глава 39

Эмилия

В мягком свете канделябра мы с принцессой, как две заговорщицы, плели кружево сплетен, обсуждая последние придворные интриги. Отчего громко хохотали. В комнате витал аромат лаванды и сладких пирожных. Но идиллия была нарушена, когда Франциск вытянул свою длинную, змеиную шею. Его сложенные крылья распахнулись в угрожающем жесте, и он нацелился на дверь.

— Франциск, что на тебя нашло? Ты что, перепил с сэром Адрианом? — воскликнула удивленно Лили.

— Так гуси себя ведут в случае опасности, Ваше Высочество! — выпалила я, чувствуя, как внутри нарастает неприятное предчувствие.

— Эмили, в сторону! — принцесса щелкнула пальцами.

В тот же миг в ее руках материализовался пульсирующий сгусток магической энергии, похожий на маленькое солнце.

— Ваше Высочество, позвольте мне! Лучше отойдите в сторонку, я вас в обиду не дам! — и попыталась повторить жест принцессы.

Но, увы, мой магический талант оставлял желать лучшего. Вместо грозного шара энергии в моих руках образовался неловкий, дрожащий комок, который предательски скатился на пол, оставив после себя лишь слабый запах гари.

А затем все произошло так быстро, что я и опомниться не успела. Сначала в комнату ворвался мужчина с магической сетью в руке, но Лили, как опытный воин, метнула в него магический таран и тот отлетел в стену с оглушительным грохотом. Зато на второго нападавшего, с видом разъяренный орла, кинулся Франциск. Вцепившись намертво клювом в его одежды, он принялся с остервенением молотить крыльями. Когда поверженному врагу все же удалось сбросить с себя пернатого мстителя и броситься к нам, в комнату ворвались шипы и связали нападавших.

Вокруг шумели и охали, а мы с принцессой, как две скромные девицы, сидели на диване. Франциск, словно верный пес, занял свое привычное место, гордый своей ролью в отражении атаки. Его перья слегка взъерошились, а маленькие глазки излучали удовольствие. На морде гуся читалось неподдельное торжество, будто он только что получил медаль за отвагу.

— Что это сейчас вообще было? — прошептала я, все еще ошеломленная внезапным нападением и дрожащими руками.

В голове никак не укладывалось, что в стенах дворца такое возможно.

— Меня хотели убить, — пожала принцесса плечами, как будто это было обыденным делом, а не кошмаром, перевернувшим привычный мир, — останешься сегодня со мной?

— Конечно, Лили, ты еще спрашиваешь, — прошептала я в ответ, чувствуя, как голос предательски дрожит. Принцесса позволяла к себе такое обращение только мне. — Я вообще стану твоей тенью.

Через некоторое время в комнате появился сам король. Я обхватила себя руками, ощущая неловкость оттого, что была перед ним в ночной рубашке, и сделала реверанс, стараясь скрыть волнение. Но он особо на меня не обратил внимания, его взгляд был прикован только к дочери.

— Как ты? — с тревогой в голосе обнял он Лили, — не ранена?

— Все хорошо, папа, — успокоила она его, прижавшись к отцовской груди.

— Га! — подтвердил Франциск ее слова, гордо выпятив грудь и помахивая крыльями.

— А это еще что такое? — король в упор посмотрел на гуся, нахмурив брови.

Во взгляде читалось недоумение.

— Мой главный телохранитель! — хохотнула Лили. — Это он нас с Мили предупредил о вторжении. Без Франциска я не знаю, чтобы с нами было.

Теперь король внимание переключил на меня, отчего у меня ноги затряслись, а сердце бешено заколотилось в груди. Я чувствовала себя маленькой и беззащитной под его пронзительным взглядом.

— Познакомься, это Эмилия, моя новая фрейлина.

Король замер, холод пронзил его голос:

— Я не помню, чтобы давал разрешение.

Лили выпрямилась, в ее глазах вспыхнул огонь. Тон стал официальным, жестким, как сталь закаленного клинка.

— Отец, — каждое слово чеканилось, — я не хуже тебя, а в некоторых случаях лучше обзавожусь верными себе людьми. Не будь этих двоих, которые грудью закрыли меня, рядом… мы бы сейчас не разговаривали.

Взгляд короля потемнел, в нем мелькнула тень подозрения.

— А может быть, из-за них и…

— Ваше Величество! — голос Лили стал строже. — Я молода, но неглупа!

Король тяжело вздохнул, словно с плеч упал непосильный груз.

— Знаю, милая, знаю, — его голос смягчился, в нем прозвучала усталость и… любовь.

Он еще раз крепко обнял Лили, на мгновение задержав дыхание, словно пытаясь впитать ее тепло, и отошел к шипам, а после вовсе вышел прочь.

Я поежилась, будто меня обдуло осенним ветром. Остальные тоже не стали задерживаться. Как только вынесли нападавших, нас оставили одних.

— Я сейчас тебя испугалась, больше, чем Его Величество! — призналась я. — Но я тут точно ни при чем.

Лили улыбнулась.

— Знаю, — промурлыкала принцесса, — это я так у отца научилась разговаривать.

А я с сомнением посмотрела на нее.

— А за то, что я здесь, тебе не влетит?

— Нет. Влетит другим, — хохотнула принцесса и, позабыв о королевской крови, прыгнула на кровать, забавно поджав под себя ноги.

— Эмиль, — сердце болезненно сжалось, — но он же не виноват!

Лили скинула туфельки и блаженно потянулась.

— Да не волнуйся, завтра поговорю с отцом и все улажу. Его должны к награде приставить за такую верную фрейлину. Давай забирайся. А то я уже устала.

Лили зевнула, прикрыв рот ладонью, и зарылась лицом в подушки, предвкушая долгий и безмятежный сон.

Я легла рядом, все думая об Эмиле. Когда же мои мысли переключатся на кого-то другого?