Эпилог

Тихо и незаметно, шурша опадающей желтой листвой, в Тавергард пришла осень. Рэйнэн бережно прижимал к себе спящую рядом жену, терпеливо ожидая, когда его рыжеволосое чудо наконец проснется. Сегодня был его день рождения, и он радостно предвкушал момент, когда малышка наконец предъявит ему приготовленный подарок. Целый месяц император усиленно изображал слепого и глухого, делая вид, что не замечает заговорщического шушуканья Архи и Тамми, их суетливых движений при его появлении в покоях, и того, как старательно они что-то прятали от него. Малышка распахнула глаза, а затем, заразительно улыбнувшись, потянулась к его губам.

— Доброе утро, любимый. С днем рождения! — Тамми резво уселась на Рэйнэна верхом и вытащила из-под подушки сверток, положив его ему на грудь.

— Тьма, маленькая, он все время был здесь? — шурша оберткой, фыркнул Рэйнэн. — Я бы уже давно посмотрел и не стал тебя будить, если бы знал.

Тамми лукаво улыбнулась, пригладив рукой черные волосы супруга.

— Если хочешь что-то спрятать, положи на самом видном месте. И потом, что это бы был за подарок, если бы ты его видел?

Рэйнэн потянул из свертка находившуюся там ткань, разворачивая белоснежную рубаху, на спине и по обшлагам рукавов которой были вышиты черные драконы. Вышивка была сделана эльфийской нитью, а ткань зачарована. Рубаха не горела в огне, не рвалась, не промокала, а вышивка была своего рода оберегом.

Эльфы прибыли в империю спустя неделю после того, как Рэйнэн объединил разделенные миры. Высокие светловолосые посланцы прекрасной расы требовали вернуть им их законные территории, когда-то покинутые по воле обстоятельств. В разгар дискуссии в зал вошла Тамми и, увидав ее, остроухие грохнулись на пол, упав на одно колено и прижав руку к сердцу.

Оказалось, что медальон, который император подарил жене, принадлежал исчезнувшей королеве эльфов, и сколько Тамми не пыталась убедить белобрысых, что это случайность, они называли ее прекрасной Анариэль, потомком светлейшей. А когда малышка узнала, зачем эльфы прибыли в Тавергард, ее предприимчивая натура незамедлительно этим воспользовалась. Сообщив остроухим, что земли принадлежат ей, она мило согласилась сдать им их в аренду, содрав с них ренту в два раза выше той, что они просили, и обязав пожизненно чистить воду во всех озерах и реках Тэрангана. Вдобавок ко всему, эльфы в подарок "Солнцеликой", так ласково они ее величали, восстановили замок ее родителей. Рыжеволосая плутовка беззастенчиво пользовалась их любовью и добрым расположением, регулярно сжиливая у правителя древнего народа какую-нибудь редкую диковинку и эксклюзив. Рубаха была не исключением.

— И что ты на этот раз наплела великому Эльмарриллину? — поинтересовался Рэйнэн примеряя подарок.

— Ничего я не плела, — обиженно засопела Тамми, застегивая пуговицы у него на груди. — Я в кои-то веки сказала правду, что мне нужно что-то необычное, для мужа. И я, между прочим, рубаху сама шила и вышивала. Эль сказал, что так ее волшебные качества усилятся в несколько раз.

— У-у-у, моя рукодельница, — Рэйнэн резко перевернувшись, подмял жену под себя, целуя ее прекрасное лицо. — Спасибо, маленькая, за такой удивительный подарок. Мне очень нравится. И невероятно радует, что эту рубаху ты не сможешь ни сжечь, ни порезать.

— Ну, ты… — Тамми сердито хлопнула ладошкой его по плечу.

— Что, опять страшненький? — стал хохотать Рэйнэн. — Как же я тебя люблю, моя маленькая злючка. Спасибо! Рубаха действительно великолепна.

— Это не все, — засияла, как золотой тэранг, Тамми, вскакивая с кровати. — Вставай.

— Да-а-а? — потянул Рэйнэн, беззастенчиво разглядывая жену. — А я надеялся получить еще один подарок в положении лежа. Иди ко мне.

— Не-а, — мотнула головой стихийница, направляясь в гардеробную. — Вставай и одевайся. К подарку придется идти.

— Тьма, только не это, — взмолился Рэйнэн. С тех пор, как он научил Тамми прокладывать темные порталы, она регулярно заставляла его путешествовать с ней по древнему миру. А поскольку координаты она не всегда задавала правильно, они вываливались, зачастую, в самых неожиданных местах.

— Детка, может, давай я? — опасливо покосившись на жену, одетую в теплый плащ, спросил владыка.

— Не бойся, я уже пробовала. У меня получилось, — успокоила его Тамми.

— Я же тебя просил, никуда без меня не соваться, — рассердился Рэйнэн. — Ты могла не вернуться обратно.

— Но вернулась же, — невинно пожала плечами Тамми. — Я тебе сюрприз готовила.

— Я тебе тоже сюрприз приготовлю, — буркнул себе под нос император, шагнув за женой в темный проход. — Закрою все линии силы и запру дома.

Когда тьма рассеялась, они очутились посреди огромной поляны, окруженной плотным кольцом причудливых белых деревьев.

— Узнаешь? — глядя на супруга сияющими глазами, спросила Тамми.

— Это то место, где я тебя увидел впервые, — восхищенно оглядываясь по сторонам, произнес Рэйнэн.

— Это круг жизни, — Тамми сдернула с себя плащ, и теперь стола перед мужем в белоснежном платье, словно влитом в ее прекрасную фигуру.

— Это тоже подарок Светлейшего, — хрипло поинтересовался владыка, пожирая жену взглядом.

Тамми довольно кивнула головой.

— Напомни мне, когда вернемся, чтобы я больше его к тебе не подпускал, — притягивая к себе малышку, прошептал Рэйнэн. Она лишь загадочно улыбнулась, поворачивая ладони к небу.

— Дух ветра, сила земли, суть огня и воды, призываю вас в свидетели, — звонко произносила Тамми, поднимая в воздух стихии, и когда они сомкнулись вокруг их с Рэйнэном фигур плотными кольцами, достала из-за пояса маленький нож, разрезала свою ладонь и ладонь мужа, пересекая накрест брачные метки. — Эс схар шэ схар тэ. Эс акрэ шэ акрэ тэ. Эс иммэ шэ тэ иммэ. Ир хэ шаа, асвар но мрэг тэа фрэз, сэй ра эсс маар роук тэ скоом хэ фрэ тэ сол, — тихо произносила она, переплетая свои пальцы с пальцами любимого. — Отныне и навек, пока не прервутся наши жизни, лишь для тебя будет биться мое сердце и жить моя душа.

По ободку обручального кольца императора стали вспыхивать древние символы, навечно высекая в золоте слова клятвы крови.

— Зачем ты это сделала? — Рэйнэн ласково провел рукой по сияющим вихрам жены.

— Я люблю тебя. Когда ты давал мне клятву, ты делал это осознано, не ожидая от меня взаимности. Теперь я делаю то же самое — дарю тебе свое сердце и душу. А еще… я очень хорошо запомнила слова Маоры. Не хочу, чтобы кто-нибудь когда-нибудь использовал меня как орудие мести в борьбе с тобой.

Порывисто обняв малышку, император счастливо выдохнул в ее рыжую макушку.

— Спасибо, родная. Ты — лучший подарок, который я когда-либо получал.

— Ты только не смейся, но это тоже не все, — смущенно зарделась стихийница, отстраняясь от мужа. — У меня для тебя есть еще один подарок.

— Маленькая, ты меня избалуешь. Столько подарков мне за всю мою жизнь не дарили. Хотя я не против получить еще один… сладкий. — Рэйнэн притянул к себе жену, заключая в кольцо своих рук. Губы владыки осторожно коснулись ее виска, опаляя кожу теплотой своего дыхания. — Пойдем домой, Тамми-подарочек, — жарко прошептал он, подхватывая ее на руки.

Тамми закопошилась в его руках, что-то вытаскивая из кармана плаща, а затем вывернулась, всунув мужу под нос маленькие вязаные пинетки.

— Это что? — Рэйнэн натянул на пальцы, как ему показалось, два вязаных колпачка. — Детка, тебе не кажется, что это не мой размерчик? Боюсь, они мне маловаты.

— Тебе — да, — согласилась Тамми, а твоему сыну, думаю, на первое время будут даже великоваты.

Рэйнэн замер, переводя взгляд с крошечных башмачков на улыбающуюся жену.

— Ты… — голос темного властелина осип и предательски дрогнул.

Тамми радостно кивнула головой, подтверждая его внезапную догадку.

— Маленькая моя, — рвано выдохнул Рэйнэн, поднял малышку и бережно прижал к своему неистово бьющемуся сердцу, затем испуганно вскинул голову, напряженно сверля жену взглядом. — Никаких больше темных порталов и полетов на драконах, слышишь? И к светлым больше не пущу. И вообще…

Тамми накрыла его рот рукой и получила нежный поцелуй в ладошку.

— В следующий раз не буду отдавать тебе все подарки сразу, — обижено пожаловалась она.

— Ты дай мне этот раз пережить, — зарываясь счастливым лицом в ее волосы, прошептал Рэйнэн.

Пять лет спустя….

Двери в зал заседания резко отворились, громкий топот двух пар детских ног, звонким эхом отразившись от стен, полетел над головами присутствующих на собрании. В едином порыве толпа советников, подскочив, как ошпаренная, стала спешно хватать бумаги и с грохотом, скрипом и шумом отодвигая мебель, сделала несколько шагов назад. Слишком хорошо они помнили, как в прошлый раз юный наследник темной империи, ворвавшись в зал совета со словами "Папа, папа, смотри, как я могу", обернулся драконом и сжег струей пламени все годовые отчеты, лежавшие на столе.

Темноволосые мальчик и девочка, быстро прошмыгнув между стульев, проползли по полу. Добравшись наконец до крепких отцовских ног, дети вцепились в них мертвой хваткой. Рэйнэн тревожно переглянулся с Тамми, сидевшей напротив него, потом, наклонившись, выудил из-под стола дочку и, взяв на руки, ласково поцеловал в кудрявую головку.

— Эн, солнышко, что случилось на этот раз?

Девочка мгновенно вскинула ручки, повиснув на мощной папиной шее. Прижавшись розовой щечкой к его лицу, она, всхлипнув, испуганно пролепетала:

— Лёс позёг тотю Алю. Сусяно. Тотя зяя. Сино сино зяя.

— Кого случайно поджег Рос? — в ужасе выдохнула Тамми.

— О, нет, — Рэйнэн прикрыл ладонью глаза, предвкушая скандал, который сейчас ему устроит сестра.

Вот уже целую неделю дворец жил в состоянии постоянного стресса. Маленькие исчадия тьмы ежедневно терроризировали его обитателей, превратив стены родового гнезда в полигон для проделок и шалостей. Все потому, что Арха уехала погостить к сестре, которую для нее отыскал Рэйнэн, а справиться с двумя маленькими драконятами, пока родители занимались государственными делами, кроме нее, никому больше было не под силу. Кормилица императора была единственным человеком, которого изобретательные проказники слушались беспрекословно, становясь рядом с ней тихими, спокойными и ласковыми, словно летний полдень.

Юный Авергард, которому исполнилось пять лет, к невероятной радости родителей и полному ужасу окружающих, месяц назад первый раз обернулся драконом, и теперь регулярно пугал дворцовых фрейлин, резко высовывая из-за угла мелкую шипастую морду и выпуская в их сторону струйку пламени. Трехлетнюю сестренку мальчик почитал за божество: он таскал ее повсюду за собой, развлекая своими проказливыми выходками, а порой устраивал для нее целые представления, чем приводил малышку в дикий восторг, а слуг и охрану в состояние, близкое к обмороку и панике.

Озорник усаживал девочку на непрестанно снующего за ними ашхара, сам цеплялся за хвост, и безумная троица с хохотом, рычанием и воплями носилась по коридорам парящего дворца, распугивая всех попадавшихся на их пути. Прекращал это безобразие обычно отец, и если вначале дети ужасно боялись его праведного гнева, становясь на пару дней шелковыми, то вскоре уяснив, что максимум, что он сделает — это поставит в угол, при его грозном появлении начинали прыгать вокруг и громко просить: "Папа, папа покажи дракона". Неудивительно, что нянчить таких шаловливых детей было невероятно сложно. Тамми сегодня еле уговорила Алиэн посидеть с ними, пока не закончится заседание, и вот теперь сын свел все ее усилия на нет.

— Рос, вылезай! — Рэйнэн передал малышку жене и протянул руку сидевшему на полу сыну. Мальчик сжал ногу отца еще сильнее, упрямо тряхнув головой.

— Ингерос Авергард Рэйнэн Керр Сар, — настойчиво повторил темный владыка. — Мы, кажется, договаривались, что за все свои поступки ты будешь отвечать сам, не прячась за мою спину.

Точная копия Рэйнэна вылезла из-под стола и, виновато опустив голову, закусила губу. Волнистая черная прядка упала мальчишке на лоб, скрывая застывшие в зеленых глазах слезы. Отец не выдержал, протянул руку и, усадив мальчика на колено, убрал с его лица растрепавшиеся волосы.

— Ты зачем это сделал, сынок?

— Я не специально. Я Ринке фокус показать хотел. Я же не знал, что тетя Алиэн не твоя настоящая сестра, — расстроено вздохнул мальчик.

Рэйнэн с Тамми удивленно переглянулись.

— Почему ты решил, что Алиэн не моя сестра? — бережно прижав сына к груди, спросил Рэйнэн.

— Ну, мама же утром в тебя фаэрами бросалась, когда ты за ней бегал, и тебе ничего, — наивно объяснил Рос, обнимая отца.

Тамми мгновенно стала пунцовой, а Рэйнэн закашлялся, прочищая внезапно пересохшее горло. Утром он действительно бегал по спальне за женой, пытаясь ущипнуть ее за самое аппетитное место, и малышка, с хохотом уворачиваясь от его рук, бросалась огненными фаэрами, которые не причиняли ему никакого вреда. Хвала тьме, что он додумался поставить полог и сын не увидел, чем они с мамой занимались дальше.

Рэйнэн с грустью подумал, что дети растут, и спальню от них скоро придется закрывать, а ему так нравилось, когда они ночью прибегали из детской в их с Тамми кровать. Дочка всегда укладывалась ему на грудь, разбросав по нему свои маленькие ручки и ножки. Ингерос все время крутился, и в конце концов его пятки оказывались где-то в районе подбородка отца. Под утро они с женой уносили детей обратно, и это становилось практически священным ритуалом — укладывать спящих малышей в их кроватки, а потом, возвращаясь в спальню, любить друг друга до восхода солнца.

— Сынок, огонь не причиняет мне вреда, потому что я дракон, а для драконов находиться в пламени все равно, что в воде искупаться, — поцеловал сына Рэйнэн. — Тетя Алиэн действительно моя сестра, но она, к сожалению или к счастью, не дракон. Поэтому не надо больше пробовать ее поджигать.

— То есть, если Ринка в меня фаэром запустит, мне тоже ничего не будет? — у мальчишки в предвкушении загорелись глаза, и Рэйнэн мгновенно пригрозил ему пальцем.

— Я тебе запущу! Не вздумай учить сестру такому. Она еще маленькая.

Ингерос обиженно засопел, но его покаянный вид не мог ввести отца в заблуждение. По тому, как коварно искривились уголки губ мальчишки, Рэйнэн понял, что шельмец уже что-то задумал. Нужно срочно было вызывать Арху обратно. Еще одна неделя ее отсутствия грозила дворцу катастрофой.

В зал, подобно разъяренной гарпии, ворвалась взбешенная Алиэн. Вид у нее был ужасный: с одной стороны головы волосы сгорели практически до корней, с другой — висели выкушенными клочками. В когда-то роскошном платье сестры императора зияли прожженный дыры, лицо было измазано сажей, а в руках она держала обугленный кусок чего-то, отдаленно напоминавшего шляпу.

— Где это маленькое чудовище? Где этот огнедышащий монстр? Я ему сейчас покажу фокус-покус, — яростно пыхтела темная.

Рэйнэн виновато скривился.

— Али, дорогая, — начал он.

— Ах, я теперь еще и дорогая? — возмущенно взвизгнула Алиэн. — Ты издеваешься? На кого я похожа? Ты знаешь, сколько я заплатила за эту шляпу? — она потрясла в воздухе ее обгорелыми останками.

— Али, милая, я тебе куплю новую, — попытался успокоить сестру Рэйнэн.

— А волосы ты мне тоже новые купишь? — попёрла на него Алиэн.

Маленькая Энринэль вжалась в маму.

— Мама, ля болюсь, тотя сасьная.

— Ты слышал? Даже ребенок говорит, что я страшная. А у меня завтра помолвка! Как я покажусь в таком виде на глаза жениху? — орала Алиэн. — Все! Сами нянчитесь со своими монстрами. Я больше к ним ни ногой!

От стенки отлепился магистр Эркан, двигаясь в сторону истерично вопящей и отчаянно жестикулирующей темной леди. Наконец, изловчившись, он поймал ее за руку, мгновенно пропустив через нее поток успокаивающей магии.

— Деточка, не нужно так расстраиваться. Мы сейчас все исправим, — нежно приговаривал старик. — Пойдем, отрастим тебе новые волосы. Будут краше прежних.

— Попробуйте только не сделать этого, Эркан, — буркнула начавшая приходить в себя Алиэн. — Если у меня расстроится свадьба, на мне женитесь вы!

— Упаси тьма, дорогая! — в ужасе воскликнул Эркан. — Я слишком стар для этого.

— Ничего, — мстительно ухмыльнулась сестра императора, зная, что магистр вечно защищает маленького разбойника. — Старый конь борозды не портит. Будете знать в следующий раз, как показывать мальчишке заклинания огня.

— И чья теперь очередь укладывать детей? — поинтересовался Рэйнэн у Тамми, когда двери за Алиэн и Эрканом закрылись.

— Папа, акази казьку, — потянула к нему руки дочка.

— Какую тебе сказку рассказать, солнышко? — улыбнулся император, целуя розовые пальчики своей маленькой красавицы.

— Пла сеного длакона, — девочка обхватила ладошками папино лицо, преданно заглядывая в его смеющиеся глаза.

— Да, па, расскажи, — нетерпеливо заерзал на руках у Рэйнэна сын. — Про темного дракона и стихийницу.

Тамми многозначительно посмотрела на мужа, давая понять, что вопрос о том, кому сейчас идти укладывать детей спать, отпал сам собой.

— Ну, пошли, мои маленькие чудовища, папа расскажет вам сказку о черном драконе и маленькой рыжей стихийнице, — Рэйнэн хитро подмигнул супруге, подбросив детей вверх. Малышня с радостным визгом вцепилась в его руки, опустив темные головки на сильные папины плечи.

Тамми с улыбкой смотрела вслед удалявшемуся с детьми мужу и думала, что, пожалуй, сегодня она пожалеет расшатанную нервную систему темного дракона и не станет ему сообщать, что маленьких чудовищ вскоре будет трое.

КОНЕЦ