57. Возвращение

Дэйнарин

Днём в доме становится тесно и шумно. Тиберий бегает по комнатам, играя в одному ему известную игру. Марийка готовит дом к своему отъезду. Убирает, собирает сумку. В неё прячет, видимо, самое необходимое — семена, травы, бинты, нож, несколько склянок. Всё укладывает так, будто она уходит с концами не впервые.

Я наблюдаю за ней краем глаза. Она вызывает доверие и уважиние. Ни одного суетливого движения, действует выверенно и точно, со знанием дела.

То, что брать не собирается, складывает на одеяло, потом заворачивает и утаскивает. Дэвлин увязывается её проводить.

Марийка возвращается одна.

— А куда ты всё дела? — тут же огорошивает её вопросом Тиберий.

Он очень наблюдательный драконёнок.

— Отнесла в поселение, раздала жителям, — просто отвечает Марийка.

У неё широкая душа. Я не ошибся, приглашая её в замок.

Дэвлин возвращается после неё, с едой. Похоже, купил в деревне. Хлеб, мясо, что-то горячее в котелке.

Марийка накрывает на стол, мне приносит отдельно, потому что я ещё лежу. Чувствую себя инвалидом. Это злит, но я не показываю вида. К вечеру драконья регенерация поставит меня на ноги. Надо просто потерпеть.

Над столом звучат тихие разговоры, Элина берёт тарелку, приходит ко мне. Садится на край лежанки.

— Составлю тебе компанию, — поясняет тихо. — Они там и без меня отлично пообедают.

— Спасибо, — говорю я.

Еда сносная, но главное — она сытная. То, что нужно, чтобы быстрее восстановиться.

Когда солнце клонится к закату и по стене начинают ползти оранжевые тени, я пробую встать и понимаю, что готов лететь. Сил хватит, чтобы добраться до Ульда. А дальнейший путь продолжим позже, когда я буду в порядке на все двести процентов.

Заметив, что я встал, Элина мгновенно подбегает.

— Как ты, Дэйн? — спрашивает так встревоженно, что у меня перехватывает дыхание. И короткое имя сейчас от неё звучит особенно проникновенно.

— Нормально, — отвечаю ей, касаясь пальцами её щеки. — До Ульда долетим. Пора.

Я выхожу из дома первым. Разминаю спину, на мгновение вспыхивает тревога, всё ли в порядке с драконьей формой, но я представляю, что я дракон, и тело начинает трансформироваться. С драконом всё хорошо. Вскоре я уже белый дракон.

Вдыхаю огромной грудью, складываю крылья, опускаюсь и подставляю хвост Элине, которая сначала поднимает мне на шею Тиберия, затем забирается сама. Я встаю на задние лапы, распахиваю крылья.

В душе возникает короткое глухое удовлетворение, что битву с врагом я всё-таки выиграл.

Небо над головой темнеет, разрушенная башня тает в вечерних сумерках.

Я оборачиваюсь к Дэвлину, киваю ему и взлетаю. Делаю круг, ожидая сына. И вижу, с какой бережностью он усаживает себе на шею Марийку. Хвост двигается аккуратно, точно, не сжимает, не давит, словно не человека держит, а хрупкую драгоценность. Вскоре они взлетают, и мы вместе отправляемся в сторону Ульда.

Попутный ветер облегчает путь. Прилетаем в Вальхард уже через три часа.

Ульд чернеет внизу мрачной громадой. Чёрный камень, башни, огни.

Замок Ордена, где внизу, под землёй, в тюрьме ожидает суда герцог Боргарн.

Мы с Дэвлином опускаемся на одной из террас. Нас встречает стража, слуги, молодой парнишка-гонец бежит в главе Норвенского ордена сообщить о нашем прибытии.

Иррэн Килиан выходит к нам сам, хотя время позднее, наверняка уже готовился к очередному марафону с девицами. Но смотрит строго и почтительно.

— Здравствуй, Дэвлин, — говорит, обращаясь к моему сыну. — Рад, что всё обошлось.

Он поворачивается ко мне:

— Лорд Харлан, с возвращением, — кивает с уважением. — Спасибо за помощь в поимке преступника.

Гнев на этого слизняка вспыхивает мгновенно, но я давлю его.

— Нам нужно провести в Ульде сутки-двое, — говорю уже ровно. — Разместите нас.

Он радостно кивает.

— Всё уже готово, слуги проводят вас и ваших близких, — говорит лебезящим голосом.

Спустя полчаса Элина, Марийка и Тиберий расходятся по своим комнатам, и мы с Дэвлином желаем им спокойной ночи.

— Ты… — тянет Элина, бросая на меня грустный взгляд. — Не пойдёшь?

Я подхожу, целую её в лоб и наклоняюсь к уху.

— Прости, Элина, — говорю ей шепотом. — Мы не женаты. Я предпочту сохранить твою репутацию чистой.

Она вздыхает и скрывается за дверью. Я сжимаю челюсть. Нет ничего, чего бы я хотел сильнее, чем просто прижаться к ней, вдохнуть запах кожи, погладить по волосам.

Позже. У нас вся жизнь впереди. А сейчас… Я смотрю на сына.

— Нужно подготовить обвинение для Боргарна, — говорю строго.

Дэвлин кивает.

— Только останемся здесь, — он кивает на общую гостиную, двери из которой ведут в покои наших близких. — Я принесу необходимое из кабинета.

Я соглашаюсь и ловлю себя на ощущении, что всё действительно может закончиться завтра.