Глава 6

Я сразу же поняла, что произошло, но липкий страх сковал мой разум, мешая признать очевидное. Боясь отпустить свою единственную опору, я намертво вцепилась в дверную ручку. Поморгала, зажмурилась, надеясь разогнать плотную непроницаемую черноту вокруг, потрогала рукой уши, как совсем недавно делал мистер Превье. Но в оглушительной тишине не слышала ни собственных движений, ни дыхания.

Остались только чувства: боль, от впившихся в губы зубов, холод металла в ладони, тяжелое, раздувающее и опускающее грудь дыхание, дрожь в коленях и пол под ногами. А вокруг — пустота.

Понимая, что паника сейчас — не самый лучший друг, я все равно запаниковала. Руки затряслись, на глазах выступили слезы, скользнули вниз, будто пощекотали влажным перышком по щекам, ноги обессиленно подогнулись, и я второй раз за вечер уселась на пол.

Боги всемогущие, неужели меня ждет участь хранителя? И почему вдруг сейчас? Ведь яд уже давно обезвредили. Что за напасти меня преследуют?! Идут по пятам, шаг за шагом.

И единственный, черт возьми, демон, который может мне помочь, гордо исчез в ночи. А время… время сейчас важно, как никогда. Что он там говорил? Слишком поздно мистер Превье получил помощь? Хотя хранитель, в отличие от меня, хотя бы находился под надзором лекаря. А сколько здесь проваляюсь я?

Эта мысль пугающей молнией пронзила все мое тело, и я начала двигаться. Не поднимаясь с пола, просто ползком, наощупь. Где-то, кажется, на столе лежал магический экран — единственное, что может помочь мне связаться хоть с кем-то. Кое-как, периодически натыкаясь на мебель и даже один раз сбив стул, я доползла до стола и внезапно поняла, что никак не могу проверить, пропала ли у меня речь. Задвигала дрожащими губами, но, конечно же, ничего не услышала. Отчаянье все равно заставило меня говорить, отдавая магическому экрану привычные команды — просить о помощи даже не зная, удалось ли мне связаться с кем-то. В конце концов, я просто сорвалась в рыдания, тряслась, сидя на полу, опираясь спиной о спинку дивана. Вот вам и начальник отдела магических преступлений. Обычная девчонка, слабая и испуганная.

В отсутствие слуха и зрения, моя жадно-чувствительная до каждого дуновения кожа, вдруг уловили какие-то колебания воздуха, смутное ощущение какого-то движения. В груди всколыхнулась надежда, но разум бездушно отмел любую мысль о чуде. Никто не успел бы прийти мне на помощь так быстро — я буквально минуту назад отбросила в сторону магический экран. Тем не менее я вскинулась и замерла, отчаянно желая обмануться.

Но окружающая чернильная пустота затаилась вместе со мной. Воображаемые часы отсчитывали секунду за секундой в такт глухим ударам сердца.

А потом воздух вокруг завибрировал, задрожал и потоком свежего воздуха бросился мне в лицо. Не знаю, закричала я или заплакала, а, может, просто захрипела, но через секунду меня оторвали от пола, усадили в кресло и почему-то затрясли, будто перезрелую яблоню. А мне так хотелось броситься этому невидимому гостю на шею, кто бы он ни был, уткнуться в грудь, вцепиться и не отпускать, пока он не вернет мне меня.

Встряхнув еще раз, но не добившись ничего кроме жалостливых всхлипываний, две сильные руки вдруг обхватили меня и прижали к груди, а потом, как маленького ребенка, подхватили одной рукой под спину, второй — под коленки и куда-то понесли. Я, абсолютно потерянная, съежилась в жалкий комок, всхлипнула, втянула носом воздух и вдруг ощутила знакомый травяной аромат.

Поддавшись внутреннему порыву, безотчетно вжалась носом куда-то в грудь, и почувствовала, как скачет галопом демонское сердце.

Мое трепыхалось не только в груди… билось жилкой на шее, стучало молоточком в висках, мягко толкалось над переносицей между глазами и даже в кончиках пальцев. Обостренные вдесятеро чувства на удивление не отталкивали меня от демона, а только заставляли придвигаться еще тесней.

Куда он меня нес было непонятно, но это и не важно. Уверена, он сделает все, что сможет. И никто не способен в этой ситуации дать мне больше. Беда в том, что даже ему возвращение меня прежней может быть не под силу. Ведь с мистером Превье не вышло.

Невероятно трудно ждать чего-то, не зная, когда все закончится. Быть запертой в темной тихой комнате и чувствовать лишь чужие руки, разматывающие шарф, снимающие куртку и укладывающие тебя на кушетку, чувствовать иглу за иглой, проникающие под кожу, движение воздуха рядом, безмолвную суету и жалящие больнее пчел предательские мысли о том, что жить «поломанной» я не хочу.

Наконец, еще одна игла куснула руку и там же замерла — капельница. Холодная ладонь потрогала мой лоб, щеку, потом пропала и вновь появилась уже ниже — сжала пальцы, собрала их в кулак и окутала поверх, поддерживая и успокаивая. Я неловко пошевелилась и положила сверху свою вторую ладонь, осторожно прошлась пальцами по костяшкам, погладила чужую руку, большую, раза в два больше моей. Вот она моя благодарность — без слов, без взглядов, одни касания и только. Рука под моей еле заметно дрогнула и тоже аккуратно большим пальцем провела по коже прерывистую линию сверху вниз. Азбука касаний, способная передать боль, сожаление и поддержку.

В моем ограниченном мирке сейчас бушевали одни лишь чувства, схлестывались волнами, шипели и откатывались назад, чтобы взрезать друг друга с новой силой. И мне совершенно не хотелось в них разбираться, слишком тесно и громко толпились они в голове.

Не знаю, что творилось в эти минуты с демоном, но почему-то я совсем не удивилась, только на секунду вздрогнула, когда его вторая свободная рука погладила меня по подбородку, а потом нежно, подушечкой пальца коснулась губ. На уровне ощущений это было правильно, и мне этого хотелось.

Мужские губы коснулись моего виска, уголка глаза, на несколько секунд исчезли и, затронув губы, нерешительно застыли, будто и не собирались целовать. Борода легко царапала щеку, теплое дыхание приятно согревало, хоть я и не замерзала. Но спустя несколько мгновений, когда все вокруг замерло в напряженном ожидании, и дрожь начала бить меня изнутри, я сама устремилась вперед и с вполне ощутимым ударом врезалась в теплые мягкие губы, которые сразу же перестали быть робкими.

Сильные руки прижали мои плечи к кушетке, не давая повредить капельницы. Я целовала демона жадно, будто это и было то самое лекарство, способное мне помочь. И меня так же жадно терзали в ответ, наполняя живительной силой, разгоняя по венам вместо крови чистую концентрированную энергию.

На краю сознания казалось, что поцелуй оборвется резко, оставив меня в смятении гадать, случился ли он на самом деле или был частью сна, навеянного какими-нибудь целительскими зельями, но демон отстранился медленно, не отпуская мои плечи, поцеловал в уголок губ, потом еще раз чуть дальше, постепенно снижая градус нашего общего безумия. И только после этого расцепил руки, одну за другой, оставив меня один на один с самой собой.

Что он делал, покинув мой мирок? Продолжал колдовать со своими зельями? Или, может быть, сидел и смотрел на меня, пытаясь анализировать то, что произошло? Нет, это на него совсем не похоже.

Я лежала на кушетке почти слыша тишину и пустоту у себя в голове. Все бушующие до этого момента мысли дружно собрали чемоданы и покинули меня вместе с де Ла Мастом. Теперь я казалась себе пустой оболочкой, беспомощной куклой, у которой остались лишь воспоминания о том, что она когда-то видела, слышала, говорила. Но и они меня не терзали, уступив место спокойному состоянию усталости на границе между сном и бодрствованием.

Я совершенно не ощущала течение времени, и не чувствовала абсолютно никаких движений воздуха. Чтобы не провалиться в сон, старательно хлопала глазами, сгибала и разгибала пальцы, тянула носочки. И в какой-то момент этой суровой борьбы с естественной потребностью вконец обессилевшего организма, чернота вокруг стала похожа на туман. А туман, как известно, рано или поздно рассеивается.

Одновременно с этим я услышала какое-то шуршание, подскочила на кушетке, как ужаленная, но меня мягко вернули на место, присели рядом, оставив ладонь на плече. И теперь я смирно, пытаясь утихомирить вырывающееся из груди сердце, отсчитывала секунду за секундой, все лучше различая очертания предметов, слыша все больше звуков, заполняющих пространство вокруг.

О сне я больше не думала, теперь мое тело превратилось в средоточие кипучей энергии, которую до поры до времени держали в узде. И когда я различила рядом с собой неясный силуэт, широкие плечи, удерживающую меня руку, не выдержала и потянулась к демону свободной от капельницы рукой, накрыла его ладонь своей и попыталась улыбнуться. Не знаю, что из этого вышло, но де Ла Маст спокойно и уверенно высвободился, поднялся и повернулся ко мне спиной, обернувшись лишь спустя несколько ударов сердца.

- Умеете вы пугать, — проворчал демон, но мне казалось, что он улыбался. — Не успел оставить без присмотра, снова чуть не умерли. Это не серьезно, мисс Дьюли.

Хм, мисс Дьюли? А с ним ли я целовалась пару часов назад?

— Я…не специально, — слова прозвучали тихо и вымученно, голос скрипел как несмазанное колесо.

Он молча стоял и смотрел на меня, скрестив руки на груди. Я еще не могла точно понять, что отражалось на его лице, но тишина меня настораживала.

— Верю, — наконец, отозвался он. — А если серьезно, простите меня.

Я замерла, напряженно вглядываясь в его лицо, но ничего не могла различить. За что он извиняется?

— Я больше всех виноват в том, что случилось. Яд каким-то образом остался в крови. Ничтожно мало, но он, как выяснилось, даже в таких количествах способен постепенно убивать. Хотя, глядя на вашу работоспособность сложно заподозрить, что вам плохо.

Он опять выдержал паузу, будто обдумывая свои слова.

— Ведь были же какие-то признаки? А вы по привычке молчали и продолжали геройствовать?

Я пожала плечами.

— Головная боль — моя подруга на каждый вечер. Я думала, что просто переутомилась.

Теперь молчание затянулось. Я уже могла различить черты лица, взгляд, устремленный на меня. Но все равно не понимала его настроения. Что уж говорить о поцелуе… сейчас я была почти уверена, что это фантазия. Странно приятная, но все же выдумка.

Я ждала каких-то слов. Может быть, он поругает меня за небрежное отношение к собственному здоровью? Может, пошутит, чтобы снять нарастающее напряжение?

— Странно, что вы вините себя после того, как спасли меня уже три раза, — заговорить все же пришлось мне. — И я даже не знаю, как вас отблагодарить. Хотелось бы не просто сказать спасибо…

— Вы ведь спасаете меня в ответ, — с усмешкой перебил он. — Помните? Так что просто не бросайте начатое.

— Я… я не собиралась бросать, — поспешила заверить я. — И в мыслях не было. Только…

Черт, несмотря на общие улучшения, говорить вдруг снова стало сложно.

— Когда я лежала… кхм… я… мне показалось…

Он заговорил спокойно, с улыбкой. И даже с вполне различимым огоньком в глазах.

— Если вы про поцелуй, то не берите в голову, я все понимаю. В том состоянии вам просто захотелось почувствовать себя живой. Такое бывает. Ничего страшного.

***

Окатив лицо ледяной водой, я посмотрела в зеркало. Серо-синие круги под глазами никуда не делись, хоть я и отсыпалась дома уже целые сутки. Всего сутки, а за последний час, проведенный в бодрствовании, я уже вся извелась, думая о расследовании.

Демон, конечно же, был прав, куда быстрее разобравшись с тем, что произошло. Я просто на время попала в какой-то другой мир, запуталась в ощущениях, захотела почувствовать жизнь… Все верно. Хмурый бородач меня совсем не привлекал. А вот друг и напарник из него мог получиться хороший. О поцелуе просто стоит забыть, или убедить себя, что на краю гибели моя фантазия разбушевалась.

После того, как зрение и слух полностью вернулись, оказалось, что де Ла Маст принес меня к себе домой — там были все нужные ингредиенты. И даже капельницы, что поразило меня больше остального. Этот кабинет-лабораторию я прежде не видела. Отлежавшись под присмотром у демона всю ночь, утром я выпила очередное зелье и с трудом после уймы наставлений была сопровождена домой.

— Как только почувствуете что-то необычное, вы знаете, что делать, — в завершение разговора сказал он, строго щурясь.

— Да, — я подалась вперед и все-таки обняла его за шею, привстав на цыпочки.

Радость после всего пережитого получилась какой-то усталой. По-мужски пожав на прощание руки, мы расстались, и войдя в дом, я просто упала на кровать и проспала там до настоящего момента.

А сейчас смотрела в зеркало и не верила, что тот вечер и ночь были реальными. Слишком много неправдоподобных событий произошло, начиная с путешествия порталом и маминых объятий и заканчивая жуткой ночью без зрения, слуха и голоса.

Хорошо, что де Ла Маст вернулся. Иначе все могло бы быть по-другому.

В этот момент в моей голове что-то щелкнуло, будто внутри зажглась магическая искра, осветив самые дальние уголки памяти. А ведь он и вправду вернулся! Сам. Когда я пыталась с кем-то связаться, речи у меня все же не было, да и не успел бы он добраться от себя до моего дома за две минуты.

Я схватилась за эту мысль, она внезапно показалась мне важной. Если бы я не потеряла себя от яда и не провалялась бы всю ночь под капельницей, давно бы поняла, что демон в тот раз все же переборол гордость и пришел ко мне за помощью. А значит не лукавил о том, что готов к борьбе.

Эта мысль зацепила собой что-то еще, но я не успела понять, что — стук в дверь выбил меня из размышлений. На улице встревоженная, промокшая до костей, топталась Ядвига.

— Я извиняюсь, мне сказали, вас не будет до завтра, но… мне кажется… еще раз простите… — начала она, но я схватила напарницу за рукав и затянула домой.

— Не извиняйся. Проходи, рассказывай.

— Пришел ответ из Ластреи. Ничего особенного, простое перечисление имен, которые я попыталась проверить по нашим внутренним архивам. Пять имен, но я дошла да четвертого и заметила кое-что любопытное. И совсем не там, где ожидала.

Она на секунду прервала речь, выдохнула весь воздух из легких, и быстро, почти скороговоркой, сказала:

— Я еще раз прочитала описание, которое приложил де Ла Маст и поняла, что видела нашего стрелка ближе, чем сейчас вас.

Выпалив это, она на секунду замерла, будто уже сказала самое страшное, и продолжила чуть спокойнее.

— Я совсем забыла, что уже видела демона с родимым пятном на левом запястье, когда проводила допросы. Вот только их было так много, что я совсем забыла о такой мелочи.

Хм, а вот я, похоже, начала догадываться, к чему она ведет.

— Помощник хранителя? — я уже знала, что угадала.

Ядвига кивнула и непривычно поникла.

— Все-таки в том, что его упустили, виновата только я. Булан Валир — имя выдуманное, в полученном списке его нет, так что мы даже не знаем, кого искать.

— В полученном списке… — пробормотала я себе под нос и поняла, что меня смущает. — Слушай, в описании указано родимое пятно. У них что училось пять человек с одинаковым родимым пятном? Бред какой-то.

— Бред или сокрытие информации. Они вообще… хм… — Ядвига поморщилась. — Не очень-то рвались с нами сотрудничать. Сначала тянули время, а потом без всяких пояснений выслали этот список. То есть либо здесь вообще нет того, кто нам нужен, либо все они в равной степени могут претендовать на место Валира.

Она рассуждала вслух, а я натягивала куртку.

— Какой-то вездесущий демон у нас получается, — я попыталась свести концы с концами уже на пути в участок. — Он ведь остался в Хранилище, когда мы увели мистера Превье. Как он же мог стрелять из арбалета?

— Может, там все же пять братьев с одинаковыми родимыми пятнами? — пошутила напарница, но тут же нахмурилась, понимая, что ничем более рациональным это не объяснить.

Может, у нас все же есть один очень проворный злодей? Демон, значит теоретически может обладать магией крови, да и Ластрея — академия не простая. Уже сто лет она выпускает из своих стен ловких профессиональных наемников, которые, по словам де Ла Маста, чаще всего привлечены на королевской службе, но бывают и исключения. Опять же теоретически помощник хранителя мог ненадолго исчезнуть с рабочего места. Только вот неужели заранее приготовил арбалет с отравленными стрелами?

Мистер Превье после просьбы подробнее рассказать о своем помощнике, в прыгающих от волнения строчках клятвенно заверил меня, что слишком ответственно относится к подбору сотрудников, и прежде чем нанять демона, изучил его подноготную — никакой учебы в Ластрее там и в помине не было. А вот родимое пятно подтвердил. Как и то, что мистер Булан Валир удивительно умело готовил всяческие зелья — от несварения, успокаивающие для хорошего сна, бодрящие для плодотворной работы, снимающие жар и боль. И в день кражи, он, кажется, поил Хранителя отваром, призванным избавить его от мигрени.

Услышав последнее, я чуть было по лбу себя не хлопнула от досады. Черт возьми, мы же были так близко к этому прохвосту. И так глупо его упустили.

От мистера Превье я снова отправилась в библиотеку. Ищейки все так же безрезультатно бродили по городу, а у меня в голове начал формироваться план, для удачного воплощения которого следовало еще раз прошерстить темное прошлое украденных артефактов.

***

— Вам нужен я, — категорично заявил де Ла Маст. — Меня он не знает, а вас — прекрасно. Как и вашу помощницу.

— Я не могу привлекать сторонних лиц к операции.

Демон скептически приподнял бровь, явно намекая на возможность повлиять на мое решение через мистера Артикуса. Хоть я и была уверена, он не станет этого делать.

— В задержании я могу и не участвовать, но должен же кто-то бросить приманку. Сотрудник Следственного управления вряд ли вызовет у него доверие.

Я была склонна с этим согласиться, но все-равно отрицательно покачала головой.

— Он не может знать всех сотрудников в лицо. Мы кого-нибудь найдем.

— А что не так со мной?

Мы стояли у библиотечного стеллажа и уже около часа обсуждали мою идею, пытаясь путем огранки превратить алмаз в бриллиант. План не был особенно оригинальным, но просто обязан был сработать.

Пересмотрев уйму книг, я не нашла ничего такого, что бы объединяло три украденных артефакта. Кроме того, что это были кольца. Первым было украдено «эльфийская песнь». Это кольцо, согласно преданиям, могло подчинять себе эльфов. Вот только активирующие его заклинания были давным-давно утеряны во время последней межрасовой войны, и сейчас оно было скорее безделушкой, нежели по-настоящему опасным оружием. Вторая пропажа — «язык демона», позволяющий понимать любое незнакомое тебе наречие и свободно на нем изъясняться. Умение полезное, но вроде бы безобидное. Ну и третье кольцо — «лапа орка» — артефакт способный подарить своему обладателю недюжинную силу.

Если развивать непонятную, но закономерную мысль о пропаже именно колец, то в Хранилище в ближайшее время должна произойти еще одна кража. Это последнее четвертое кольцо, еще содержащееся в хранилище, с пафосным названием «великанья смерть», хотя всем известно, великаны существуют только в сказках.

Согласно моему плану в Льен приехал богатый коллекционер и собрался выкупить этот артефакт у королевского Хранилища. Настроен серьезно и не жалеет никаких денег. Сделка удается и по этому поводу перед отъездом в столицу гость устраивает небольшой прием для городской элиты, которая помогла ему достичь цели. Сплетни о продаже появятся уже завтра, а шумиху устроят противники разбазаривания «великих ценностей Акрона» по частным коллекциям. И прием это будет последним шансом увести артефакт. Потому что на пути в столицу и в доме коллекционера охранять его будут с утроенной силой, почище, чем в Хранилище.

— С вами все в порядке, — я отвернулась к стеллажу с книгами, в который раз поймав себя на том, что, задумавшись, неприлично долго задерживаю взгляд на лице демона. Рассматриваю прямой нос, губы, маленький едва заметный шрам высоко на скуле, почти у самого уха. — Я просто не должна втягивать обычных горожан в расследование. К тому же, вас он тоже скорее всего видел.

— Мне кажется, я втянулся в дело ровно тогда, когда сбил вас с ног, — он, похоже, заметил, что я сомневаюсь и решил закрепить успех. — К тому же ваши сотрудники наверняка не представляют, как ведут себя богатые коллекционеры. А я знаю. Я даже был таким коллекционером до поры до времени.

Я замолчала, обдумывая его предложение и весь план в целом. Естественное поведение главного героя этого спектакля, конечно, самое главное, но…

— Вы меня не дослушали. Я на приеме в честь сделки буду в любом случае. С помощью местных виртуозов-перевоплощателей немного изменю внешность, и стану спутницей нашего богатея. А когда вычислю Валира, смогу его арестовать.

— Тем более, — уверенно кивнул де Ла Маст, будто уже знал об этом. — Я вполне себе богатей. Вы — самая прекрасная спутница, какую можно пожелать. Нам и притворяться не придется. Как говориться, лучшая роль — та, которую не нужно играть.

От вскользь произнесенного комплимента у меня заалели щеки. Я критично осмотрела демона с ног до головы. Манеры аристократа, без сомнений, сидят в нем намертво, но глубоко внутри. Если он захочет, чтобы их увидели, у него это легко получится. Вот только внешность, а в частности борода и отросшие до плеч волосы, как-то не вяжутся с образом богатого коллекционера.

Заметив, куда я смотрю, де Ла Маст широко улыбнулся и потеребил заросший подбородок.

— Не беспокойтесь, я тоже умею перевоплощаться. К тому же, давно подумываю ее сбрить.

— В таком случае, у меня есть к вам предложение, — я против воли нервно закусила губу, потому что произносить вслух то, о чем я думала, было отчего-то страшновато. — Вы постоянно мне помогаете, тратите свое время на это расследование… кхм… Не хотите ли вы стать сотрудником Следственного управления? Моим напарником, если хотите?

Брови демона опять удивленно воспарили.

— Вашим подчиненным?

— Хмм, да. Я в любом случае начальник отдела, — подтвердила я. — Вас это смущает?

Я следила за лицом де Ла Маста с напряженным любопытством. Мне хотелось, чтобы он засмеялся и кивнул, может быть, вновь назвав меня маленьким демоненком, но, кажется, ему эта идея не так уж и нравилась.

— У меня давно не было начальников, — он, к сожалению, не улыбался, и даже не глядел на меня, а только задумчиво рассматривал корешки книг на высоком стеллаже справа от себя. — И… я, увы, вынужден отказаться. Это не для меня.

От этих слов в горле неожиданно засаднило.

— Кхм, в таком случае… еще раз спасибо за помощь, но напарника-коллекционера я найду среди коллег.