Глава 11

Сколько кругов мы навернули по лагерю, я не считал — мысли были только об одном: не упасть. Ноги казались свинцовыми, а в лёгких будто разгорался пожар. Сразу после бега поручик дал нам пару минут передышки, но даже эта короткая пауза не помогла восстановить дыхание.

Утренняя зарядка началась с разминки. Мирон, как опытный инструктор, руководил процессом — его голос разносился над лагерем:

— Приготовились! Первое упражнение — бег на месте с высоким подъёмом колен!

Бойцы дружно задвигались, их сапоги глухо стучали по каменному полу, создавая ритмичную мелодию. Я старался не отставать, но уже через пару минут почувствовал, как в мышцах нарастает напряжение, а пот начинает заливать глаза.

— Быстрее! — рявкнул Мирон, его голос звучал как удар хлыста. — Не спать!

Следом пошли приседания с выпрыгиванием. Каждый прыжок отдавался гулким звуком, а мои лёгкие будто готовы были разорваться от недостатка воздуха. Мишка рядом со мной двигался уверенно, словно делал это не в первый раз — его движения были отточенными и чёткими.

— Отлично! — Мирон одобрительно кивнул, заметив наши старания. — Теперь отжимания! Три подхода по двадцать раз.

Каменный пол холодил ладони, а пот уже стекал по лбу, застилая глаза. Но останавливаться было нельзя — Мирон следил за каждым движением, и его взгляд не сулил поблажек. Мышцы горели, руки дрожали, но я продолжал отжиматься, чувствуя, как с каждым повторением тело становится всё тяжелее.

После отжиманий перешли к упражнениям на пресс. Мы лежали на полу, и каждый подъём корпуса давался всё тяжелее. В ушах шумело, перед глазами плясали цветные пятна, а желудок словно пытался выбраться через горло.

— Не расслабляться! — голос поручика уже начинал резать слух. — Ещё десять повторений!

Завершилась зарядка комплексом боевых приёмов. Бойцы демонстрировали отработанные движения, их тела двигались с отточенной точностью, словно они были единым механизмом. Я старался повторять за ними, но мои движения были ещё неуклюжими и неуверенными, будто я забыл все приёмы, которые знал раньше.

— Неплохо для начала, — неожиданно похвалил Мирон, когда мы закончили. — Но есть куда расти. Завтра будет ещё сложнее.

Его слова повисли в воздухе, заставляя задуматься о предстоящих тренировках. Мы с Мишкой переглянулись — оба были вымотаны до предела, но в то же время чувствовали странный прилив сил.

— А теперь все в душ! — скомандовал Мирон, заметив наше состояние. — Быстро, быстро! Время не ждёт!

Мы поплелись к душевым, едва переставляя ноги. Вода была ледяной, но именно это и нужно было — она словно возвращала к жизни, смывая усталость и напряжение. После душа мы почувствовали себя немного лучше, хотя мышцы всё ещё ныли.

— Ну что, бойцы, — усмехнулся Мирон, наблюдая, как мы выходим из душа. — Теперь можно и позавтракать. Ну что встали, как бабы на рынке? Бегом в столовую! Ждать вас никто не будет! — снова рявкнул поручик, и мы, словно две антилопы, рванули в столовую.

Возле столовой мы встретили Егорыча. Он кивнул нам с Мишкой и направился к поручику Миронову, а мы вошли внутрь.

В столовой было не протолкнуться — множество солдат столпилось возле раздачи, где повариха и её помощники-солдаты раскладывали еду.

— Куда ты прёшь, кретин! Лапы свои убрал, пока половником тебе их не отбила! — раздался зычный голос поварихи, и толпа заржала, словно табун коней.

Солдаты расступились, выпуская с тарелками на огромном подносе довольного Слона. Следом за ним протиснулся и Крепыш, тоже неся огромный поднос, заставленный тарелками. Увидев меня и Мишку, Слон крикнул:

— Сюда двигай, молодёжь!!!

Мы подошли к столу, за которым уже сидели Молчун, Воздушник и Стрелок. Слон и Крепыш ловко расставляли тарелки с едой, которую принесли на подносах.

— Падайте за стол, еды на всех взяли, — сказал Крепыш и показал нам, куда садиться.

— Мирона подождать надо, — Молчун смотрел на вход в столовую. — Он же с вами шёл, куда его черти понесли? — Серёга посмотрел на меня.

— Егорыч его на входе перехватил, — ответил я.

— Ох-ёёё, не к добру. Похоже, опять нас решит в туннель отправить на вылазку, — пробурчал Боря.

— Не ссы, Слоняра, дядя Костя прикроет твою большую задницу, — сказал Стрелок, и все засмеялись.

— Хватит ржать, времени мало, едим и собираемся в туннель! — Мирон появился как чёрт из табакерки и сел за стол, сразу пододвигая к себе тарелку с кашей.

— Ну, что я говорил, опять в туннель, — грустно вздохнул Слон, но по его виду было видно, что он только этому рад.

— Ну хоть какое-то разнообразие, — Игорь хлопнул его по спине так сильно, что Боря чуть ложку не проглотил, которую только что поднёс ко рту.

— Твою мать, Крепыш, сколько раз тебе говорить, чтобы ты так не делал, когда я ем? Чуть ложку в горло себе не вогнал! — беззлобно сказал Слон, продолжая уминать кашу.

Разговоры умолкли, мы погрузились в трапезу. Тишину за столом нарушал стук ложек о тарелки и пыхтение Мишки, который с усердием поглощал всё, что ему пододвигал Крепыш.

— Куда в тебя столько лезет? — спросил Игорь, пододвигая Мишке новую порцию каши. Все уже поели и смотрели, как Мишка, ловко орудуя ложкой, продолжает есть.

Даже Мирон молча наблюдал за Мишкой. Для меня это не было чем-то удивительным — зная Мишку, я мог сказать, что в него войдёт ещё как минимум пара таких порций каши. И он всё равно будет голодным уже через пару часов.

— Вас в кадетском корпусе для сирот совсем не кормили? — спросил меня Мирон, продолжая смотреть на Мишку.

— Кормили, плохо, но в целом еды хватало, чтобы не голодать, — ответил я, повернувшись к поручику.

— Ладно, пора собираться. Миша, доедай кашу и выдвигаемся в палатку на сборы. На всё про всё у нас не больше получаса. Егорыч будет ждать нас у западных ворот, — Мирон встал из-за стола и направился к выходу.

Я принялся помогать складывать грязную посуду на подносы. Мишка, уже закончив есть, схватил поднос и понёс его к мойке. Через минуту второй поднос с грязной посудой забрал Молчун.

— Погнали, время не ждёт! — поторопил нас Стрелок, подталкивая к выходу из столовой.

Мы быстро добежали до палатки отряда, чтобы подготовиться к выходу. В палатке уже вовсю орудовал Мирон, выкладывая снаряжение на стол: перевязи, ножи, мечи, накопители маны, защитные артефакты.

Солдаты разошлись по палатке, каждый доставал свою амуницию и вооружался. Мы с Мишкой взяли только мечи — больше у нас ничего не было.

— Сюда идите, — позвал нас Мирон к столу. — Так, — он мельком глянул на Мишку и протянул ему перевязь. — А эта тебе, — поручик пододвинул ко мне вторую перевязь.

Мы с Мишкой стали одеваться, помогая друг другу. Мирон подсказывал, как правильно затянуть перевязь, чтобы не натирало и не мешало.

— Теперь новые мечи, ваши давайте сюда, их только в переплавку отдать, — Мирон протянул нам два меча в ножнах и выдал по паре небольших, но качественных ножей.

К нам присоединился Молчун, уже полностью экипированный, и стал помогать крепить на новую перевязь мечи и ножи.

— Накопители маны вам пока ни к чему, а вот защитные амулеты пригодятся. Они, конечно, не элитные имперские, но пару ударов монстров второго уровня сдержат, — Мирон протянул нам по одному амулету, которые тоже цеплялись на перевязь. Молчун помог их закрепить.

— Вроде всё, — Мирон и Молчун критически нас оглядели.

— Кольчугу активировать умеете? — спросил Сергей.

— Умеем, — в унисон ответили мы.

— Тогда на выход, а то и так потратили много времени, — Мирон двинулся к выходу из палатки, следом потянулись остальные солдаты.

Мы собрались у выхода из палатки. Молчун провёл последний осмотр экипировки каждого бойца.

— Всё на месте? Ничего не забыли? — спросил он, внимательно оглядывая нас.

— Готовы, — дружно ответили бойцы.

— Отлично. Двигаем к западным воротам, — скомандовал Молчун.

По дороге к выходу из лагеря мы видели, как другие отряды уже начали восстанавливать стены и защитные сооружения, разрушенные монстрами во время последних атак. У западных ворот уже стоял Егорыч, о чём-то беседуя с Мироном.

— Ну что, бойцы, готовы к заданию? — спросил Егорыч, окинув нас внимательным взглядом.

— Так точно! — хором ответили мы.

— Ждём капитана Беркутова и поручика Лапина, потом выдвигаемся. Пока у вас есть минут десять, отдохнуть и сходить по нужде. Потом такого шанса может и не представиться, — сказал Мирон, и мы кружком стали рассаживаться рядом с воротами.

Мишка достал из кармана шоколадку, но, поймав мой взгляд, спрятал её обратно. Я улыбнулся — не время для баловства. Остальные тоже сидели молча, каждый погружённый в свои мысли. Кто-то проверял снаряжение, кто-то просто смотрел вдаль, готовясь к предстоящему заданию.

Вскоре послышались шаги, и к нам подошли капитан Беркутов и поручик Лапин. Время ожидания закончилось — впереди нас ждал туннель и неизвестность.

Ворота медленно открылись, выпуская отряд в туннель. Мы с Мишкой на миг замерли у входа — меня словно парализовало воспоминанием. В тот же момент я почувствовал, как ледяная рука страха сжала сердце.

Перед глазами промелькнули картины первого похода: непроглядная тьма, крики товарищей, скрежет когтей о камень, запах крови и гари. То, как потом я искал Мишку, думая, что больше не увижу его живым.

Мишка побледнел, его дыхание стало прерывистым. Я видел в его глазах тот же ужас, тот же первобытный страх, что и в себе. Мы оба вспомнили, как впервые столкнулись с тварями в глубине туннеля, как едва выжили в той мясорубке.

— Не отставай, — прошептал я, с трудом преодолевая комок в горле.

Он кивнул, но его рука дрожала, когда он крепче сжал рукоять меча. В памяти всплыли крики раненых, стоны умирающих, и на мгновение показалось, что я слышу их снова.

Туннель словно ожил в наших воспоминаниях — каждый шорох, каждый отблеск магических фонарей казался угрозой. Мы переглянулись, и в этом взгляде было всё: и страх, и готовность встретить его лицом к лицу, и молчаливое обещание не бросать друг друга.

— Пошли, — сказал я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мы сильнее этого страха.

И мы шагнули вперёд, навстречу тьме, которая уже не казалась такой пугающей, потому что мы знали — мы прошли через это однажды и сможем снова.

Первыми шли Беркут и Мирон. За ними Крепыш, Слон и Воздушник. Следом я и Мишка, по бокам от нас Егорыч и Лапа, Стрелок и Молчун замыкали наш отряд. Мы двигались не спеша, внимательно осматривая туннель на возможные засады монстров.

Добравшись до первого ответвления в пещеру, Беркут свернул в него. В этом ответвлении я ещё не был — в прошлый раз мы прошли мимо него, а монстра я убил через две пещеры отсюда. Значит, в следующей пещере должен быть новый проход на нижний уровень разлома. По крайней мере, я так думал.

Туннель в тупиковую пещеру был узким — не больше двух метров в ширину и столько же в высоту. С потолка периодически свисали сталактиты, а из каменного пола иногда росли сталагмиты. Это было красиво и притягивало взгляд, отвлекая от поиска спрятавшихся монстров.

Свет магических фонарей выхватывал из темноты причудливые каменные образования, отбрасывая причудливые тени на стены. Воздух становился всё более влажным и холодным, а эхо наших шагов разносилось по туннелю, словно предупреждая о нашем приближении.

Наконец, туннель вывел нас в просторную пещеру. Её своды уходили высоко вверх, теряясь в темноте. Стены были покрыты светящимися кристаллами, которые создавали призрачное голубоватое свечение. В центре пещеры виднелось небольшое озеро с кристально чистой водой, а вокруг него росли странные светящиеся грибы.

Но красота этой пещеры была обманчива. Я заметил следы когтей на стенах и свежие царапины на полу. Где-то здесь прятался монстр, и он явно не собирался нас приветствовать.

Беркут поднял руку, давая сигнал к остановке. Мы замерли, прислушиваясь к каждому шороху в этой зловещей тишине.

— Тихо, — прошептал он. — Чувствуете?

Мы все напряглись, вглядываясь в темноту пещеры.

— Витя, фонарь на левую стену и повыше. Егорыч, закрепишь, — отдал приказ Беркут, а Мирон протянул магический светильник Воздушнику.

Виктор взял фонарь в руки и подбросил его. Воздух сразу уплотнился вокруг светильника, не дав ему упасть, и медленно понёс его к стене. Как только магический светильник прикоснулся к стене, Егорыч, используя магию земли, отрастил два каменных захвата и намертво его закрепил.

В пещере сразу стало намного светлее, и мы увидели огромную толстую паутину, в центре которой сидела шестилапая паукообразная тварь размером с небольшого слона. Она пожирала падальщика, чьи останки ещё слабо светились в магическом свете. Я уже встречал такую тварь, когда мы с Лапой и Мишкой пробивались в основной лагерь с восточного рубежа.

«Паук» медленно повернул голову в нашу сторону и издал низкое, угрожающее шипение, от которого у меня по спине пробежал холодок. Его четыре жёлтых глаза, светящиеся в темноте, словно прожигали нас насквозь.

— Вовремя мы сюда завернули, — произнёс Егорыч, внимательно рассматривая монстра. — Похоже, эта тварь прямо под нашим боком делает себе гнездо. Беркут, помнишь, как мы с тобой однажды набрели на гнездо вот таких тварей?

— Помню, — я заметил, как Беркута передёрнуло от воспоминаний. — Еле ноги унесли. Бойцы, все знают, что на эту тварь не действует стихия Огня?

Все дружно закивали, сжимая оружие в руках. Некоторые неосознанно сделали шаг назад, но тут же опомнились и вернулись на свои позиции.

Паук, словно почувствовав нашу нерешительность, издал ещё один угрожающий звук и начал медленно приближаться к нам, ловко перемещаясь по паутине на своих мощных лапах и готовясь к атаке. Его зазубренные жвала щёлкали в предвкушении битвы.

Беркут стоял не двигаясь и смотрел на монстра:

— Витя, Мирон, стряхните его с паутины.

Воздух перед Виктором уплотнился, я отчётливо видел, как сформировался диск, способный пробить серьёзную защиту. Дед использовал иногда такое заклинание, но считал его слабым, не способным нанести серьёзные повреждения высоко бронированным тварям или магам-воинам с хорошей защитой.

Воздушник запустил диск в паутину, но эффект оказался минимальным — лопнула только одна нить, на которую «паук» даже не обратил внимания.

У Мирона успех был более серьёзным: из озера вылетели несколько копий, сформированных из воды, и ударили в лапы монстра, заставив его оступиться и практически свалиться с паутины. Одна лапа с огромным когтем безвольно повисла.

Витя начал формировать воздушные диски и отправлять их в паутину, перерубая по одной-две нити. Что в итоге привело к тому, что «паук» окончательно свалился на каменный пол, выбивая искры своими мощными костяными шипами на спине.

Монстр мгновенно вскочил на свои лапы с когтями острыми, как бритва, и медленно двинулся на нас, угрожающе щёлкая жвалами. Его мощные конечности, увенчанные смертоносными кривыми когтями, оставляли глубокие борозды на каменном полу при каждом шаге. Четыре жёлтых глаза поблескивали в полумраке пещеры, словно отслеживая каждое наше движение.

Чудовище издало пронзительный визг, от которого задрожали стены пещеры, а паутина затряслась, словно листья на ветру. Его массивное тело, покрытое хитиновой бронёй в виде чешуи, напоминающей застывшую лаву, казалось непобедимым, а костяные шипы на спине зловеще поблескивали в свете магического фонаря.

Беркут повернулся ко мне и подмигнул:

— Твой выход, Александр.

Егорыч подтолкнул меня вперёд, и я подошёл к Беркуту. Всё ещё надеясь, что он шутит, я внимательно посмотрел ему в глаза.

— Действуй, используй стихию Земли, как тогда в туннеле с Лапой. За безопасность не переживай, — тихо произнёс Беркут, отвечая на мой не заданный вопрос.