Глава 9

Оглушающее заклинание на меня, естественно, не подействовало, но на всякий случай я не стала портить людям заготовку и покорно обмякла, изображая обморок.

— Тяжелая! — пропыхтел незнакомый голос, и меня взвалили на плечо.

Чужая ключица неприятно впилась в живот, но я молчала. Старательно притворялась ветошью, внимательно сканируя ауры и пространство вокруг.

Люди.

Три особи мужского пола.

Молодые.

Думаю, студенты, но я с ними незнакома. Наверное, со старших курсов. На всякий случай запомнила запах всех троих. К делу его не пришьешь, но если дойдет до опознания, как-нибудь выкручусь, но их укажу.

— Зато фигуристая! — хмыкнул кто-то, шедший позади, и пребольно ущипнул меня за задницу.

О, я тебя запомню особенно тщательно!

— Сегодняшний ритуал обещает стать незабываемым, — довольно пропел третий. — Гонору в девке многовато, зато приданое отличное. Еще в ножки кланяться будет, когда я приду с предложением!

— Ты потише. Вдруг услышит и потом откажется! — шикнул мой транспорт.

— Глупости, «дубинка» вырубает намертво. Еще полчаса-час точно не очухается, — пренебрежительно фыркнул мой потенциальный жених. — Жаль, Он запретил девок трогать. Можно было бы куда увлекательнее позабавиться…

Прямо так и сказал — будто с большой буквы. Очень уважительно.

Интересно, кто у нас тут главный?

Меня все несли и несли, но отчего-то в сад мы так и не попали. Вместо этого спустились на несколько уровней — я и не знала, что в общежитии есть подвал! — и по моим босым ногам потянуло сквозняком. Воздух стал влажным и землистым, как на кладбище.

Несли меня головой вниз, так что разглядывать я могла разве что спину и пятую точку своего похитителя. Никакого удовольствия.

Звук шагов троицы изменился: мы вышли из узкого коридора в просторный зал. Там уже кто-то был, я слышала их учащенное дыхание, но при попытках пересчитать противников постоянно сбивалась. Не меньше десятка точно.

— Вы что-то долго! — недовольно пророкотал величественный голос.

Тоже незнакомый и странно искаженный. Я прислушалась к магическому фону. Так и есть, артефакт искажения. Это может быть кто угодно, хоть женщина, если руны нанесены качественно.

Меня безо всякой деликатности швырнули на жесткий стул и принялись приматывать к нему веревками, удерживая за грудь. Рука наглеца все время сползала, и я едва сдерживалась, чтобы не откусить лапающую меня конечность.

— Простите, магистр, мы не виноваты, она где-то гуляла с ушастым.

Ага, не одна я клички эльфу даю.

Но за оскорбление, пусть и заочное, моего истинного вы ответите!

— Гуляла, говоришь?

Шаги приблизились, и мозолистые пальцы ухватили меня за подбородок.

Это он зря.

От прямого прикосновения маскировочные чары подернулись рябью, и я уловила настоящий запах предводителя похитителей.

Мистер Нотгер.

Неожиданно, но не шок.

Я от него подсознательно ждала какой-то гадости. Слишком уж он яро ненавидит женщин, чтобы позволить одной из них беспрепятственно учиться на его факультете.

— Может, и не нужна тебе такая, Родди? — брезгливо уточнил декан боевиков, отдергивая руку, так что моя голова безвольно мотнулась вперед. В шее что-то хрустнуло. — Гулящая-то?

— Так мы разве не за этим их похищаем, магистр? — недоуменно протянул тот, кого назвали Родди. Женишок самозваный. — Опороченные девицы посговорчивее. И нос не воротят от простых ребят вроде меня, и благодарны потом всю жизнь, что от славы гулящей спас.

— Ну а если она на самом деле с кем-то спуталась? — продолжал с нескрываемым презрением мистер Нотгер. — Зачем тебе использованный товар? Отнесите ее обратно!

— Эй, мы так не договаривались! — начал было Родди, но быстро сник. Вспомнил, видимо, с кем говорит, а то забылся на минутку. Но тут же меня удивил тем, что поспешно добавил: — Простите, магистр, но я хочу именно ее.

Томительную секунду я засомневалась. Может, пощадить бедолагу? Вдруг он в меня отчаянно влюблён, потому и затеял эту авантюру?

Сам-то декан видно, что не первый раз проворачивает похищения. Похоже, он собрал нечто вроде секты. Последователей заманил обещанием богатых невест и сытой жизни, значит, под его крылом в основном сироты или представители низших классов. Те, кто учится на государственные субсидии.

Вот вам и благодарность за выданный сверху шанс.

Следующая фраза Родди вдребезги разрушила зародившийся было во мне трогательный образ страдающего от неразделенной любви юноши.

— Она родственница Шиммеров. Сами знаете, какие те удачливые торгаши. У них только в столице шесть лавок!

Ого, а «дядя» Ремус моей матушке заливал, как работает себе в убыток! Надо бы ему цены закупок поднять, раз так. Нечего врать.

— У ее семьи тоже денежки водятся. Слышали же, что она с островов! — торжествующе заявил самозваный жених. — Там все через одного миллионеры или аристократы. Да ее одно платье стоит столько, сколько мы платим за год квартплату! У меня мать швея, я разбираюсь, — добавил он под сдержанные смешки.

Дурачка мне все равно стало жаль. Верит всякой ерунде! Слухам, сплетням… и строит на этом далеко идущие матримониальные планы.

Глупость несусветная!

Мы далеко не все купаемся в золоте и роскоши, что бы там ни казалось обитателям материка. К тому же жизнь на Гардаре по определению не слишком проста. Изменчивый климат требует постоянного контроля магов-погодников, капризная лоза то и дело отказывается цвести, лишая нас винных запасов на целый год, а про периодически налетающие шторма и регулярные землетрясения вообще молчу. Так что если мы в перерывах и позволяем себе некоторые излишества, так это потому что мы их однозначно заслужили!

Сам бы попробовал, потом говорил.

— Ну хорошо, — после небольшой паузы согласился мистер Нотгер. — Зажигайте свечи, готовьтесь к ритуалу.

Так. Минуточку. Какой еще ритуал?

Поодаль щелкнуло кресало, затрещал фитиль. По залу поплыл сладковатый дурманящий аромат.

О, запрещенку подвезли!

Афродизиаки изобретали и продавали быстрее, чем их успевали запрещать и изымать. Ежегодно десятки новых составов вносились в списки опасных и губительно воздействующих на организм, особенно человеческий, как самый восприимчивый и медленнее всего восстанавливающийся. Но увы — страсть к наслаждениям и стимуляции оказывалась сильнее заботы о собственном здоровье.

Причем изобретениями занимались в основном как раз люди.

Все логично как всегда.

Пощечина обожгла щеку. И сразу же еще одна — другую.

Мда, не церемонятся тут с будущими невестами.

Я слабо застонала и наконец-то приоткрыла глаза. Ресницы слиплись, мешая разглядеть происходящее, пришлось усиленно поморгать.

Меня окружали бесформенные, облаченные в белоснежные балахоны фигуры. Их лица скрывали примитивные деревянные маски с прорезями для глаз, пугающие в своей простоте и одинаковости. Как будто призраки внезапно облачились в саваны и явились по мою душу.

Редкие свечи в нишах придавали происходящему загадочности и таинственности. Будь я обычной человеческой девушкой, меня бы сейчас еще и вело от витающих в воздухе ароматов, добавляя к смятению и панике от похищения из собственной постели и неясных перспектив еще и будоражащее кровь влечение.

Учитывая культуру яростного блюдения девственности и непорочности — та еще гремучая смесь чувств.

Фигуры, неподвижно стоявшие на своих местах, внезапно пришли в движение.

Раз — и балахоны распахнулись, являя их мужские стати во всей красе.

Под простынями у боевиков (если это они, в чем я почти не сомневаюсь) ничего не было.

Неожиданно.

Зато понятно теперь, как они девушек портили. Визуально!

Не прикасаясь, но создавая у бедняжек полную иллюзию того, что ими попользовались, причем массово.

Представив себя на мгновение на месте одной из тех несчастных пострадавших, я отчетливо содрогнулась. Действительно, после такого будешь чувствовать себя грязной и опороченной. Даже мне, повидавшей за свою долгую жизнь всякое, срочно захотелось помыться, что уж говорить о невинных наивных местных человеческих цветочках.

— Страшно, блудница? — прогремел откуда-то из-за моей спины раскатистый голос.

Пусть и измененный до неузнаваемости, теперь я знала, что он принадлежит декану. Попыталась обернуться — чисто удостовериться, что он в таком же костюмчике, что и все остальные, но потерпела неудачу. Путы вязали на совесть, меня прикрутили к высокой спинке стула так, что не дернуться.

Ну, не слишком-то и хотелось. Подозреваю, смотреть там особо не на что.

— Вообще-то не очень, — честно призналась я.

Плавный танец покачивающихся перед моим лицом чресел оборвался.

Юные умы переваривали нетрадиционную реакцию.

Многоопытный декан соображал быстрее.

— Я так и думал. Блудница и есть! — решительно заявил он. — Парни, вас сегодня ждет удивительно веселая ночь!

Хм, кажется, мистер Нотгер решил, что раз я не девица, то и щадить меня ни к чему? Это он зря. Я оскалилась, проверяя на прочность путы, и ближайшие замаскированные боевики отпрянули на рефлексах. Переглянулись и неуверенно шагнули обратно, молчаливо подбадривая друг друга. Мол, это всего лишь баба, чего бояться-то?

Тут ко мне подскочил несостоявшийся жених (а неплохо сложен, если бы не моя недавно обретенная пара, я решительно получила бы эстетическое удовольствие, жаль что дурак!) и, потрясая своим достоинством, выпалил:

— Зря не боишься! Видела, какой гигантский змей?

— Это ж разве змей? — фыркнула я, и веревки затрещали на моем перевоплощающемся теле. — Вот это — змей!

Раздавшиеся вопли ужаса ласкали мои уши лучше любой музыки.

Искренне не понимаю, почему они никак не попытались заблокировать мою магию. Связали и все. Думали, я так перепугаюсь, что забуду о своем даре? Или что не смогу произнести заклинание без пассов? Конечно, это сложнее, чем с жестами, и осваивают подобное обычно на последних курсах… но раз уж я поступила с блеском, могли бы и проявить немного уважения!

Но нет… Они даже атаковать не пытались! Видимо, надышались испарений, расслабились и не слишком соображали, что вообще происходит. Поглумиться над несчастной запуганной первокурсницей это одно. А тут отчего-то привычный план дал сбой, и вместо хлопающей глазами девы перед ними здоровенная чешуйчатая тварь с крылышками, неизвестной породы.

Вторую ипостась мы по разным причинам старались не светить. Однако бывали моменты, когда без нее ну никак не обойтись.

Как, например, сейчас.

Мистер Нотгер первым малодушно ломанулся в двери, ведущие прочь из зала… чтобы обнаружить что они намертво заблокированы. Я с шипением и свистом скользнула за ним, замерла на уровне его лица и разверзла пасть, полную острых как иголки зубов. В три ряда.

Ну, хищники мы. Что поделать!

— Аааа! Мама! — тоненько заверещал бравый предводитель боевиков и позорно обмочился.

Мда. Это не мистер Ладдер. Он, пожалуй, меня и поймать бы смог, наверное. Если бы задался такой целью.

С другой стороны, он бы не занимался такими глупостями, как создание секты и принудительные браки с опозоренными девицами. Подобные интриги хороши где-нибудь во дворце, где каждая вторая девица строит козни и планы по заарканиванию выгодного мужа. А тут, в серьезном заведении, почти военного типа… тьфу!

Опутав цепями нашего фирменного семейного заклинания почти не сопротивлявшегося декана, я развернулась к хаотично бегающим студентам. Сейчас зрелище казалось уже не чувственным или пугающим, а скорее комическим. Парни вслепую носились, сшибая друг друга с ног, ничего не видя в своих масках и отчего-то не догадываясь их снять, высоко задирая волосатые ноги и сверкая задницами. Свечи от моего рывка почти все потухли, оставляя зал в полумраке, из которого то и дело выныривало сверкающее клыками нечто, добавляя жути.

Не удивлюсь, если после такой ночки их «змеи» увянут насовсем.

Увлекшись, я чуть не пропустила момент, когда дверь в подвал начали выламывать. Спохватившись, быстро приняла прежний, невинный и трепетный вид, устроилась на стуле, чудом все еще стоявшем посреди помещения, и накинула на колени обрывки веревок, для вида.

Вовремя.

Стоило мне снять блокирующее заклинание, створки снесло тараном.

В зал ворвался взъерошенный, яростно сверкающий глазами эльф. Его волосы красиво развевались под воздействием закручивающейся вокруг него смертельной воронкой магии.

Ведарис готовился убивать и крушить.

— Привет! — кокетливо поздоровалась я.

Судя по ошарашенным лицам остальных спасателей, ляпнула я что-то категорически не то. Но исправляться было поздно.

Мой истинный ринулся ко мне, смахнул обрывки не глядя, вздернул меня на ноги и внимательно осмотрел, что сумел. Его глаза почернели от гнева окончательно, и только тогда я поняла, что ночнушка во время оборота слегка порвалась.

Кажется, он что-то не то подумал.