Глава 25

Сколько был в отключке, не знаю, очнулся дома, в своей постели. Потянувшись, облегченно вздохнул. Состояние отличное, даже можно сказать великолепное.

Тут же в голове прозвучал голос.

— Уровень жизненной энергии составляет двести процентов.

Ничего себе. Это мало того, что все восстановилось, так еще и увеличилось!

Дверь резко открылась, в комнату вошел взъерошенный дед.

Глянув на него, я улыбнулся.

Лицо осунулось, глаза красные, похоже, совсем не спал.

Увидев, что пришел в себя, тут же подскочив ко мне, стал ощупывать.

— Все нормально? Как себя чувствуешь? Ничего не болит?

— Дед. — Я засмеялся, — все хорошо, жив и здоров.

Матвей Егорович, шумно выдохнув, плюхнулся на стул, стоящий возле моей кровати, потер лицо руками.

— Как же ты нас всех перепугал. — Он покачал головой. — Никита, нельзя же так.

— Сколько я спал? — Вновь вздохнув, ощутил, как волны умиротворения бегают по телу, двести процентов энергии жизни, это круто!

— Двое суток. — Дед внимательно посмотрел на меня.

— Как Лешка? — Я уставился на него, ожидая ответа.

Он дернул головой.

— Лешка…, жив, здоров твой Лешка, если учитывать, что он должен был умереть. Завтра выпишут из больницы. Никита…

Дед хотел задать главный вопрос, который наверняка его мучил, как это произошло, но я покачал головой.

— Не знаю, все само получилось.

— Опять? — Он хмыкнул, а я засмеялся.

— Правда, я мало что соображал, потом вдруг понял, что надо делать. — Пояснил я.

— Ладно. — Он махнул рукой, поднимаясь, — после обо всем поговорим. — Вновь глянув на меня, тяжело вздохнув, покачал головой.

— Ну и натворил же ты дел.

— А что не так? — Я удивленно пожал плечами.

— Да все так, — Дед махнул рукой. — Только теперь все знают, что ты сильный одаренный, да такой, что способен мертвых оживлять. Это, я тебе скажу, еще никому не удавалось.

— А как же? А что теперь будет? — До меня начали доходить его слова.

— Отдыхай, все потом. — Он улыбнулся, поднимаясь. — Готовься.

— К чему? — Я даже натянул на грудь одеяло. Что-то взгляд у него какой-то странный.

— Так, твои друзья здесь, внизу, в гостиной дрыхнут. — Он хмыкнул.

— Это как? — Я ничего не понял.

— Ладно. — Он ненадолго задумался. — Рано еще, пусть отсыпаются, расскажу, что тут было, — Дед вновь присел на стул.

— Стоя на улице, мы услышали твой нечеловеческий крик. — Начал он. — У меня мурашки по спине побежали, так люди не орут, это было страшно. Первым почувствовал неладное Беломир. Он как-то сразу изменился в лице, насторожился, затем последовал второй крик и вот тут волхв сорвался с места, бросившись в палату, я за ним.

Когда влетел туда, он уже отбросил тебя в сторону. Даже меня пробил настоящий шок. Ты потерял сознание, но твои руки продолжали светиться, постепенно затухая, а Лешка вообще весь испускал нежный, голубой свет.

Мы вдвоем остолбенели, не в силах оторвать от него взгляда, так как гематомы, порезы, синяки, переломы, прямо на глазах исчезали. Свечение прекратилось, парень облегченно, глубоко вздохнув, погрузился в глубокий сон.

Пришел в себя Беломир, проверил тебя, покивал головой, сообщив, что жив. Я подхватил тебя на руки.

Волхв вновь изменился в лице, прямо весь засветился, стал смотреть таким взглядом, даже не описать, как будто я нес самого бога Перуна.

Прибежали врачи, хотели тебя оставить в больнице, но Беломир велел нести домой, медики, говорит, тут не помогут. — Дед покачал головой.

— У нас же из головы совсем вылетело, что во дворе половина поселка стоит, там сотни людей, да еще твои друзья.

Народ, увидев, что несу тебя, ты даже не представляешь, какой гвалт поднялся. Все хотели знать, что произошло.

Настя едва в обморок не упала. Спас положение Беломир, сообщив, с радостной улыбкой на лице, что ты просто переутомился, от нервов потерял сознание, но скоро все пройдет.

Я положил тебя в машину, туда же залезла твоя троица, да и Настя хотела с нами, только ее Беломир подозвал к себе. Ребята устроились рядом с тобой, поддерживали голову.

Мы отъехали от больницы, но я обратил внимание, как волхв, что-то шепнул Насте, та взвизгнув, рванула внутрь, к Лешке.

Ну а затем, дождавшись, когда уеду, поведал всем, что ты, применив свой великий дар, снизошедший на тебя, от самих древних Богов, вернул парня из мертвых, что он скоро придет в себя, поправится. Вот дернул его кто-то за язык, подобное ляпнуть. — Дед недовольно покачал головой. — Я ему потом все высказал, по этому поводу, винит себя, прощение просит, говорит, был на эмоциях, вот и вырвалось. — Дед вздохнул.

Я сглотнул. Офигеть просто, это теперь все знают, что там произошло, да еще волхв в таком свете все представил. У меня мурашки побежали по спине, что же теперь будет?

— Ну а дома, — продолжил дед, — Твои парни ни в какую не хотели уходить, переругались со своими родителями, да и со мной тоже, так как я все-таки пытался их выгнать. Так нет, уперлись, пришлось оставить. Дежурили у кровати по очереди, днем и ночью. А когда на следующий день прибежала Настя, вся сияющая от радости, рассказала про Лешку, ты не представляешь, сколько тут было визгу от счастья.

Дед кхекнул, с прищуром глянув на меня.

— Чего еще? — Не понял я.

— Не должен, конечно, тебе этого говорить, но ладно. — Он махнул рукой. — Настя тогда, просто влетела в комнату, вначале упала тебе на грудь, заплакала, а когда ей сообщил, что с тобой все будет нормально, всего расцеловала. — Дед улыбнулся, а я покраснел. — Ели оторвал ее от тебя. — Он заулыбался, а я совсем пунцовым стал.

— Ну, ну, не красней так. — Дед хмыкнул. — Она строго-настрого запретила об этом говорить. Так что, не подведи меня, не проболтайся. — Он погрозил пальцем.

— Нет, конечно. — Подтвердил я.

Блин, что-то у меня щеки горят от смущения.

— Когда Лешка очнулся, — продолжил дед, — они начали бегать то туда, то сюда. Он и сам сегодня порывался сбежать к тебе из больницы, но там ведь Настя рядом с ним, так что, пришлось подчиниться, ждать, когда выпишут. Ну что, — дед поднялся, — пойду твоих будить, готовься к славе! — Он улыбнулся.

А меня что-то робость взяла.

— Почему к славе? — Проблеял я.

Дед засмеялся.

— Так ты теперь у них не просто друг, а настоящий кумир, они в тебе души не чают, впрочем, как и многие в поселке.

Я вытаращился на него, а он тут же скрылся за дверью.

Буквально через минуту, послышался топот ног по лестнице. Дверь в комнату распахнулась, ко мне влетела вся троица.

Увидев, что сижу на кровати, улыбаясь, от неожиданности ребята замерли, уставившись на меня.

Ничего более умного не нашел, как помахать им рукой.

Очнувшись, пацаны бросились на меня, буквально вцепившись, обняли, повалив на кровать.

— Задушите! — Прокричал я, смеясь от радости вместе с ними.

Наконец, их бурные эмоции улеглись, парни продолжили сидеть рядом, держась за меня и восторженно глазея.

Первым пришел в себя Васька. Он быстро подскочил к окну, раскрыв его, высунувшись наружу, повернув голову в бок, что есть мочи проорал:

— Он пришел в себя, все хорошо.

Это что сейчас было?

Но я не успел спросить, с улицы послышался свист, восторженные крики, кто-то хлопал в ладоши, поднялся настоящий радостный шум.

Он присел назад.

— Да там, — Василий махнул рукой в сторону окна, — все, кто участвовал в поисках Лешки, пацаны, девчонки, молодняк, они тут каждый день стоят, ждут новостей о тебе. Да там не много, человек сто. — Он хихикнул.

Ничего себе, немного.

— Ты встать можешь? — Петька глянул на меня.

— Конечно. — Я вновь присел на кровати. — Выгляни, помаши им рукой. — Матвей кивнул на окно.

Поднявшись, медленно подошел к нему, вот черт, что-то занервничал. Еще не был в роли кумира.

Пацаны поддерживали меня под руки, как больного.

— Да отпустите, сам могу. — Я вырвался.

Ребята засмеялись.

Набравшись мужества, высунулся по пояс.

Народ стоял слева, за нашим забором, увидев меня, все как по команде, подняли руки вверх, принялись хлопать, улюлюкая при этом. Я помахал им рукой, улыбнувшись, вернулся на кровать.

Парни присели рядом.

— Дайте одеться. — Они тут же повскакивали, освобождая пространство.

Наконец, приведя себя в порядок, мы спустились на кухню, что-то я сильно проголодался.

— Садитесь. — Бросил дед, увидев нашу компанию.

Усиленно работая ложкой, съев двойную порцию под дружеские улыбки, я, как всегда, довольно откинулся на стуле.

— Вам бы домой сходить, да нормально отдохнуть. — Предложил дед парням, когда мы уже допивали чай с вареньем.

— Не, не, не. — Те замотали головами.

— Да ни куда Никита от Вас не денется. — Дед хмыкнул.

— А кто его будет охранять, когда он пойдет в больницу к Лешке? — Выдал Петька.

— Охранять? — Дед слегка удивился.

— А как же. — Подтвердил Васька. — Там же полно народу. — Он кивнул в сторону.

— Ну да, ну да. — Улыбаясь, дед покивал.

— Ну что, пошли? — Я соскочил со стула, глянув на него.

Тот пожал плечами.

— Идите. Парень там весь извелся, ведь кое-кто успел уже позвонить Насте. — Дед подмигнул Ваське, тот засмущался.

— Они ждут, волнуются. — Пробурчал он.

Мы вышли во двор.

Матвей глянул в щелку забора.

— Блин, не расходятся. — Он посмотрел на меня.

Вздохнув, я пожал плечами.

— А что делать? Пошли.

Петька открыл калитку, мы друг за другом вышли на улицу.

Естественно, все кто там стояли, быстро подскочили к нам.

Я посмотрел на пацаненка, что оказался прямо передо мной.

— Привет Мишка. — Это тот мальчишка, что рассказал нам про квадроцикл. — Я потрепал его по голове.

— Спасибо всем Вам, что участвовали в поисках и переживали за нас. — Обратился к толпе. — Но, есть среди Вас отважные ребята, о которых не стоит забывать. Вот, — я указал на пацана, — настоящий герой, не побоялся бандитов, проследил за ними, нам сообщил, без его участия, мы бы Лешку не нашли.

Мальчишка вытаращился на меня квадратными глазами, замерев на месте.

— Пожинай славу, ты заслужил. — Я похлопал его по плечу.

Мы быстро покатили в сторону больницу, а толпа начала его окружать.

Я глянул назад, Мишка просто светился от счастья. Кто-то уже гладил его по голове, кто-то жал руку. Тут же возле него оказались несколько девочек его возраста, я хмыкнул, пусть наслаждается славой, заслужил.

Спокойно по улицам проехать не удалось, все, кто попадался на пути, останавливались, махали рукой, дети просто кричали, Никита, Никита едет. Я краснел от смущения, а парни довольно лыбились. Хорошо хоть, никто не тормозил, чтобы пожать мне руку, поэтому вскоре оказались возле больницы.

Побросав велосипеды, юркнули внутрь, пробежав по коридору, под улыбку медсестры, попавшейся нам на встречу.

Я первым влетел в палату к Лешке.

Мы замерли, смотря друг на друга. Настя, вскочив со стула, уставилась на меня.

— Привет! — Облегченно вздохнув, широко заулыбавшись, подошел к нему.

— Никита. — Прошептал он, прижав руки к губам.

Присев на кровать, протянул руку. — Привет!

— Никита! — Заорал Лешка, бросившись на меня, крепко обняв. Я прижал его к себе, парень начал всхлипывать, из глаз потекли слезы.

— Ты чего? — Я похлопал его по спине. — Оторвавшись от меня, он закрыл лицо руками.

— Ох, мальчики. — Настя покачала головой.

К нам тут же подскочили довольные парни.

Лешка протер лицо руками.

— Я не знаю, что сказать, ты сделал такое, такое… — он просто стал качать головой.

— Да, ладно. — Я махнул рукой. — Ты мой друг.

Парень часто закивал.

— Я, я…

— Да перестань, — я засмеялся, — ты жив, все позади. Скажи лучше, помнишь что-нибудь, что там было?

Вздохнув, он покачал головой.

— Вообще ничего. Меня уже спрашивал отец Насти. Помню только, как ехал на велосипеде в школу, завернул в подворотню, стал объезжать квадроцикл, а меня прямо на ходу схватили, бросили в кузов, затем что-то вкололи в плечо, я почти сразу отключился. Очнулся здесь, в больнице. Мне самому Настя все рассказала. — Он посмотрел на нее. — Как Вы меня искали, как поставили всех на уши, где нашли, ну и, — он глянул на меня, — то, что ты сделал. Так ты одаренный? — Лешка уставился на меня.

— Вот блин. — Васька почесал затылок, — про это мы совсем забыли, так ты и правда одаренный?

Я пожал плечами.

— Получается, что так.

— Офигеть. — Выдал Петька, присев на кровать.

— Круто! — Прошептал Матвей, продолжая меня разглядывать.

— Тебя когда выпишут? — Решил я отойти от этой темы, посмотрев на Лешку.

— Сегодня хотел домой сбежать. — Он глянул на Настю.

— Куда домой? — Та строго посмотрела на него. — Доктор сказал, еще день полежишь, понаблюдают за тобой, завтра выпишут.

Я улыбнулся, а парень вздохнул. Да, с Настей лучше не спорить.

— Может ты еще не совсем поправился. — Решил я ей подыграть. — Ну ка… — я приложил к его лбу ладошку.

Ничего себе! Тут же ощутил легкое покалывание.

А когда брал за руку, такого не было.

— Так, надо сравнить. — Я демонстративно потрогал лоб Васьки, что сидел рядом, затем Петьки и Матвея.

— Да вроде одинаковая температура. — Посмотрел на Лешку. — Похоже ты здоров. — Он дернулся вперед, но я остановил его рукой. — Но врачи сказали полежать, значит отдыхай.

Настя удовлетворенно кивнула.

Это что же получается, из-за того, что перекачал в него свою энергию, я ее чувствую? Или здесь что-то другое? Может, теперь могу определить, кто одаренный, кто нет?

У ребят ничего не почувствовал, а у Лешки четко ощутил. Если это дар, то он у него пока слабенький, но есть. Тогда мои предположения, относительно гениальности парня, правильные. Надо все обдумать. Ему пока не стоит, что-либо говорить.

Поднявшись, поглядел на ребят.

— Ну что парни, по домам, Вам всем надо хорошо отдохнуть.

— Вот тебя проводим и разбежимся. — Выдал Васька.

Пацаны закивали.

Улыбнувшись, я кивнул.

Попрощавшись с больным, получив напоследок демонстративный поцелуй в щеку от Насти, в виде благодарности за спасение Лешки, мы поехали назад, ко мне домой.

Сдав меня деду, парни, тепло попрощавшись, рванули по домам. Родители их там уже заждались.

Мы расположились на кухне. Он поставил чайник. Судя по виду, разговор будет долгий и серьезный.

Поставив варенье, налив кипятку, сделав глоток, дед внимательно посмотрел на меня.

— Расскажи вначале, что приключилось в больнице, как это было.

Вздохнув, я задумался. В целом, кое-что помню, а вот подробности размыты.

— Я не понимаю, как все произошло.

— Сможешь повторить? — Он продолжал меня разглядывать.

Покачав головой, пожав плечами, посмотрел на блюдце с вареньем. Как повторить то, о чем не имею представления.

— Не знаю.

— Возможно, проявился твой дар? — Дед отхлебнул еще глоток, а мне что-то не хочется даже сладкого.

Я вновь пожал плечами.

— Возможно.

— Попробуй все-таки вспомнить, важна любая мелочь. — Вновь попросил он.

Я вздохнул.

— Было сильное эмоциональное состояние.

— В чем оно выражалось?

Интересный вопрос.

Вновь задумавшись, я попытался выстроить события, как это происходило.

— Понимаешь, оно было странное. С одной стороны, видел умирающего Лешку, с другой, не мог это принять. Все естество противилось, так не должно быть, но было. Еще, это отчаянье, из-за собственного бессилия, оно просто бесило. Это противоречие так нарастало, что в итоге взорвалось в голове. Что-то всплыло из глубин памяти, тогда и понял, как его спасти. Но опять же, — я посмотрел на деда, — все происходило будто в тумане.

— А те слова, помнишь?

Я кивнул.

— Да, они никуда не делись, но значения не понимаю. Мне кажется, просто произнося их, ничего не получится.

Дед задумался.

Глянув на него, я решил сказать о другом.

— Есть еще кое-что.

Он вновь внимательно посмотрел на меня.

Только сейчас четко осознал, возникла странная уверенность. В больнице ощущал именно дар Лешки, когда трогал его лоб рукой, а не свою, перекаченную в него энергию.

— Дед, похоже, у меня не только это. — Тот продолжал ждать.

— Теперь могу определить, есть ли у человека дар или нет. Я проверил, когда был в больнице.

— Ты уверен? — Он вновь задумался.

— Да, точно, не знаю почему, не спрашивай, просто могу.

— И кто? — Дед был весь внимания.

Сжав губы, засопев, не зная, говорить или нет, вздохнув, все-таки решился.

— Лешка. Я и раньше догадывался, что с ним что-то не так, а сейчас уверен, он одаренный. Но у него необычный дар.

Дед медленно покивал.

— Что-то подобное я предполагал.

— Он об этом не знает. — Я покачал головой. — Наверное, пока не стоит ему говорить.

Дед постучал пальцами по столу, раздумывая.

— Твой друг, тебе решать. Но, если хочешь знать мое мнение, то да, сообщать пока не надо, но потом, с ним поговори. — Он вновь задумался, смотря куда-то в сторону, похоже, решал, спрашивать меня о чем-то или нет, но все-таки задал свой вопрос.

— Скажи Никита, только искренне, честно, кто они для тебя? Я имею в виду, твои друзья, почему ты это делаешь? Уже сейчас строишь свой будущий клан? — Дед прищурился.

Резко подняв голову, я посмотрел на него.

— Они те, кому могу доверять, как сейчас… — я несколько замялся, — так и в будущем. Кто прикроет меня со спины, на кого смогу положиться, кто не подведет, не предаст и будет… — замолчав, опустив взгляд.

— Предан тебе. — Закончил он за меня, покивав.

— Так же, как и я им. — Тихо добавил я.

Дед хмыкнул.

Я удивленно на него глянул, вроде, ничего смешного не говорил.

— Просто никак не пойму, сколько тебе лет на самом деле? — Он откинулся на спинку стула. — Ты меня сильно удивил. Правда, не ожидал, что ты ответишь именно так, хотя догадывался. Думал, не осознаешь, что делаешь, все происходит на уровне эмоций, детской непосредственности, но чтобы вот так, выстраивать планы на многие годы вперед, — он покачал головой. — Но ведь ты собираешься на землю, хочешь участвовать в турнире, учится в школе для одаренных, а как же тогда они? Друзья ведь останутся здесь.

— Не останутся. — Тихо произнес я.

— Даже так? — Дед еще сильнее удивился, вскинув брови. — Ладно, оставим это, — он не стал выяснять, что я задумал. — Сейчас есть более важные дела, которые нужно обсудить.

Я кивнул. Догадываюсь, разговор пойдет о моей одаренности, и о последствиях, конечно.

А насчет друзей, сам пока не знаю, что делать, но точно, не брошу их, это моя команда!