Глава 14

Плащ! Я ведь так и не отдала его Аравелю… А мешается та самая брошь, которой он заколол ткань, укрывая меня от холода. Раздвинув складки плаща, я осторожно отцепила украшение. Брошь была явно не на конвейере сделана. Выполненная из серебристо-белого гладкого металла, она сверкала и переливалась в руках. Интересный узор — оплетенный изящной лозой крылатый ящер с капелькой янтаря посередине — будто вот-вот оживет. Я покрутила брошь в руках — никогда не видела подобной красоты! — затем встала и скинула плащ. Ректор говорил что-то насчет смены одежды в шкафу…

Я аккуратно сложила тяжелую ткань и подложила внутрь брошь, запрятала в стоявший около кровати комод. На завтрашних испытаниях наверняка встречусь с Аравелем — будет возможность напомнить ему о забытом плаще.

В шкафу действительно была одежда — и повседневная, и верхняя… Как, интересно, они узнали мой размер? Ага, вот и ночная рубашка. Хотя, на мой вкус, больше похоже на платье — по крайней мере, дома подобное вполне можно было бы надеть на улицу жарким летним днем. Рядом висел такой же шелковый длинный халатик цвета морской волны.

Я прошлась по комнате в поисках заветной дверцы в ванную. По словам ректора, в каждой студенческой комнате она отдельная — это была одна из немногих вещей, которой я искренне порадовалась, несмотря на ситуацию. Хоть никогда и не жила в общежитии, но наслышана об общих душевых на весь этаж. Минутные поиски — и я нашла дверь: она пряталась между камином и вешалкой для верхней одежды, практически полностью сливаясь со стеной.

Усталость давала о себе знать — все движения я совершала буквально на автомате, на большее не было сил. Поэтому не сильно удивилась, обнаружив за дверцей мраморную ванну метра два в обе стороны, умывальник с зеркалом цвета слоновой кости и стены, отделанные узорчатой бежевой плиткой. Чувствовалось, что все это я уже видела, только где?.. Тут в памяти всплыли картинки из каталога, который я не так давно просматривала — как водится, обнаружила находку в почтовом ящике и наскоро пролистала… Похоже, в Альсторне все для удобства клиента! Действительно, когда попадаешь в чужой мир и осознаешь, что теперь ты тут — вечный пленник, радуешься любой мелочи, напоминающей о доме. Пусть даже это взятое из твоей же головы воспоминание…

Обмывшись и переодевшись, я наконец нырнула под теплое одеяло. Как же стало хорошо! Тлеющие угольки камина чуть освещали комнату, тяжелые шторы занавешивали окна, кругом было тихо… Как, наверное, любой городской житель, я не привыкла к такой тишине. Ни проезжающих машин под окнами, ни голосов соседей или прохожих — ничего. Да уж, так можно жить!

Едва успев додумать эту мысль, я закрыла глаза и провалилась в темноту.

***

— Так вы, говорите, прибыли из небольшого городка близ академии?

Ректор пристально смотрел на Аравеля, пытаясь уловить хоть какое-то изменение его биополя.

Парень кивнул.

— Отлично. Как раз такие, как вы, нам и нужны, — отметил фарн. — Простые жители, не лишенные чувства ответственности за ближнего своего. Ведь если бы не вы, наша новая ученица вряд ли смогла бы в целости добраться в замок.

Аравель улыбнулся.

— Рад быть полезным, — сказал он.

Ректор улыбнулся в ответ. Что за странный взгляд? До такой степени понятный и пустой, что это кажется подозрительным….

Астор внимательнее оглядел Аравеля. Простецкая рубаха, штаны, коих миллион… ни драгоценностей, ни артефактов. Может, все же это — старческая паранойя, или как там любил иногда подшучивать над ним фарн Земезис…

— Какой вы расы? — наконец задал ректор вопрос.

— Ох, сложно сказать, — парень глубоко задумался. — Все мои ближайшие родственники — коренные жители, там всякого намешалось. Вот дядька мой — стангрип наполовину, учил меня искусству рыбной ловли. — Аравель вздохнул. — Но, сами понимаете, без жабр — куда мне до него? Конечно, приходилось лодку брать… А папаша мне всегда говорил — ерундой не страдай, грабли схватил — и в поля пахать.

Ректор понимающе кивнул, краем глаза зацепив изящные кисти и длинные пальцы без единой мозоли.

— Да, тяжело вам приходилось, юноша…

Аравель скорбно опустил глаза.

— Еще как. Бывало, придет из паба сам не свой, в хату завалится — и давай разбор полетов устраивать… Мне больше всех доставалось. — Он нахмурился. — Тогда-то дар и прорезался.

— И в плохом есть что-то хорошее, — фарн сочувственно скривил губы и глубоко вздохнул. — Я, например, вообще не знал своей семьи. Но это дало мне стимул и силы стать тем, кто я сейчас. Завтра же, если поступите к нам в ученики, вас переведут в студенческую комнату. А пока — располагайтесь тут.

Ректор развел руками, как бы охватывая помещение. Небольшая комната с каменными стенами была довольно уютной, имелся камин, большие витражные окна с изображениями давно исчезнувших птиц Рух, удобная на вид кровать.

Аравель улыбнулся.

— Благодарю за гостеприимность.

Ректор оценивающе взглянул на парня.

— Вообще-то, я думаю, вы пригодились бы мне в одном деле.

— Я?.. — Аравель удивленно посмотрел на ректора. — Все что прикажете, фарн.