Тамми прыснула со смеху. Рэйнэн улыбнулся и продолжил:

— Тогда было не очень смешно, вся посуда на столе, включая бокалы с вином, мгновенно лопнули. Представь себе невесту в белом, с ног до головы облитую вином, с остатками ужина в волосах, и жениха с кусками мяса и салата на плечах.

Тамми больше не сдерживалась и теперь громко и заливисто хохотала. Смех девушки серебряным колокольчиком зазвенел по залу, разливаясь странным теплом в душе темного императора. Она была такой юной, такой чистой, такой непохожей на тех женщин, что всегда его окружали. От нее пахло лесом, цветами, невинностью и… желанием. Рэйнэн вдруг отчетливо понял, что хочет ее. Именно ее. Не ту перепуганную, сердитую девчонку, которую он увез из мира людей, а эту, босоногую, счастливо заливающуюся смехом, с разметавшимися по плечам рыжими волосами и сияющими, как изумруды, глазами. Желание вдруг стало таким острым и навязчивым, как внезапно проснувшийся голод. Кровь побежала по венам раскаленной лавой, дракон внутри него глухо зарычал.

— А дальше? — Тамми перестала смеяться и с любопытством смотрела на Рэйнэна.

— Дальше… — голос императора вдруг стал глухим и хриплым. — Дальше разразился скандал, — произнес Рэйнэн, беря себя в руки.

— От визга облысевшей королевы, у приглашенного на свадьбу василиска треснули очки, поэтому король девятого королевства, неудачно оказавшийся в поле зрения чешуйчатого, превратился в камень.

— И что? Его вылечили? — взволнованно спросила девушка.

— Нет, — улыбнулся Рэйнэн. — Зато в девятом королевстве теперь есть очень красивая статуя короля Дэргана Четвертого. А вот королеве приносящих сны три дня лучшие целители отращивали волосы, в противном случае ее муж грозился пойти на нас войной.

— А что случилось с зачинщиками скандала? — поинтересовалась Тамми.

— А, эти… — Рэйнэн откинулся на спинку стула и усмехнулся. — Эти двое сбежали со свадьбы под шумок, а через месяц поженились. С тех пор меню для каждого приглашенного на императорскую свадьбу согласовывается вплоть до кусочка хлеба.

Тамми уплетала копченый окорок и все время улыбалась, вспоминая рассказанную Рэйнэном историю. Пожалуй, чудовище может быть очень неплохим рассказчиком, когда захочет, думала она. Случайно подняв голову, она чуть не поперхнулась. Яркие бирюзовые глаза беззастенчиво блуждали по ее телу. В их глубине загоралось что-то такое, от чего девушка почувствовала себя тем самым окороком, который она только что ела с таким удовольствием. Аппетит пропал мгновенно, ей захотелось спрятаться, забиться в какой-нибудь дальний угол, подальше от этого мужчины, съедающего ее взглядом. А еще лучше бежать, бежать без оглядки, куда глаза глядят, лишь бы забыть скорее и этот жуткий дворец, и ее ужасного хозяина. Только вот бежать было некуда, Тамми не понимала, как можно сбежать из дворца, висящего в воздухе. Вернее, понимала, что для этого нужна магия. Магия, которой она не обладала. Но ее маленькое сердце верило, верило и надеялось, что однажды она все-таки найдет выход и вернется домой. А сейчас ей ничего другого не оставалось, как молча терпеть и ждать, когда подвернется удачный случай. Рэйнэн прервал невеселые размышления девушки:

— Наша свадьба состоится послезавтра, сегодня вечером ты будешь представлена двору как моя официальная невеста.

Тамми вздрогнула. Ей показалось, что удавка на ее шее медленно и верно начинает затягиваться. Судорожно сглотнув, она посмотрела на будущего супруга.

— Ты что-то имеешь против? — поинтересовался Рэйнэн, видя замешательство девушки.

— А разве вас интересует, против я или нет? Кого волнует мнение пленницы? Ведь я здесь пленница, — девушка с вызовом посмотрела на императора.

Рэйнэн скрестил на груди руки и спросил:

— А с чего ты решила, что ты пленница? Не помню, чтобы пленники ели за одним столом с императором, получали отдельную комнату, слуг и одежду с украшениями.

— Мне от вас ничего не нужно, а что касается отдельной комнаты, так она надежно охраняется вашими верными псами. Боитесь, что сбегу? — Тамми начинала заводиться. Вспомнив про облитую вином невесту, она подумала, что здорово бы было плеснуть чем-нибудь в самоуверенную рожу "чудовища", чтоб смыть с нее противную ухмылку. Словно прочитав ее мысли, Рэйнэн осторожно накрыл свой бокал рукой, слегка подался вперед навстречу Тамми и заговорщически прошептал:

— Они не тебя охраняют, малышка.

Тамми посмотрела на Рэйнэна как на безумного. Но тот с таким же таинственным видом продолжил:

— Они охраняют мой дворец от тебя.

Тамми поняла, что над ней просто издеваются. А "чудовище" продолжал потешаться:

— Нет, правда, ты за несколько минут превратила комнату моей матери в руины. Страшно представить, что ты сделаешь с моим родовым гнездом, еслиг тебя выпустить. И это притом, что камень, из которого сделан дворец, гасит любую магию, кроме темной. Странно, что ты вообще можешь пользоваться здесь своей силой.

— Я не собиралась разрушать комнату вашей мамы, — девушка виновато опустила голову. Следующий вопрос застал ее врасплох.

— Значит, выйти хотела и не дали?

Тамми потупила взор и вздохнула. Рэйнэн встал, обошел стол, молниеносно подхватил девушку на руки и со словами: " Ну что ж, пошли, посмотрим, где ты тут еще что-нибудь поломать можешь, может, что-то особенно приглянется", потащил ее на выход. Ашхар моментально бросил грызть кость с мясом, вскочил и побежал за хозяином следом.

Рэйнэн носил Тамми по дворцу из одного зала в другой, все время раз рассказывая о каждой из них совершенно удивительные истории. Больше всего девушке понравился музыкальный салон. Никогда в жизни она не видела такого количества диковинных музыкальных инструментов, а учитывая то, что она очень любила петь, ей казалось, что мелодия, издаваемая ими, наверное, будет звучать восхитительно красиво.

Рэйнэн, заметив, с каким интересом девушка смотрит на арфу, спросил:

— Хочешь попробовать?

Тамми отрицательно закачала головой.

— Я не умею, я могу петь, но не играть, к сожалению.

Император подошел к небольшому дивану и усадил на него свою босоногую ношу. Подойдя к столу, он взял с него длинную, тонкую, черную трубку. Несколько секунд он смотрел на стихийницу так, словно хотел о чем-то попросить, но не решался, потом поднес трубку к губам. Инструмент издал длинный протяжный звук. Нежная, как дуновенье ветра, мелодия заструилась по комнате. Музыка переливалась звенящей трелью, заполняя сердце девушки светлой грустью. Тамми знала эту песню. Она пела ее дома каждый вечер уходящему за горизонт солнцу. Закрыв глаза, вспоминая, как перекликаются птицы в вечернем лесу, как шумит ручей, перекатываясь по гладким камушкам, как шелестит листва, она запела. Голос слился с чарующим звуком флейты, заполняя комнату воздушными кружевами мелодии. Тамми пела, отпуская терзавшую ее тревогу и страх, выливая с чистыми звуками боль, тоску, отчаянье. Музыка прервалась внезапно. Девушка открыла глаза и удивленно посмотрела на стоявшего возле стола Рэйнэна. Мужчина опустил голову, так, что длинные темные пряди падали на лицо, скрывая его от девушки. Ладони императора вдруг резко сжали крышку стола, костяшки пальцев побелели, по гладкой полированной поверхности поползли глубокие трещины.

Тень, лежавший на полу, вздыбил шерсть и глухо зарычал. Несколько томительных минут Рэйнэн просто стоял без движения, глядя пустым взглядом впереди себя. Резкий поворот головы, и он смотрит на Тамми спокойно и бесстрастно:

— Ну что, пошли смотреть дальше?

Ничего не понимающая девушка промолчала, ее пугали смены настроения этого непонятного мужчины. Но Рэйнэну ответ не требовался, легко подхватив свою спутницу на руки, понес ее дальше, вглубь замка. Дойдя до высоких тяжелых дверей, перед которыми стояла стража, он остановился и торжественно произнес:

— Святая темных! Захочешь разгромить мой дворец, начинай отсюда.

Двери медленно отворились, пропуская их в зал заседания совета. Зал был большой и просторный. Сверкающий черный пол, череда узких длинных окон уходящих под потолок, в центре стоял большой круглый стол, за которым сидели мужчины, много мужчин: молодых, не очень молодых и убеленных сединой стариков. При виде вошедшей пары все встали, почтительно склонив голову. Рэйнэн удивленно посмотрел на собрание, потом перевел взгляд на огромные часы, занимавшие полстены, и вежливо произнес:

— Прошу прощения, мы слегка потеряли счет времени.

Быстро поднявшись на возвышение с массивным престолом, усадил на него растерянную девушку и, повернувшись к собравшимся, возвестил:

— Господа, моя невеста — леди Таммиэлиэн, — наклонившись к Тамми, тихонько сказал: — Посиди здесь немного. Я недолго.

Император подошел к столу и, поприветствовав собравшихся, склонился над картой, развернутой на нем.

Рэйнэн вопросительно посмотрел на Трэмрана:

— Ты что-то нашел?

Советник, молча вытянул из кармана небольшой сверток и положил его перед императором.

— Это я нашел в лесу в нескольких метрах от сети, ограждающей разлом.

Рэйнэн развернул ткань и извлек из нее осколки сосуда. От пальцев императора пошло зеленое свечение, и через секунду над столом в туманной дымке возникла картинка: темная, закутанная в плащ, фигура облила себя жидкостью из флакона и растворилась в воздухе.

— Иллюзия невидимости. Понятно, как он прошел сквозь стражу, — Рэйнэн со злостью ударил кулаком по столу.

— Есть еще кое-что, — продолжил Трэм, доставая второй сверток. — Это все, что осталось от "покажи деревьев" в радиусе нескольких миль от того места, где я нашел осколки.

Рэйнен задумчиво смотрел на лежавшую на столе труху вечнозеленого дерева.

— Это что-то новенькое. Как много деревьев погибло?

— Около сотни. Это похоже на древоедов, но вот что странно, я не нашел следов жуков, — Трэм, взяв в руки остатки древесины, протер ее между пальцев и, посмотрев на Рэйнэна, произнес: — Я не чувствую магии. Должен был остаться хотя бы шлейф, но ничего нет, словно дерево выпили.

Рэйнэн обвел на карте пальцем область возле разлома.

— Ты здесь обнаружил погибшие деревья?

— Да, — ответил советник.

— А здесь неизвестная болезнь уничтожила плантацию огонь-травы, — Рэйнэн показал на карте область южнее. — Я утром получил отчеты из провинций. На севере внезапно начался падеж звездолобых оленей. Похоже, что это сморги. Только действуют сейчас осторожнее, двигаясь исключительно по лесу, не нападая на местных жителей.

— Мы не сможем прочесать все леса в империи, владыка, — обратился к императору один из присутствующих.

— Направьте усиленные отряды в те области, откуда пришли тревожные сообщения. Выставьте охрану вдоль тех мест, где есть большие скопления магических растений или существ, — император повернул голову, чтобы посмотреть на сидящую на его троне Тамми. Девушка восхищенно разглядывала комнату, босые ступни зябко касались плит пола, очевидно, малышке было холодно. Рэйнэн посмотрел на Тень, кивнув головой в сторону стихийницы. Ашхар поднялся по ступенькам и распластался у ног Тамми большим лохматым ковром, позволяя ногам девушки утонуть в его теплой шерсти. Она тут же благодарно потрепала зверя за холку и улыбнулась. Улыбка была такой светлой и радостной, что Рэйнэну почему-то самому захотелось улыбнуться. Повернувшись к советникам, он обнаружил, что мужчины тоже с интересом наблюдают за его невестой. Рядом стоящий магистр Эркан вдруг тихо шепнул императору на ухо:

— Таммиэлиэн — дар света. Удивительный подарок света темному властителю.

Рэйнэн довольно хмыкнул и шепнул Эркану в ответ:

— Это подарок не от света, магистр. Ее мне подарил дождь.

Часы на стене громко щелкнули, по залу пронеся глубокий, бархатный звук боя, и стрелки на циферблате передвинулись на второй час пополудни. Рэйнэну нужно было вернуть Тамми в комнату, еще несколько часов и начнется прием, на котором он представит свою невесту имперской знати. Извинившись перед собранием совета, император подошел к Тамми.

— Ну что, каково оно, бремя власти? Не давит? — Рэйнэн, усмехаясь, указал взглядом на свой трон. Тамми резко дернулась, пытаясь вскочить, и попала в крепкие объятья мужчины. Сильные руки легко подбросили ее и прижали к широкой груди императора. Девушка напряженно заерзала и попросила:

— Верните меня в комнату, я устала.

Рэйнэн лукаво посмотрел в ее распахнутые глаза.

— Как прикажете, моя босоногая повелительница. Шутка ли, мы еще не супруги, а ты уже ездишь на мне, как жена со стажем.

Лицо стихийницы моментально стало пунцовым. Этот факт настолько удивил Рэйнэна, что ему даже перехотелось дразнить девушку. Он не помнил, когда в последний раз видел смущенную краснеющую женщину. Те, что его окружали, никогда не испытывали стыда, вешаясь и открыто предлагая себя темному владыке. Любую из них можно было просто поманить пальцем. Польщенные вниманием императора, темные женщины были готовы на все. Они надоедали ему так же быстро, как пресная еда. А эта неискушенная девочка не переставала его удивлять. Она странно действовала на него, заставляя терять контроль над собой. Такого с ним не было со времен юности, когда сдирающая лоскуты кожи плеть отца будила в нем что-то безумное и темное, рычащим демоном рвущееся на волю.

Рэйнэн молча принес девушку в комнату, убедившись, что в ней идеальный порядок, усадил притихшую Тамми на кровать.

— Я приду за тобой вечером, позови Арху, пусть поможет тебе приготовиться.

Он уже выходил из дверей, как за его спиной раздалось злобное рычание Тени. Зверь оскалился, вздыбил шерсть… Прыжок и …со стола упал сбитый его лапой кувшин с водой. Жидкость с шипением расползлась по полу, оставляя за собой черный дымящийся след.

Тамми с ужасом наблюдала, как фигура императора начинает меняться, превращаясь в чудовищное порождение тьмы. За считанные секунды все в комнате пришло в движение. С рук Рэйнэна сорвалось темное заклинание, накрывающее лужу дымящимся серым куполом. Ашхар метнулся к кровати, закрывая собой испуганную девушку. В комнату влетела охрана. Гул приближающихся голосов. Лязг оружия. А потом прозвучал полный ярости рев темного владыки:

— Кто-о?

Глаза Рэйнэна потеряли свой цвет, превратившись в черную бездонную пропасть. Черты лица размылись, тело окутала темная клубящаяся пелена, по рукам поползли черные змеи вздувшихся жил.

— Кто принес сюда воду? — прошипел темный.

Расталкивая стражу, в комнату влетел встревоженный Трэм.

— Унеси ее ко мне, — произнес, глядя на него, Рэйнэн.

Советник подхватил Тамми на руки и, сопровождаемый конвоем, понес ее в покои императора.

Через минуту воины притащили рыдающую и причитающую служанку.

— Я ничего не делала, владыка, клянусь тьмой. Я просто взяла кувшин на кухне и принесла сюда.

Рэйнэн был в бешенстве, если бы не способности магии ашхара чувствовать яды, возможно, к вечеру малышка была бы мертва. Его темная сущность требовала возмездия. Глядя на скулящую на полу женщину, он испытывал только одно желание — убивать, медленно и с чувством. Но он тем и отличался от своих буйных и деспотичных предков, что никогда не карал невинных, предпочитая жестокому безумию холодный расчет.

— Всех кухарок и слуг в замке проверить читающим. Эту первой.

Сквозь круг оцепления вперед прошел мужчина с длинными седыми волосами, белые стеклянные глаза без зрачков уставились на притихшую и сотрясаемую мелкой дрожью женщину. Рука мага легла на голову служанки, с пальцев поползло синее свечение, тонкие, прозрачные, ручейки из ее глаз потянулись к глазам читающего. Женщина вздрогнула и закричала.

— Она не врет, — маг повернулся к Рэйнэну. — Яд положила не она.

— Ищи, Эр, ищи. Я хочу, чтобы ты перерыл мозги всем слугам в замке, но нашел мне того, кто это сделал.

Развернувшись к стражам, император зло приказал:

— Перекрыть левое крыло дворца, ни одна живая душа без моего позволения больше не пройдет к жилым комнатам. И проверять все, что приносят в покои леди Таммиэлиэн, вплоть до пуговицы.

Рэйнэн покинул комнату и направился к Архе.

Кормилица, обеспокоенная шумом во дворце, бросилась навстречу императору:

— Рэйни, что происходит?

Мужчина крепко обнял Арху, отпуская от себя клокочущую в нем ярость.

— Кто-то хотел отравить девочку.

Арха отстранилась и с ужасом посмотрела на Рэйнэна.

— Такого во дворце не было со времен твоего отца.

— Отца!? — Рэйнэн задумчиво уставился на Арху, взгляд стал рассеянным, словно император пытался сложить у себя в голове разлетевшиеся куски одного целого, — Какой был яд?

— Какой-то очень редкий, помню, что Керр говорил, яд включает в себя очень сложные компоненты, один из них создан на основе проклятия. И название странное, то ли "дыханье тьмы", то ли "рука тьмы". От него нет противоядия, — женщина тяжело вздохнула. — Этим ядом пытались отравить твою мать.

— Бессмыслица какая-то, — раздраженно заметил Рэйнэн. — Мать была драконом, на драконов яды не действуют.

— На нее и не подействовало… целью был ты! — Арха подняла руку и нежно погладила нахмурившееся лицо того, кого считала сыном. — Твоя мать была беременна, яд с проклятием спровоцировал преждевременные роды. Ты не должен был выжить, сынок. Энринэль влила в тебя свою жизнь и магию, пожертвовав собой.

На скулах Рэйнэна заиграли узлы желвак.

— Отец нашел того, кто это сделал?

Арха горько усмехнулась.

— Твой отец никогда не утруждал себя сложными задачами. Керр убил всех слуг, которые были во дворце в тот день, а потом казнил всех придворных дам… всех, что входили в комнату твоей матери. Их головы висели по всему периметру дворца как предостережение тем, кто захочет повторить попытку покушения на членов императорской семьи.

— Что-то тут не так, Арха, — Рэйнэн взъерошил рукой копну черных, как смоль, волос. — Я понимаю, зачем нужна была моя смерть, но кому могла помешать малышка? Для всех она человек, без единой капли магии. Предположение, что кто-то не хочет, чтобы у меня появился наследник с силой Авергадов, отпадает.

— А может, в этом и дело? Ты привел во дворец безродную и собираешься на ней жениться. Тебя годами осаждали самые влиятельные и богатые женщины империи, а ты выбрал простую человеческую девушку.

— Не исключаю, что ты права. Но девочку пока никто не видел. Хотя… Акатэя! — глаза Рэйнэна превратились в узкие щелочки. — Убью гадину.

— Сынок, Акатэя вчера покинула дворец с графом Оттори, ты ведь сам дал ему разрешение на брак, — опровергла его догадки Арха.

Рэйнэн стал ходить по комнате взад-вперед, напряженно о чем-то размышляя.

— У меня такое чувство, что я разматываю клубок, тяну за нить, а она все не кончается. Все странно… и девочка… и то, как я получил магию… и сморги… и яд.

— Я не понимаю тебя, Рэйни, — Арха села в кресло. — Ты говоришь загадками, сынок.

— Наверное, потому, что я еще сам не разгадал эту загадку, родная, — Рэйнэн сел рядом и разгорячено начал объяснять. — Смотри, все как-то связанно, только я пока не могу понять как. Мать отдает мне свою магию и жизнь… в тот день шел дождь, ты говорила, что ливень был таким сильным, что, казалось, сами небеса плачут по умирающему дракону. Когда контур выбросил меня в человеческий мир, там тоже шел дождь и, когда я получил силу дракона, вода лилась с неба с такой силой, что дальше собственного носа ничего видно не было. Дождь вызвала Тамми, я точно знаю, потому что эта девочка стихийница.

Арха вздрогнула и с недоверчиво покосилась на Рэйнэна.

— Да, родная, малышка — повелительница стихий. Не обученная, правда, и магия ее работает, в основном, на инстинктах и эмоциях, но у нее очень сильный источник. И она очень странно на меня влияет, вернее, ее голос. Сначала ее голос разбудил во мне дракона, потом я получил драконий огонь, а сегодня, когда она пела, я чуть было не обернулся прямо в замке. Она пробуждает во мне что-то, что я не могу контролировать. А нашел я ее только потому, что бросился в проход за сморгом. Магия миров выбросила меня к ней именно из-за сморгов! Их что-то связывает. Девочка какое-то очень важное, ключевое звено в этой цепи.

Кормилица встала и направилась к двери.

— Где она сейчас? Пожалуй, мне лучше не отходить от нее, пока вы не пройдете обряд.

— Она у меня в комнате, за ней Трэм присматривает. Помоги ей одеться к вечеру и не пускай к малышке Алиэн, сестра чрезмерно рьяно взялась за нее.

****

Тамми так толком и не поняла, что случилось, и что было в кувшине, который разбил Тень. По большому счету, она уже устала от загадок, которые таил в себе и черный дворец, и его ужасный хозяин. Поэтому когда ее унесли прочь от темного повелителя, она даже обрадовалась.

Место, в которое ее доставили, было очень красивым. Это была целая система комнат, состоящих из гостиной, спальни и кабинета. У Тамми весь дом в деревне занимал меньше места, чем императорские покои. И вкус у "чудовища" был отменный, в интерьере не было ничего лишнего и помпезного. Строгая изящная мебель, деревянные панели стен, мягкие светлые ковры на полу и очень много света, струящегося сквозь огромные, от самого пола до потолка, окна. Когда советник Трэмран вежливо вышел за двери, девушка стала разглядывать окружающее ее пространство, под громкое фырканье повсюду следующего за ней Тени. Зверь явно был здесь завсегдатаем, потому что тыкал мордой в скрытые в стене двери, и за ними оказывалось новое помещение. У "чудовища", оказывается, была целая комната, предназначенная исключительно для одежды, а купальня так вообще походила на озеро, в котором можно было вымыть стадо коров. В кабинете ровными рядами стояли шкафы с книгами. Рабочий стол тоже был завален толстыми тетрадями, папками, фолиантами и бумагами, испещренными непонятными символами. Но больше всего Тамми понравилось, что у "чудовища" был балкон, выходящий из спальни. Вернее, это смело можно было назвать террасой, потому как по размеру она была не меньше кабинета. Сверху над балконом нависал легкий козырек, поддерживаемый тонкими кручеными колоннами, увитыми тугими вьющимися лозами, создававшими приятную тень в жаркий полдень. Вдоль резных перил стояли удобные для отдыха кресла. Тамми присела в одно из них, заворожено разглядывая простирающееся внизу великолепие. Отсюда был виден и прекрасный город со снующими по улицам крошечными фигурками людей, и уходящая вдаль излучина реки, и встающие темной стеной вдалеке горы, и бескрайняя зелень вековых лесов. Тамми чувствовала себя птицей, поднявшейся высоко над землей и парящей над бескрайними просторами этого мира. Ей так не хватало этого ощущения свободы и легкости. Всю свою жизнь она провела под открытым небом, поэтому замкнутое пространство замка и его черные стены давили на девушку и угнетали. За спиной раздался шорох.

— Вот ты где, детка! — радостно произнесла Арха. — Нравится?

— Очень, никогда не смотрела на землю с такой высоты, — улыбнулась Тамми. — Жаль, что я не птица.

— Понимаю, — Арха с грустью посмотрела на девушку. — Хочется улететь подальше отсюда?

Тамми промолчала, с тоской вглядываясь в линию горизонта.

— Я знаю, тебе сейчас кажется все неправильным и несправедливым, но поверь мне, это место — самая надежная защита, которая у тебя есть. И Рэйни единственный, кто может тебя уберечь от надвигающейся опасности.

Тамми разозлилась.

— Какой опасности? От чего меня нужно защищать? Я спокойно и счастливо жила, и мне ничего не угрожало, пока не пришел ваш Рэйни!

— Не сердись… просто поверь… придет время, и ты поймешь, что я была права, — Арха осторожно положила руку сердитой девушке на плечо. — Пойдем лучше выберем тебе платье на вечер.

— Я не хочу ни платья, ни вечера, ни вашего отвратительного сына, — Тамми хотелось кричать и топать ногами. Свобода была так близко, вот она, только протяни руку, но это ощущение было таким шатким и призрачным, как и мысль о том, что ей когда-нибудь удастся отсюда выбраться.

Арха сникла и, грустно вздохнув, пошла прочь.

— Подождите, — крикнула Тамми вслед покидавшей ее женщине. — Простите меня, Вы ни в чем не виноваты. У Вас, как и у меня, нет особого выбора. Возможно, если бы я так не ценила жизнь, я бы прыгнула сейчас вниз с этого балкона, но я не доставлю ему такого удовольствия…

— Детка, Рэйнэн тебе не враг, ты, может, не понимаешь многих его поступков, но в них нет злого умысла по отношению к тебе, — Арха смотрела на девушку с мольбой и надеждой.

Понимая, что разговор бесполезен и каждый все равно останется при своем мнении, Тамми тяжело вздохнула.

— Пойдемте лучше одеваться, вы, кажется, хотели мне помочь?

Помощь Архи действительно оказалась незаменимой, таких платьев Тамми никогда не носила. То, в котором ее привезли, было простым и строгим, с глухим воротом, застегивающимся на целый ряд маленьких пуговиц. Платья, предложенные ей на выбор, шнуровались и затягивались сзади. Тамми выбрала самое скромное и наименее открытое из всех. Нижнее платье было белым, с узкими длинными рукавами. Верхнее — изумрудно-зеленым, распахнутое от талии клином и длинными разрезанными рукавами. По ободу горловины, сделанной лодочкой, рукавов и подола, шла широкая золотая вышивка. Арха красиво заплела длинные непослушные волосы девушки, и теперь, глядя в огромное зеркало, Тамми себя не узнавала. Тень убежал в другую комнату и вернулся с парой темно-зеленых туфель в зубах. Осторожно положив их перед Тамми, зверь высунул язык, нежно лизнув им руку новой хозяйки. Туфли были мягкими и на плоской подошве. Тронутая такой заботой животного, девушка порывисто обняла его за лохматую морду и поцеловала.

Такой ее и увидел Рэйнэн, вошедший в эту минуту в свои покои. Девушка повернула голову на звук, и ему очень захотелось оказаться на месте ашхара. Она была невероятно красива — тонкие нежные черты лица, обрамленные огненной короной волос, сверкающие, как драгоценные камни, глаза, легкая, светлая, неземная улыбка. Рэйнэн смотрел на нее и молча любовался, боясь спугнуть волшебство мгновения жестом или словом. Прочертив в воздухе пылающую руну, он протянул Тамми руку, приглашая последовать за ним в клубящийся тьмой проход. Стихийница несмело сделала шаг вперед, и туманная пелена поглотила их тела, обволакивая безмолвием и чернотой.

После абсолютной тишины портала какофония звуков, шума голосов, шороха одежды, негромкой музыки резко ударила по ушам. Просторный, освещенный сотнями сияющих пульсаров сверкающий зал был заполнен людьми, которые при появлении Рэйнэна и Тамми все как один замолчали. Толпа схлынула подобно отливу во время прибоя, склоняясь в низком поклоне и пропуская пару вперед. За спиной громко огласили их имена, и сотни глаз устремили свои взгляды на Тамми. Пристальные, внимательные, ядовитые женские. Заинтересованные, оценивающие, хищные мужские. Тамми накрыло липкой удушливой волной от их неприкрытого вожделения, ей казалось, что с нее глазами сдирают платье, снимают кожу и раскладывают по косточкам. Здесь было так много магии — чужеродной, темной — она давила на девушку, не давая вздохнуть и прийти в себя. Сильная рука Рэйнэна внезапно сжала ее ладонь, заставляя посмотреть на него.

— Не бойся, — прошептал император, — просто смотри им прямо в глаза.

Он поднял голову и окатил толпу ледяной волной равнодушия. Тамми гордо выпрямилась и, изогнув бровь, с вызовом посмотрела на стоящего напротив мужчину в синем костюме, бесстыдно разглядывающего ее. Несколько секунд он смотрел прямо в глаза девушки, не отводя взгляда, но секунды, и… Мужчина, не выдержав молчаливой дуэли, почтительно склонил перед Тамми голову.

— Молодец, малышка, — Рэйнэн наклонился так близко, что его дыханье шевелило волосы у виска стихийницы. — Единственное, что они уважают, это сила, никогда не позволяй им видеть себя слабой и растерянной.

Он был прав, холодный, полный пренебрежения взгляд делал чудеса, женщины опускали глаза, мужчины начинали смотреть с почтением и уважением. Скользя взором по пестрым фигурам вельмож, Тамми удивленно замерла, наткнувшись в толпе на красивое женское лицо, единственное из всех, смотревшее на нее с какой-то грустью и пониманием. Женщина приветственно кивнула императору и двинулась на встречу.

— Маора, — Рэйнэн поцеловал руку темноволосой красавицы. — Позволь представить мою невесту леди Таммиэлиэн.

— Маора Авергард, — леди величественно склонила голову.

Тамми растеряно, смотрела то на нее, то на Рэйнэна. Одну сестру она уже видела, эта разительно от нее отличалась и была намного старше. Но Рэйнэн не успел ничего объяснить, потому что, увидев магистра Эркана, неожиданно извинился и отошел в сторону, оставив Тамми наедине с женщиной.

— Я не родственница императора, — Маора грустно улыбнулась. — Я первая жена Керра, отца Рэйнэна, и мать его сестры.

— Вы мама леди Алиэн? — Тамми вглядывалась в ее черты лица и не находила в ее величавом спокойствии сходства со своенравной сестрой "чудовища", которая своей кипучей энергией могла все во дворце с ног на уши поставить.

— Нет, милая. Алиэн — дочь от второго брака, — Маора повернулась и жестом позвала стоявшую неподалеку хрупкую темноволосую леди. — Это моя дочь и сестра Рэйнэна — Глэйрэн.

— Здесь что, можно иметь несколько жен? — Тамми вдруг стало невероятно жаль леди Маору. Там, где она жила, мужчина выбирал себе женщину один раз и навсегда.

— О, — Маора горько усмехнулась. — Авергардам можно все! В том числе и то, что нельзя простым смертным. Мне искренне жаль, что выбор императора пал на тебя, никто лучше меня не понимает, что ты сейчас чувствуешь.

— Вас тоже привезли сюда силой? — девушке внезапно стало понятно, почему женщина так на нее смотрела. Лицо Маоры на мгновенье передернулось, словно от боли.

— На тот момент, когда император Керр увидел меня и решил, что я подхожу на роль его супруги, у меня уже был жених… Меня уволокли прямо со свадьбы. Всех, кто пытался меня защитить… Их больше нет, — Маора замолчала и теперь смотрела словно сквозь Таммиэлиэн пустым и потухшим взглядом.

Тамми стало тошно от осознания того, что сделали с этой красивой и гордой женщиной, девушку вдруг захлестнуло волной гнева и отчаяния.

— Вы ведь могли отсюда сбежать, вы же темная, у вас есть магия!

— Много раз. Я пыталась много раз, — Маора оттянула рукав платья, и Тамми увидела уродливые шрамы, испещряющие ее запястья. — Керр каждый раз находил меня и жестоко наказывал. А когда родилась Глэйрэн, просто взял и выбросил вон. Я смогла увидеть свою дочь только когда Рэйнэн стал императором, впрочем, как и мать Алиэн.

Стихийница с ужасом переводила взгляд то на леди Маору, то на Глэйрэн, пытаясь переварить чудовищную информацию. Каким же монстром нужно быть, чтобы так поступить с матерью своего ребенка? Ей стало страшно, страшно настолько, что руки непроизвольно стали дрожать. А что, если и ее ожидает та же участь? Поддавшись панике, Тамми ухватилась за Маору и прошептала:

— Помогите мне выбраться отсюда.

Мать и дочь испуганно переглянулись, Маора отрицательно покачала головой.

— Ты с ума сошла! Куда ты пойдешь? Тебя найдут, и будет еще хуже.

Тамми с опаской оглянулась на стоящего в нескольких шагах от нее Рэйнэна, потом снова зашептала:

— Просто помогите мне покинуть дворец, а дальше я сама…

Маора хотела что-то сказать, но, увидав, что Рэйнэн идет обратно, спокойно улыбнулась и стала говорить, что ей было приятно познакомиться с Тамми.

Император вернулся какой-то напряженный и вцепился в Тамми мертвой хваткой, не отпуская ни на секунду, даже когда подошла Алиэн и пыталась поговорить по поводу завтрашнего дня и предстоящей свадьбы. Время тянулось бесконечной вереницей мелькающих перед ней лиц людей, имена, которых Тамми даже не запоминала. Она устала, голова кружилась, ноги стали словно каменные. Девушка не могла дождаться, когда весь этот фарс закончится. Она даже не поняла, что заиграла музыка и Рэйнэн, обхватив ее за талию, повел за собой в медленном танце. Лица и фигуры танцующих вокруг стали расплываться, вязкая темная магия оплетала ее своими цепкими щупальцами, не давая свободно вздохнуть. Тьма протянула к девушке невидимые руки и приняла в свои объятья. Последнее, что видела Тамми, падая в спасительную бездну забытья, был полубезумный взгляд завораживающих бирюзовых глаз темного императора.

****

Рэйнэна накрыло волной страха, когда Тамми вдруг закрыв глаза, стала медленно оседать на пол. Подхватив девушку на руки, он вылетел из зала, снося на своем пути волной магии всех, кто попадался ему под руку. Тревога не покидала его с того момента, как Эркан озвучил ему содержимое яда, которым пытались отравить стихийницу. Он знал, что это тот самый яд, которым пытались отравить его мать, еще до того, как целитель произнес его название.

Положив девушку на кровать в своей спальне, он, хмурясь, смотрел на ее бледное лицо, не понимая, что могло случиться. Руки у Тамми были ледяными, и Рэйнэн взял их в свои, пытаясь согреть. От мысли, что она может не прийти в себя, горло вдруг сдавило ледяной рукой ужаса. И это чувство было как гром среди ясного неба. Ничего подобного Рэйнэн не испытывал за всю свою жизнь. Ему не было страшно даже тогда, когда рядом в стихии огня медленно сгорало тело его отца. Он не привык к кому-то испытывать что-либо подобное. Рэйнэн наклонился над девушкой, с шумом втягивая в себя ее неповторимый запах и зарываясь лицом в облако ее волос. Несколько секунд он просто смотрел, как бьется тоненькая жилка на ее белоснежной шее, а потом осторожно накрыл ее своими губами, чувствуя, как бьется ее пульс, как движется по венам в ней жизнь. И в голову ударил хмель, пьянящий аромат ее кожи, сводил с ума, лишал воли, отключал разум. Губы Рэйнэна перестали его слушаться. Они жили своей жизнью, покрывая шею и лицо Тамми легкими воздушными поцелуями, захватывая в плен ее податливые нежные уста. Он не мог ей напиться, жажда сжигала его изнутри, как странника, прошедшего по пустыне и добравшегося до спасительной влаги. В этот миг она была его оазисом, его живой водой, его спасением. Рэйнэн перестал себя контролировать, просто растворился в нахлынувших на него чувствах, и это было что-то такое новое, такое неведомое, ширящееся в груди жаркой огненной бездной. Девушка пошевелилась, и Рэйнэн мгновенно отпрянул от нее, он не хотел видеть, как в глазах малышки появляется затравленное выражение от его близости или прикосновений. Он не мог понять, почему вдруг для него стало так важно, боится она его или нет. Веки Тамми дрогнули, она открыла глаза, постепенно приходя в себя.

— Что случилось?

— Ты потеряла сознание, слишком много волнений за один день, не стоило тащить тебя на этот вечер.

Тамми попыталась подняться, но Рэйнэн остановил ее нажатием руки на плечо, потом поднялся с кровати и направился к выходу.

— Лежи, я позову Арху и распоряжусь, чтобы тебе принесли поесть. Ты измотана.

Император закрыл за собой дверь и облокотился спиной о прилегающую к ней стену в попытке привести свои чувства в порядок. Там, за тонкой преградой, была та, что отныне занимала все его мысли. Еще день, и она будет принадлежать ему по праву. А будет ли? Рэйнэн закрыл глаза, обдумывая, каким будет его следующий шаг. Он боялся ее сломать, боялся принуждать, не хотел видеть в своих руках сломленную, покорную рабыню, но и отпускать ее Рэйнэн не собирался. Никогда. И решение пришло само собой, оно далось так легко, как вдох или выдох. Рэйнэн улыбнулся сам себе, представляя, сколько сплетен и слухов повлечет за собой его поступок и, оттолкнувшись от стены, пошел звать на помощь кормилицу. Только ей он мог доверить свою маленькую невесту.

****

Следующий день прошел в безумной суматохе. Несмотря на то, что Арха пыталась всячески ограждать Тамми от посетителей, их было слишком много. От бесконечных примерок порядка сотен свадебных нарядов у Тамми пестрило в глазах. Ей, по сути, было все равно, что на нее наденут, но Алиэн каждый раз воротила носом, утверждая, что это не то платье, в котором должна появиться в храме будущая супруга императора. Пока в комнату не внесли что-то похожее на облако тончайшей паутины кружев, усыпанное россыпью сверкающих драгоценных камней. Кружева облегали руки и фигуру Тамми причудливой вьющейся вязью, оставляя открытыми шею и плечи. Платье застегивалось на спине на длинный ряд круглых жемчужных пуговиц, от талии ниспадало мягкими струящимися фалдами, переходящими в длинный полупрозрачный шлейф. Алиэн смотрела на девушку долгим пристальным взглядом, а потом, неожиданно улыбнувшись, сказала:

— Теперь понимаю, что мой брат в тебе нашел.

Махнув рукой служанкам, она приказала унести все остальные наряды. Алиэн удовлетворенно вздохнула и хлопнула в ладоши,

— Хвала Тьме, с твоим платьем мы разобрались, теперь займемся твоим внешним видом. Милочка, у тебя руки как у крестьянки, с этим что-то нужно делать!

Тамми посмотрела на свои руки и не нашла в них ничего ужасного, они были чистыми, с коротко обстриженными ногтями, это было очень удобно, потому что всю работу по дому она всегда выполняла сама. Но у сестры императора на все был свой взгляд, поэтому около часа над руками Тамми колдовали две девушки, окуная их в непонятного происхождения растворы и шлифуя ногти странными палочками, пока они не стали гладкими, как зеркало, и не приобрели красивую овальную форму. И только было Тамми подумала, что наконец-то ее оставят в покое, как в комнату опять вошли женщины, и теперь уже стали издеваться над ее волосами, обрезая кончики и выравнивая непослушные пряди. Но и этого Алиэн показалось мало, закончив с волосами Тамми, она потащила ее в купальню, позвав еще двух служанок, собираясь теперь заняться непосредственно телом девушки для приготовления к свадьбе. Этого уже не выдержала Арха, сказав Алиэн, что ванной для Тамми займется она сама, а если леди будет упорствовать, то позовет Рэйнэна и пожалуется, что та совсем замучила девочку. Выгнав всех из комнаты под предлогом, что Тамми нужно поесть, Арха действительно позвала слуг с едой и, усадив девушку за стол у окна, села рядом, наливая в тарелки ароматный суп.

— Спасибо, я думала, этот кошмар никогда не кончится, — улыбнулась Тамми.

Арха рассмеялась.

— Кошмара по имени Алиэн во дворце боятся все. В ней столько энергии, что иногда я ее сама опасаюсь. С ней, пожалуй, только Рэйни и может справиться.

— А другая сестра, Глэйрэн? Я вчера ее видела на приеме.

— О, это как небо и земля, — Арха поставила рядом с Тамми тарелку с пирожками. — Глэйрэн тихая и спокойная, как гладь воды в озере, она всегда слушалась моего мальчика, с ней никогда не было проблем. В отличие от Алиэн, которая вечно вляпывалась в какие-нибудь скандальные истории.

— Я не поняла только одного, императору можно иметь несколько жен одновременно? — Тамми вспомнила вчерашний разговор с леди Маорой и теперь хотела прояснить, чего можно ожидать от предстоящего брака.

— У отца Рэйнэна было три жены. Но не одновременно, а поочередно. Просто он избавлялся от них, как только не получал желанного наследника. По закону император может прогнать надоевшую ему жену и найти себе новую. Керр выгонял жен, не оправдавших его надежды, а дочерей оставлял себе.

Видя, что девушка стала бледной, как полотно, Арха поспешила ее успокоить.

— Тебе не о чем волноваться, Рэйнэн не Керр, мой мальчик никогда так не поступит.

— Откуда вы знаете, что через несколько лет он не станет таким же безумным, как и его отец? Яблоко от яблони… — Тамми не успела договорить. Арха осторожно накрыла ее губы рукой.

— Не стоит произносить того, за что потом тебе может быть очень стыдно. В тебе говорят обида и злость, и они мешают видеть тебе истину. А истина не всегда лежит на поверхности. Если бы Рэйни был похож хоть на десятую часть на своего отца, ты бы сейчас здесь не сидела.

Тамми опустила голову и тихо прошептала:

— Мне страшно. Я боюсь его.

Арха подошла к девушке, подняла ее и крепко обняла.

— Возможно, кому-то и стоит бояться Рэйнэна, но только не тебе. Иногда он и вправду бывает очень жестким, но никогда не бывает несправедливым. И потом, он все же император, а править огромной империей, населенной темными магами, невероятно сложно. Темный источник силы пробуждает в них самые мрачные стороны души, и они пойдут на любую подлость, коварство или ложь, чтобы достичь желаемой цели. Они хитрые, наглые, изворотливые, и единственное, что действительно уважают — это магию, силу и тех, кто умнее и хитрее их самих.

Объятия Архи дарили девушке ощущение тепла и защищенности, в которых она так нуждалась, ее тихий и мягкий голос чем-то напоминал бабушкин. Тамми почувствовала себя маленькой и беззащитной, как в детстве, когда, просыпаясь от ночного кошмара, шепот старушки прогонял преследующих ее ночных монстров. Единственное, чего не могла сделать эта милая женщина для Тамми, так это избавить ее от предстоящего брака со своим любимым воспитанником, суровым и загадочным властелином темной империи.

Завтрашний день виделся ей мрачным и безысходным, как и вся последующая жизнь. И мысли несчастной девушки весь день и весь вечер метались подобно птичке, запертой в клетку. Ни теплая ванна с травами, ни чай, который принесла на ночь Арха, так и не смогли добавить девушке хоть немного душевных сил и уверенности в том, что все будет хорошо.

Тамми не могла уснуть, все произошедшее с ней за эти последние дни казалось девушке какой-то чудовищной насмешкой судьбы. Могла ли она себе представить, что бабушкины сказки, которые она с детства так любила слушать, вдруг ворвутся в ее жизнь сокрушающей реальностью и так необратимо изменят всю ее жизнь. Тамми встала с кровати и открыла окно, и вдруг откуда-то издали до нее донесся неясный шепот:

— Тамми, Тамми, Тамми…

Девушка встряхнула головой в попытке прогнать наваждение, но шепот повторился. Гул нарастал, и теперь уже отовсюду звучал тихий призыв, вторящий эхом сотен разных голосов. Темный мир тянул к ней невидимые руки магии и просил о помощи. В ужасе стихийница закрыла руками уши, пытаясь избавиться от навязчивого зова. Руку неожиданно кольнуло, Тамми вытянула ее вперед и увидела, как по запястью поползли тонкие светящиеся нити, сворачиваясь на раскрытой ладони пылающим символом. Пол под ногами Тамми дрогнул, и сквозь каменные плиты дворца стали просачиваться дымчатые змейки тьмы, окутывая фигуру девушки клубящимся, пульсирующим коконом. Несколько секунд тьма колыхалась вокруг нее туманной преградой, а потом, оборачиваясь черным смерчем, впиталась в горящий на ладони знак. Магический узор вспыхнул тысячами солнц, ослепив Тамми, и она потеряла сознание.

****

Стихийница очнулась от того, что до ее щеки дотронулось что-то шершавое и горячее, открыв глаза, она увидела нависающего над ней ашхара. Тень издал гортанный рычащий звук, лизнув девушку за кончик носа. За окном вставал рассвет. Тамми смотрела на поднимающийся над горизонтом кроваво-красный диск солнца, окрашивающий комнату багряными тонами, и пыталась восстановить картину произошедшего вчера. Она вертела перед лицом ладони, стараясь найти на них хоть какой-то след, который помог бы ей поверить, что она не сумасшедшая и все произошедшее ночью было реальным, но гладкая белая кожа рук никак не помогала разрешить ей таинственную загадку. Тень вертелся вокруг девушки, не давая сосредоточиться, подставляя для очередной ласки лохматую голову. Тамми почесала зверя за ухом и, видя, как он, прикрыв от удовольствия глаза, стал громко урчать, отбросила прочь все мучавшие ее мысли.

А через время в двери постучали. В комнату вошла Арха в сопровождении служанок, несущих подвенечное платье и подносы с завтраком.

— Доброе утро, детка!

Улыбка женщины была запредельно счастливой, но Тамми почему-то совсем не разделяла с ней ее радости. Разложив свадебный наряд на кровати, служанки, поклонившись, покинули покои императорской невесты.

— Я попросила Алиэн прийти позже, чтобы не смущать тебя, моя девочка. У нас не так много времени, церемония начнется в полдень.

Прожевав завтрак, Тамми грустно посмотрела на великолепное платье и, тяжело вздохнув, позволила кормилице императора помочь ей одеться. Через час, подобно урагану, в комнату ворвалась Алиэн в сопровождении слуг и с огромным золотым ларцом в руках. Пришедшие с сестрой темного императора девушки стали колдовать над прической Таммиэлиэн. Струящийся водопад локонов закололи невидимыми шпильками с бриллиантовыми бусинками, отчего казалось, что волосы украшает россыпь сверкающих капель росы. Алиэн открыла ларец и извлекла из него сияющую, подобно солнцу, алмазную корону. Осторожно опустив символ власти на голову невесты, она отошла в сторону, любуясь результатом проделанной работы.

— Чудо как хороша! — промурлыкала довольная собой сестрица императора. Взглянув на прицепленные к талии на цепочке часы, Алиэн засуетилась. — Все, пора выходить, обряд начнется через четверть часа.

Арха вывела девушку за двери комнаты, и из кольца окружавшего ее покои конвоя навстречу Тамми вышел первый советник Трэмран Грах. Он низко поклонился со словами:

— Мне выпала честь доставить вас в храм, леди Таммиэлиэн.

За спиной мужчины вспыхнула руна, открывая портал. Тамми вдруг отчетливо осознала — она знает, что обозначает этот древний символ. В голове зазвучали странные слова на непонятном языке. Стихийница заворожено смотрела в клубящийся черный проход, понимая, что тьма только что пригласила ее совершить путешествие. Подавшись вперед, она положила руку на любезно предоставленный ей локоть темного мага и шагнула навстречу зовущей ее темноте.

Трэм и Тамми вышли на огромной площади перед величественным храмом, заполненной до отказа людьми. Пространство перед ступенями, ведущими в святилище темных, было оцеплено тройным кругом охраны, воины резко выхватили мечи из ножен и выставили их острием вперед, как только будущая супруга императора ступила на каменные плиты лестницы. Тамми растерянно оглянулась по сторонам, ощутив, как при ее появлении шум на площади стих и, теперь тысячи глаз смотрели на нее с восторгом и любопытством.

Огромные, окованные в металл двери храма медленно распахнулись, и девушка шагнула на пол, выложенный из дымчатого, полупрозрачного кристалла. Возникло ощущение, что она не идет, а плывет по воздуху. Все здесь было построено из того же странного черного камня, что и дворец Авергард. Строгие ряды круглых колонн, уходящих ввысь, венчались диковинными капителями. На карнизах верхних ярусов балконов, словно готовые сорваться в полет, застывшие в камне, сидели жуткие оскалившиеся шестикрылые твари. Робкие шаги невесты эхом отражались от мрачных стен святилища, уносясь под купол храма, где непроницаемой сизой дымкой, притягивая и завораживая взор, клубилась тьма. Алтарь представлял собой огромную черную каменную глыбу, на которой алыми всполохами светились высеченные древние руны.

Она шла по широкому проходу храма навстречу новой жизни, но радости или трепетного волнения положенного невесте не было. В душе Тамми медленно и бесповоротно ширилась бездна, с каждой секундой затягивая ее в свои липкие сети. Со всех сторон в спину звучал издевательский шепот. На ступенях перед амвоном, облаченный в черную расшитую серебром одежду, стоял император. Тамми так и не смогла заставить себя посмотреть в его лицо. Она боялась его. И дело было даже не в магии, не в его огромном росте и мощной фигуре. Что-то темное и пугающее было в нем, то, что Тамми чувствовала на каком-то подсознательном уровне. От него волнами исходила какая-то звериная, дикая, первородная сила.

Жених протянул руку и помог девушке подняться на возвышение перед алтарем. Тамми оторвала взгляд от пола и посмотрела на стоявшего перед ней служителя тьмы. Совершенно лысый жрец благожелательно улыбнулся и приступил к обряду.

Тамми плохо соображала, о чем говорит и спрашивает ее храмовник, ей было все равно. Все слова сливались в какое-то скучное монотонное дребезжание. Перед глазами одна за другой проносились картинки из прошлого. Вот она с подругами кружится в веселом танце на празднике весны… вот на деревенской общине ее выбирают хранительницей огня… вот она бежит навстречу Ноэлю, и ее счастливый смех эхом разносится по округе. Ее подхватывают на руки и нежно целуют. Никогда больше она не услышит такого родного голоса, не увидит милых глаз. Она должна прожить всю свою жизнь с чудовищем, от одного вида которого ее бросает в дрожь.

Как набат над ухом прозвучал недовольный рык Рэйнэна. Кажется, ее о чем-то спросили. Тамми вздрогнула и уставилась на жреца.

— Берешь ли ты, Таммиэлиэн, этого мужчину себе в мужья? — повторил он

— Да, — обреченно прошептала девушка.

— Берешь ли ты, Рэйнэн, себе в жены эту женщину? — спросил жрец Рэйнэна.

— Да, беру.

— В знак согласия и верности обменяйтесь кольцами.

Холодные, как лед, пальцы невесты оказались в теплых ладонях повелителя, на безымянный палец мягко скользнул широкий ободок из черного золота. Взяв с подушечки кольцо, предназначенное для супруга, Тамми дрожащими пальцами натянула его на палец Рэйнэна и впервые за всю церемонию посмотрела в его глаза омуты. То ли от слез, стоявших в глазах, то ли от страха, но ей показалось, что зрачок императора на какую-то долю секунды стал вертикальным. Голос жреца оторвал ее от странного взгляда супруга.

— Да не разъединит свет то, что объединила тьма. Отныне вы муж и жена. А теперь можете поцеловать невесту, — произнес служитель храма.

То, что произошло дальше, стало для Тамми настоящим шоком. Молниеносным движением Рэйнэн выхватил нож и полоснул им по своей ладони, рассекая ее наискосок от указательного пальца до запястья, а потом, взяв ладонь Тамми, точно так же разрезал ее, сцепляя пальцы их рук в замок.

Изумленный вздох пронесся под сводами храма, а потом стало так тихо, что Тамми показалось, она слышит стук собственного сердца. В этой ошеломляющей тишине подобно грому зазвучал голос темного императора:

— Эс схар шэ схар тэ. Эс акрэ шэ акрэ тэ. Эс иммэ шэ тэ иммэ. Ир хэ шаа, асвар но мрэг тэа фрэз, сэй ра эсс маар роук тэ скоом хэ фрэ тэ сол.

Каждое его слово вспыхивало горящими символами по ободу обручального кольца, словно кто-то незримый выписывал их огненным пером. Император говорил, не отрываясь, глядя в глаза Тамми. Не понимая ни слова, она стояла как зачарованная, боясь шелохнуться. А когда он договорил, многотысячная толпа надменных разодетых вельмож, находящихся в храме, в едином порыве рухнула на колени, склонив голову и положив руку на сердце.

— Что происходит? Что они делают? — испуганно прошептала девушка.

— Клянутся в верности своей госпоже, — устало вздохнув, сказал Рэйнэн. — Отныне ты равная мне, равная во всем. Того, кто посмеет в этом усомниться, ждет смерть.

И от его последних слов повеяло таким ледяным холодом, что у Тамми вдруг задрожали коленки и возникло странное желание провалиться к поганой тьме. Расцепив пальцы, Рэйнэн поднес ее руку к губам и легонько подул, а когда отпустил ладонь, о порезе напоминала только узенькая белая полоска.

— А вот теперь можно и поцеловать невесту, — с чарующе наглой ухмылкой заявил новоиспеченный муж. Со скоростью, которой позавидовал бы даже Тень, император подхватил на руки оторопевшую супругу и впился в ее губы алчным поцелуем. Тамми даже испугаться не успела. Жесткие, требовательные, горячие губы Рэйнэна причиняли боль, добавляя к состоянию паники и безысходности еще и страх. Страх быть безжалостно смятой и растоптанной этим невероятно сильным и суровым мужчиной. Это не походило на нежные и робкие прикосновения Ноэля. Это был смерч. Безумный, беспощадный, сметающий все на своем пути, отбирающий волю и желание сопротивляться.

Сил сдерживать слезы больше не осталось. И они хлынули из глаз девушки, оставляя влажные, горячие следы на щеках. Ощутив вкус соли на губах, император замер и, отстранившись, посмотрел в заплаканные глаза невесты. Лицо, такое надменное и холодное, вдруг исказила гримаса боли. Объятья его рук ослабились и, бережно прижав Тамми к себе, Рэйнэн легко поцеловал девушку в висок, с шумом втягивая воздух. Он тяжело дышал, и Тамми, прижатая к груди мужа, чувствовала, как бешено колотится его сердце. Не спуская жену с рук, с грацией хищника Рэйнэн спустился вниз. Презрев традиции и обычаи темных, император пошел со своей добычей к выходу. Никто не посмел поднять головы, никто не посмел возразить, и даже когда стихли звуки шагов властелина, покидающего храм, толпа безмолвствовала, продолжая стоять на коленях.

После полумрака святилища яркие солнечные лучи заставили Тамми резко зажмуриться. Распахнув глаза, оглушенная радостными возгласами многоликого пестрого сборища, она беспомощно посмотрела на супруга.

— Все хорошо, — прошептал Рэйнэн. — Они приветствуют свою императрицу. Просто улыбнись. В отличие от тех, что остались в храме, эти люди радуются совершенно искренне.

Поставив молодую жену на землю, Рэйнэн, в успокаивающем жесте высоко поднял руку. Шум и крики мгновенно смолкли. Император обратился к народу на языке древних, мягкий, рокочущий голос полетел над площадью, а когда стих, толпа захлебнулась ликующими воплями. Медленно и торжественно, один за другим, люди стали опускаться на колени перед императорской четой.

— У вас что, традиция такая — все время падать на колени? — в расстроенных чувствах спросила Тамми.

Рэйнэн вдруг весело и громко расхохотался.

— Да нет, вообще-то это происходит впервые за последнюю тысячу лет.

— Что ты им сказал?

— Правду, — жестко отрезал император.

Прочертив в воздухе темный символ перехода, он взял девушку за руку и потянул в пустоту пространства. Тьма выпустила супругов перед тронным залом, заполненным до отказа в пух и прах разряженной знатью. У Тамми даже в глазах зарябило от сверкания драгоценностей и нарядов местных дам. Создалось такое впечатление, что они вытащили все из своих сокровищниц в попытке перещеголять друг друга. Темные леди умело подчеркивали свои достоинства. Яркие, броские, ослепительно эффектные, они волей-неволей притягивали взор. На их фоне девушка показалась себе бледной и серой мышкой. Настроение вконец испортилось. Неожиданно Рэйнэн, костяшками пальцев приподняв лицо Тамми за подбородок, заставил посмотреть в свои глаза.

— Наш выход, малышка! Запомни, истинной красоте не нужна блестящая оправа. На ее фоне вся эта радужная мишура меркнет и смахивает на фальшивку.

Ошалело Тамми взглянула на супруга. Неужели это он о ней? Как он смог прочитать ее мысли? Подобно солнечному лучу, выглянувшему из-за туч, лицо мужа расчертила улыбка. Завораживающая, нежная, теплая. Тамми вдруг накрыло жаркой, горячей волной. Этого Рэйнэна она не знала. Словно кто-то взял и сорвал с темного властелина маску. Мгновение и… Выражение лица супруга снова становится спокойным и бесстрастным. Положив руку Тамми на изгиб своей, он шагнул в распахнутые двери. Все как по волшебству пришло в движение. Мужчины склоняли головы, женщины, шурша юбками, приседали в глубоком реверансе перед идущей к трону парой новобрачных. Рэйнэн остановился резко и внезапно. Глаза императора полыхнули яростью. Прозвучавший в торжественной тишине вопрос показался Тамми нелепым и странным.

— Где второй? — прорычал властелин.

Из толпы выдвинулся грузный мужчина. Лицо толстяка покрылось яркими красными пятнами. Он сцепил перед собой пальцы в замок, но даже этот жест не смог скрыть того, как сильно тряслись его руки. Кашляя и заикаясь, он наконец изрек:

— Мой п-повелитель, место супруги обычно у… М-мы… Я… думали, вы не станете отходить от традиций.

— Вы не умеете думать, — в голосе императора резко и отчетливо зазвучал металл. — Она равная. Равная мне!!! Кто еще не понял сути обряда!?

Стало тихо, ужасающе тихо. В этой тишине Тамми услышала, как нервно сглотнул толстый распорядитель, по его, теперь уже пунцовому, лицу медленно стекали струйки пота. Голос Рэйнэна стал обманчиво спокойным и тихим.

— Когда мы с супругой дойдем до конца зала, там должен стоять второй. Не успеете… И… — многозначительно добавил он, — из распорядителя на свадьбах станете распорядителем на похоронах. Собственных.

Толстяк рванул с места, подобно гончей в погоне за зайцем. На глазах у Тамми начал разворачиваться целый спектакль. Секунда… Несколько человек, подлетев к трону, стали оттягивать его вправо от центра. Другая секунда… распорядитель схватил огромную красную подушку, расшитую золотом, почему-то валявшуюся на ступенях перед троном, и зашвырнул в толпу. Подушка, летевшая как метеор, приземлилась на голову даме с высоко уложенной прической. Мало того, что замысловатый кокон на голове темной жалко съехал набок, вдобавок ко всему, дама в нелепой попытке отбросить угодивший в нее предмет, попала локтем прямо по зубам стоявшей сзади нее почтенной старушке. Вставная челюсть леди, не выдержав такого поворота событий, обиделась и, описав в воздухе дугу, упала прямо на ступеньки, радостно подпрыгивая и скалясь. За грубо нарушившей этикет челюстью мгновенно ринулись двое вельмож. Забег закончился трагедией. Один из них в спешке зацепился носком ботинка за выступ. Дабы не рухнуть носом в пол, первый схватился за сюртук находящегося впереди второго, а тот, не удержав равновесия, шлепнулся на счастливо улыбавшиеся вставные зубы. Издав жалобный хруст, несчастный протез развалился пополам. Престарелая хозяйка уничтоженных зубов, не выдержав такого накала страстей, закатила глаза и свалилась в обморок. Ряды окружавшее ее знати плотно сомкнулись, тело потерпевшей мгновенно подхватили и понесли прочь из залы.

На возвышении взъерошенный и красный стоял распорядитель, кому-то яростно жестикулируя. Внезапно из-за спины медленно шествующей императорской четы, фыркая и пыхтя, выскочила упряжка из четырех человек, которые тащили на себе изящный белый трон. Они были похожи на гигантского паука, который, шустро перебирая лапками, бежал с невероятной скоростью. Взмыленная четверка, вскарабкавшись по ступеням, водрузила свою ношу рядом с массивным императорским престолом. Потом, подхватив обессиленного сползающего по лестнице распорядителя под руки, стащила вниз и растворилась в толпе. По залу пронесся вздох облегчения. За то время, пока творилось это безобразие, на лице Рэйнэна не дрогнул ни один мускул. Он медленно и верно, с каменным выражением лица, двигался вперед, словно вокруг ничего и не происходило. Дойдя до возвышения, Рэйнэн помог подняться и сесть своей избраннице на престол. Гордо и надменно император занял свое место рядом. И только теперь до Тамми дошло, зачем была нужна красная подушка на ступенях у трона. Ее место, по традициям темных, было у ног императора, как у собаки или животного, смиренно принимающего власть над ним своего господина. Этот странный и загадочный человек, ставший ее мужем, только что каким-то невероятным образом избавил ее от унизительного обряда, дав возможность почувствовать себя равной ему. Девушка медленно повернула голову в сторону супруга и, глядя прямо в его глаза-омуты, прошептала:

— Спасибо.

Рэйнэн молчал, только продолжал сверлить жену тяжелым, недобрым взглядом, потом вдруг отвернулся и, глядя куда-то впереди себя, хрипло произнес:

— У тебя будет возможность отблагодарить меня, малышка.

Тамми вжалась в сиденье, понимая скрытый подтекст его слов. Ей стало жутко, время бежало так быстро и ни на минуту не приближало ее к желанной цели. Бежать было некуда. Дверца клетки захлопнулась.

За свадебной трапезой Тамми не могла заставить себя проглотить хоть что-нибудь. Кусок не лез в горло, видя, как народ вокруг потешался, бросая время от времени скабрезные шутки в сторону императорской пары по поводу предстоящей брачной ночи. Рэйнэн, откинувшись на спинку стула, лишь загадочно ухмылялся, слушая веселые байки гостей, изредка поглядывая на молчаливую, уткнувшуюся взглядом в тарелку супругу. Веселье и танцы были в самом разгаре, когда Рэйнэн, устав смотреть на свадебный балаган, демонстративно поднялся и поставил бокал с вином на стол. Музыка стихла. По залу пронесся нарастающий шепот, а потом толпа темных вельмож зашлась ликующими криками. Выстроившись в длинный живой коридор, мужчины стали поднимать вверх бокалы с вином в приветственном тосте и, осушив их до дна, разбивали об пол. Тамми не успела опомниться, как супруг, подхватив ее на руки, понес сквозь строй гостей, выкрикивающих на языке древних: — Аграэн нэрг. Асхэр нэрг. Нагрэль нэрг.

— Что им нужно? — Тамми с тревогой посмотрела на мужа. Рэйнэн наклонил к ней лицо, от его хриплого и тягучего голоса по телу девушки пробежала дрожь.

— Им — ничего. Они просто желают нам темной ночи, сладкой ночи, долгой ночи.

Впереди вспыхнула руна, открывая портал, и Тамми оказалась наедине с мужем посреди огромной императорской спальни. Опустив девушку на пол, владыка щелкнул пальцами, погружая комнату в мягкий полумрак. Рука Рэйнэна легла на затылок стихийницы, осторожно отодвигая волосы в сторону, и она почувствовала сначала его горячее дыхание на своей шее, а потом еле слышное прикосновение теплых губ. По коже поползли мурашки, Тамми вздрогнула. А пальцы мужчины между тем продолжали свое путешествие по прикрытой полупрозрачным кружевом спине, описывая легкие круги вокруг жемчужных пуговок, застегивающих платье. По обнаженной коже лопаток заскользили широкие, сильные ладони. Платье каким-то невероятным образом оказалось распахнутым до талии, а губы супруга уже спускались по позвоночнику, оставляя на нем горящую огнем дорожку жарких поцелуев. Тамми прижала к груди края начинающего сползать с нее платья и попыталась резко отпрянуть. Ее схватили за плечи и прижали обратно к упругому и возбужденному мужскому телу. Рэйнэн зарылся лицом в распущенные волосы жены, пьянея от желания, вдыхая ее нежный аромат. Сладкая… Она была такая мучительно сладкая. Никогда в жизни ни одну женщину он так не хотел, как эту. Не просто хотел… Она стала навязчивой идеей, наваждением, изощренной пыткой, приходящей в ночи, манящей и обещающей тысячи наслаждений. Руки владыки сжали тонкую фигурку жены, с силой вдавливая ее в свое разгоряченное тело, поцелуи стали требовательнее и жестче, мужчину накрывало волной дикой, неконтролируемой страсти. Тело Тамми внезапно обвисло безвольной куклой в его руках. Рэйнэн развернул малышку к себе лицом и, прижавшись губами к белоснежной шее, тихо прошептал:

— Что не так, маленькая? Посмотри на меня. Не бойся, я буду нежен, — губы владыки осторожно коснулись тонкой, бьющейся синей жилки, жесткие ладони легли на талию и спину девушки, с силой прижимая нежное тело к своей груди. — Хочу тебя…

— Твое право, — безразлично выдохнула стихийница, — ты сильнее, можешь делать со мной все, что захочешь.

Император отшатнулся как от удара, видя расползающуюся в глубине ее глаз пустоту.

— Ты меня с кем-то перепутала, милая. Я не беру женщин силой. Обычно они просят меня об этом сами, — тон супруга стал откровенно издевательским. Рэйнэн резко притянул к себе Тамми и, касаясь ее губ своими, вкрадчиво прошептал в полураскрытые уста девушки:

— Ты тоже попросишь… Однажды и ты попросишь, маленькая… Я подожду.

Тамми вывернулась из объятий мужа, сделав шаг назад.

— Боюсь, если ты будешь ждать моей просьбы, то твоя империя останется без наследника, кажется, ты женился на мне ради этого?

Хищно сверкнув глазами, Рэйнэн провел пальцами по скуле супруги и, наклонившись, хрипло прошептал ей на ухо:

— То есть, ты предлагаешь вариант с насилием?

— Я не это имела в виду, я…

Безумный смех императора эхом отразился от стен спальни. Тамми разозлилась и теперь почти кричала, глядя в гипнотизирующие ее глаза супруга:

— Ты ведь можешь иметь столько жен, сколько пожелаешь, найдите себе другую, более подходящую, чем я.

Император удивленно уставился на негодующую супругу.

— Видишь ли, дорогая, сегодня я лишился возможности иметь более подходящую жену, чем ты. Как и ты возможности когда-либо от меня избавиться. Так что привыкай…

Нагло подмигнув растерянной супруге, Рэйнэн поцеловал ее в кончик носа и, развернувшись, пошел на выход из комнаты. Тамми схватила стоявший на столе кубок и со всей силы швырнула его в закрывшиеся за спиной мужа двери. За дверью сначала раздался громогласный хохот владыки, а потом прозвучало:

— Сладких снов, маленькая.

****

Рэйнэн вышел из портала в покоях матери. Раздраженно срывая с себя одежду, темный пошел в купальню и с головой окунулся в холодную воду. Его сжигало изнутри от гнева и неутоленного желания. Он хотел ее с того момента, как увидел идущей подобно светлому духу по широкому проходу храма и не мог дождаться момента, когда принесет ее в свою спальню, когда вся она, от кончиков волос до хрупких тоненьких пальчиков, будет принадлежать ему. Но видеть в своих руках вместо нежной и пылкой любовницы живой труп… Владыка яростно ударил кулаками по воде, вздымая вокруг себя фонтаны брызг. Злой, обнаженный и мокрый он вышел из ванны и упал на кровать. Постель хранила ее запах. Рэйнэн, вжавшись лицом в подушку, яростно зарычал. Он не понимал, что с ним происходит. Ему никогда прежде не приходилось добиваться внимания женщины. Им восхищались, перед ним трепетали, его вожделели… Но ни одной из них не удавалось зацепить его так сильно. Он забывал лица и имена любовниц после проведенных с ними нескольких ночей. А эта… Она преследовала Рэйнэна повсюду, стоило прикрыть веки, он видел ее светлую улыбку, нежный овал лица, обрамленный россыпью огненных завитушек. И темный владыка закрыл глаза, пытаясь воссоздать в памяти мучивший его образ.

Резкий толчок в грудь заставил его вскочить с постели, кто-то прорывался сквозь запечатанный им плетением крови проход между мирами. Не раздумывая, Рэйнэн распахнул окно и одним гибким движением выпрыгнул из него вниз. Мгновение… и в ночном небе над замком, рассекая крыльями потоки воздуха, стремительно набирая скорость, пронесся громадный черный дракон.

Приближаясь к Туманной долине, Рэйнэн создал вокруг себя в воздухе магический щит, готовясь к возможной атаке. Еще на подлете он видел, как дыра в пологе зажглась сиреневым свечением в том месте, где кто-то уходил за грань. Дракон приземлился подобно комете, вспахивая когтями на земле длинные глубокие борозды, за считанные секунды тело зверя стало складывать чешую, как карточный домик, превращаясь в бегущую на бешеной скорости к месту прорыва могучую фигуру темного владыки. Прыжок, и… портал, втянув в себя мужчину, стал сворачиваться, заплетая прорванные края паутиной силовых линий.

Темнота… Абсолютная темнота… Ни звука, ни шороха, ни движения. Вязкий, мучнисто-серый воздух вокруг. Рэйнэн не мог понять, куда выбросил его контур. Сложив ладони, он создал между ними магический огонь, подняв его с помощью заклинания невесомости над своей головой. Пустота. Бескрайняя. Незыблемая. Обнаженное тело окутывает серое марево, сырым ознобом скользящее по коже. Темный посмотрел вниз и не обнаружил тверди, он висел в воздухе на разломе миров. Шаг… Пространство под ногами начинает светиться. Еще один… свечение, расползаясь по кругу, ускользает вдаль путеводной огненной нитью. Где-то в самом конце ярким синим светом загорается точка. Она подобно маяку мигает в туманной дали, обещая приют и покой. Свечение под ногами становиться ярче и насыщеннее, и вот уже огненная река подхватывает Рэйнэна, как сухой листок, неся навстречу загадочному сиянию далекой звезды. Скользящая бурная лавина вынесла владыку к огромному, светящемуся голубому шару. Огненный ручей словно змея сначала оплёлся вокруг ног Рэйнэна, а потом пополз по пульсирующей подобно гигантскому сердцу оболочке сферы. Она ярко вспыхнула и вдруг стала менять цвет на кроваво-красный. Сквозь поверхность стали пробиваться искрящиеся белые лучи, и как клинки, протыкать теперь уже ставший огненным шар. Взрыв… Рэйнэн открыл глаза, и внезапный белый свет больно резанул по ним как бритва. Владыка изумлённо озирался вокруг, повсюду, куда ни падал взгляд, все было девственно белым. Слепящая белоснежная бездна… Неожиданно воздух под ногами начал сгущаться и обретать очертания магического символа, состоящего из семи переплетающихся петель, заключенных в кольцо. Одна из петель зажглась фиолетовым, огонь дрогнул и стал ползти дальше, повторяя контур соединяющихся между собой символов бесконечности. Из белой бездны медленно поднимались переливающиеся как радуга, сверкающие глыбы. Сначала ярко вспыхнул странный символ, потом замерцали тысячами оттенков возникшие из пустоты столпы и… в одну секунду яркие лучи стали пронзать насквозь сильное тело Рэйнэна. В том месте, где под кожей гулко и размеренно билось могучее сердце темного владыки, вдруг появился горящий магический знак, в точности повторяя тот, что светился у него под ногами. Резкая, рвущая на части боль сотрясала тело мужчины, и он закричал, чувствуя, как потоки древней силы проникают в кровь и заполняют собой его тело. По коже поползли ручейки черных чешуек, сквозь пальцы стали прорываться длинные черные когти, тело покрылось острыми, как ножи, шипами, зверь рвался на волю… Мощный взмах крыльев — и над белоснежной пустотой межмирья, обвитый спиралями огненных плетей магии, в воздухе повис великолепный черный дракон.

****

Тамми, скрутившись калачиком, уснула на огромном императорском ложе, не снимая свадебного платья и туфель. Ночью в комнату пришел Тень и девушка, проснувшаяся от звука открываемой двери, испугалась, думая, что это вернулся супруг. Вздох облегчения вырвался у нее из груди, когда она увидела приближающегося к кровати ашхара.

— Иди ко мне, — девушка похлопала рукой по постели, и зверь одним легким прыжком оказался рядом, укладывая лохматую морду ей на плечо.

— Тенюшка, мой хороший, — Тамми ласково почесала животное за ухом, зверь довольно заурчал и разлегся на кровати, заполняя собой все пространство. Успокоившись, юная императрица умостилась поудобней в кольце огромных лап Тени и, сладко зевнув, уснула крепким и безмятежным сном.

Утро разбудило ее яркими солнечными лучами, прорывавшимися сквозь полураскрытые шторы окна, Тень гибко потянулся на кровати, громко фыркая и облизываясь. Тамми поднялась и, подбежав к окну, распахнула тяжелую, струящуюся по окнам ткань, впуская в комнату дневной свет. Открыв дверь на террасу, девушка вышла на воздух, глубоко вдыхая в себя свежесть нового дня. На перила балкона села маленькая яркая птичка. Тамми протянула к ней руку, птица неожиданно вспорхнула и приземлилась на раскрытую ладонь удивленно хлопающей глазами стихийницы. Пичуга звонко чирикнула, покрутилась, взмахнула крыльями и улетела ввысь. На душе у девушки вдруг стало так легко и спокойно, словно этот крылатый вестник забрал с собой груз сомнений и страхов, давивших на нее. Сняв с себя свадебное платье, Тамми умылась, причесалась, натянула на себя свой старенький наряд, который заботливая Арха, аккуратно сложила на стуле и, позвав Тень, решила выйти из императорских покоев. Как только она оказалась за дверью, охрана, которая раньше совершенно не реагировала на нее и не позволяла выйти, вдруг, почтительно расступившись, низко поклонилась. Удивленно выгнув бровь, Тамми двинулась вглубь замка в сопровождении двух воинов, следовавших за ней по пятам. Из-за поворота навстречу ей вышла Арха. Радостно улыбнувшись, женщина протянула девушке руки.

— А где Рэйни? Почему ты одна?

— Понятия не имею, он передо мной не отчитывается, — Тамми безразлично пожала плечами. Ее абсолютно устраивало отсутствие новоиспеченного мужа.

Арха встревожено посмотрела на юную императрицу.

— Странно, я не видела его в замке утром. А он всегда заходит ко мне перед тем, как уйти куда-то. И я думала, что после вчерашней ночи…

Тамми нервно сжала ладони и потупила взор.

— О, Тьма, детка, вы поссорились? — на лице Архи отобразилась вся гамма чувств, от нежной грусти до искреннего сожаления, — не сердись на него, милая, он и вправду иногда бывает очень несдержан…

— Я не сержусь на него, Арха, — перебила ее Тамми. — Мне вообще до него нет никакого дела. И мне совершенно все равно, где и с кем он будет проводить ночи. Лишь бы меня не трогал.

Арха прикрыла рукой удивленно открывшийся рот и с ужасом прошептала:

— Он ночевал не с тобой? Но я не понимаю… — женщина замолчала и зачарованно уставилась взглядом в видимую только ей точку на стене.

— Я не отказалась бы от завтрака, — весело заявила кормилице Тамми.

— Да-да, конечно, — растерянно промямлила Арха, хмурясь и напряженно думая о чем-то своем. — Я сейчас распоряжусь, — и резко развернувшись, быстро пошла в обратную сторону.

— Арха? — Тамми удивленно смотрела вслед удаляющейся женщине. Арха обернулась и крикнула на ходу:

— Иди в трапезную, милая, я скоро буду.

Девушка недоуменно хмыкнула и двинулась прямо по коридору, если ей не изменяла память, то столовая комната была именно там.

Сидя в гордом одиночестве за огромным столом, ломившимся от обилия блюд, Тамми мысленно рассуждала над превратностями судьбы. Она боялась, что став женой темного владыки, каждый ее шаг будет неизменно контролироваться мужем, но он не явился требовать от нее свои права ни ночью, ни утром. И даже сейчас не докучал ей своим назойливым присутствием, что невероятно радовало. Вокруг нее суетились слуги, пытаясь предугадать малейший жест или желание молодой императрицы. Воины, следовавшие за ней до трапезной, почтительно пропустили ее вперед и остались стоять за дверями, никак не обнаруживая своего присутствия. Даже вездесущая Арха куда-то исчезла. Чудеса, да и только.

Насытившись, Тамми встала из-за стола и решила пройтись по замку. Чудеса продолжались. Абсолютно все встречающиеся на ее пути люди повторяли, как заведенные, при ее появлении: "Ваше Величество!" и замирали, как статуи, в низком поклоне.

В одной из зал обнаружилась целая группа придворных дам, среди которых, подобно розе в сорняках, выделалась яркая и броская Алиэн. Стоило Тамми войти, как леди, шурша великолепными нарядами, склонились перед ней в глубоком реверансе и замерли. Алиэн, плавно двинулась навстречу императрице и со словно приклеенной улыбкой, взяв под руку, оттащила ее в сторону.

— Ты что творишь? Твое величество, опозорить меня решила? — прошипела явно злющая сестрица Рэйнэна.

Тамми непонимающе уставилась на Алиэн.

— Что случилось?

— Ты что на себя напялила? Где ты взяла это? — Алиэн указала взглядом на видавшее виды простенькое платье Тамми.

— А, это! — выдохнула, уже было испугавшаяся девушка. — Извини, не нашла ничего лучше.

Алиэн открыла рот и, как выброшенная на берег рыба, стала шлепать губами, жадно глотая воздух.

— Я три дня гоняла лучших портных империи! Я забила твой гардероб нарядами по последней моде! А ты говоришь, что не нашла ничего лучше, чем эта серая тряпка!?

Тамми затравлено оглянулась на придворных дам, которые продолжали зависать чуть ли не в коленопреклоненной позе. И тут ее осенило.

— Я вроде как императрица? — девушка вопросительно посмотрела на мгновенно растерявшуюся от такой постановки вопроса Алиэн.

— Да, — у наглой сестрицы внезапно задергался глаз.

— М-м-м, — не унималась Тамми. — Кажется, правила устанавливаю здесь я?

Алиэн нервно сглотнула и, расплывшись в фальшивой улыбке, согласно кивнула.

— Мне не нравится ваше платье, леди Алиэн, — осторожно заметила стихийница и ткнула пальцем в глубокое декольте ошарашенной сестрицы. — Слишком открытое.

— Помилуйте, Ваше Величество, мы же не в монастыре! — зашептала темная.

— Да? Но и не в доме терпимости! — Тамми вскинула голову и, гордо расправив плечи, громко заявила: — Я запрещаю ходить во дворце в таком неподобающем виде.

— Ты… — хотела было что-то сказать пыхтящая от ярости сестрица, но не успела.

Невинно похлопав глазками, девушка приветливо улыбнулась начинающей багроветь Алиэн, добив ее фразой:

— Мужу пожалуюсь.

Царственно развернувшись, Тамми, еле сдерживая улыбку, поплыла мимо так и не посмевших поднять головы дам на выход, столкнувшись в дверях с леди Маорой.

— Моя госпожа! — женщина мгновенно отпрянула, низко склоняясь перед императрицей.

Тамми мгновенно схватив женщину за плечи, подняла ее с пола.

— Маора, ты что? Это же я, Таммиэлиэн! К чему это?

Женщина удивленно посмотрела на нее.

— Ты есть закон! Ты равная владыке, таковы традиции.

Тамми ошеломленно огляделась по сторонам, а потом спросила:

— Но ты ведь тоже была императрицей, и что, они с тобой тоже вот так?

Маора посмотрела в широко раскрытые глаза девушки и прошептала:

— Я никогда не была императрицей. Я была женой императора. Одной из многих. А тебя владыка признал равной себе. Твое слово — это его слово, твое слово — истина! — и темная леди загадочно улыбнулась.

Тамми судорожно пыталась сложить в мозгу картину происходящего.

— Мы могли бы где-нибудь поговорить без посторонних?

— Как прикажете, Ваше Величество. Здесь есть великолепные "плавающие сады". Не желаете ли посмотреть? — Маора снова низко поклонилась.

— Желаю, — засопела Тамми и, подхватив леди под руку, решительно потащила ее на выход.

****

Арха нашла первого советника императора Трэмрана Граха на плацу перед входом. Мужчина о чем-то беседовал с начальником охраны дворца. Увидав стоящую на ступенях и зовущую его жестами кормилицу императора, советник с улыбкой поспешил к ней навстречу.

— Что случилось, Арха? — Трэм недоуменно рассматривал перепуганное лицо всегда умиротворенной и спокойной женщины. Арха, нервно озираясь по сторонам, тихо прошептала:

— Рэйнэн пропал.

— Что значит пропал? — Трэм весело хохотнул и заговорщически зашептал кормилице владыки на ухо: — Вообще-то у него вчера брачная ночь была, неудивительно, если она плавно перешла в брачное утро, а потом и брачный день. А потом и опять в…

— Трэмран, его нет в замке, — в глазах Архи застыла тревога.

— А императрица? Где леди Таммиэлиэн? Ее тоже нет? Может, владыка с молодой женой…

Арха не дала договорить первому советнику.

— Ее величество в замке, она сказала, что не видела Рэйнэна со вчерашнего вечера. Я была в комнате Энринэль, там повсюду разбросана его одежда, а его самого нет. Трэм, что-то случилось, — Арха громко всхлипнула. — Он не мог вот так исчезнуть и никому ничего не сказать, и это сразу после свадьбы!?

— Ш-ш-ш, — Трэмран обнял вздрагивающую женщину. — Ты уверена, что его нет во дворце?

Арха утвердительно кивнула:

— Я везде искала. Он как в воду канул.

— Никому пока не говори об этом. Нам не нужна паника. Да и в империи сейчас смутные времена. Давай подождем, может, обстоятельства сложились так, что у него просто не было времени кого-то предупредить. Если он не появиться до вечера, начнем поиски. Я усилю охрану императрицы, мало ли…

Трэмран задумчиво взъерошил непослушные кудрявые пряди волос.

— Для всех — император вынужден был срочно отправиться по делам на север. Ты меня поняла, Арха? Государыня тоже не должна ничего знать. Иди и делай вид, что все хорошо.

— Трэмран, я с ума схожу от тревоги, — Арха до боли сжала руку советника.

— Я зайду к тебе, как только что-то выясню, не волнуйся. Возвращайся во дворец, — Трэм, резко развернувшись, пошел отдавать приказ усилить охрану императрицы.

****

Маора вела Таммиэлиэн длинными аркадами коридоров в южную сторону дворца.

— А от этих можно как-то избавиться? — девушка кивнула головой в сторону следующего за ними конвоя охраны.

— Тихо, — прошептала Маора, — эти из клана "Призраков", они способны услышать малейший шорох на расстоянии двадцати ярдов.

— Их что, приставили за мной шпионить? — тут же возмутилась Тамми.

— Ну, что ты, дорогая! Дворец охраняют лучшие из лучших. "Призраки" не только обладают абсолютным слухом, бесшумно передвигаются, но и видят дальше любого мага. Они способны попасть в глаз врага с расстояния более чем пятьсот шагов. Несколько сотен лет воины из самых именитых родов этих кланов охраняют императорскую семью.

— Проклятье, значит, они слышат все, о чем мы говорим? — Тамми в отчаянии вцепилась в руку Маоры и сжала ее так сильно, что темная леди даже скривилась от боли.

— Успокойтесь, Ваше Величество. Сейчас вы все поймете, — Маора загадочно подмигнула девушке и остановилась у огромных стеклянных дверей, сквозь которые пробивались яркие солнечные лучи, отбрасывая на пол радужные цветные блики.

Темная леди легко толкнула прозрачные створки, и Тамми замерла, разглядывая невероятную по своей красоте картину.

Со всех сторон, образовывая собой полукруг, из воздуха лились кристально чистые каскады водопадов. Падающая с высоты вода внизу превращалась в небольшое озеро, берега которого были засажены диковинными растениями и цветами. Цветы были повсюду. Они спускались тонкими вьющимися лианами со всех террас. Часть растений каким-то невероятным образом просто лежала поверх прозрачных струй, отчего казалось, что цветы плывут по воздуху. Над озером летали невесомые стрекозы и разноцветные бабочки. Легкий, пьянящий запах цветов смешивался со свежестью падающих с высоты холодных потоков, создавая неповторимый образ сказочно-волшебного сада.

— Плывущие сады Авергард! — Маора закрыла глаза и восторженно вдохнула тонкий, исходящий от сада аромат. — Нравится? — спросила темная, лукаво глядя на восхищенно разглядывающую одно из чудес замка императрицу.

— Как такое может быть? — Тамми не могла поверить тому, что видела.

— Магия, — улыбнулась Маора, двигаясь с озирающейся по сторонам девушкой вглубь сада. Поднявшись по скрытой за свисающими плетями растений лестнице, они прошли сквозь узкий проход в стене и оказались внутри грота, впереди которого сплошной стеной лилась вода.

— Где мы? — Тамми сделала несколько шагов и коснулась рукой свежих прозрачных струй.

— Мы внутри водопада, — Маора присела на каменную лавку, стоящую под стенкой грота и жестом позвала Тамми присоединиться к ней.

— Охрана осталась за дверью сада, шум воды не позволит им услышать нашу беседу. Так о чем ты хотела со мной поговорить?

— Как я могу выбраться из дворца? — Тамми посмотрела в черные глаза женщины и улыбнулась. — Вы ведь поможете мне?

Маора долго пристально разглядывала молодую императрицу, а потом спросила:

— Ты уверена, что тебе теперь это нужно?

— А что изменилось? — удивилась Тамми.

— Все! — Темная леди дотронулась до руки девушки и повторила: — Абсолютно все! Ты хоть понимаешь, какой властью тебя наделил твой супруг? Клятву крови давали только правители древнего мира, признавая своих спутниц равными себе не только в магии или правах, но и равными по крови. Если завтра твоего мужа не станет, ты будешь править империей! Никто не посмеет оспаривать твоего права на престол! Вы с ним одной крови. Тебе даже наследника рожать не нужно. Это удивительно. Тысячу лет ни одна из жен темных императоров не получала того, что с такой легкостью подарили тебе, простой человечке!

— Зачем? Зачем он это сделал? — Тамми прижала ладони к пылающим щекам. — Я не понимаю…

Маора пожала плечами и произнесла:

— Вероятно, у владыки есть какой-то очень хитроумный план в отношении тебя. Предугадать, что скрывается за безумными поступками Авергардов практически невозможно. Дурная кровь.

Слова Маоры о новом статусе еще больше напугали Тамми и выбили почву из-под ног.

— Мне не нужна ни власть, ни империя, ни сам император! Помогите мне выбраться из дворца.

Леди удивленно посмотрела на девушку.

— Ты не поняла? Ты можешь покинуть дворец в любую секунду, твое желание — закон. И остановить тебя никто не посмеет. Единственное, что ты далеко не сможешь уйти. Рэйнэн всегда будет следить за тобой, да и без охраны ты теперь никуда не выйдешь.

— А если отвлечь охрану? И, возможно, мой муж не всегда будет за мной следить.

— А ты отчаянная. Уважаю, — усмехнулась темная, доставая из рукава платок. Протянув его Тамми, она сказала: — Если не передумаешь, отправь его мне в день побега. Помни — ты равная владыке. Никто не посмеет запретить тебе покинуть дворец. Как только сможешь выйти, найди в городе лавку господина Глода. У него ателье по пошиву платьев. Лучшее в городе. Никто ничего не заподозрит. Подумают, что ты отправилась приобрести себе очередной наряд. А дальше я помогу. И постарайся больше не разговаривать со мной. Не хочу, чтобы в случае твоего удачного исчезновения меня казнили.

Выйдя из сада, Тамми специально, чтобы охрана слышала, стала благодарить Маору, за то, что та показала ей такое удивительное место. Вежливо простившись с ней, девушка потребовала от охраны, чтобы ее проводили в императорские покои, поскольку она сама еще плохо ориентируется во дворце, что было совершеннейшей ложью, потому что любую дорогу стихийница запоминала с первого раза.

Вернувшись, Тамми первым делом стала искать куда можно спрятать платок так, чтобы его никто не нашел и ничего не заподозрил. Она бродила по комнатам и открывала все попадающиеся на ее пути двери, пока не наткнулась на небольшое помещение, примыкающее к спальне, забитое женской одеждой от пола до потолка. Вдоль всех стен висели роскошные платья, вышитые шелком тончайшие сорочки, блузы, юбки, шарфы, плащи, шубы. Длинные ряды полок внизу были заставлены обувью всевозможных цветов и фасонов. У девушки даже глаза разбежались от обилия всего. Она усмехнулась, поняв, наконец, почему разозлилась Алиэн, объемы приобретенной для императрицы одежды действительно впечатляли. Порывшись среди вешалок, девушка нашла темный строгий плащ с глубокими карманами, аккуратно положив туда платок, она удовлетворенно вздохнула и пошла отдыхать на террасу. Самым странным было то, что муж не появился ни после полудня, ни к вечеру. Арха тоже вела себя непонятно, появилась лишь раз за ужином и была немногословной и какой-то рассеянной. С приближением ночи Тамми стала нервничать, шарахаясь от каждого шороха в страхе, что сейчас в спальню заявится супруг и все-таки предъявит на нее свои права. Но вместо Рэйнэна прибежал Тень, зверь улегся у изножья кровати и гипнотизировал хозяйку немигающим желтым взглядом до тех пор, пока она не рассмеялась и не позвала его к себе.

— Знаешь, — шептала на ухо разомлевшему от ласк ашхару Тамми, — ты и вправду похож на Тень, появляешься бесшумно, исчезаешь внезапно. И если честно, то спать с тобой мне нравиться гораздо больше, чем с твоим жутким хозяином.

Тень лизнул девушку в нос и жестко придавил лапой к постели. Тамми засмеялась, обозвав ашхара собственником, потом, удобно прижавшись к лохматому теплому телу животного, закрыла глаза и уснула.

****

Утро следующего дня стало для Тамми судьбоносным, за завтраком Арха сказала, что император отбыл на несколько дней из столицы по делам, и девушка чуть было дырку в стуле не протерла от нетерпения. Не могла дождаться, когда кормилица уйдет, чтобы продумать план дальнейших действий до мелочей. Арха выглядела грустной и подавленной, и не будь Тамми так увлечена мыслью о побеге, она непременно бы спросила женщину, что случилось. Достав платок, императрица вышла к охране и попросила передать его леди Маоре, мотивируя тем, что та вчера его нечаянно обронила в саду.

К обеду у девушки дрожали руки и сердце выскакивало из груди, ашхар, словно чувствуя, что с хозяйкой что-то не так, не отходил от нее ни на минуту. Тамми остановилась на пороге комнаты и огляделась по сторонам, она нервничала, не зная, как поубедительней потребовать от охраны, чтобы ее вывели в город. Тень за ее спиной зарычал, дергая за подол платья.

— Тень, — девушка наклонилась и обняла зверя, — ты пойдешь со мной? Мне одной страшно.

Ашхар несколько минут смотрел на Тамми своим завораживающим желтым взглядом, потом громко заурчал и стал радостно вилять хвостом.

— Спасибо, мой хороший, — радостно заворковала девушка. Оправив складки плаща, она состроила кислую гримасу на лице и, гордо вздернув свой маленький нос, шагнула за двери.

— Мне нужно выйти в город, — заявила она охране, как только переступила порог. — Ты, ты, и ты пойдете со мной, — сказала девушка, тыкая своим маленьким пальчиком в стоящих рядом с покоями воинов. Один из них низко поклонился, обращаясь к императрице:

— Ваше Величество, простите, но мы не можем отпустить вас в город в сопровождении всего трех человек, это очень опасно. Это приказ императора.

Тамми, решив разыгрывать спектакль дальше, раздраженно топнула ногой и, сердито сдвинув брови, стала возмущаться:

— Да что вы себе позволяете?! Может, вам освежить память? Я равная властелину! — недовольно ворчала девушка, глядя в побелевшее лицо стража. — Мне нужно платье купить. Или я должна спрашивать разрешение выйти каждый раз, как мне захочется приобрести булавку или шпильку?

— Моя госпожа, я только хотел сказать, что вам положено большее количество охраны. Наш долг оберегать вас. Я ни в коей мере не собираюсь вам мешать, — у парня был такой несчастный вид, что Тамми поневоле стало его жалко. Но отходить от плана было нельзя, поэтому она гордо вскинула голову, стараясь не выдать, как сильно трясутся у нее руки и ноги, надменно произнесла:

— Так исполняйте свои обязанности, любезный, и постарайтесь это делать так, чтобы я вас не замечала.

В оцеплении порядка тридцати человек императрица двинулась вниз на выход из дворца. На плацу к ней подошел начальник охраны и поинтересовался, желает ли она ехать в лавку на лошади или хочет идти пешком. Воины на лошадях могли догнать Тамми очень быстро, а это девушке было совершенно не нужно, поэтому она, стараясь говорить как можно спокойнее, объяснила, что желает пройтись по улице и размять ноги. Для нее окрыли темный портал, и Тамми с ашхаром ступила на землю столицы, довольная собой, что ей так ловко все удалось провернуть. Улыбка ушла с лица мгновенно, как только она увидела количество стражи, готовое ее сопровождать. Это был не отряд, это была целая армия. Воины, затянутые в тугие латы, со всех сторон плотным кольцом окружали площадь. Сквозь такой кордон даже мышь не проскочила бы, и Тамми мысленно взвыла, проклиная своего заботливого супруга на чем свет стоит. Оставалось только надеяться, что Маора знает, как можно обмануть такую уйму беспрестанно наблюдавших за ней людей.

До лавки господина Глода было несколько минут ходьбы. И когда Тамми остановилась перед витриной магазина почтенного мастера, воины перекрыли улицу со всех сторон, заполнив собой практически все пространство вокруг. Девушка стала на ступеньку, взявшись за ручку, в надежде наконец-то избавиться от назойливого внимания своих конвоиров, но следом за ней тут же двинулся один из солдат. Это стихийницу совершенно не устраивало, сжав зубы с такой силой, что послышался их отчетливый скрежет, Тамми окинула мужчину с ног до головы долгим вопросительным взглядом.

— Желаете посмотреть, как я буду раздеваться? Что ж, непременно поставлю супруга в известность об этом, — язвительно заметила она.

С лица охранника схлынули все краски, он извинился, покорно закрывая за императрицей и рычащим на него ашхаром двери.

В лавке господина Глода было уютно и светло. Окна были задрапированы мягкой, собранной волнами тканью, не позволяя желающим с улицы глазеть на высокопоставленных посетителей. Повсюду стояли манекены, одетые в великолепные платья, подсвеченные яркими светильниками. Под потолок уходили ряды полок с отрезами материй всех цветов и оттенков. Со стен, увешанных сверкающими зеркалами, на Тамми отовсюду смотрело ее собственное отражение. В углу стоял странный резной ящик, из которого лилась приятная веселая мелодия. Сам господин Глод обнаружился за широким столом в конце комнаты. Мужчина сидел, улыбаясь совершенно глупой и неестественной улыбкой. Тамми подошла к мастеру и щелкнула у него перед носом пальцами, тот, никак не отреагировав, продолжал нелепо улыбаться, уставившись в одну точку. За спиной Тамми раздался шорох, девушка обернулась на звук, из-за ширмы вышла укутанная в плащ Маора. Женщина приставила к губам палец, призывая соблюдать тишину. Подойдя к владельцу лавки, темная магиня положила ему на голову руку, окутывая почтенного господина сизым сиянием заклинания.

— Что вы с ним сделали? — Тамми испуганно смотрела на застывшего как изваяние мужчину.

— Ничего, слегка подправила ему память. Когда очнется, ничего помнить не будет. Даже читающие не помогут. У нас мало времени, пошли.

Маора взяла девушку за руку и потащила к черному входу. Пройдя по подземному переходу, они вышли на пустынной узкой улице. Темная леди натянула капюшон плаща Тамми пониже на глаза, сунув ей в руки небольшой узелок.

— Тут немного еды, на первое время хватит. Садись на ашхара и двигайтесь по этой дороге, не сворачивая и не останавливаясь. Здесь практически никогда не бывает людей, основная улица за стеной. Выберешься за город, не иди по открытым дорогам. Тебя кинуться искать через несколько часов. Главное — попасть в лес до заката, а ночью тебя там никто не найдет. И еще, — женщина достала из кармана небольшой красный камень, — Тавергард накрыт силовой сетью, просто так никто не войдет и не выйдет из столицы, сожмешь его в руке, когда будешь проходить сквозь магический купол.

Тамми крепко обняла Маору и залезла на спину Тени.

— Спасибо, — прошептала девушка, глядя на улыбающуюся женщину.

— Удачи, — тихо сказала та в ответ.

— Тень, вперед, — Тамми похлопала нетерпеливо переступающего с ноги на ногу ашхара по спине. Зверь зарычал и, сорвавшись с места, понес свою хозяйку прочь из города. Тень мчался так быстро, что Тамми не успевала следить за мелькающей перед глазами картинкой. Они остановились лишь на секунду перед призрачной сетью купола. Стихийница с силой сжала в руке камень, который ей дала Маора, и сеть без проблем пропустила их сквозь себя.

Тамми оглянулась на простирающийся вдали город, с замиранием сердца думая, что часть пути пройдена и ей все-таки удалось сбежать. Чтобы вернуться домой, надо было обогнуть извилину реки, подняться на холм, а затем пройти сквозь лес. Если ее следы обнаружат, то Рэйнэн без труда поймет, куда она направляется. Поэтому девушка решила спуститься вниз по течению, чтобы запутать своих преследователей, а там, обогнув холм, выйти прямо к лесу. Ласково погладив напряженного ашхара, Тамми прижалась к его спине и прошептала:

— Вези меня к реке, Тенюшка.

Зверь легко оттолкнулся задними ногами и со скоростью ветра понесся вниз к убегающей вдаль полоске воды. С того момента, как Тамми покинула лавку, прошло не более получаса, девушка, обнимая за шею бегущего ашхара, все время думала, что если бы не он, ей ни за что на свете не удалось бы выбраться за город так быстро. Ашхар замедлил шаг и вышел к пологому берегу широкой, бурлящей темными водами реки. Стихийница слезла с лохматой спины зверя и, подойдя к кромке воды, радостно улыбнулась. Вытянув руки вперед, она призвала стихию, река забурлила, по поверхности пошла крупная рябь, а потом вода стала подниматься в воздух. Ашхар, высунув язык, зачарованно наблюдал, как над гладью реки повисла изящная прозрачная лодка. Девушка обернулась и посмотрела на наблюдающего за ней зверя. Ей нужно было уходить, и она понимала, что дальше ашхар с ней не пойдет. Малышке вдруг стало так грустно и больно от предстоящего расставания с Тенью, она всей душой полюбила это грозное и страшное только с виду существо. Обняв животное за шею, она заплакала. Зверюга, жалобно заскулив, стала слизывать слезы, бегущие по нежным щекам хозяйки.

— Пойдем со мной, пожалуйста, — жалобно стала просить Тамми.

Тень фыркнул, встал и обреченно поплелся к воде, показывая всем своим видом, что одну он ее не оставит. Не веря своему счастью, радостная девушка, шагнула в лодку, утирая заплаканные глаза, и поманила за собой Тень. Тот недоверчиво тронул лапой призрачное суденышко и, убедившись, что оно действительно материально, одним прыжком оказался рядом с хозяйкой. Тамми ликовала, она наконец-то могла полной грудью вдохнуть желанный воздух свободы. Раскинув руки как крылья, стихийница звала ветер. Воздушный поток ласково окутал тоненькую фигурку, поднимая вверх непослушные золотые локоны, и лодка, набирая скорость, понеслась вниз по течению, унося маленькую беглянку подальше от темной столицы, от жуткого черного дворца и от грозного темного владыки.

****

Лодка вынесла ашхара и стихийницу к подножию холма. Выбравшись на берег, девушка залезла на спину Тени. Ласково взъерошив густую шерсть животного, Тамми стала шептать ему на ухо:

— Тенюшка, нам нужно в лес. Ты ведь отвезешь меня? Еще немножко осталось. Нам нужно успеть до вечера.