Глава 9

Выбивает воздух из легких.

Только не это.

Как он сказал — красивая?

Не сейчас, когда я выгляжу как бомжиха с вокзала, да и пахну, наверное, также.

— Не сказала бы. Но вот если ты слезешь с меня, оно возможно подобреет.

Мне нужно хотя бы в душ, чтобы выглядеть как человек.

Тихий смех.

— Нет строптивая. Не в этот раз. Но сначала ты мне скажешь, что значит на вашем языке — не для тебя моя роза цвела?

— Что? Какая роза? — ничего не понимаю. Лежу возбужденная им, а он мне про цветы.

— Ты вчера в трубку, между тем как говорить кто я такой, кстати за это я тебя еще накажу, — шлепает меня по заднице, — сказала, что не для меня цвела твоя роза. И что я не стану тем садовником, что ее сорвет.

Господи. Я больше никогда в жизни пить не буду. Клянусь. Какой стыд.

— Ничего это не значит. Забудь.

— Окей. Потом расскажешь.

И тут вспоминаю главную деталь моего стыда.

— Света, — кричу я.

— Успокойся. Она еле отцепила твои руки от себя, когда ты не хотела ее отпускать домой.

— А почему она уехала? — задаю наиглупейший вопрос.

— Потому что поняла, что была тут лишней? — снова смешок.

— Нужно ей позвонить и извиниться, — пытаюсь приподняться на руках, но куда там.

— Позже, — целует в висок, — все остальное потом.

Перехватывает руки одной своей, второй ведет по моей щеке, шее, опускает к лопаткам и ведет ладонью в бок. Слегка касаясь края груди, и я немного выгибаюсь, так что его член упирается в ягодицы еще сильней.

— Отзывчивая.

Ведет пальцами по талии, словно рисует мой силуэт. Достигает резинки пижамных шортиков и просовывает под них свою руку.

Я уже возбуждена до предела. Это так горячо и так сладко.

Мне нравятся его касания. Между ног покалывает и пульсирует. Я чувствую влагу. Хочу, чтобы он коснулся меня там.

Так стоп. Он вчера уезжал с какой-то вешалкой, а потом приехал ко мне после нее.

«Включи свою голову Ася. Вспомни о гордости», — шепчет разум.

Его рука перемещается с моих ягодиц, не покидая трусиков под меня, накрывая лобок. Пальцы движутся ниже, раздвигают влажные губы и касаются клитора.

— А-ах, — вырывается из меня громкий стон.

Тело аж трясет от новых ощущений.

Боже, как это восхитительно. Я хочу еще. Больше.

И не могу. Зачем он это вытворяет? Продолжает свою игру? Неужели настолько сильно ему нужно получить желанное?

Начинает кружить по моим лепесткам, задевая и надавливая на эту маленькую жемчужину даря удовольствие.

Целует меня то в шею, то в спину, кусает плечи и зализывает языком. Царапает меня своей щетиной. Трется твердым стволом.

— Айяз?

— Что красивая? Скажи, чего ты хочешь?

— Остановись.

— Ни за что. Больше никаких остановок.

— Я серьезно, — начинаю ерзать под ним пытаясь вырвать свои руки из его плена.

— Что не так Айсель? — спрашивает он и перекатывается с меня ложась рядом на спину, а я сажусь, поджимая ноги под себя.

— Да все не так. Тебя что, вчера не покормили? Или я не вовремя тебя отвлекла от трапезы, что ты не успел? — блин, надо было молчать, точнее начать с другого.

— Я сейчас тебе скажу кое-что ты послушаешь и желательно запомнишь, поняла? — он сменил голос на властный и грубоватый.

Я киваю.

— Первый и последний раз я оправдываюсь. В следующий раз ты либо веришь мне, либо нет. Это первое. Второе: я видел тебя возле клуба. Отвез девчонку домой и поехал к себе в отель. Не успел до него добраться, как написала ты. А после отправился по твоему адресу. И пусть тебя не удивляет тот факт что я захотел секса. Я мужчина Айсель. И если желанная женщина отказывает мне, постоянно сбегая, я действую по-своему. Я не мальчик Ася. И не стану больше бегать. Ты либо со мной, либо нет.

Пока слушала его, закипала как чайник от его слов.

— Знаешь, что? Ты ставишь мне тут условия, но забываешь, что я тоже могу требовать к себе уважение и предъявлять претензии. Ты приехал, начал меня зажимать по углам. Потом говоришь что будешь играть. Теперь что? Думаешь я с радостью раздвину перед тобой ноги, после того как ты предложил секс на одну ночь? С какой стати? Приехал требовать с меня то, что не получил у другой? Я что так похожа на ту, что годится только на это? Так вот дорогой, ты не по адресу. Иди туда где не станут требовать ответов, да и вопросов задавать.

Развернулась, чтобы встать и тут же была опрокинута на кровать с громким рыком.

— Не смей уходить, когда я говорю с тобой, женщина, — навис надо мной и прожигает взглядом.

— Не указывай мне что делать. Я не твоя женщина Айяз, — кричу в ответ. — Не твоя, понимаешь? Не смей требовать с меня что-то. Уходи отсюда.

Начинаю колотить его по груди и плечам, и он перехватывает мои руки.

— Тогда научись говорить прямо Айсель, чтобы я слышал тебя и понимал. Я не умею читать мысли. Чего ты хочешь? Точнее, чего тебе не хватает, чтобы сейчас успокоиться и быть рядом, черт возьми, без истерик?

Перестаю сопротивляться. Устало прикрываю глаза и не знаю, что мне делать?

Вот так взять ему сказать — что?

— Просто скажи Айсель. Потому что я знаю, что я хочу, конкретно от тебя.

— Ага. Ты уже итак сказал, что хочешь. Я тебя прекрасно поняла, — обреченно хмыкаю со смешком.

— Ты удивительная, знаешь? Умудряешься расслышать каждое слово, но не понять смысл и одного из них.

— Может быть это ты не умеешь правильно доносить информацию?

— Да? Тогда вот что я тебе скажу — я хочу, чтобы ты стала моей. Так ясно?

— И даже срок не уточнишь? Ночь, две или три?

— Ты опять за свое? — раздражается он, хватая за плечи.

— Да просто все это не имеет значения. Ты уедешь отсюда Айяз, — последнюю фразу чуть выкрикиваю. — Уедешь. И что дальше? Где мои гарантии?

— Никто и никогда не даст тебе гарантий ни на что, Айсель, — отпускает меня и встает с кровати, а я продолжаю лежать, наблюдая за тем, как он начинает одевать свои джинсы.

— Да никто. Но с другими хотя бы шанс может быть. А с тобой, даже призрачного, быть не может. И мы это прекрасно понимаем. Ты ведь хотел начистоту? Так давай. Ты пробудешь здесь сколько? Месяц, два и потом испаришься. Что дальше?

Не замечаю, как по щекам начинают катиться слезы, а губы дрожать.

Он взобрался на кровать, лег рядом и повернул меня к себе, закидывая ногу на мои бедра.

— Не нужно милая, — стирает пальцами слезы. — Просто будь рядом.

— Ты слишком эгоистичен Эль-Хоир.

— Знаю, но отнять у себя этот шанс, чтобы ты была рядом не могу. Извини меня жами́ля (араб. — красивая).

Вот он, этот момент, когда перед тобой чаша весов, в которой твое будущее. И даже не понятно где будет счастье и печаль.

И как же выбрать?

Что перевесит? Разум или чувства.

Но какие чувства? Конечно я не люблю его. Но эти эмоции. Эта тяга к нему. Откуда она? Когда образовалась эта связь?

Сколько прошло дней? Это же смешно.

Но отказаться от него сейчас, просто сказать «нет», я не могу.

Просто не могу. Но согласие погубит меня потом, а сейчас откуда эта тяжесть? Еще не обрела, уже прощаюсь? И так будет каждый день? В ожидании его слов, что он уезжает?

Смотрю в его глаза и язык прирастает к небу. Открываю рот сказать «нет». Я точно хотела сказать именно это. Но произношу совершенно другое, меняя наши судьбы за секунду.

Бесповоротно.

Навсегда.

— Хорошо.

Не я сказала, не мой голос. Не он. Но что если позволить случиться этой мысли: Что если…?

Целует меня. Так сладко. Так приятно ласкает своим языком мой. Растягивает удовольствие.

Звонок в дверь.

Быстрый взгляд на часы. Ровно двенадцать. Она никогда не опаздывает и никогда не уходит, если я не хочу открывать дверь.

Марина.

— Ты кого-то ждешь? — обнимая спрашивает он.

— Да. Только я об этом забыла. Это Марина, — кривлюсь от мысли что придется видеться с ней.

Айяз лениво отрывается от меня.

— Ну так прогони ее, давай проведем день вместе.

— Она не уйдет. Никогда не уходит, — коротко чмокаю его в губы и встаю.

Почему-то нет неловкости. Наоборот, все легко, даже воздушно.

Достаю из шкафа футболку и спортивные штаны.

— Можем встретиться завтра, если хочешь, — предлагаю я.

Айяз садится и пристально смотрит.

— Кто она? Ты изменилась. И почему завтра? Сейчас только двенадцать, — говорит, посмотрев на часы. — Или вы на весь день заняты будете?

Слишком много вопросов.

— Нет максимум час, но потом я буду не в состоянии видеться с тобой.

— Ничего не понимаю, — тоже встает и надевает свою футболку.

— Потом расскажу, если захочешь. Но не сегодня. Пожалуйста, — прошу его.

— Ладно. Мне пойти открыть?

— Если можешь. Я пока переоденусь.

Подходит близко ко мне и целует.

Остаюсь в комнате одна, а в голове словно улей с осами разворошили.

Быстро выхожу, не желая оставлять Айяза с ней наедине.

— А вы кто? Парень Аси? — доносится до меня.

Тут и мне самой стало интересно как он ей ответит.

— Я ее мужчина. А вы?

Как звучит — мой мужчина. Надеюсь, что так и есть.

— Это Марина Евгеньевна, — отвечаю за нее появляясь в коридоре.

— Я мама Аси, — тянет руку Айязу.

Он пожимает в ответ, но смотрит на меня.

Ну что? Сказала же потом расскажу.

— Ася, ты готова?

— Я не хочу никуда идти, можем поговорить тут.

Она смотрит на Айяза с каким-то… восхищением, что ли?

— Иди на кухню. Я сейчас.

Подхожу ближе к мужчине, когда она скрывается за углом.

— Потом, да?

— Да. Ты останешься на кофе?

— Хотел бы, — трогает пальцами щеку, — но думаю, что тебе стоит поговорить с ней. Да и мне нужно к отцу.

— Хорошо, — тянусь к нему и целую желанные губы.

Он обувается, и я приоткрываю дверь, но вспоминаю одну важную деталь:

— Айяз? — он смотрит в глаза ожидая продолжения фразы. — Я хотела сказать, что Мой мужчина, — делаю акцент на слове «мой», — не ходит в клуб, чтобы потом подвозить фарфоровых Барби.

Хмурю брови для придания серьезности моих слов. Не знаю к чему все это нас приведет, но пока мы вместе определенные правила имеют место быть.

— А Моя женщина, — вторит он мне, — вообще не ходит по клубам и всегда следует за своим мужчиной.

Помигивает и уходит.

Закрываю за ним дверь и иду на кухню.