Глава 14

Листи вышла из комнаты, словно ожившая мумия: под глазами залегли тени, руки и ноги выдавали мелкую дрожь, казалось, она даже похудела.

— Воды! — прохрипела она.

Валя тут же протянула ей полный бокал холодного морса. Осушив его залпом, ведьма попросила еще и уже пила спокойнее. Поставив кружку на стол, она измученно улыбнулась:

— Жить будет! Я убрала весь яд, но организм ослаблен его действием и мелкими ранениями. Но я рада, что с его драконом все в порядке. Если он захочет обернуться во дворе, не мешайте — так ему будет легче справиться с недугом, да и регенерация сделает свое дело. Найдя Валю взглядом, она еще раз напомнила:

— Старайся быть всегда рядом. Если будешь придерживаться моего совета, через неделю он окрепнет.

— Почему я, а не Дири, например, или Лионар? — удивилась попаданка.

— Чуть позже узнаешь, а пока поверь на слово!

— И за что мне такое? — проворчала Валя. — Дом еще не привела в порядок, а тут уже постоялец объявился.

— Как у нас говорится: «Заварил кашу — так не жалей молока!» — рассмеялась Листи. — Запомни, Виола, не просто так Создатель сталкивает между собой людей — от этого ты получаешь много полезного для себя, даже если встреченный тобой — враг. Ты на мир будешь смотреть уже по-другому.

Пролетела неделя, и в один прекрасный момент Валя услышала, как что-то громоздкое упало за стенкой. Она занимала комнату служанки, чтобы быть рядом с раненым. Вскочив, словно ужаленная, девушка распахнула дверь и встретилась взглядом с синими глазами дракона, сидевшего на полу.

— Ты чего вытворяешь? Тебе ни в коем случае нельзя еще вставать! — зашипела она.

— Мне надо! — твердо произнес он, пытаясь подняться с пола.

Сил, видимо, еще не было, но он упорно стремился выйти из комнаты. И только сейчас до Валентины дошло, что, скорее всего, мужчина хотел справить нужду. Тут как раз вовремя в комнату заглянул брат.

— Лионар, помоги, пожалуйста, нашему раненому гостю! — едва сдерживая улыбку, попросила Валя.

Для нее отвести больного справить нужду ничего не стоило, но в этом мире мужчины могли об этом говорить только с супругой. И мужчины, и женщины краснели, если разговор заходил об интимном, когда рядом находился противоположный пол. «О времена! О нравы!» — вспомнила Валентина крылатое выражение древнеримского оратора Марка Цицерона.

Наконец дракон с Лионаром вернулись. Было ясно, что раненому все еще тяжело даются такие перемещения, хотя дойти до санузла — метров двадцать не больше. Сев на кровать, он с облегчением выдохнул и посмотрел на хозяйку дома.

— Извините, леди, как могу я к вам обращаться? — склонив голову, он с интересом взглянул на нее.

— Обращайтесь ко мне Виола!

— Я вижу, что вы ждете маленького дракончика, а где отец?

Увидев, как дернулась Валентина, он тут же добавил:

— Простите, я не думал, что для вас этот разговор неприятен. Знаю, что принес вам проблемы, поэтому, как только смогу твердо стоять на ногах, съеду от вас. Деньги у меня есть, я заплачу за жилье! — произнес мужчина.

Отчего-то Вале стало неловко слышать все это.

— Я не заставляю вас платить за жилье, лежите и лечитесь столько, сколько потребуется. А сейчас ложитесь, мне нужно, чтобы вы выпили зелье, которое оставила ведьма, а я принесу вам поесть что-нибудь легкое.

Лионар, до этого молча сидевший на стуле, встал и подал дракону зелье, а Валентина вышла и принесла с кухни суп. Еще вечером ей захотелось сварить бульон, и она не стала противиться своему желанию. Вытащив из холодного ларца, заменявшего в этом мире холодильник, курицу, она отварила сразу полтушки. Даже не ожидала, что он понадобится ранним утром.

Так, в домашних хлопотах и лечении дракона, незаметно пролетела неделя. Альбус чувствовал себя с каждым днем намного лучше. Сил у него еще было мало, но он старался помочь Валентине в хозяйстве. Они о многом разговаривали, но тему ребенка не поднимал никто из них. Женщине было приятно беседовать с ним, иногда спорить, а порой и повеселиться.

За прошедшие дни Валентина успела привыкнуть к постоянному присутствию Альбуса. Его тихий голос, его заботливые руки, его присутствие в доме, где она привыкла быть только с братом, — всё это стало для неё чем-то естественным, почти обыденным. Она ловила себя на мысли, что ей уже трудно представить, как будет выглядеть после его ухода. Эта мысль одновременно радовала и пугала её.

Их беседы становились всё более откровенными. На третий день после пробуждения Альбус, едва окрепнув, сам начал говорить о своей прошлой жизни. Он рассказывал о своих путешествиях, о товарищах, которых давно потерял, о великих битвах и маленьких радостях. Валентина слушала, затаив дыхание, чувствуя, как её мир расширяется, наполняясь новыми красками и звуками.

В один из дней, когда Альбус приводил в порядок крышу хозяйственной постройки и увидел, как на улице крутился пацан.

— Сарат, ты к Лионару? Он на кухне, сейчас доест обед и выйдет! — сказал мужчина, подтягивая веревкой доску на крышу. Можно было бы это сделать магией, но Листи строго-настрого запретила им пользоваться.

— Нет, дядя Альбус, я к вам!

— Что-то случилось? — спрыгивая с крыши, поинтересовался дракон.

— Я не знаю, но вчера я был на том конце деревни и случайно услышал разговор. Говорили между собой двое мужчин. Одного из них я узнал — это голос нашего старосты, а второй — чужой. Так вот, этот незнакомец спрашивал, не появлялся ли в поселении раненый мужчина, на что староста ответил, что не слышал про такое. Но отметил, что если ничего серьезного нет, то жители сами справляются, поэтому посоветовал узнать на другом конце поселения. А сегодня я увидел его заглядывающим за забор. Раз ищет раненого, то это точно вас, дядя Альбус.

— Я понял, Сарат, — спасибо за предупреждение. Видимо, не увидев моего мертвого тела, они решили убедиться наверняка, жив ли я. Чтобы не принести проблем тем, кто помог в трудную минуту, мне следует исчезнуть.

Он зашел в дом и услышал стоны, доносящиеся из кухни. Валентина лежала на полу, схватившись за живот. Альбус знал, что это значит: ребенок требует магию отца или ближайшего родственника. Подбежав к девушке, он схватил ее на руки и понес в комнату, находящуюся рядом с его, и положил на кровать. Девушка, не замечая боли, прикусила губу до крови, и по подбородку ее потекла алая струйка.

Она уже теряла сознание, когда дракон почувствовал, что его магический резерв начал опустошаться. Валентине же, наоборот, стало легче, она задышала ровнее, стоны прекратились.

— Что за драх* тут происходит? — выплюнул он зло.

Когда ребенок насытился магией и успокоился, Альбус, взяв стул, сел рядом с кроватью и внимательно посмотрел на девушку.

— Поговорим?

— Спасибо, что помог! Но не знаю, о чем нам разговаривать.

— Хотя ты и непроявленный дракон, но все же должна знать, что ребенка, если нет рядом отца, может подпитать только ближайший родственник. Из близкой родни у меня остался только брат со стороны отца — Вхагар…

От этих слов Валентина, сама того не замечая, непроизвольно вздрогнула и съежилась.

— По твоей реакции вижу, что попал в точку…

Валя молчала, боясь признаться, молчал и Альбус. Когда в воздухе повисла натянутая и тревожная пауза, мужчина тихо произнес:

— Виола, я не враг тебе! Все покушения, идущие чередой одно за другим — это его рук дело. Ведь замок и земли принадлежат по закону мне, а не ему. Если я не буду знать, для чего ты ему нужна, то помочь не смогу.

— Ты сам себе-то помочь не смог — был ранен, — вытирая текущие по щеке слезы, произнесла девушка.

— Если ты думаешь, что я слабее его, то глубоко ошибаешься, — голос Альбуса стал жестким и холодным. — Не знаю, кто бы смог выжить, если только за месяц покушений на меня было не менее десяти, и не все они удачно заканчивались. Предел организма тоже когда-то наступает.

— Прости, не хотела тебя обидеть!.. И все же ты сейчас совсем не боец, и я не хотела бы вешать свои проблемы на твою голову.

Отчего-то мужчине захотелось погладить расстроенную девушку по голове, успокоить, прижать к груди, говорить ласковые слова поддержки. Стараясь сдержать свои эмоции, он попросил мальчика, тихо сидевшего на стуле, принести воды для сестры. Молча посмотрев на сестру, Лионар вышел.

— Считай, твои проблемы — это мои проблемы, и, поверь, вдвоем их решать намного легче!

Он видел, что девушка почти сдалась, поэтому решил немного дожать.

— Я не оставлю тебя до тех пор, пока будет нужна моя помощь до рождения ребенка, а там сама решишь: или выгонишь, или оставишь.

Мужчина улыбнулся, а Валентина подумала: «Какой же он все-таки красивый! — но осадила себя. — Не время думать о мужчинах, у нее роды на носу».

— Когда погибли родители, меня забрал к себе дядя Улах. Он сказал, что дракон у меня вряд ли проснется, но есть совсем малая вероятность, что меня возьмет в жены аристократ, которому нужно сильное потомство. Я сначала подумала, что он хороший, когда на балу ко мне подошел мужчина и стал предлагать себя в любовники, дядя с ним подрался. Как я думала, защищая мою честь. И ему запретили появляться во дворце пять лет. Мы уехали в замок, который, как выяснилось, принадлежит мне, Лионар остался в военной академии. Многого не помню, только события нескольких месяцев. Меня заманили в дом запиской, где обещали рассказать о смерти родителей. Очнулась я уже в спальне, не помня ничего из прошлого.

— А ты не подумала, что это было сделано специально? Спектакль для аристократов, чтобы тебя увезти подальше из столицы.

— Теперь знаю. Мне приснился сон, где пришла мама и сообщила, кто виноват в их смерти, и она указала на дядю. А поверила я по двум причинам. Она посоветовала мне бежать из замка, при этом показала, где лежат деньги. Я нашла их на следующее утро. А вторая причина — моя наблюдательность. Дядя никак не отреагировал, когда во время бракосочетания жених ударил меня, а в своих догадках утвердилась, когда подслушала неприятную беседу Вхагара и Улаха.

— Верю. Значит, твоя магия наверняка связана с менталом и его разновидностями.

— Так вот, дядя Улах выдал меня за своего соседа Вхагара, но мне удалось подслушать разговор моего супруга и его любовницы, да еще и не один. Я нужна была только для рождения наследника, потом от меня избавляются…

Пока Валя рассказывала, Альбус еле сдерживал оборот. Когда отросшие когти впились в кожу рук, так сильно он сжимал кулаки. Если бы только брат сейчас стоял перед ним, а не прятался за спинами наемников, он бы не стал долго думать — уничтожил бы его.

Драх* -ругательное слово, обозначающее «сумасшествие»