Глава 44

Послышался хруст хвороста — гость присел рядом. Аравель, не отрываясь, смотрел на пламя костра. Он уже узнал существо, пришедшее за ним. Фарн-мантикора, единственный в своем роде. Сильный противник.

— И что же будет дальше? — поинтересовался Аравель. — В замок я не вернусь.

Фарн вздохнул.

— Я уже это понял, — мягко ответил он. — Иначе ты бы размахивал крыльями и пытался меня поджарить.

Аравель усмехнулся. Поджарить мантикору? Занятная идея. Но очень, очень сомнительная… Учитывая, что огонь для них — словно живая вода.

— В любом случае, — продолжил фарн, — я здесь только для того, чтобы поговорить. Иначе не нашел бы тебя, сам знаешь.

Аравель поднял брови и взглянул на фарна. Так вот в чем дело! Хитрец. Обошел защиту, нацеленную на упокоение от врагов. От врагов — но не от простых путников, желающих «поговорить».

Фарн усмехнулся.

— Если ответишь на несколько вопросов, я вернусь в замок и сообщу, что упустил тебя, — сказал он. — Согласен на такой исход?

— Абсолютно, — удивленно ответил Аравель. — И с чего вдруг такая милость? Я уж было решил, что придется убить тебя.

Фарн широко улыбнулся.

— Никто никого не убьет. Соглашение о сосуществовании еще никто не отменял. — Он печально вздохнул. — Похоже, я — единственный в Совете, кто знает, что эту штуку действительно следует воспринимать всерьез…

— Тогда задавай свои вопросы, и на этом расстанемся, — сухо ответил Аравель.

Дракона не покидало ощущение, что это — какая-то ловушка. Вряд ли фарн гнался за ним несколько дней ради светской беседы. Может, пещеру уже окружили? Ощущать себя игрушкой в чьей-то игре он ненавидел больше всего.

Земезис откинул рубиновую гриву за плечи и внимательно посмотрел Аравелю в глаза. У того возникло странное чувство, будто он видит его насквозь.

— Кто убил ректора? — тихо, но четко произнес фарн.

— Это был не я, если ты об этом. — Аравель неопределенно качнул головой. — Кто-то из ваших.

Фарн Земезис, прищурившись, вглядывался в сверкающие огненными искорками янтарные глаза собеседника. В конце концов кивнул.

— Ясненько, — протянул он.

— Мне бессмысленно тебе врать, — сказал Аравель. — В академию я возвращаться не намерен, а когда буду дома — ни один фарн до меня не доберется. Ты ведь это понимаешь.

— Естественно, — ответил Земезис. — Потому я верю тебе.

Они немного помолчали. Костер искрился, уютно подрагивая и распространяя вокруг живое тепло. В глубине пещеры слышался глухой плеск воды — шалила живность в озерце. Дорожки воды, не спеша стекающие кое-где по стенам пещеры, отбивали тихое «кап… кап… кап…».

Аравель покосился на фарна. Тот сидел, глубоко задумавшись, словно в каком-то трансе. Тянет время?..

В конце концов Аравель потерял терпение.

— Еще вопросы? — спросил он.

— Как бы так сформулировать, — неопределенно махнув рукой в воздухе, проговорил фарн. Он явно был в замешательстве. — Какого черта ты вообще забыл в академии? Отчего не сиделось в Утесах? И знаешь ли ты что-то о дисбалансе Силы, из-за которого в Альсторне начались проблемы?

Аравель невесело рассмеялся.

— Столько вопросов… Ты надеялся, уважаемый фарн, что я сложу для тебя эту картинку?

Земезис смерил дракона ледяным взглядом.

Аравель глубоко вздохнул и нехотя пустился в объяснения.

— Начнем с того, что в Утесах я не был без малого лет пятьсот. — Хмыкнув в ответ на округлившиеся глаза фарна, он продолжил: — Мало того, все эти годы я попросту не существовал. Когда же пришел в себя — было очень любопытно узнать, что творится в мире. Где искать подобные знания, как не в академии? — Аравель сделал паузу. — Однако, посетив вас, я не нашел того, что искал. И того, чего ждал.

Фарн медленно кивнул.

— Полагаю, бессмысленно спрашивать, в каком небытии ты прозябал последние полтысячи лет?

— Да.

— А что насчет Кристаллов Силы? Я знаю, что дело в них, но каждый раз, когда мне кажется, что я вот-вот доберусь до истины, что-то мешает, будто стоит какой-то магический блок, — Земезис, нахмурившись, потер руки. — Даже сейчас я это ощущаю.

— Именно поэтому твоя картинка и не сходится, — с кривой усмешкой протянул Аравель. — Воздействие на разум тут очевидно. Я был почти уверен, что это — проделки вашего ректора, — продолжал дракон. — Он не раз пытался проникнуть мне в голову. Но, как видишь, правит бал кто-то повыше рангом. На твоем месте я бы проверил весь ваш Совет.

С этими словами Аравель быстро провел рукой вдоль лица фарна, как бы снимая невидимую глазу паутинку. Фарн ничего не заметил — манипуляция дракона начисто лишила его сознания на несколько секунд. А как иначе можно очистить, пусть и не полностью, разум на четверть зомбированного существа?..

Земезис, не мигая, смотрел на костер. Он будто прозрел. В его глазах недобро полыхали красные искорки. Слова Аравеля как нож вонзились в сердце, частично разрушив чары, из-за которых фарн не мог и помыслить о расследовании этого дела единолично.

— Я тебя понял, — задумчиво сказал он.

Аравель чувствовал — поле фарна практически полностью закрыто. От него не отражалось ни одной лишней эмоции, ни одной лишней мысли. Но невооруженным глазом было видно: Земезис разъярен. И явно торопится вернуться в замок.

Фарн, подтверждая мысли Аравеля, порывисто встал, отряхнул мантию одним изящным движением руки, и поднял взгляд на дракона.

— Пожалуй, мне пора, — с улыбкой сказал он.

Улыбка, впрочем, была довольно многозначительной. С острых зубов едва не стекал яд, словно намекая, что его обладатель сделает с виновником всех печальных событий, когда распознает того. А в том, что распознает — сомнений не оставалось. Аравель уже помог перешагнуть через барьер, отделяющий Земезиса от скрываемой от него истины. В следующий раз тот справится и сам, когда окажется в шаге от нее.