Глава 5

Старик забирает ведро, зовёт конюха — молодого паренька с каким-то колючим взглядом, и через несколько минут тот приносит мне полное ведро чистой, прозрачной, словно хрустальной воды.

Припадаю к ведру и, едва не захлёбываясь, делаю большие жадные глотки.

Кайф!

Я будто после перепоя.

Зато голова болит меньше, мозг проясняется, а паника окончательно отступает.

Отрываюсь от ведра и выразительно вздыхаю. Теперь можно и сахарок.

Тяну морду, носом указывая на ладонь Михара, получаю сладость и под тихий добрый смех доктора в блаженстве закрываю глаза.

Хрум. Хрум-хрум.

Вкусновато, но маловато, как говорит Маша из мультика.

— Ну вот и молодец, — старик щурится, улыбаясь, и поглаживает меня по шее одной рукой, а второй уже скользит по спине, приближаясь к сложенным крыльям.

Переминаюсь с ноги на ногу, слегка подёргивая бесполезными крыльями, и испытываю жгучее чувство стыда.

Мара, Мара, как ты докатилась до жизни такой? Позволяешь делать с собой всё что угодно. Продалась за кусок сахара. Как мало тебе для счастья надо.

Старик между тем успел ощупать одно крыло и перешёл ко второму. При этом задумчиво качает головой и недовольно цокает языком.

— Крылья сильные, крепкие. Не пойму… Вроде, всё в порядке, — бормочет. — Либо тебя просто не научили летать, что само по себе странно, либо…

Он прищуривается и некоторое время молча продолжает оглядывать меня, пожёвывая губу и тихонько хмыкая.

— Могу я посмотреть твои зубы? — спрашивает, погладив меня по носу и мимолётно заглянув в глаза и обе ноздри́.

Жесть! Чувствую себя коровой на рынке. Куда ещё заглянешь?! Может, сразу в ж… душу?!

Мотаю головой, выражая протест против вторжения в личное пространство, отступаю в угол и в защитном жесте обвиваю тело хвостом.

В соседних стойлах беспокойно ржут лошади. Конюх с колючим взглядом, негромко ругаясь на особо голодных и нетерпеливых, быстро раскидывает по кормушкам ароматные кипы свежескошенной травы. Мимо открытых ворот снуют люди, слышны голоса, а мы со старым доктором продолжаем молча мериться взглядами.

— Ну и что мне с тобой делать? — бормочет старик. — Ты взрослая, сильная девочка. Никаких повреждений не вижу. Наверное, надо сказать эрру Витару, чтобы выписал из питомника какого-нибудь дракона. Если тебя действительно не научили летать, то за пару уроков полетишь.

Что?! Не надо мне тут никакого дракона! Вы все сами сейчас у меня полетите! Вверх кармашками!

Поднатуживаюсь и пытаюсь вызвать магию, но естественно ничего не получается. Даже дым из ноздрей не идёт. Зато прозрачный переливающийся пузырь из левой ноздри выдувается вполне приличный. Надувшись до размеров футбольного мяча, он с тихим хлопком лопается.

Едва не падаю в обморок от позора.

— Понял-понял, — смеётся старик, поднимая руки. — Тебе эта идея не нравится. Придумаем что-нибудь другое.

— Доктор Михар, надолго к нам эта? — рядом с загоном останавливается конюх.

Стоит, опершись на вилы, и разглядывает меня не слишком дружелюбно. Ну да, я бы тоже не радовалась лишней работе.

— Не твоё дело, — тут же хмурится старик. — Лучше следи за чистотой и вовремя корми животных.

В этот момент у меня в желудке раздаётся подтверждающий призывный звук.

Была бы я человеком, покраснела бы. А так… просто потупила глазки и сделала вид, что это не я, а… ну хотя бы вон та каурая кобыла напротив.

А что?

Нечего на меня пялиться невинными гла́зками и так аппетитно хрустеть ужином. Я, между прочим, ещё не обедала. А на улице скоро вечер.

— Покорми драконицу, только отаву не давай. Драконы растительность едят выборочно, — старик выходит и закрывает калитку на защёлку. — Лучше сходи в дальнюю часть парка, наломай молодых веток с диких яблонь. А ещё лучше макушек. Старые и больные ветки не бери, на них листья горчат. Только яблонь, запомнил?

— Отава свежая, хорошая, — сопит парень. — Всего пару часов как скосили, клевера много, зверобоя. И этого поест, не высокородная эрри. Чего в такую даль зря ходить?

— Хлыщ, я тебе что сказал? — резко обрывает доктор. — Драконы — не лошади, они к природе ближе. Им только свежую растительность можно, да и то не любую.

В этот момент я проникаюсь уважением к старому лекарю. Соображает!

А вот удаляющегося и хмуро бормочущего что-то Хлыща стоит опасаться. Не нравится он мне. Недаром и имя такое — ругательное на Земле.

Но я не на Земле. К сожалению.

— Вот интересно, — скажете вы, остановившись на этом месте, — мир магический, а траву вилами таскают, воду — в вёдрах. И навоз, небось, лопатами убирают?

Ага, лопатами. Именно этим Хлыщ и пошёл заниматься. И это вместо того чтобы принести мне вкусные веточки яблони-дички.

— И зачем тогда магия? — удивитесь вы.

А я вам так скажу. Мир магический, да. Но магов с большим резервом мало. В основном — со средним, а ещё больше — с минимальным, как у лисы-Лиссы. И личной магией они пользуются только для личных целей. А для общественных нужд используют магию драконов. Но их, как вы помните, на Тэрии очень мало. Ну, а как и где работает магия из накопителей, я уже рассказывала. И уж точно она нужна не для того, чтобы махать вилами. Этим занимаются обычные люди, которых на планете большинство.

И только не спрашивайте снова, откуда я это знаю. Я уже говорила, что все знания на момент моего появления здесь уже были в голове. Но не думайте, что я знаю всё — только основы. Ну, может быть чуточку больше. Но точно не всё.

Так вот, возвращаясь к нашим баранам… То есть к конюху.

— Хлыщ, я тебе что сказал?! — грозно вопрошает старик, хмуро взглянув на мою недовольную и, наверное, голодно-страдающую морду. — Отправляйся в парк. Или хочешь, чтобы я пожаловался эрру Витару?

Согласно машу головой.

Да-да, чеши-ка в парк, драгоценный конюх, а то у меня уже кишочки похоронный марш играют! Если помирать, то хоть с музыкой. В смысле, на сытый желудок, а не под позорные трели собственного организма.

— Да слышал я, слышал, — парень поджимает губы и с досадой смотрит на меня, но под недовольным взглядом доктора выходит на улицу.

Старик отправляется следом.

В конюшне снова становится тихо. Лишь лошади изредка беспокойно пофыркивают, перебирая ногами да смачно хрустя свежей травкой.

Вылезаю из угла и переминаюсь с ноги на ногу.

Так, чем бы заняться в ожидании ужина? Конечно же, разведать обстановку.

Подхожу к закрытой на засов калитке.

Интересненько.

Конюшня небольшая, лошадей на восемь. Мой загон в самом углу, и он значительно больше размеров стойла. Интересно, какого дракона здесь раньше держали, и куда он делся?

Задумчиво брожу из угла в угол.

Может быть вам покажется, что я веду себя глупо, и мне стоило бы попытаться сбежать, пока никого нет. Но напомню, на моей лапе магический браслет, да и максимум, куда я добегу — до края магического купола. И конечно же, после этого я сначала получу в нос зарядом, после чего сначала потеряю сознание, а потом доверие магов. А оно мне ещё пригодится — и первое, и второе.

Не знаю, как буду действовать дальше, но думаю, сначала нужно втереться к ним в доверие. Чем больше о них узнаю, тем правильнее будет принятое мной решение, когда я соберусь бежать. Вы же не думаете на полном серьёзе, что я здесь останусь?

Но нельзя забывать, что я в чужом мире, причём в очень заметном и очень нужном всем теле дракона. А потому за мной погонятся все, кому не лень.

Солома слегка шуршит под ногами, по конюшне разливается сладковатый запах клевера и немного аммиака.

И тут меня прошибает осознание.

А туалет здесь где?!

То есть, простите, а пи́сать мне тут куда? На солому в углу?!

А «не пи́сать»?!

А потом тут же спать?

Да у меня даже в пещере удобства были! То есть не в самой пещере, а под кусточками в лесу. Но сути это не меняет.

Пипец… Я настоящее животное.

Ещё немного, и начну вычёсывать задней лапой блох.

Так! Отставить панические мысли! Сейчас у меня другая задача — найти место для… Ну, вы поняли.

Пытаюсь просунуть лапу под калитку и тут же ощущаю, как по телу пробегает лёгкий разряд.

Ай! Больно!

Зато всё понятно.

Быстро отхожу в дальний угол, тщательно примеряюсь и с силой бью хвостом по дощатому полу.

Хрясь!

Хрясь-хрясь!

Лошади начинают испуганно ржать и метаться по стойлам. Но я не обращаю внимания.

Хрясь!

Нет, я не сошла с ума, как вы могли подумать. И не бьюсь в истерике.

И вы, и я уже поняли, где проходят границы магического купола, а потому… В условиях вынужденной осады в помещеньице размером пять на шесть я пытаюсь создать себе хотя бы минимальные «удобства».

Никто же не думает, что я буду гадить там, где потом намереваюсь спать? Вот и приходится делать то, что могу в этом обличии — прорубать себе одноочковый туалет типа «сортир».

Доски пола трещат, стонут на все лады, но не сдаются.

Я тоже не сдаюсь.

Хрясь!

Ну же, Мара, давай! Поднатужься! Ты можешь, я в тебя верю!

Хрясь-хрясь!

Хрысь…

Ой…

А это уже не я.

Под непрерывное ржание лошадей, обезумевших от сотрясающих конюшню ударов, и свой не менее испуганный рёв (здесь читай: девичий визг) я неожиданно… проваливаюсь под пол.

Какого фига?!

Я не собиралась тут плавать! Из какого г…на и палок, простите за мой французский, делали эти полы?! Каких халтурщиков нанимали?!

Гневно пыхчу, пытаясь выбраться из склизкой лужи, в которую провалилась ногами. Лужа противно чавкает и не менее противно пахнет.

Жесть.

Даже думать не хочу, из чего состоит эта ножная ванна.

Снаружи доносятся громкие крики, в конюшню влетают люди.

Впереди всех несутся шахматные маги — блондин и брюнет. Следом появляется испуганный доктор Михар. А уже за ними помещение заполняется незнакомыми мужиками — судя по одежде, простыми работниками.

— Михар, успокой лошадей! — быстро командует Чер, подлетая к моему загону. — Я проверю Белоснежку.

Он замирает, оглядывая сотворённое мной безобразие.

Вард тормозит рядом. На секунду его лицо выражает глубокое изумление, а потом он начинает громко и заразительно хохотать.

— Чер, я же говорил, что девочка очень сильна. Либо это прораб схалтурил при закупке материала. Выбирай.

Черноволосый медленно выпускает воздух сквозь сжатые зубы и делает шаг вперёд.

Я обиженно реву.

А мысленно уже почти рыдаю.

Ну за что, за что мне такое наказание?..