ГЛАВА 14

А к обеду пришли первые новости. И принес их Бьорн Соррен.

— Мы нашли инженера и проверили городские насосные станции. Ловители в порядке.

— Значит, Тромси только начал свою подрывную деятельность, — кивнула задумчиво.

— Это логично. Центральная станция снабжает водой самый густонаселенный район города. Мы допросили главного инженера. Тромси пришел туда сам, произвел неплохое впечатление и был принят. Несколько дней он, видимо, присматривался, исправно выполняя работу, а потом решил приступить к реализации плана, в чем бы он ни состоял. Кстати, в кружке Валена действительно было снотворное. Тромси хотел усыпить его, чтобы без проблем возиться с ловителем.

— Зачем вообще портить ловитель? Не проще ли отравить воду за ним?

— На выходе труба идет под толстым пластом скальной породы. А дальше сразу разветвляется. Ему пришлось бы делать очень много лишней работы, чтобы добавить наркотик в каждую.

— Его квартиру еще не нашли?

— Нет.

— Тогда работайте.

Соррен вышел, а вместо него в кабинет вошел чем-то озабоченный д’Эстар.

— Мне нужны улики, которые мы нашли в вещах пропавших шахтеров. Помните? Там была банковская выписка.

Я кивнула, без лишних вопросов доставая картонную папку. Он явно нашел что-то интересное, по лицу видно.

Мужчина достал мятую выписку, сравнил ее с какими-то своими записями и торжествующе улыбнулся.

— Есть.

— Что именно?

Д’Эстар обошел стол и нагло сел на подлокотник моего кресла, сунув мне под нос пару листов.

— Смотрите. Это выписка со счета убитого. В начале месяца он снял оттуда крупную сумму денег. И ровно такую же сумму Арне Хансен положил на свой депозит три дня спустя. Я не считаю это совпадением.

— Следователь д’Эстар, — протянула я с каким-то суеверным восхищением, — неужели вы совершили невозможное? Выдрали клиентскую тайну из цепких гномьих рук? Как вам это удалось? Пытки, шантаж, угрозы?

— Разве что совсем чуть-чуть, — улыбнулся этот нахал, глядя на меня сверху вниз. — И, в конце концов, какая разница, как? Главное результат.

— Да, результат, — кивнула, переводя взгляд на бумаги. — Это счет Тромси?

— Именно. Был открыт шесть месяцев назад на имя Джона Тромси в Равенском отделении Гномьего банка. Как видите, на него приходили достаточно большие суммы, и такие же суммы регулярно уходили. Причем здесь, в Эрнефъялле, он начал снимать деньги месяца четыре назад.

— Можно считать это сроком прибытия Тромси в город. Отличная работа, д’Эстар.

— И это еще не все, — вздохнул мужчина, возвращаясь на свой стул. — У меня есть новости, и я даже не знаю, плохие они или хорошие.

— Я слушаю.

— Мы установили настоящую личность убитого. На самом деле, никакой он не Тромси.

— Ну это мы уже вроде бы дано поняли, — хмыкнула я. — И как его зовут?

— Ремис Остаэри.

Память сработала как надо, услужливо подбросив детали недавнего рассказа Герна.

— Остаэри? Это ведь фамилия того профессора. Который опыты на людях ставил.

— Да. Ремис Остаэри проходился ему племянником. Во время дядюшкиных экспериментов он только-только закончил университет и не успел серьезно замазаться, хотя и был его ассистентом. Ремиса не казнили, а посадили в тюрьму, откуда тот попытался сбежать спустя три года. По официальным сведениям, был убит во время побега, но, как оказалось, это не так.

— Ему помогли сбежать?

— Сложно сказать. Прошло почти тридцать лет. Я дал своим, хм, коллегам задание проверить тот случай, но вряд ли это чем-то нам поможет. Какая разница, как сбежал Остаэри? Гораздо важнее понять, что ему было нужно здесь.

Я поднялась и подошла к одной из стен, на которой висела большая графитовая доска. Информации оказалось слишком много, и захотелось хоть как-то свести ее воедино.

— Ремис Остаэри, — это имя в квадратной рамке легло в самый центр. — Думаю, он один из организаторов наркокартеля. Лавуланиум в «Сладкой пыли» — это явно его рук дело.

— Согласен.

— Вильфред Унберг и веселая компания с «Алкионы», — имена контрабандистов я написала справа, — посредники на поставках. С другой стороны — Кронберг и ему подобные. Это распространители.

Соединила этих деятелей стрелками. Немного подумав, сверху в пунктирной рамке написала имена пропавших шахтеров. Улики об их связи с Остаэри косвенные, но они явно относятся к этому делу. Понять бы только, каким боком.

Может он попытался подобраться к трубам с помощью подкопа? А потом, когда ничего не вышло, решил действовать через насосную станцию? На мой взгляд, это очень глупо. Но как версию, пожалуй, оставлю.

Так, кто у нас есть еще? Посомневалась и в нижнем левом углу приписала Борга Златостукса с большим знаком вопроса. Все же не дает мне покоя та странная шкатулка, которую у него стащили.

Плюс так и не пришедшие в себя пленники. Новые подопытные?

— Преступная сеть гораздо обширнее, — подал голос д’Эстар. — У него явно есть подвязки в столице и других городах. Хотя не похоже, что к этому имеет отношения одна из действующих преступных группировок. У моего начальства есть подозрение, что здесь замешана оппозиция.

Я скривилась. Оппозиционная организация, которая пафосно называлась «Новый рассвет» существовала уже не один год и была запрещена в нашем королевстве. Нет, если бы они просто толкали с трибун политические лозунги и требовали реформ, их бы никто не трогал. Но эти бравые революционеры не гнушались терроризмом, за что и карались с особой жестокостью в случае поимки. И если Остаэри действительно был членом «Нового рассвета», его художества здесь вполне могут считаться террористическим актом. А значит, все очень и очень плохо.

— Этого еще не хватало, — прошипела зло, а потом спохватилась. — А какое отношение служба собственной безопасности имеет к оппозиции?

— Никакого, — ничуть не смутился мой собеседник. — Но обстановка в Эрнефъялле вызывает тревогу, и мои столичные коллеги решили, что стоит привлечь специалистов смежных ведомств.

— Твою ж за ногу, — выругалась от души. — А предупредить нельзя было? Чтобы знала, что стоит готовиться к каким-нибудь неприятным новостям вроде отстранения или отставки.

Еще бы. Ирия Райс прохлопала такую пакость как гнездо террористов у себя под носом. Даже самый лояльно настроенный человек вполне может поставить мне это в вину.

— Вам не стоит переживать. Мои коллеги будут раскручивать цепочку с противоположной стороны. А здесь, в Эрнефъялле, действуем мы.

Я попыхтела возмущенно, но ругаться не стала. Д’Эстар целиком и полностью прав. Это дело незаметно расползлось за рамки моей компетенции, и тянуть одеяло на себя, отгоняя конкурентов, — глупо и недальновидно. К тому же, мужчина явно не спешит отстранять меня от дел. Может еще все и обойдется.

— Ладно, значит Эрнефъялл. А в Эрнефъялле у нас Остаэри. Чей жизненный путь так бесславно прервался этой ночью.

— Не думаю, что с его смертью дело заглохнет.

— Да. Остаэри точно не управлял всем этим один. Во главе картеля должен быть кто-то еще. Как минимум кто-то из местных. Кто знает нечистых на руку людей в порту, знает, кому можно пропихнуть контрабанду. Знает город, в конце концов. Спрятали же они эту свою лабораторию так, что мы никак не можем найти.

— Согласен, — кивнул д'Эстар. — Думаю, здесь не обошлось без кого-то из вашей верхушки. Такие вещи организовать гораздо легче, если есть влиятельный покровитель.

— Интересно, первой помощник губернатора — достаточно влиятельная персона для этого? — процедила я.

— Подозреваете его? Почему?

— Во-первых, мне не нравится то, что Самуэльсон вообще мелькает в Управлении. Раньше он бы и на пушечный выстрел не подошел к нему. А тут прибегает, за свою племянницу просит. Кстати, она вполне могла быть его шпионом.

— М-м-м, — притянул мужчина скептически. — Слишком бестолкова, на мой взгляд. Ну или великолепная актриса.

— Во-вторых, он беспринципный и жадный до денег гад. Вполне мог связаться и с наркотиками, чтобы сорвать большой куш.

— Я вижу, у вас с ним взаимная нелюбовь, — хмыкнул д’Эстар.

— Что есть, то есть, — поморщилась в ответ. — Лет пять назад я раскрыла сеть подпольных казино. Доказать причастность Самуэльсона мне не удалось, но у меня сложилась стойкая уверенность, что он был организатором и покровителем той шайки. И кормился…

Неожиданно пришедшая в голову мысль заставила замолчать на полуслове. Я смотрела на схему наркокартеля и одновременно с этим вспоминала дело пятилетней давности.

— А вы знаете, — медленно произнесла, когда идей окончательно оформилась, — самое большое из тех казино располагалось в подвале одного заброшенного завода. Там и помещение есть, и коммуникации… Конечно, молния два раза в одно и тоже место не бьет, но…

— Но Самуэльсон, если он причастен, вполне мог подумать точно так же, — закончил мою мысль мужчина.

— Следователь д’Эстар, — обернулась к нему с предвкушающей улыбкой, — теперь я приглашаю вас на свидание. На заброшенный завод.

— Это приглашение, от которого я не могу отказаться, — мурлыкнул тот, поднимаясь.

— Час на то, чтобы переодеться, нам хватит. Захватите фонари?

— Сделаю.

Ровно через час я выходила из дома. Мундир сменили удобные брюки и свитер, пальто — неприметная теплая куртка с капюшоном, а сапоги — высокие ботинки на шнуровке, которыми можно было и врезать при случае. Д’Эстар с рюкзаком за спиной уже ждал меня у дверей гостиницы, одетый так же неброско.

— Пойдем пешком? — спросил он тихо, когда я жестом велела следовать за мной.

— Да. Здесь минут двадцать идти. Я сейчас поспрашивала своего консьержа, он с рождения живет в Эрнефъялле и все здесь знает. Так вот, он рассказал, что это тот самый завод, на котором произошла авария. Помните, нам рассказывали про ловители?

— Помню. Утечка химиката?

— Все произошло из-за подвижки грунта. В одном из цехов поехал фундамент, по стенам пошли трещины, но директор думал обойтись мелким ремонтом. И все было неплохо, пока на одну из цистерн не рухнул потолок. Ее содержимое вылилось, ну а дальше вы знаете. Уже почти десять лет этот участок стоит без хозяина, постепенно хирея. Никто не хочет покупать. Чтобы привести бывший завод в нормальное состояние, нужно много денег.

— И сейчас там никого нет?

— Даже сторожа. Часть оборудования продали сразу после закрытия, остальное растащили после. Остались только стены. И те не совсем целые.

— Отличное место для всяких незаконных делишек, — хмыкнул мужчина.

— Вот и посмотрим, не завелись ли там нелегалы.

Заброшенный завод находился за пассажирским вокзалом. Мы перебрались через пути, проскользнули между железнодорожными мастерскими и по узкой дорожке вышли к пустырю, на другом конце которого ютился злополучный завод.

Замерев за полуразваленным забором, внимательно осмотрели пустырь. Ровное снежное покрывало укутывало землю. Кое-где из-под снега виднелись очертания старого хлама. Двухэтажное здание администрации чернело провалами выбитых окон. Тихо шелестели невысокие деревца, успевшие вырасти за эти годы. И нигде не заметно ни следа чужого присутствия.

— Где подвал? — тихо спросил д’Эстар.

Я молча показала ему на здание слева, зиявшее проломом крыши. Именно там один из бдительных горожан заметил когда-то подозрительную активность, что привело к разоблачению всей игорной сети.

Мужчина кивнул и осторожно двинулся вперед, стараясь идти так, чтобы все время скрываться в тени. Я молча пошла следом. Снег слегка поскрипывал под ногами. Лунного света вполне хватало, чтобы видеть, куда ступаешь, и обходить все подозрительные места.

До дверей цеха мы добрались без приключений. Д’Эстар заглянул внутрь, осмотрелся. Потом снял перчатку и запустил в цех какое-то плетение.

— Все чисто, — шепнул он еле слышно. — Ведите меня дальше.

Достав из рюкзака фонари и отрегулировав их так, чтобы они не светили слишком сильно, я медленно двинулась вперед, прислушиваясь к каждому шороху. Здесь за последние годы не появилось абсолютно ничего нового. Все те же голые стены, все та же гулкая пустота.

— Кар-р, — хриплый вороний вопль чуть было не заставил меня подпрыгнуть.

Крупная птица с громким скрежетом когтей о металл снялась с крыши и улетела, осыпав нас мелкой снежной пылью.

— Что б тебя кот сожрал, — прошипела ему вслед.

— Нехорошо так о своем покровителе, Ирия, — раздался над ухом тихий смешок. — Вдруг это сам Хегг-Ворон?

— Он портит нам свидание, — нервно хмыкнула я в ответ.

Пройдя цех насквозь, мы преодолели еще несколько таких же пустынных коридоров и оказались у ведущей вниз лестницы, которая оканчивалась тяжелой дверью.

— Вот там тот подвал, где было казино, — кивнула на дверь.

Д'Эстар кивнул и спустился к двери. Потом снова стянул перчатку и приложил к холодному металлу руку.

— Тихо, — произнес он спустя минуту. — Заперто на замок. И я не чувствую там никаких плетений. Впрочем, активности тоже не чувствую.

— Открывайте, — скомандовала я.

Небольшие усилие, еле ощутимое колебание энергетических потоков в мужских пальцах, и замок тихо щелкнул. Д’Эстар потянул на себя дверь, и свет фонаря осветил большое, но совершенно безлюдное помещение. Я шагнула внутрь, стараясь рассмотреть каждый угол.

— Ничего, — не сумела скрыть разочарования в голосе.

Грязно, пусто, тихо. Только толстый слой пыли на полу, покерный стол с отломанными ножками да пара светильников на стене, как воспоминание о бурном прошлом.

— Жаль, — негромко проговорил мой спутник. — Хорошая была версия.

— Хорошая, — согласилась со вздохом.

Ведь и правда, отличное было бы место для лаборатории. Вода есть, освещение есть, свидетелей нет. Я уже так ярко представляла себе, как мы накроем нелегальное производство, что сейчас даже не могла до конца поверить в ошибку. И все ходила и ходила вдоль стен, надеясь найти хоть какую-нибудь зацепку.

— Это единственный подвал?

— На этом заводе единственный. Есть еще пара кладовок, но они маленькие, туда даже самогонный аппарат не втиснешь. Остальные здания просто стоят на фундаменте.

— Здесь и наверху нет никаких следов, — уже не стараясь говорить тихо, заметил мужчина. — Снег совсем не тронут, да и тут пыль лежит ровно. В этом месте очень давно никого не было.

— Значит, идем обратно, — смирилась я с поражением.

— Да, идем. А по пути можем….

Неожиданно он замолчал, задумчиво глядя себе под ноги. Потом сделал шаг назад, снова вперед, легонько стукнул носком ботинка по полу.

— Что такое? — насторожилась я.

— Звук отличается, — медленно ответил д’Эстар. — Как будто внизу что-то есть.

Подошла ближе, присматриваюсь к квадрату совершенно обычного пола в углу.

— Подержите-ка, — мне в руки сунули фонарь, а сам мужчина присел на корточки и начал ощупывать пол. — Точно есть.

И спустя пару минут его усилия увенчались успехом. Раздался тихий щелчок, потом скрип, и квадратная крышка люка откинулась вверх, открывая нам чернильно-темный зев прохода, ведущего вертикально вниз.

— Ничего себе, — присвистнула я, опускаясь на колени рядом с дырой. — Как же мы это пропустили, когда проводили здесь обыск в прошлый раз…

Д’Эстар забрал фонарь и посветил вниз. Впрочем, это не сильно помогло. Свет растворился в темноте, дав нам возможность рассмотреть только гладкие каменные стены колодца и вбитые в них ржавые скобы. Не удовлетворившись, мужчина пошарил вокруг себя, нашел камешек и бросил его в дыру, считая секунды до далекого глухого удара.

— Тут метров двадцать, если не больше, — прикинул он.

— Мне даже интересно, — пробормотала, осторожно трогая скобу. — Я бы спустилась.

Мой спутник помолчал, что-то прикидывая, потом кивнул.

— Только я пойду первый. И не вздумайте спускаться без моего разрешения.

Фыркнула, но спорить не стала. А мужчина поправил куртку, перехватил фонарь поудобнее, и просто шагнул в колодец.

Я с трудом сдержала перепуганный вопль. Вместо того, чтобы спуститься, как все нормальные люди, этот идиот спрыгнул, явно надеясь на свои плетения. И, наверное, не особо заботясь о том, что может быть внизу. А вдруг там какая-нибудь арматура торчит? А вдруг…

— Все в порядке, — раздался его голос, глухой и далекий. — Можно спускаться.

— В порядке… — прошипела я раздраженно. — С головой у тебя не в порядке.

— Вы что-то сказали?

— Спускаюсь, — произнесла громче, запихивая фонарь в карман.

Холодный металл скоб обжог голые пальцы, оставляя на них неприятные ржавые следы. Я осторожно ступила на них, старясь ногой пробовать, не отвалится ли что подо мной.

— Ирия, если вы спрыгнете, это будет гораздо быстрее, — немного насмешливо произнес д’Эстар.

— Ну разумеется, — буркнула я.

— Или вы мне не доверяете?

Доверяю ли я ему? Хороший вопрос. Вообще-то, я в этой жизни уже никому не доверяю. Давно разучилась верить, надеяться, ждать. А тут такое предложение — прыжок на доверие в темноту, в неизвестность.

— Верьте мне, Ирия, — донеслась до меня тихая просьба. — Я не подведу.

Не подведет… Ладно.

Усилием воли разжав пальцы, я произнесла:

— Ловите.

И шагнула назад.

Стремительный полет занял буквально несколько секунд. Потом чужие плети мягко подхватили меня за талию и плавно опустили вниз, прямо в руки своего хозяина.

— Ну вот видите, — тихо произнес тот, крепко прижимая к себе. — И совсем не страшно.

— Не страшно, — завороженно кивнула я.

Он держал меня на весу, совершенно не страдая от тяжести. Толстые куртки мешали почувствовать чужое тепло, но его лицо было так близко, что это было даже неприлично.

— Я заслужил благодарность? — чуть улыбнулся мужчина уголками губ, не отводя от меня взгляда.

— Благодарность?

— За быструю доставку вниз, — пояснил он, склоняясь ко мне.

— А ничего не треснет? — спросила чуть дрогнувшим голосом, ясно понимая, какую именно благодарность он хочет.

— Заодно и проверим, — хмыкнул этот нахал и накрыл мои губы своими.

Холодные, настойчивые, властные, они не оставляли мне даже шанса к сопротивлению. А я и не подумала сопротивляться.

Поцелуй быстро перестал быть целомудренным. Мужчина целовал так, как будто рядом была подходящая горизонтальная поверхность, на которой можно было бы продолжить. Лаская языком, чуть прикусывая зубами, отчего у меня совсем ехала крыша. Пальцы одной руки запутались у меня в волосах, не позволяя отвернуться. Другая пробралась под куртку, сминая свитер и безошибочно отыскивая голую кожу спины.

Д’Эстар провел кончиками пальцев вдоль позвоночника, а я застонала. И этот стон был похож на ведро ледяной воды, вылитое прямо мне на голову.

Собрав в кулак остатки воли, оттолкнула мужчину.

— Следователь д’Эстар, — чуть ли не прорычала я, — вы совсем совесть потеряли?

— Забыл положить в чемодан, когда собирался к вам с проверкой, — хулигански усмехнулся тот.

— Вижу. И кажется, что вы стали забывать, зачем вообще сюда приехали.

— Не бойтесь, Ирия, я все помню.

Я злилась. Жутко злилась за эту его самоуверенность, за понимающую улыбку на тонких губах, за взгляд, полный истинно мужского превосходства. Но еще больше злилась на себя. Забыв о том, как нужно вести себя с мужчинами, сама поддавалась на флирт и провокации. Все ужины, прогулки, разговоры… Нужно было пресечь сразу, проведя между нами четкую границу. А я непростительно расслабилась и теперь пожинаю плоды. Все, хватит. Нужно заканчивать все эти глупости. Потому что сейчас д’Эстар понял, как сильно я его хочу. И не отступится. Если только я сама не покажу, что сильнее своей слабости.

— Не вынуждайте меня идти на крайние меры, — прошипела тихо. — Иначе я ведь тоже могу написать вашему начальству докладную о том, как вы здесь «работаете».

— Мое начальство за меня порадуется, — ничуть не проникся рыжий нахал.

— Когда вернемся в город, мы поговорим об этом, — произнесла настолько холодно, насколько это было вообще возможно. — А сейчас у нас, кажется, есть дело.

Застегнула непонятно, когда расстегнутую куртку, поправила встрепанные волосы. Вытащила из кармана фонарь и, демонстративно не глядя на мужчину, осветила место, в которое мы попали.