Глава 19

Он нашёл отца за любимым занятием. Эдар Ди Арканди находился в одном из боевых залов дворца, где оттачивал день за днём мастерство. Бился в этот раз на кривых саблях с одним из опытнейших воинов из личной охраны. Наставники всё контролировали. Раздавались команды, слышалось учащённое дыхание, лязги и скрежет оружия. Разгорячённые тела двигались в смертоносном, но красивом танце. Несмотря на возраст, отец оставался в форме и считался одним из сильнейших драконов, ежедневно тренируясь со стражниками.

Он любил посещать тренировки, неоднократно принимал в них участие и всегда восхищался, а после и гордился отцом. Благодаря императору сам стал искусным бойцом, с которым не всякий отважится выйти на поединок. Отец им тоже гордился, всегда выделял, считал одарённым и умным. Пусть они спорили часто, но никогда не шли друг против друга, пока отстаивали интересы империи.

Сейчас же он смотрел на отца, но не чувствовал ничего, кроме холода. Ледяная ярость настолько поглотила сознание, что не оставила хороших воспоминаний. Только горечь, разочарование, злость.

В голове крутилась единственная фраза, которая о многом должна была сказать императору, но, увы, не сказала…

«Она очень важна для меня».

Разве он выразился непонятно?

И что в результате? Отсутствие доверия к его выбору и портал, чуть не отправивший Эми на лезвия. О каком взаимопонимании речь, если собственный отец играет с ним, как с марионеткой? От того, что сейчас скажет райдхан, будет зависеть многое. Многое, если не всё.

Внимательный быстрый взгляд отца и его короткое:

— Подойди!

Приказа он не ослушался. Заступил на арену, но в центр поля не вышел. Остановился вблизи от границы. Стальные лезвия сверкали в свете магических сфер, слышался ритмичный звон. Битва отца продолжалась. Тот с лёгкостью отбивал атаку и сам потом нападал, оттесняя противника к краю. Силён дракон. Очень силён.

— Ты куда пропал? — холодно спросил отец, не прекращая сражаться.

— А вы не знаете, Ваше Величество?

— Торжество закончили без тебя. На Зариину невозможно было смотреть. Бледная, оскорблённая девушка! Будущая императрица! Ты рад? Показал свою независимость? Добился своего, Рэйманд?

— Зато. Ты. Не добился, — парировал не менее раздражённо. — Убить Эми не получилось. Ты рад?

Отец неожиданно замер, щелчком пальцев прекратив бой. Стихло всё тут же, воины будто дышать перестали, опасаясь нарушить приказ. Райдхан поджал губы, наотмашь махнул клинком, подзывая одного из наставников. Забрал саблю и резко подбросил, передавая острый клинок.

Сабля оказалась в руках. Что ж… Отец сам выбрал способ разобраться с проблемой. Это видели все. Зловеще усмехнулся, повёл плечами, чтобы немного размяться. Переступил черту, приготовился. Отец кивнул, и все наставники, смотрящие, бойцы тут же покинули зал, оставляя их наедине.

— Не понимаю, о чём ты.

Резкий бросок вперёд и клинки пересеклись. Он выдержал крепкий натиск отца, отбросив от себя императора. Короткая передышка перед новой связкой.

— Эминель бросили под ноги артефакт с твоей тайной печатью.

— Вот как?

Отец довольно усмехнулся. На этот раз в атаку он пошёл сам. Несколько резких ударов и снова противостояние. Слышно, как скрипит сталь от соединения двух острых лезвий. Нешуточное противостояние между равными. Скорее, металл прогнётся, чем кто-то из драконов сдастся. В глазах отца насмешка.

— А ты, смотрю, наблюдательный! Не потерял хладнокровия даже в такой ситуации?

— Глупая выходка! Думал, я не увижу на ловушке твой знак?

— Артефакты могли украсть.

— Только не эти. Не ты ли хвастался надёжной защитой? Тебе так нужна Зариина?

Резкий толчок и вот они снова порознь на расстоянии нескольких шагов друг от друга. Ещё одна передышка для выяснения главной причины. Ответы райдхана звучали ему приговором.

— Зариина важнее всего. Ты должен понимать это не хуже меня.

— Так ты не отрицаешь того, что приказал подбросить артефакт под ноги Эминель?

— Я прекрасно знал, что ты её спасёшь, — пренебрежительно бросил отец. — Ты же крутился весь вечер только возле неё! Да и нет особой радости марать руки в крови лживых, распутных девчонок.

— Зачем ты это сделал?

— Эту дерзкую ведьму следовало проучить, напугать, чтобы не цеплялась к тем, кто ей не подходит!

Гневная фраза отца ничего не вызвала кроме злости. А злость на выходку императора оказалась настолько сильной, что он резко пошёл в атаку. Скрежет стали, удар за ударом, пока Эдар Ди не начал терять темп и настрой. Отец всё хуже уворачивался от нападок, всё тяжелее дышал. Выдыхался. Но всё-таки ему бедро поцарапал! Кровь тёплой струйкой потекла по ноге, но он её не замечал. Рана не помешает закончить начатое. Бой продолжается.

— Не тебе решать, кто мне подходит, — прорычал он и ещё раз ударил. — Ты мать мою не сберёг, пока развлекался со шлюхой.

Ударил. Не первый раз клинком, но первый раз за императрицу. Верилию.

— Кинул на откуп Альянсу.

Удар. Ещё один.

— Теперь хочешь меня Эми лишить? Не смей даже думать о моей невесте плохо!

— Что?! Что ты несёшь?

Отец вдруг растерялся, и он воспользовался нужным моментом. Выбил клинок из захвата, заставил Эдара потерять равновесие и рухнуть плашмя на спину, а затем встал над отцом. Остриё лезвия упёрлось в угловатый кадык. Отпусти и воткнётся в глотку, навсегда лишив шанса на жизнь.

— Эминель станет моей женой.

— Дурак! — прохрипел отец, но больше не сопротивлялся.

— Я так решил. Иначе не будет.

— Ты подставишь под удар весь наш род!

— Не переживай. Моей женой станет райли.

— Что ты сказал?

Глаза императора расширились от удивления. Отец ещё не верил в то, что услышал. Но только Саррх знает, как тяжело признаваться в том, что сам недавно узнал. Другого выхода нет. Им не нужен враг в лице императора, сейчас ему нужен союзник. Лишние нападки, когда его ведьме уже угрожает опасность, только всё усложнят. Что и произошло на балу. Повторения он не допустит.

Но если бы Эминель была не райли? Поступил бы он иначе? Провокационный вопрос, на который известен ответ. Он уже давно понял, что ему нужна его ведьма. Это самое главное. То, что Эми оказалась райли, стало приятным сюрпризом.

— Твоя ведьма? Райли?

— Ты, наверное, забыл, как познакомился с мамой? И что было потом?

— Убери клинок, — процедил император сквозь зубы.

— Только после того, как дашь на крови клятву, что больше ни словом, ни делом, ни помыслами не навредишь ни мне, ни Эминель.

— А если не дам клятву? Убьёшь собственного отца?

— Это был честный поединок. Думаешь, кто-то подвергнет сомнению произошедшее здесь? Император умер, да здравствует император! Сколько раз такое встречалось в истории?

— Весь в меня, — довольно прищурился Эдар Ди, уже просчитавший всю выгоду. — Настоящий дракон!

— Не испытывайте моего терпения, Ваше Величество.

Отчеканил слова, уже чувствуя, что правила игры переписаны. Отношения с Альянсом можно поддерживать торговыми и военными связями. Их невеста пока не нужна. Чем меньше зависимость от людей, их шпионства, тем сильнее будет империя. Отец прекрасно осознал преимущества такого выгодного приобретения как Эминель.

— Я клянусь! Ни помыслами, ни словом, ни делом больше не трону и не стану вредить твоей райли…

— Эминель.

— Эминель. И тебе. Ты — мой любимый сын.

— Вот и славно!

Пусть хотя бы им не мешает. Он усмехнулся, а затем чуть надавил остриём, проколов кожу шеи райдхана ровно настолько, чтобы выступила алая кровь. Серая дымка тут же окутала испачканное лезвие, и кровь превратилась в труху. Труха осыпалась пылью на шею.

— Клятва вступила в силу. Запомните это, Ваше Величество!

Поднялся, бросил саблю на пол и пошёл вон с арены. Стало немногим легче, но всё же… Злость на отца не проходила и пройти не могла. Он за Верилию его не простил, а тут такая дурацкая выходка.

— Я всегда любил твою мать! — вдруг донеслось до него выкриком, полным безудержной боли. — Ты этого просто не знаешь. Только…

Рэйманд остановился.

— Только понял поздно. Когда её потерял. Никогда себе не прощу.

— Ты сам себя наказал, — с горьким злорадством бросил через плечо. — Я не повторю твоей ошибки.

Вышел, захлопнул двери и посмотрел на наставника. Тот ответил внимательным взглядом, готовый принять любой исход. Таковы игры драконов. Честная схватка может как обесчестить, так и принести славу и трон.

Усмехнулся, кивнув на дверь, но ничего не сказал. Без него теперь разберутся. Не было ни слов, ни эмоций. Все оставил на поле боя, выплеснул ненависть, боль. Осталась лишь пустота… и клятва на крови. Этого вполне хватит, чтобы император больше никогда их не беспокоил, вне зависимости от того, какое примет решение Эми. Но он сделает всё, чтобы она согласилась и стала его женой. Разве может быть как-то иначе?

***

Рэйманд поселил меня в роскошных апартаментах, расположенных на женской половине дворца. Эти комнаты отличались убранством и отделкой от гостевых, где я ночевала в своё первое вынужденное пребывание здесь.

Здесь нашлись уютная гостиная с голубыми стенами, резными диванчиками и музыкальным инструментом, похожим на клавесин, непосредственно сама спальня в спокойных синих тонах с неизменно широкой кроватью под белоснежным балдахином, ванная комната, украшенная цветущими растениями, с высокими окнами, через которые проникал свет. Не обошлось без гардеробной, но поразила широкая длинная терраса, выходящая в дворцовый сад. Любая мелочь от вазы до статуэтки в покоях была подобрана с изысканном вкусом.

— Мне нужно навестить императора, — предупредил Рэйманд. — Всё, что пожелаешь, говори слугам. Они выполнят любой приказ. Я распорядился.

— Хорошо, спасибо.

После этих слов дракон ушёл, оставив меня в некоторой задумчивости. Была уверена, что Рэйманд обязательно воспользуется моментом, начнёт мягко давить, требуя поцелуев, объятий. Но нет. Ардхан вновь проявил тактичность, по-видимому, понимая, что я никуда с «подводной лодки» не денусь. Впрочем, так даже лучше, спокойнее.

Первым делом я занялась платьем. Горестно взглянула на то, что когда-то было шикарным нарядом от мадам Соле. Чтобы его вернуть к жизни, убрать с него грязные пятна, придётся хорошо потрудиться, вспомнить о бытовой магии. Всё лучше, чем кидаться огненными шарами, и я возилась без малого три или четыре часа.

Когда бальное платье вновь вернулось к первозданному виду, я проголодалась и, не обнаружив в покоях артефакта, позволявшего насытиться страждущим, оправилась на дворцовую кухню. Её я нашла без труда. Правда, своим появлением вогнала в ступор повара и нескольких поварят. Слуги весьма удивились, что я спустилась вниз и не стала сразу командовать.

— Такое я видела только от нашей Верилии, — произнесла немолодая ведьма, когда за мной понаблюдала. — Тоже была простой. А как парк свой любила! Жаль её. Очень. И ардхана нашего жаль. Один мальчик остался.

Ничего не ответила, лишь улыбнулась. Не нужны здесь слова. Больно и грустно терять родную мать, её любовь, но жалеть здорового, молодого мужчину, у которого под ногами империя, власть, любовь всех красивых женщин мира, странно по меньшей мере. Да и вообще странно кого-то жалеть. Каждый получает то, что заслуживает. Вселенная очень мудра. Конечно, это не умаляет желаний помогать от чистого сердца, но подобная помощь и жалость на разных полюсах бытия.

Перекусив, я решила исследовать дворцовый парк, который манил обилием цветов и зелени. Очень хотелось увидеть то, что было заложено прежней хозяйкой. Императрица — райли, настоящая… Ходила по этим коридорам, дорожкам, аллеям, ждала своего императора, пока не случилась беда.

Мысли о том, что на ведьм с огненным даром охотятся, словно мы — дикие звери, сильно всё омрачали. Чувствовать себя чьей-то добычей ужасно, а как жить в постоянных бегах в принципе непонятно.

Я шла по тропинке, засыпанной белой крошкой, к ближайшей ажурной беседке, когда дорогу преградил тот, кого я меньше всего хотела бы когда-то увидеть. Черноволосый и широкоплечий средний брат Рэйманда встал у меня на пути.

Высокомерный скользящий взгляд и кривая усмешка заставили в ответ улыбнуться. Смешной! Думает, сможет меня задеть и унизить? Испугать? Посмотрела на него с интересом. Он так стремился проучить меня ещё после ссоры в лавке, всё хотел отомстить. И вот я стою перед ним, живая и невредимая, и снова «нагло» смотрю в глаза, не говоря ни слова. Что ждать от вас, принц Антас? Вы специально меня искали?

— Неожиданная встреча, — произнёс он высокомерно. — Ведьма из Шапеды живёт теперь во дворце? У него же таких, как ты…

Я не удивилась. Нужно быть очень наивной, чтобы не думать о том, что у Рэйманда много любовниц. Молодой, знатный и здоровый во всех смыслах мужчина никогда не будет монахом. Так что… Не зацепил.

— И вам тоже здравствуйте, — ласково приветствовала принца, — думаю, будет лучше, если мы пройдём сейчас мимо друг друга и сделаем вид, что не знакомы. Согласны?

— И лишиться возможности пообщаться с одной из наших содержанок?

Наших содержанок? Серьёзно? Чуть не рассмеялась. Отчасти из-за таких подлецов и хочется сохранять независимость. Не считая радости чувствовать себя умной и сильной. Ссориться с принцем не хотелось, проблем и так хватает, но и молча терпеть издёвки не собиралась. Не дам ему повод думать, что испугалась.

— Ещё немного и я разговору с вами предпочту общаться с лягушкой.

Дружелюбие, весёлая улыбка и неизменный тихий тон указывали на шутку, но только не мой взгляд. Я надеялась, что предупреждение было услышано. Лягушку в этом парке никогда не найдут. Антас сначала с подозрительной задумчивостью осмысливал мои слова, а после расхохотался и даже захлопал в ладоши. Театрально, противно.

— А ничего не изменилось! Уверенная в себе, дерзкая ведьма. Всё как любит Рэйманд!

Принц наклонился ближе, а его многозначительная улыбка не вызывала ничего, кроме брезгливости и мыслей поскорее распрощаться с неприятной, невоспитанной особью из императорской семьи. Этот жуткий снобизм и отсутствие такта досаждали как никогда. Только вот моё желание обойти этого дракона и прекратить разговор натолкнулось на стремление во что бы то ни стало продолжить общение. Антас не собирался меня отпускать.

— Думаешь, раз спишь с Рэймандом, станешь императрицей? — с вызовом спросил он. — Хочешь править империей?

Я ответила угрюмым молчанием. Эти вопросы мне уже задавал император. Глубоко безразлично, что они там думают обо мне. Но такая открытая неприязнь и враждебность казались странными. Антаса явно беспокоили я и его старший брат. Что это? Зависть или любовь к империи?

— Он никогда не пойдёт против воли отца, но если захочешь, ради тебя от престола откажется. Рэйманд тобой сильно увлёкся. Как тебе моя идея? Согласишься, я помогу.

— А вы хотите занять место ардхана? — умилилась я от догадки. — Может, вам лучше полезными делами заняться? На благо вашей империи.

— Какими делами, ведьма?

— Да хоть клумбу полейте!

— Я и цветы? Где ты видела, чтобы принцы поливали цветы?

Антас громко расхохотался. Его явно позабавило моё предложение. Я ждала, пока шквал эмоций иссякнет, а принц насладиться моей, так сказать, неразумностью. Нашла что ему предлагать, второму по очереди наследнику на престол!

— Ну… Нет, так нет.

Я пожала плечами и одарила принца дружелюбной, многозначительной улыбкой, и тогда в тёмных глазах принца появились сомнения, а потом и признаки страха. Но было поздно! Он меня рассердил. Ничему его наша первая встреча не научила. Пусть Антас хоть живёт в этом дворце, но вести себя с женщинами следует уважительно. Тем более, поводов к такому обращению, я не давала. Да и за Рэйманда стало досадно. Интересно, знает ли он, что его подсиживает средний брат и мечтает занять его место?

С простеньким заклятьем когда-то поделилась со мной Мари в одну из ночей, которые мы проводили, сидя на кроватях в задушевных беседах. Мы откровенничали друг с другом о своих мечтах и проблемах, я слушала рассказы о детстве. Оказывается, давным-давно мама Мари заставляла дочь готовить еду и убираться. Мариэн тогда чистосердечно призналась, что обожала лентяйничать.

Я даже не шевелила губами, но спустя мгновение Антас, изрыгая ругательства, буквально бежал по дорожке. Неведомая сила толкала его от меня. По-видимому, лейку искать. Поработает так недельку-другую, глядишь, начнёт ведьм уважать. Еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. В этом парке клумб много. Работы хватит надолго.

Зашла в беседку, увитую зелёным плющом, прислушалась к шуму фонтана и присела на лавку. Больше четырёх часов Рэйманда нет. А нет! Уже четыре часа с половиной.

— Скажи, пожалуйста, Эми, а ты не знаешь, что с Антасом случилось?

Над ухом раздался вкрадчиво-весёлый шёпот ардхана.

— А что с ним не так? — состроила удивлённую мину. Разве он не занят полезным делом?

— Да он ругается так, что его слышит весь двор!

— Ммм… В следующий раз попрошу его песенку спеть.

— И чем он на этот раз заслужил такую награду?

В глазах Рэйманда светились лукавые искры, да и сам он улыбался. Наклонился через перила беседки, чтобы лучше меня видеть. Ему явно пришлась по душе картина возле дворцовой клумбы, и дракон жаждал подробностей. Пришлось вкратце рассказать ему о разговоре с Антасом. В красках не стала, особо настроения не было, но и этого хватило, чтобы Рэйманд искренне рассмеялся.

— Ну что ж. Антас давно заслужил, — вынес вердикт, но потом посерьёзнел. — Нам надо поговорить. Есть новости.

— Что-то случилось? С Мари?

— Давай обо всём по порядку? — дружелюбно предложил Рэйманд. — Пока нас не было, служба разведки работала. Мой помощник много чего рассказал.

Рэйманд с лёгкостью перемахнул через перила и сел возле меня на скамейку. От той улыбки не осталось и следа, на смену прежней беззаботности пришёл хмурый взгляд, сосредоточенность, как будто Рэйманд подбирал слова или думал, о чём рассказать. Сама не заметила, как разволновалась.

— Начну с хороших новостей, — произнёс он. — Зариина и Исган Ривван сегодня утром покинули Шаридан.

Чуть улыбнулась. Если допустить, что покушение не обошлось без принцессы, то на расстоянии довести начатое до конца будет сложнее при должной внимательности со стороны службы безопасности и стражей Рэйманда. Меньший контроль ведёт к увеличению рисков наделать ошибок и выдать себя, и жизненные обстоятельства тоже меняются.

Но ведь это ещё не всё, если Рэйманд назвал эту новость хорошей?

— Тот, кто устроил покушение на балу, больше никогда не причинит тебе зла. Он поклялся на крови.

— Ты говоришь о мужчине?

— Император нам больше не враг, — коротко признался дракон.

Я видела, как тяжело и неприятно ему далась откровенность и высоко оценила доверие. Промолчала, лишь положила ладонь Рэйманду на плечо, пытаясь его поддержать. Что тут скажешь? Император хотел меня убить после обращения-просьбы сына. Я прекрасно помню слова, сказанные райдхану. Тёплые пальцы дракона накрыли мои, захватили и ласково прижали к плечу. Теперь уже не я, а Рэйманд меня согревал.

— Есть ещё кое-что важное, — произнёс он, и его голос зазвучал глуше. — В Салиндорре нашли убитую девушку, по описанию похожую на…

— Нет! — перебила его. — Молчи, Рэйманд. Слышишь?

Наступила пауза, во время которой я пыталась собраться с мыслями. Не хотелось даже думать о том, что решил рассказать мне ардхан. Нашли… Убитую девушку, похожую на… Это какой-то бред, заговор.

Я сильно разнервничалась. Наверняка, Рэйманд захотел, чтобы я переболела потерей и успокоилась, потому что он, наследный принц, не может мою подругу найти. Да и зачем ему моя подруга? Ведь у него теперь новая цель. Нашёл дракон райли, хочет на ней жениться, наделать одарённых детей. Перестрадает ведьма, смирится и успокоится, и жизнь войдёт в свою колею.

Мне совсем не нравилось то, о чём я думала, сидя перед драконом, но ещё больше не нравилось то, что я должна была вскоре услышать.

— Эми… Разведка не может ошибаться. Есть доказательства.

— Какие ещё доказательства? — прошептала я. — Они же её не видели никогда, не знают. У неё есть примета. Особая. Родимое пятно на животе.

— По нему её и опознали. И по рыжим волосам. Всё остальное было… обезображено.

— Не-ет! Нет, слышишь! — разозлилась я. — Это точно ошибка. Твоя тётя ошибаться не может!

Да-да! Рэйманд не виноват, что его службы работают отвратительно. Мадам Соле сказала, что я и Мариэн встретимся гораздо быстрее, чем можно представить.

— Ты поверила Соле?

Невесело улыбнулся Рэйманд. Захотелось стереть с его лица эту полуулыбку. Я попыталась выдернуть руку из мягкого захвата, но не получилось. Дракон крепко удерживал ладонь, пока к моему горлу всё ближе подступали рыдания. В груди щемило, глаза быстро намокли. В конце концов я не выдержала и разревелась перед драконом в беседке.

— Я так и знал! — с горечью произнёс Рэйманд и потянул руки ко мне.

Не позволила себя обнять, вырвалась и побежала от него дальше в парк. Ноги сами несли меня сначала по дорожке, затем через кусты белых цветов, голубых… Я всё глубже удалялась в лес, чтобы у дракона не осталось ни единого шанса хоть как-то меня найти. Видеть его не хотела, слышать. Ничего не хотела, кроме как вернуть Мариэн.

Остановилась тогда, когда наткнулась на небольшую поляну. Среди вековых деревьев, видавших не одно поколение драконов, высились пирамиды из камня неправильных форм и размеров. Плоские овальные плитки лежали друг на друге, словно неизвестный ребёнок-великан играл здесь и оставил игру, отозванный своими родителями, а после о поляне забыл.

Слёзы текли, пока я ходила вокруг каменных сооружений, даже не пытаясь прислушаться к себе. Казалось, от душевной боли тело медленно сгорает в огне. Мне хотелось исчезнуть, вернуть прошлое назад и всё исправить. Всё из-за меня! Мариэн пострадала из-за меня.

А хуже всего, что Рэйманд наверняка знал обо всём раньше, просто не рассказывал по каким-то причинам. Иначе как понять, что он всё это время всячески намекал, что Мариэн может никогда не вернуться? А я доверчиво кивала его словам в такт, допускала мысль, что и такое возможно. Допускала, но не верила никогда! Не верила и не хочу верить!

В глухой тишине слышала стук собственного сердца, пульсацию крови в висках, а потом появился огонь. Он змеёй распространился по периметру поляны, захватывая её территорию. Камни вокруг меня быстро нагрелись и на глазах превращались в ярко-красные слитки. Вокруг меня разбушевалась стихия, выплёскивая на траву, ближайшие кусты, опавшие ветви всю мою ярость и боль. Я превратилась в ярко-оранжевый факел и с каждым мгновением чувствовала, как из меня изливается сила. Бурным, неудержимым потоком. Пожар разрастался сильнее, а я хотела сгореть. Огонь не мог иссушить мои слёзы, утешить. Зачем мне нужен огонь? От него только боль и проблемы!

Рэйманд появился внезапно, я не придала значения тому, как он меня нашёл, как прошёл сквозь стену огня. Дракон встал рядом и взял меня за руку.

— Это место силы очень любила Верилия, — произнёс он. — Только здесь она могла слиться полностью со своим даром. Ты чувствуешь силу камней?

— Они зовут меня, горюют вместе со мной.

— Неизвестно откуда они появились. Мама говорила, что чувствует от них тепло, что эти камни когда-то принадлежали богине. Говорила, что они откликаются на огонь в душе ведьмы и либо даруют ей силу, либо её отбирают.

— Какой богине они принадлежали?

— Листэре. Покровительнице огненных ведьм.

Кому же ещё? Наверняка, это камни Лилит — гордой, независимой, сильной женщины, о которой слагали легенды. Она сама создана из первобытной стихии.

Разговаривая с Рэймандом, я начала успокаиваться. Пламя постепенно стихало, усмиряемое пустотой, медленно заполняющей меня после вспышки. Наступало бессилие, только я ещё не понимала этого, испытывая странную лёгкость. Не было ощущения безвозвратной потери, но появились слабость и боль.

Я бы упала на землю, когда задрожали ноги, но Рэйманд меня подхватил. Попыталась ему возразить, но быстро затихла, уткнувшись носом ему в плечо. Смирилась, ведь всё равно не послушает. Дракон уносил меня дальше от догорающей поляны, пока я пребывала в раздумьях и выплыла из них, как в хмельном сне побывала, чтобы спросить:

— Сколько дней назад нашли девушку похожую на Мари?

Рэйманд молчал. Я неотрывно смотрела ему в лицо. Он чуть сильнее поджал губы, словно обдумывая вопрос. Слишком долгое молчание не оставило сомнений, что нашли ту девушку не сегодня. И даже не вчера.

— Ты знал об этом раньше, — сокрушенно констатировала факт.

— Да. Но решил всё перепроверить.

— И как? Перепроверил?

— Да. Эми, мне жаль, — произнёс он. — Ошибка маловероятна.

— Отпусти меня, — холодно сказала. — Я в состоянии идти сама.

Но Рэйманд выполнил просьбу только тогда, когда донёс меня до гостиной в покоях. Встав на ноги, я постаралась собраться с силами. Внутреннее опустошение оказалось сильнее, чем предполагалось, а магический резерв был исчерпанным. Почувствовала сильную дрожь, но устояла.

— Эми. Я отнесу тебя на кровать и позову целителя.

— Я не заслуживала знать обо всём с самого начала?

Мой вопрос прозвучал гораздо твёрже, увереннее, чем я ощущала себя. Было горько, почему-то ужасно горько. Пока я веселилась, строила планы, танцевала на балу, Рэйманд всё знал, смотрел мне в глаза и молчал. Просто молчал. Может, я не права сейчас, но ничего поделать с собой не могла. Да и какая, в общем-то, разница? Что, если Мари больше нет, давно нет?

— Я не хотел тебя расстраивать раньше времени.

— Оставь меня, — попросила. — И целитель не нужен. Я просто немного устала.

Пристальный взгляд Рэйманда встретила с мрачной насмешкой. Дракон сначала подался ко мне, но вовремя остановился. Наверное, почувствовал, что любая попытка стать ближе выльется в отчуждение, а появившаяся стена превратится в неодолимую крепость. Он ушёл. Я же еле добрела до кровати и, упав на неё, погрузилась в беспокойный и мучительный сон.