она беседует с Кристианом. Он решил рассказать ей о пророчестве, чтобы она осознавала всю серьезность ситуации, - ответил доктор Лейзв. Я умоляюще протянула к нему руки:

- Доктор, вы знаете, как точно звучало это пророчество? Если мы хоть одно слово истолкуем неверно, это может привести к ужасным последствиям. Вы же друг семьи? Неужели отец Каролины не делился с вами?

Доктор покачал головой:

- Эту тему мы не затрагивали. О пророчестве я узнал только сегодня от Кристиана. И впечатлён. Осмотр Каролины показал, что физические и душевные силы истощены. Я всё не мог определить причину этого истощения. С точки зрения медицины причин для этого нет. Но разговор с господином Каро, - тут Лейзв кивнул в сторону медиума, - всё объяснил. Лично я с таким не сталкивался, но слышал многое. И думается мне, что подселенец осознав, что нахрапом Каролину не возьмешь, стал вести выматывающую игру. Удивительно, что Каролина еще не лишилась рассудка.

Тут дверь из комнаты  Каролины отворилась, и появился Кристиан. Он был хмур, мрачен, в движениях и жестах угадывалось напряжение.

- Она все-таки решила провести ритуал.

Как ни хотелось мне сейчас поддержать Кристиана и заверить его, что всё будет хорошо, но я не решилась. Во-первых, я и сама уже не уверена в благополучном исходе. А во-вторых, Каролине я сейчас гораздо нужнее. К ней я и подошла.

Она сидела в глубоком кресле, и весь её вид просто кричал о том, как она устала. Даже в опущенных уголках губ читалась изможденность. Придушила бы эту Джулию собственными руками! Мое появление она встретила слабой улыбкой:

- Как хорошо, что ты пришла. Я ужасно боюсь, но выбора у меня, я так понимаю, нет.

Я присела на подлокотник кресла и положила свои ладони поверх ладоней Каролины:

- Я буду с тобой рядом во время ритуала, если позволит господин Каро. Тебе сейчас нужно собраться оставшимися силами. Просто делай, что скажет медиум.

- Ну, мои дорогие дамы, приступим?- Димитрас Каро вошёл в комнату с видом воинственным и собранным. Будто в одиночку собрался сразиться с полчищем нежити.

- Я могу остаться рядом с Каролиной?

- Можете, Фрида. Только не забудьте о защитном поле, чтобы у подселенца не возник соблазн атаковать вас.

С этими словами он поставил перед креслом на пол вазу мутного стекла. У этой вазы имелась даже крышка с замысловатым узором рун. Эти же руны были выведены и на самой вазе. Каролина с интересом посмотрела на вазу и даже потянулась к ней. Но медиум отвел её руку в сторону:

- Вам нельзя прикасаться к этому сосуду, Каролина. Это временное вместилище для подселенца. А вы, насколько я понимаю, сами того не осознавая, разрушаете все защитные заклятия на артефактах. Не трогайте.

Затем Каро обратился к Кристиану:

- Господин Тодд, может, вам лучше удалиться? Ритуал будет сопровождаться болезненным состоянием для Каролины. И если вы вмешаетесь, то последствия могут быть самыми ужасными.

Линия губ Кристиана стала еще жёстче:

- Об этом не может быть и речи. Я остаюсь.

Каро вздохнул:

- В таком случае, господин Лейзв, я вас попрошу во время ритуала находиться рядом с господином Тоддом. И если он вознамерится вмешаться, прошу вас, удержите его любыми способами.

И после этих слов всё внимание медиум отдал Каролине:

- Итак, госпожа Тодд. Вы физически ощущаете присутствие подселенца?

Каролина неуверенно покачала головой:

- Нет. Только слышу её. Правда, когда Фрида разговаривала с Джулией, я ощутила небольшой холод вот здесь, - Каролина прикоснулась рукой к груди. Димитрас удовлетворенно кивнул.

- А есть ли что-то, что Джулия терпеть не может? Может быть, вы любите что-то делать, а подселенец горячо протестует и изматывает вас?

Я удивленно посмотрела на медиума. Какие интересные вопросы. А Каролина с горестным вздохом ответила:

- Есть. Она терпеть не может, когда я читаю книги из папиной библиотеки. Джулия вообще читать не любит. А уж если я беру в руки книги о старинных письменах и мертвых языках, просто в неистовство приходит. Кричит так, что у меня тут же мигрень начинается и читать просто невозможно.

- Отлично. Каролина, а вы можете что-то прочесть по памяти? Наизусть что-то учили?

Каролина задумалась на несколько секунд:

- Знаю наизусть древнюю песню. Она грустная, о нелегкой судьбе девы, не нашедшей любовь.

- Вот и замечательно. Каролина, вот что тебе нужно сделать. Начинаешь по памяти читать эту песню. Можешь вслух, можешь про себя. Как только подселенец начнет негодовать, и ты физически почувствуешь её, пытайся мысленно вытолкнуть её. Но читать песню нужно постоянно. Это не только отвлечет Джулию, но и тебе поможет сохранить сознание. Это очень важно. Нужно отделить твое сознание от подселенца. А сейчас я попробую для начала договориться с ней по-хорошему.

Медиум подошёл к Каролине. Провел ладонью над головой девушки, и его ладонь замерла в области затылка. На лице медиума вдруг появилась игривая улыбка:

- Джулия, девочка моя, выходи.

Пронзительный визг был ему ответом:

«Убирайся прочь, колдун проклятый!».

- Как невежливо, Джулия. Ты и при жизни была такой невыносимой? Не по этой ли причине твой супруг охладел к тебе?- игривость исчезла, но теперь мне показалось, что Димитрас специально дразнит Джулию.

«Не твое дело! Убирайся, говорю! Это моя территория!».

- Ты ошибаешься, дорогуша. Твоей территории в этом мире нет. Но я могу указать тебе дорогу в мир иной. Там, где твоей душе найдётся местечко. Соглашайся, пока я предлагаю по-доброму.

В ответ раздался злой хохот:

« Самонадеянный старикашка! Отправляйся сам в иной мир! А я верну себе то, что у меня несправедливо отняли! Теперь это моя жизнь!».

- Ну что же, по-хорошему не вышло. Каролина, начинай читать старинную песню.

Губы девушки беззвучно зашевелились. Глаза Каролина закрыла, чтобы ничто не отвлекало. И минуты не прошло, как Джулия разразилась бранью, которую трудно ожидать от женщины. Каролина болезненно поморщилась, но продолжала что-то шептать. Я слышала визг Джулии, и он не давал мне сосредоточиться на действиях медиума. А Димитрас вовсе не бездействовал. Его раскрытые ладони были напряжены. Я ощущала, как от них расходится волнами сила. Эта сила словно коконом опутывала Каролину. А мне ведь еще нужно было и свое защитное поле поддерживать. В сторону Кристиана я даже смотреть боялась.

Мой дар обострился, как обычно бывает у всех псиоников, находящихся в магическом контуре. Я слышала и монотонный голос Каролины, который проговаривал какие-то непонятные слова на незнакомом языке. Слышала злобный и отчаянный вой Джулии, которая, кажется, поняла, что недооценила возможности медиума. Она цеплялась за сознание Каролины, пытаясь удержаться любой ценой. В какой-то момент Каролина будто сбилась, но в следующую секунду снова забормотала свою песню. Её лицо было бледным, веки подрагивали, пальцы сжимали кружевной платок. Мне очень хотелось ей помочь, но нельзя даже касаться её, чтобы не отвлекать, не сбивать.

В какой-то момент Каролина начала руками будто отталкивать что-то от груди. Почувствовала Джулию и пытается вытолкнуть? А визг Джулии и её рычание подтверждало, что борьба идет нешуточная. Мало просто выдернуть подселенца, нужно сделать это с ювелирной точностью, чтобы не повредить сознание Каролины. Как хорошо, что звуки, издаваемые Джулией, не слышит Кристиан.

Димитрас вдруг резко дернул ладони на себя, я услышала какой-то хрип и с ужасом осознала, что это хрипит Каролина, а вовсе не Джулия. Девушка покачнулась, судорожно вздохнула, а потом вдруг сжала руками воздух возле груди и с силой что-то выдернула. Я понимала, что подселенца невозможно ухватить руками, но жесты Каролины помогали ей в борьбе.

Ваза на полу вдруг закружилась вокруг своей оси, а Димитрас переместил свои ладони и словно что-то впихивал в горлышко сосуда. Я отвлеклась от этого зрелища на Каролину. Она побледнела еще сильнее, словно в лице не осталось ни кровинки. Глаза закатились, и она упала мне на руки. Со стороны двери раздался рык бешеного бизона и звуки борьбы. А я трясущимися руками коснулась висков Каролины и вошла в ментальный транс.

«Каролина? Отзовись! Отзовись сию же минуту, ты пугаешь Кристиана!». Ментальное пространство было наполнено волнами самых разных эмоций и мыслей. Но я искала и нашла Каролину. Ей было плохо, больно, страшно.

«Каролина, ты молодец. Ты всё сделала правильно! Теперь ты свободна! Только отзовись, пожалуйста! Ты нужна нам!».

Недоверие, сменившееся слабой надеждой.

«Каролина, Джулии больше нет. Она ушла. Тебе нечего бояться! Отзовись! Подумай о брате! У него кроме тебя больше никого нет!».

Ну, давай же, давай! Не выдержав,  я приказала: «Каролина, быстро открыла глаза и сделала вдох!».

Сработало. Меня вытолкнуло из транса. Каролина закашлялась, и я убрала руки с её висков. Ладони дрожали, голова гудела, во рту пересохло.