Глава 76

Я будто сквозь воду слышала крики Рагона и Маори, что призывали меня скорее уносить отсюда ноги. Однако стоило двери исчезнуть, в кабинете стало тихо. Взгляд зацепился за Рагона — тот отступил назад, едва не коснувшись спиной прутьев клетки. Я еле вынесла досаду в его взгляде.

— А вот и наша главная героиня, — удовлетворенно произнес Элегиас.

Он обошел алтарь, приблизился ко мне и взял за руки. Пальцы фарна были на удивление теплыми, даже горячими. Я хотела отпрянуть, но вдруг навалилось оцепенение, которому не было сил противостоять. Ректор повел меня к стеллажу с книгами и усадил на высокий деревянный стул. В голове вяло шевельнулась мысль — где все-таки Аравель? Быть может, он найдет Саяну, и они вместе нас спасут?.. Тут ведь всего-навсего один обезумевший колдун. Аглорию вообще можно не брать в расчет — куда ему до самого настоящего дракона.

— Прежде чем мы начнем, вы должны меня выслушать, — сказал Элегиас, облокотившись о стеллаж рядом со мной. — Не бойтесь. То, что случится, случится на благо всего мира.

— Ах ты… психопат! — процедил Рагон. — Тебя жизнь так ничему и не научила? За столько-то лет…

Элегиас вдруг скривился и дернул головой. В тот же миг его облик изменился — перед нами стоял высокий худощавый мужчина с черными, как у Рагона, волосами. Внешность — ничем не примечательная, но вот взгляд… Колючий, алчный, пронизывающий до костей.

— Вспомни, с кем ты говоришь, мальчик, — сузив глаза, проговорил мужчина. — Кельмарк Верховный. Так меня зовут.

Он поднял подбородок и перевел на меня взгляд. Я думала, уже ничему не удивлюсь, но… Верховный? Опустив глаза, я обнаружила, что вместо ног из-под его роскошной темно-синей мантии пробивается сверкающий дымок. Так он действительно джинн?! Если бы я носила вставную челюсть, она уже валялась бы где-то под ногами.

Маори и Рагон, казалось, пребывали в неменьшем замешательстве, но почему-то молчали. Краем глаза я уловила, как Рагон что-то прошептал Маори одними губами. «Защита спала», — прочла я. Маори в ответ серьезно кивнула. Я немного приободрилась — действительно, после изменения облика, Кельмарка больше не окутывало синеватое сияние. Значит, все идет по плану?.. Знать бы только, что у них за план.

— Я один из тех, кто создал Альсторн, — перехватив мой взгляд, прошипел Кельмарк. — Но в итоге оказался здесь в ловушке, как и все.

В наступившей тишине послышался негромкий голос Маори:

— Вам следовало послушаться братьев, — сказала она. — Жизни живущих в этом мире нельзя использовать для создания лазейки наружу. Это как минимум низко.

— И что, тысячелетия просиживать здесь? — рявкнул Кельмарк. — Или, как глупец Астор, мнить себя великим властелином, будучи при этом узником?

— Так ректора убили вы? — спросила Маори, хотя по глазам было видно, что она уже знает ответ.

Наверное, пытается потянуть время. Хотя сам Кельмарк как будто никуда и не торопится…

— Астор — это и есть я, — с ухмылкой произнес он. — Я создал его, вложив частички собственной личности в фантома. Нужно было только контролировать, чтобы драгоценный ректор следил за своим здоровьем, не рисковал собой, регулярно пил омолаживающий чай… и в нужный момент смог отдать своему создателю все накопленные силы. Однако, — Кельмарк поморщился, — фантом жил слишком долго. Так долго, что решил, будто и впрямь существует. На празднике Урожая он ослушался меня — почуяв приближающийся выброс Силы, решил всех предупредить. Пришлось напомнить ему, кто он на самом деле.

— Если кто здесь и заслуживает смерти, то только ты, — с неприязнью произнес Рагон.

Кельмарк пожал плечами.

— Твое мнение субъективно, — просто сказал он. — С моей точки зрения, все логично и оправданно. Только вот, — он в задумчивости закусил губу, — сила, которую я планировал получить от ректора, к сожалению, ушла в никуда. Так что придется импровизировать.

Ответить ему никто не успел — в комнате внезапно появился Аравель, на том самом месте, где раньше была дверь. Я вскочила и бросилась к нему, но Кельмарк поднял руку, и я застыла, как изваяние, буквально на половине шага. Дернулась, попыталась накричать на гадкого джинна, но все впустую — тело не слушалось совершенно.

Аравель сразу оценил расстановку сил и как будто даже не удивился, обнаружив Маори и Рагона в заточении. С грацией пантеры он обошел клетки, ловко перепрыгнул через алтарь, оттолкнувшись от него рукой, и встал прямо перед Кельмарком, глядя ему в глаза. Тот не шелохнулся за все это время, с молчаливым интересом наблюдая, что же сделает дракон.

— Я помню тебя. И знаю, что ты собираешься сделать, — Аравель развернулся и указал на меня. — Не трогай ее. Взамен я предлагаю свою жизнь.

Если бы я могла шевелиться, накинулась бы на глупого дракона. Умереть вместо меня? Да что ж ему неймется-то — жить расхотелось?! А как же его хваленый «долг» стать продолжателем рода драконов? К сожалению, губы не двигались точно так же, как и остальные части тела, иначе и Аравель, и Кельмарк, и сам Альсторн со всем творящимся вокруг беспределом услышали бы сейчас о себе много нового.

Кельмарк рассмеялся.

— Отлично! — сказал он, похлопав Аравеля по плечу. — Чего-то подобного я и ожидал. — Ректор нравоучительно поднял палец к небу и обвел глазами кабинет, ненадолго задерживаясь взглядом на каждом из присутствующих. — Нетрудно предугадать поступки, если хорошо знаешь человеческую… — тут он запнулся, бросив взгляд на Аравеля, — натуру. Намек там, намек здесь, — и все юные следопыты радостно топают в расставленные сети. Мои сети.

— Ты согласен или нет? — упрямо повторил Аравель.

— Разумеется, — кивнул Кельмарк. — Только мы немного поменяем условия. Мне пригодитесь вы оба: и ты, и девчонка. И даже те двое, — указал он на Маори с Рагоном. — Для каждого найдется своя роль.

— Ты не посмеешь! — прошипел Аравель.

Черты его лица медленно изменялись, совсем как тогда, на празднике Урожая. Тело стало вытягиваться, зрачки сузились, став почти кошачьими. Или точнее было бы сказать — драконьими?..