Эпилог

Десять лет спустя.

.

Фиолетовый песок под моими босыми ногами очень тёплый и гладкий. Изумрудный океан шумит тем же размеренным гулом, что и десять лет назад. Только теперь к шуму прибоя примешиваются звонкие детские голоса.

Я сижу под раскидистым деревом с серебристой корой и любуюсь нашим местом.

Наша бухта, наше место силы. Место, где всё началось по-настоящему.

Шайл — мальчик с чёрными, непослушными волосами Шэда и моими глазами пытается догнать по воде тень, которую создаёт для него отец.

Двое погодков — Нейз, улыбчивый мальчишка с крепким телосложением Зейна и его тёмными, серьёзными глазами, и Ксана — девчушка с острым личиком и зелёным искрящимся взглядом Лекса на пляже. Они строят с Тайроном песчаную крепость невероятной сложности. Он объясняет им основы фортификации, и они слушают, раскрыв рты.

Рона, дочь Тайрона сидит рядом с ними и вставляет ценные замечания. Я улыбаюсь. Скоро они закончат, а потом все вместе, с огромным восторгом разрушат построенное, чтобы посмотреть, насколько прочным получилось строение. И возьмутся за новую, с учётом новых данных.

Они уже напитались общением со мной, всё утро мы играли, читали, смеялись, и теперь, когда мужья переделали государственные дела, отдают всё внимание им, усадив меня на веранду с ласковым приказом отдыхать.

Десять лет прошло. Десять лет, за которые Совет Четырёх не просто правил — он менял Империю.

Остатки Культа Забвения были выслежены, выкорчеваны и уничтожены. Не огнём и мечом, а светом. Светом стабильности, который исходил от нашего союза и от миллионов вита-сфер, которые мы теперь создаём вместе в особом зале Цитадели.

Не из боли или страсти, а из гармонии. Это стало основой новой энергии, новой медицины, нового мира.

А ещё мои мужья нашли моих приёмных родителей, Орлана и Лиану Вейл.

Они выжили. Чудом ускользнув от погони, они десять лет скрывались на окраине галактики, отвлекая врагов от меня. Именно поэтому меня никто не мог найти, пока моя сила не пробудилась. Они продолжали оберегать меня, петляя по галактике, создавая иллюзию, что принцесса Элария всё ещё с ними.

Их искренняя радость, когда они увидели меня Императрицей в окружении мужей… это было неописуемое счастье. Теперь они живут на соседней с нашей планете-саде с Императором Витарлионом, который, удалившись от дел, наконец-то обрёл покой и новое призвание — быть дедушкой.

А ещё… мы нанесли визит на Землю. Короткий, тихий.

Мои мужья нашли Артура. Ему не причинили физического вреда. Лекс просто… скорректировал его реальность. Каждый его ложный шаг, каждая низость, которую он пытался совершить, теперь оборачивалась против него с математической точностью.

Он всё ещё живёт. В полном достатке, которого он так жаждал. И в абсолютном, леденящем душу ужасе, потому что удача покинула его навсегда, оставив лишь жёсткую, неумолимую справедливость. Он получил то, чего хотел. И это стало его адом.

Впрочем, мне это было не нужно. Я давно нашла покой и счастье. И мои мужья, не терпящие ни малейшей душевной низости, присматривают теперь за Землёй. И я очень рада тому, что место, которое я считаю своей родиной, меняется к лучшему.

Я смотрю на своих детей и думаю о тех ночах, в которые мы их зачали. О страсти, которая с годами не утихла, а превратилась в глубокое, доверительное пламя.

Мы много работали в последнее время. И теперь прилетели сюда для отдыха. Пока мы трудились, мне всё равно было сложно оторваться от детей, а им от меня, поэтому я чувствую лёгкую усталость.

Сейчас, когда я насыщена общением с детьми, дела переделаны, я любуюсь моими красавцами-мужьями. Моими императорами. И во мне просыпается желание близости. Особенно здесь, в нашем любимом месте отдыха, пронизанном самыми яркими воспоминаниями.

Тайрон ловит мой взгляд. Затем смотрит на Лекса. Без слов они поднимаются.

— Дети! — голос Тайрона звучит командно, но с непередаваемым теплом. — На море! Покажем папе Лексу, как правильно штурмовать волны! А маме нужно отдохнуть. Она много думала о судьбах Империи в последнее время.

Он прав. У каждого из нас своя сфера. Шэд опутал Империю невидимой, совершенной паутиной безопасности — и военной, и гражданской. Ни один заговор не зарождается, не будучи тут же выявленным его тенями.

Зейн куёт нашу военную мощь, и под его началом флот стал не просто сильным, а мудрым. Лекс управляет потоками информации, и ложь теперь в Империи имеет очень короткий срок жизни.

А Тайрон держит всё вместе. Он — наша ось, наш стратег, наш капитан.

Я же занимаюсь тем, что ближе всего моему земному сердцу. Социальной сферой. Больницами, школами, помощью слабым.

Я — лицо нашей власти для простых людей. Источник Жизни, который теперь дарит жизнь не только энергией, но и делами.

Но сейчас я отдыхаю. И очень хочу уединиться с мужьями… Детей увлекают к воде Зейн и Тайрон.

Ко мне подходят двое других мужей. Шэд садится сзади, его руки обвивают мои плечи, а губы касаются виска. Его тени, игривые и нежные, ласкают мою кожу сквозь лёгкое платье.

— Мы чувствуем твоё желание, любимая, — его низкий бархатный голос усиливает мои чувства.

Зейн опускается передо мной на песок. Его огромные, тёплые ладони берут мои босые ступни. Он начинает их массировать, и волна расслабления растекается по всему телу. Его тёмные глаза смотрят на меня с лаской и обожанием.

— Никаких сфер сегодня, — глухо говорит он. — Только мы.

Я смотрю на них — на своего теневого владыку и своего каменного исполина. На двух других, что заливисто смеются с нашими детьми у воды. И позволяю себе это. Позволяю себе уйти с двумя мужьями в нашу скрытую скалами от посторонних глаз бухточку, где нас ждёт гамак, сплетённый из живых лиан.

Там нет императоров и императрицы. Там есть только мы. Шэд, чьи поцелуи знают каждый секрет моего тела. Зейн, чья сила всегда оборачивается для меня нежностью. И я, которая отдаётся этому чувству полностью, без остатка.

Это не ритуал. Это не долг. Это — любовь. Простая, сложная, вечная. Любовь, которая когда-то соединила нас. А теперь, десять лет спустя, она просто дарит нам счастье. Обычное, человеческое и звёздное счастье.

.КОНЕЦ.

.